Месть НЕ всегда холодное блюдо

— Господа, мы в тупике! — воскликнул князь Валерий, в озадаченности разведя руками и целеустремленно глядя на большую карту, — Мы обыскали форт и решили, что нашли верный путь, однако он оказался ложным. В доме четы Санду нас постиг ужас, и мы опять не обнаружили ничего такого, что могло бы нам помочь. После кровавого побоища, мы с вами отметили несколько точек, в которых по нашим представлениям могло спрятаться сие создание. Но как я понимаю, там тоже ничего не оказалось, — грозный взгляд князя скользнул по нашим лицам, и мы в ответ отрицательно замотали головами, — Значит я прав. Мы в тупике! Мы не владеем даже мизерной толикой информации! Мы не знаем, что это за существо и откуда оно взялось. И из-за этого не понимаем, как нам следует действовать! — Ну, если опираться на слова выжившего, то это создание явно не было человеком, — сказал Стефан, — Бедняга рассказывает, что это порождение дьявола. А об этом нам много раз говорил отец Аврамий. Но может ли это быть действительно правдой? — Судя по телам убитых, очень похоже, что здесь замешаны нечистые силы, — пробурчал Антонеску. Князь встретился со мной глазами и спросил: — А ты Габриэль? Ты считаешь, что все же здесь причастен человек? Вакар? — Я не знаю, князь…. Мне очень не хочется говорить так, но похоже Вакар сам стал жертвой. Мы ведь не знаем, почему он исчез из Валахии, не так ли? Может он был убит подобно всем тем несчастным. — Окружающие выжидающе смотрели на меня, и я вспрыснул, — Я честно не имею уже никаких представлений, с кем мы столкнулись! За всю свою жизнь, наполненную всякими ужасающими событиями, я не видел ничего более жуткого! Разве что… — я замолк на полу фразе. А про себя сказал ее полностью: «Разве что только Влад, мог сотворить нечто подобное». Я нервно сглотнул. А если Мария была права, и это действительно он? Может и тот сон был неспроста? Нет. Это я так думаю от безысходности и ужаса. Но теперь мысль о дьяволе не кажется мне уж такой нелепой. Я, будучи грешным человеком, готов поверить в то, что падший ангел хочет свести нас с ума, чтобы поработить наши души. — Что ты хотел сказать? — жестко спросил Валерий, а мне в этот момент захотелось провалиться сквозь Землю. Я решил промолчать, но мой язык захотел поступить иначе: — Я не думаю, что вы желаете это услышать. Черт меня дери! Влад говорил мне, что я люблю сам себе рыть могилу. Как же он бы прав! — Понятно. Ты прав. Я не хочу слышать об этом, — князь заметно приуныл, взгляд его стал печальным, уголки губ опустились вниз. Мне стало стыдно. В некотором роде, я понимал, что чувствовал Валерий: он был не близок с сыном и сам себе не мог простить этого, потому что прекрасно знал причину трещины в их отношениях. Предательство. — Князь, могу ли я высказать свое предложение? — тихо начал Флэвиу, Валерий кивнул в знак того, что тот может продолжать, — Мне кажется, нам нужно попробовать рискнуть. Это конечно очень опасно, но что если нам попытаться выманить этого монстра с помощью приманки? — Ты обезумел?! — воскликнул Айгору, — Ты хочешь кого-то выставить куском мяса для этого чудовища?! Ты видел, что это исчадие творит?! — Видел! И, как и все, усек, что он питается человечиной, а точнее кровью! Понимаете? Мы можем устроить охоту, которую устраиваем на тех же оленей или зайцев, только приманка будет иного сорта! Вокруг стола поднялся недовольный гул, который сразу же спал, стоило только князю произнести: — Продолжай, Флэвиу. Я внимательно слушаю тебя. — Спасибо, князь. Так вот, у меня две идеи как представить приманку. Первая состоит в следующем: нам нужно кого-то убить и выставить его тело. Этой приманкой может выступить один из преступников, что сидит у нас в темницах. Хотя, должен признаться, мне не по нутру подобное действие. — А какой второй вариант? — спросил я. — Второй, думаю, опаснее, чем первый. Нам нужно сделать так, чтобы это создание почуяло запах еды, запах крови. То есть, нам надо будет ранить приманку и сделать так, чтобы чудовище шло за ней, прямо в нашу ловушку. Например, мы можем выстроить целый путь, помечая кровью стволы деревьев, камни или что-то еще в этом роде. Цепочку следов сделать, так сказать. Чтобы это существо пришло в определенное место, где мы будем его ждать. Но это очень и очень опасно. — Это безумие! — Просто сумасшествие! — У вас есть какие-то идеи?! Мы топчемся на месте, а я хотя бы что-то предложил! — все замолкли, — Нам нужно сделать хоть что-то, если мы хотим уберечь своих жен и детей! Та горячность, с которой Флэвиу сказал эти слова, подстегнула меня, твердым голосом, произнести следующее: — Я выступлю жертвой. — Габриэль, может не стоит? — Стефан с испугом в глазах поглядел на меня, я помотал головой. — Нет, я решил. Флэвиу прав, нужно попытаться брать