Любовь — убийственная штука

— Хакси! Хакс поёжился. Не успели распахнуться двери шаттла, а уже стало слышно, как полный энтузиазма пронзительный голос Мины разносится эхом по ангару. Помещение было пустым, за исключением транспорта без опознавательных знаков и вооружённой охраны, дожидающейся гостей, чтобы проводить в отведённые им комнаты. Хакс предположил, что за ним будут наблюдать в течение всей поездки. На мгновение он задумался, не возникнет ли из-за этого проблем с приватностью. Обычно его не заботило, когда служба безопасности наблюдала, как он принимает душ или переодевается. Он не стыдился своего тела, и в его жизни не происходило ничего, что можно было бы использовать против него. Кроме Рена. Хакс не хотел, чтобы появились записи того, что… Рен любил вытворять с ним. Впрочем, Рен всё равно не позволит этому случиться, и Хакс утешился этим. Если в комнате установлены жучки, Рен защитит его от всех без исключения любопытных глаз. Как только дверь шаттла отъехала в сторону, Хакс тут же увидел Мину. Похоже, её вынудили одеться более подобающим ситуации образом, хотя без определённых компромиссов не обошлось. Мина нарядилась в положенную по уставу форму, но длинные рыжеватые волосы свисали свободно. По бокам расположились охранники — её собственные и республиканские — кажется, готовые вышибить друг дружке мозги при первых признаках опасности. Даже без Силы Хакс ощущал, как напряжены все — кроме Мины. — Слава звёздам, ты здесь! Мне было так ску-у-у-чно, — протянула Мина и взбежала вприпрыжку по опустившемуся трапу. Заглянув через плечо Хакса, она выпалила: — О, ты притащил ведромордого! — Ты ходишь по тонкому льду, железная задница, — заметил Кайло; шлем искажал его голос. — Я заказала вам номер рядом с моим. С кучей охранников с их славными пушками, — сказала Мина. — Значит, кто тут у нас? Вы двое, я, Сайрус и Миллисент. — Миллисент? — спросил Хакс. Он не мог припомнить ни одного офицера с таким именем. — Сайрус говорит, что я не должна оставлять её одну, — объяснила Мина, закатив глаза. Точно, это же кошка. Хакс удивился тому, что Мина захватила зверюгу с собой. Определённо, команда могла бы присмотреть за ней в отсутствие хозяйки. Возможно, Сайрус хотел лично удостовериться, что о кошке позаботятся. Видимо, он был привязан к ней гораздо больше, чем Мина. Мина хихикнула и, махнув им рукой, поскакала вниз. — Пойдём, я покажу наши комнаты. Они очень отличаются от кают на кораблях. Хакс заметил её быстрый взгляд, брошенный на охранников из Первого Порядка. Вероятно, она собиралась сказать, что комнаты здесь лучше из-за их непомерной роскоши, но осеклась. По крайней мере, ей хватило ума не порочить жилые помещения Порядка перед своими бойцами. Хакс последовал за Миной. Ничего не болело, но он переживал из-за походки. Не расставлял ли он ноги слишком широко? Исчезла ли его хромота полностью? В состоянии ли окружающие понять, что с ним сделали? Но никто и слова не сказал, так что, по-видимому, всё было лишь в его воображении. Обстановка буквально дышала чужеродностью. Хакс жаждал дюрастиловых стен и слабого сияния огоньков в глубине космоса. Вместо этого в окна проникал слепящий естественный свет. Хакс удивился тому, что было выбрано столь хорошо просматриваемое место. Взглянув на раскинувшийся внизу город, он спросил: — Здесь безопасно? Это место выглядит уязвимым. Один из охранников-республиканцев указал на кружащий вокруг отеля дрон: — Они обладают защитными полями и функциями для обеспечения безопасности. Лучи плазмы не пройдут, а если что-нибудь без разрешения влетит в зону действия дронов, они окружат его. Хакс кивнул. Он знал, насколько важную цель собой представлял, и ему по-прежнему не нравилось, что он выставлен на обозрение. И один генерал вражеской армии на территории Республики неизбежно привлекал внимание, а тут трое, плюс пресловутый Кайло Рен. Что-то должно было произойти, несмотря на всю их подготовку. И лишь вопрос времени, когда террористическая группировка решит нанести удар. Вопреки