чудовище на живца. Пора уже и нам нанести удар! *** Я и Стефан галопом неслись домой. Во-первых, у меня было плохое предчувствие. Я никому не рассказал о том, что неведомое создание приходило в мой дом, и сейчас пребывал в волнении, думая, что это существо вернулось и попыталось добраться до моей возлюбленной Марии. Я не знаю, почему умолчал. Наверное, не хотел привлекать лишнего внимания к нашим с Марией отношениям. Хотя, умные люди и так все понимают. Даже князь, вероятно, догадывается. Во-вторых, мне надо было скорее подготовиться к поимке чудовища. Мне следовало хорошо отдохнуть и набраться сил перед ответственной ролью «жертвы», пока остальные приготовят ловушку и оружие, которое должно обезвредить монстра. Едва оказавшись возле дома, я вновь был ошарашен. Ибо то самое окно, которое на днях установили в комнате Марии, оказалось разбито. Из него явно выпрыгнули. Но кто в состоянии спокойно спрыгнуть с такой высоты и остаться целым?! Ворвавшись внутрь дома, я и Стефан, перескакивая по несколько ступенек за раз, быстро оказались в покоях Марии. Возлюбленная моя, с закрытыми глазами, недвижно сидела на постели, пока кружившие вокруг нее, Мона и Анастасия обрабатывали достаточно глубокий порез на ее шейке. Женщины старались остановить кровотечение из раны, но рубиновая жидкость даже не думала останавливаться и продолжала свой извилистый путь. Мария чуть поморщилась, когда Мона приложила к порезу салфетку, смоченную в специальном отваре, затем открыла веки и посмотрела в мою сторону. В ее глазах, цвета бирюзы, не было страха, как при недавней ее истерике. В них было смирение. Она кивком указала в сторону окна: — Он вновь пришел. На сей раз, Влад ранил меня. — Это был зверь, дорогая, — поправила ее Мона, за что была награждена недовольным и каким-то усталым взглядом Марии. Любимая, мне не хочется тебе верить, хотя я привык доверять твоим словам. Не волнуйся, скоро наступит конец этого кошмара, я обещаю тебе родная! Я подошел к окну, и осмотрел осколки на подоконнике. Развернувшись, я заметил что-то странное на ковре. Присев на корточки, я рассмотрел поближе сие и понял, что это кусок расплавленного металла. От чего? От ножа? От железного болта? Пока не понятно. И как оно здесь оказалось, тоже загадка! Слишком много вопросов. А ответов — ноль. Я был занят разглядыванием комнаты, поэтому не сразу услышал, что Мария обращается ко мне: — Габриэль! — громко воскликнув, она, наконец, привлекла мое внимание. — Что? — Ты ничего не хочешь…? — Мария как-то горько вздохнула, после чего сказала, — Отец Аврамий побежал за ним следом. Я боюсь, что с ним может что-то случиться. Найди его. Я выглянул на улицу. На земле виднелись ведущие в сторону леса следы зверя и следы от сапог. Не говоря ни слова, я выскочил из комнаты. За мной выбежал Стефан. Однако прежде чем, он перешагнул порог дома, я ему сказал: — Останься здесь! — Но…? — Считай, что это приказ! — Не лучше ли бы тебе…? Я не стал дослушивать то, что он пытался мне сказать, а сломя голову побежал по направлению, где скрылось чудовище и следующий за ним смелый священник, благодаря которому Мария осталась цела. Когда я бежал по лесу, ветви больно хлестали меня по лицу, и я явно рассек себе скулу. Но это не имеет значения, завтра, если можно так сказать, у меня откроются стигматы. Все равно буду истекать кровью. Немного устав я остановился и осмотрелся. К великой радости, я обнаружил Аврамия лежащим на земле. Благо он не забрел в самую чащу леса! Буквально подлетев к священнику, я рухнул рядом с ним на колени. Аврамий тяжело дышал. Слава Богу, он оказался жив и, как ни странно, цел и не вредим. Ну, практически. Он ударился головой. Я чуть похлопал его по щекам, пытаясь привести тем самым в чувство. Он что-то промямлил, однако я не понял ни единого слова. Подложив руку под его голову, я привел его в сидячее положение, облокотив об рядом растущее дерево. Вновь похлопал по щекам, он вздрогнул: — Ты меня слышишь? Аврамий промычал: — Да…. Меня сейчас стошнит, — после этой фразы священник упал на бок, и его вырвало. Видимо удар был неслабым. Почему чудище его не убило? Неужели его остановил тот факт, что перед ним священник? Одни сплошные вопросы! Через какое-то время, я помог ему вновь сесть, он взвыл от боли и схватился руками за голову: — Что это было?! — Как я и говорил. Дьявольское отродье. Демон. — Аврамий опять завыл, но на сей раз, явно не от физической боли. Казалось, это был крик его души, — Он носит его лицо! — О чем ты? — Мария говорит вам правду, а вы слепые дураки! — жестко ответил он, — Помоги мне встать, — я протянул ему руки и потянул на себя. Аврамий поднялся на ноги, но видимо у него кружилась голова, поэтому он сильно шатался. — Я тебя донесу, — Аврамий стал сопротивляться, гордость не