всему, Хакс чувствовал облегчение от того, что Рен с ним рядом. Если кто-нибудь решит напасть, Рена, вероятно, посетит какое-нибудь предчувствие. Небольшое предостережение, которое поможет им отыскать укрытие или найти способ защититься. — Вот ваш номер, — сказала Мина, указав на дверь. Хакс ждал, что она уйдёт, но вместо этого Мина распахнула двери и, опередив всех, направилась внутрь. Один из охранников Порядка попытался остановить её: — Адмирал, мы уже прочесали помещение, но лучше всё же, если это будет кто-то из нас. — Вот и отлично, я доверяю вам, — пренебрежительно заявила Мина и включила освещение. Войдя в номер, она обвела его рукой. — Я взяла на себя смелость поселить вас вдвоём. Окинув взглядом комнату, Хакс быстро изучил обстановку. Ложные окна с пейзажами дикой природы на стенах, яркие лампы, шкаф для одежды и кровать. Кровать. Всего одна. — Здесь только одна кровать, — отметил Хакс. — С этим возникла небольшая проблема. Поспите в одной. Это единственный способ… — Мина вздохнула. — Моя комната дальше, прямо по коридору. Неприлично делить номер с мужчиной, даже если он мой жених. Не существовало такой вселенной, в которой бы Хакс стал первым мужчиной, разделившим комнату с Миной. Хотя это была ещё не самая странная часть её заявления. Их «помолвка» являлась политическим шагом. Одним из призванных повысить моральный дух и привлечь сочувствующих на их сторону. История двух выдающихся молодых людей, сражающихся бок о бок на войне, чтобы сыграть свадьбу, когда установится мир, могла стать идеальным стимулом. Хакс был одним из кандидатов на роль любовника Мины. Их часто преподносили как близких друг другу людей, и то, что Мина была помолвлена с офицером Первого Порядка, являлось общеизвестным фактом. Хотя никакие откровенные подробности их отношений никогда не упоминались. Либо гранд-адмирал играла с ним, либо что-то затеяла. Новая Республика ненавидела её, пожалуй, даже больше, чем Хакса, поэтому подобное заявление могло стать способом очеловечить их обоих. Рен же воспринял это совершенно иначе. — Жених? — Надеюсь, ты не против, Хакси. Я, так же как и ты, хотела держать это в тайне, но меня уломали, — небрежно обронила Мина. — Я собиралась рассказать лорду Рену, но потом подумала, что здесь у вас будет много времени для выяснения отношений. Глаза Хакса расширились, а потом сузились. Она была в курсе! Она знала! Знала, что Рен преследовал его, и каким-то образом помогала?! Иначе почему тогда Рен не порешил её на месте за то, что она заявила свои права на него?! Она знала! Она знала и… всего лишь одна кровать… позволила этому случиться! Она посодействовала этому! Она знала, знала, знала, знала, зна… — Не буду вам мешать. Располагайтесь поудобнее. Поездка, должно быть, была долгой, — любезно произнесла Мина. Хаксу хотелось кричать. Его тело оцепенело. И когда Таркин поспешно покинула номер в сопровождении охраны, Хакс, спотыкаясь, подошёл к креслу у шкафа и рухнул в него. Он не мог в это поверить. Будто повторился его разговор с Верховным Лидером, только всё было на порядок хуже. Она знала и позволила этому случиться. Но с каких пор? Несла ли она ответственность за случившееся на «Героическом»? Хакс знал, что Мина опоила его, но, поскольку она такое проделывала практически со всеми, он не задумывался над этим. Он поверил Рену, когда тот заявил, что присмотрит за ним. Он думал, что всё произошло само собой, без участия Таркин. Но если Мина была в курсе планов Рена, тогда она… явно сделала это нарочно. Она подмешала ему что-то в выпивку, чтобы он оказался в постели с Реном. Подставила его, чтобы у Рена появился повод его прижать. Она знала! — Так ты… помолвлен, — тихо заметил Рен и теперь, когда они остались наедине, стащил шлем. Хакс не ответил. Что он мог сказать? Он только что узнал, что ещё один его начальник подстроил всё так, чтобы его опозорили и использовали, а Рен желал побеседовать о ёбаной фальшивой помолвке?! Хакс злобно уставился на Рена, чувствуя, как улетучивается всякая симпатия к тому. Как он посмел? Как он посмел всё сводить к своим чувствам, в то время как Хакс был тем, кого использовали и предали? Хакс ощутил, как закипела кровь, когда Рен спросил: — Но она же… она же тебе не нравится, правда? — ДА! НЕ НРАВИТСЯ! — заорал Хакс, вскочив на ноги. Рен попятился. Следуя импульсу, Хакс выкрикнул: — Я НЕ ЛЮБЛЮ ЕЁ И ХОЧУ, ЧТОБЫ МЕНЯ ОСТАВИЛИ В ПОКОЕ! Рен зацепился за собственную ногу и, поскользнувшись на плаще, упал на кровать. Тяжело дыша, Хакс смотрел на него сверху вниз. Он нарушил все установленные между ними правила. И когда Рен опомнится, то убьёт его. Но Хакс был слишком зол, чтобы зацикливаться на этом. Он стоял над Реном, впервые чувствуя себя более сильным. — Хакс… — абсолютно ошеломлённый, выдохнул Рен. — Я не хотел НИЧЕГО ЭТОГО! — закричал Хакс, обведя рукой комнату. Застыв на месте, он сопел, словно умалишённый, и наблюдал за тем, как Рен медленно приходит в себя. Прищурившись, Рен пренебрежительно фыркнул и сказал: — Ты устал, и на тебя только что вывалили плохие новости. Поешь чего-нибудь, выпей воды, поспи, а я притворюсь, что ты на меня не орал. — Она опоила меня, — кипятился Хакс. — Она опоила меня, и ты был в курсе всё это время. — А ты опоил меня, связал и избил, — парировал Рен. — У тебя не слишком-то высокие моральные принципы. — Ты бы иначе не отвязался от меня! — не уступал Хакс. — Ты пугал меня, я хотел защититься! А ты поступил так потому, что… — Я не держу зла на тебя из-за этого, и ты не должен! Я лишь хотел узнать тебя получше, а ты не позволял! — огрызнулся Рен. Пристально глядя на Хакса, он прорычал: — И ты точно не жаловался после случившегося. Уязвлённый, Хакс захлопнул рот. Верно. Он вёл себя как идиот: не жаловался и не догадывался, что стал жертвой заговора. Он охал, стонал и даже испытал оргазм… Проклятье, он кончил. Он обкончал себя. Он вёл себя чересчур эмоционально, а Рен использовал это против него. Рен побеждал, и Хакс не мог позволить ему взять верх в этом споре. — Ты говорил, что никому не дашь меня в обиду. И если ты участвовал в её проделке с наркотиком, ты солгал. А вдруг та штука причинила бы мне вред, ты ведь не знал наверняка, — спокойно произнёс Хакс. — Ты не оставил мне другого выбора! Ты продолжал упираться! — воскликнул Рен. — Зачем ты так?! Я сделал всё, о чём ты просил, а теперь ты злишься на меня за то, чего я не совершал! — Ты знал, что она собирается навредить мне, и позволил! — снова выкрикнул Хакс. — Ты обещал! Разве ты забыл, как ранят нарушенные обещания?! На мгновение гнев Рена утих. Так значит, он был способен на сочувствие, когда к нему обращались, как к ребёнку. Хотя затишье продлилось лишь несколько секунд, потом Рен пробормотал капризно: — Она предложила то, что, я был уверен, не навредит тебе. И технически, это не наркотик. Я не собирался ничего с тобой делать. Мы полагали, эта штука поможет тебе осознать твоё чрезмерное упрямство. Хаксу вновь захотелось разрыдаться. Он оказался взаперти с Реном и был юридически связан с Таркин, которая целиком и полностью была на стороне Рена. И всё это время ему придётся улыбаться и притворяться, что всё хорошо, иначе то, за что он борется, будет выглядеть неубедительно. Рен слегка смягчился и потянулся к нему. — Ты… ты ведь не хочешь на ней жениться? Озвучив свои переживания, Хакс ощутил, как на глаза навернулись слёзы. Он больше не мог. Он просто хотел свернуться калачиком, и ещё — чтобы кто-нибудь погладил его по голове и сказал, что всё закончится хорошо. Но единственным человеком, желающим и готовым это сделать, являлся Рен. Тряхнув головой, Хакс вытер глаза, прежде чем с них успели сорваться слёзы. Рен положил руку ему на бедро и притянул поближе. — Я не позволю ей причинить тебе боль. Никогда. Никакого больше корня пихты, обещаю. Вероятно, это были самые похожие на извинения слова, на какие Хакс мог рассчитывать после инцидента. И всё же… женитьба на Таркин. Видимо, они продолжат командовать своими кораблями, объединяясь лишь для дипломатических функций и производства повышающих моральный