позволяла ему согласиться с этим моим заявлением, я же ловко перекинул его через плечо и пошел по направлению к дому. По дороге я вновь стал расспрашивать его: — Кто это был? — Ты глух Габриэль, я же сказал — демон! — Мона сказала, что это был зверь. — У них много форм…. — Аврамий делал большие паузы, между фразами, — Но почему оно выбрало именно его обличие! — Чье? — Не прикидывайся идиотом, тебе это не идет! — больше он не сказал ни слова. Потерял сознание. Его нужно срочно показать лекарю. Да и не только его. Но мог ли я послать Стефана вместо себя? Нет. Мария поймет. Поймет ведь? А так, я прекрасно осознавал, о ком говорил Аврамий. О своем отце. О Владе. Нет, я не могу поверить в это. Или просто не хочу, потому что боюсь? В любом случае, скоро я столкнусь с этим демоном лицом к лицу и узнаю, кто он есть на самом деле. *** На следующее утро я сообщил князю и совету, что чудовище нанесло визит в мой дом. Мне пришлось это сделать по той причине, что оно напало на Марию и Аврамия, а значит, в любой момент могло прийти и закончить начатое. Князь потребовал немедленно доставить своих внуков в замок, но вот Марию он приказал оставить на ночь в моем доме, правда, под охраной. Валерий расположил ловушку недалеко от моего поместья с расчетом того, что демон вернется за его невесткой. Мне не нравилась мысль, что Мария, как и я, выступает в роли наживки, однако оспорить решение Валерия не получилось. Он был непреклонен. Пришлось, скрипя зубами, смириться с его волей. Ловушка, созданная моими братьями по оружию, представляла собой вкопанный в землю деревянный столб, с зафиксированной над ним металлической клеткой. Я как бы буду привязан к столбу, но на самом деле смогу свободно руководить действиями своего тела. Мне нужно будет выбрать правильный момент, дабы подтянуться, встать на столб, схватиться за веревку, с помощью которой, меня перенесут в относительно безопасное место. Как только это произойдет, сверху на зверя обрушиться клетка. Аврамий, несмотря на плохое самочувствие, пришел к нам в арсенал, и умолял защититься хоть какими-то святынями. И на сей раз, я не пытался вступить с ним в спор. Будем верить, что Бог убережет нас! После обсуждений деталей нашего плана, мне предстояло проложить путь для чудовища, чтобы оно пришло ко мне с желанием испробовать вкус моей крови. Возле дома, мне сделали глубокий порез ножом на руке. Следуя составленной заранее линии отметок, я пачкал кровью четко определенные деревья, камни и прочее. Когда рана подсыхала, Стефан вновь аккуратно прорезал мне её. И я снова делал отметки. Это длилось достаточно долго, пока, наконец, мы не дошли до ловушки. Мне подлечили руку, после чего помогли зафиксироваться на столбе и оставили в одиночестве. Казалось, что в одиночестве. Но я был не один. Все воины заняли прикрепленные за ними позиции, дабы в нужный момент сыграть важную роль в этой охоте. Тут очень важна слаженность действий. Я бы сказал, от этого зависят наши жизни. Меня прикрепили к столбу в середине дня, а провисел я так до самой ночи. В какой-то момент мне уже хотелось сказать: «Хватит! Снимайте меня!». Однако что-то заставляло меня терпеть режущую боль в кистях рук и ноющую боль от раны. Наверное, это что-то, было желанием добраться до истины. А может, таким образом, я хотел искупить свои грехи и грехи других. Я усмехнулся про себя: «нет, я уж точно не Иисус Христос. Я эгоист». Я провисел еще какое-то время, пока не услышал чье-то приближение. Это «что-то» двигалось быстро. На моем лбу появилась испарина от переполнившего меня волнения. Я слышал, как конечности этого существа касаются поверхности земли. Слышал его мерзкое дыхание, которое сотрясало воздух. Я напрягся, готовый к действиям. Вглядываясь в темноту и вертя головой из стороны в сторону, я старался увидеть чудовище. Может это был обычный лесной зверь пробегавший мимо? Волк, олень или медведь? Нет. ОНО было здесь. Его присутствие ощущалось кожей. Волосы на голове встали дыбом от осознания того, что еще немного и все может решиться раз и навсегда. Послышался скребущий звук и хруст веток. Зверь вскарабкался на дерево. Я посмотрел наверх, и мне не составило никакого труда найти того, с кем я давно жаждал встречи. С одной из веток на меня воззрилось чудовище. Такое же жуткое, как и описания, которые давали ему люди. Но все их рассказы были ничтожны, по сравнению с ярко горящим алым взором, полным злобы и жажды кровавой расправы. Я нервно сглотнул и почему-то дерзко сказал: — Приятно познакомиться! — демон, казалось бы, усмехнулся, ощерив свою пасть, после чего скинул к основанию столба нечто тяжелое. Это оказалось тело Лукаа Антонеску, с прокусанной шеей и ужасом, застывшим в глазах. Однако это оказалось не самым страшным: — У нас давняя история знакомства, Габриэль.