дух материалов. Но даже если так: им предстояло встречаться чаще обычного, и, будучи свидетелем поведения Таркин в отношении прочих офицеров, Хакс был вынужден признать, что его несколько пугало то, как ей сходило с рук всё, что бы она ни натворила. Как и Рену. Как и любому другому человеку, которого он стремился превзойти. Как бы то ни было, Рен решил, что определил источник беспокойства Хакса, и притянул его ближе. Подняв на него взгляд, Рен заверил: — Она не отнимет тебя у меня. Она не сможет дать тебе ничего подобного. Я позабочусь о том, чтобы ты остался со мной. Можешь успокоиться? Хакс кивнул и коснулся руки Рена. — Я хочу сесть. И ему почти удалось. Потянув, Рен усадил его себе на колени и обнял. Хакс никогда не осознавал, как сильно жаждал этого. Ещё ребёнком он привык обходиться без нежностей. В лаборатории даже братья и сёстры не были физически привязаны друг к другу. Близость не поощрялась. Им сказали, что она сделает их слабыми, и они это усвоили. Всякий раз, когда Хакс расстраивался и ловил себя на желании близости, он говорил себе, что это не то, что ему полагается иметь или о чём следует просить. И теперь, когда ему навязывали нежности, он не знал, что чувствовать. Он жаждал подобного отношения, но хотел, чтобы его сначала спрашивали. Он хотел, чтобы это делал кто-нибудь, но не Рен. И всё же Хакс обнаружил, что тает в его объятиях, поскольку тот дал ему уверенность, которая, как Хакс понимал, понадобится ему в будущем. Погладив его волосы, Рен провозгласил: — Я позабочусь о том, чтобы тебе стало лучше. Я сделаю так, что ты выкинешь дурные мысли из головы. Хакс беззвучно выдохнул, ощутив прикосновение губ Рена к своему затылку. Он не нуждался в этом сейчас. Это было слишком. Он хотел полежать в тишине и обдумать, как бы разобраться с вероятной женитьбой на Таркин. Продолжая целовать его, Рен прошептал: — Мы не должны ссориться. Всё будет хорошо. Тяжёлое дыхание обдало Хакса, язык мазнул по уху, очертив раковину. — Мне тоже тяжело, — признал Рен. — Я не был здесь с тех пор, как стал Кайло Реном. — И ты… по-по-прежнему не хочешь рассказать, кем ты был? — выдавил Хакс. — Не могу, — ответил Рен; в голосе слышалось почти откровенное сожаление. Его пальцы переместились с головы Хакса на горло. — Может, пообжимаемся? Поиграем немного? У нас есть время, и мы сейчас вдвоём. — С-сперва позволь мне просканировать номер, — сказал Хакс, неуклюже нащупывая датапад. Он невольно вздрогнул, когда Рен принялся аккуратно покусывать его ухо. Глядя на экран, Хакс попытался оправдать то, что должно было произойти. После того, как он потерял самообладание, ему было необходимо дать Рену основание не злиться на него. А ещё он обещал, и не стоило провоцировать Рена сильнее, чем он уже успел. Прошло мало времени, гораздо меньше, чем ему хотелось бы, а голова шла кругом. Но этого всё равно не миновать, и он должен смириться, если не хочет сойти с ума. Сканирование завершилось, предоставив Хаксу список всех электронных устройств в помещении. У двери, которая являлась единственным выходом из номера, располагались камеры с функцией видеозаписи, но на этом всё. Хакс предположил, что в коридоре их было больше. Со всеми насущными делами было покончено. Рен тоже обратил на это внимание и крепко прижался губами к шее Хакса. Хакс надломленно простонал, когда Рен принялся посасывать нежную кожу. — Давай поиграем. Всхлипнув, Хакс сжал кулаки и задался вопросом, куда девать руки. Рен возился с его одеждой. Стремился ли он его раздеть? Но Хакс этого вовсе не хотел. Силясь разобраться с ощущениями, он заголосил, когда Рен внезапно потянулся вниз и накрыл его пах ладонью через ткань. Инстинктивно он вцепился в руку, намереваясь её оттащить, но Рен успокаивающее прошептал: — Ш-ш-ш, всё в порядке. Не бойся. Жар ладони ощущался даже сквозь одежду. Задыхаясь, Хакс почувствовал, как сжались пальцы, стимулируя его. — Давай-ка разденем тебя, — запыхтел Рен ему в ухо. — Я думал, мы просто поиграем, — запротестовал Хакс. — Так и будет, но я хочу тебя видеть. — Что ты намерен сделать? Скажи, пожалуйста… — взмолился Хакс. Может, если он узнает точно, то поймёт, что бояться нечего. Рен помолчал, прежде чем неловко объяснить: — Я… я хочу смотреть и трогать себя вместе с тобой. Ну, не самое ужасное. С этим можно было справиться. Это напомнило Хаксу, как Рен использовал его руку, и по сравнению с прочими вещами это был не столь уж плохой вариант. То же самое, только без одежды. Он сможет. Бывало и хуже. Рен не планировал воспользоваться им, а значит, всё норм. Нужно было только поверить в это. Хакс потянулся к воротнику и принялся расстёгивать пуговицы. Но после того, как Рен даже не шевельнулся, он обернулся и спросил: — А ты… разве… не собираешься?.. — Сперва ты, — ответил Рен, уткнувшись ему в шею. — Позволь взглянуть на тебя. Покончив с пуговицами, Хакс перешёл к узлам на поясе. Рену не терпелось. Он массировал пространство между ногами Хакса, вынуждая того поторапливаться. Хакс начал возбуждаться. Он чувствовал, как набухает член, а мозг требует разрядки. Поспешно развязав пояс, он произнёс: — В-всё, я закончил. — Вот так, — сказал Рен и попытался как можно скорее переместить Хакса с коленей на кровать. Хакс с готовностью поддался. Он не хотел, чтобы — вдобавок ко всему прочему — ему причинили физическую боль, и в этом заключалось его слабое место. Он лёг на спину, позволив Рену заняться его одеждой. Тот приспустил с него брюки, а рубашку задрал до подмышек. Всё хорошо. Рен просто расслабится, а потом всё закончится. Хакс может закрыть глаза и вообразить, что находится где-нибудь в другом месте. Его учили противостоять пыткам, а это чем не пытка? Он слышал звук, с которым кожа тёрлась о кожу. Ненадолго распахнув глаза, он успел заметить, что Рен притащил лубрикант и как следует смазал свой член. Оседлав бёдра Хакса, он разглядывал обнажённые участки тела и ласкал себя. — Открой глаза, всё в порядке, — приказал Рен. — Смотри вверх, смотри на меня. Хакс подчинился и посмотрел Рену в лицо. Он почувствовал, как жар подступил к щекам, когда он сфокусировался на глазах Рена, пытаясь игнорировать то, что делали его руки. Дыхание Рена стало прерывистым, и Хакс почувствовал, как тот упёрся ему в бедро одной рукой для устойчивости. И прошло совсем немного времени, прежде чем горячее семя выплеснулось Хаксу на живот. Шумно выдохнув, он постарался выкинуть это из головы. Он видел, как тяжело вздымается грудь Рена, ощущал, как пальцы, касаясь кожи, размазывают сперму. — Мне… мне нужно в душ, — сказал Хакс и повернулся, чтобы встать с кровати. — Ты не закончил, — пропыхтел Рен. Хаксу потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что тот имел в виду. Он замер и выпалил: — Нет… всё хорошо. — Я должен довести дело до конца, — настаивал Рен. — Нет… Я расстроил тебя. Так что тебе не обязательно, — произнёс Хакс. Он надеялся, что Рен примет его ответ. Он лишь хотел свернуться клубочком и разобраться в своих мыслях. Похоже, Рена это удивило. Он взглянул на Хакса с некоторой обеспокоенностью и разъяснил: — Всё в порядке. Мы поссорились, а теперь помирились. Не стоит себя казнить. Помирились? Рен, что… извинился? Разве так люди мирятся после размолвки? Рен потёрся об него носом. — Мы оба говорили и делали обидные вещи, но теперь всё уладили. Позволь мне позаботиться о тебе. Значит, его отговорка — не вариант. Быстро пораскинув мозгами, Хакс выдал: — Ты мог бы… Мог бы принести мне цветы. Рен наморщил лоб. — Мне нравятся цветы… И нравится принимать ванну… Если мы помирились, то должны давать друг другу то, что мы любим. Так вот… именно этого я и хочу, — сказал Хакс. — Если ты предоставишь мне всё это, я буду очень счастлив. — Но сейчас у меня нет возможности, — запротестовал Рен. — Я могу подождать, — ответил Хакс. — Не страшно. Я знаю, как сильно ты сожалеешь об этом. Рен смотрел на Хакса, молча взвешивая варианты у себя в голове. По крайней мере, он задумался над этим, вместо того, чтобы ныть. Возможно, к этому времени до Рена дошло, что его действия влекут за собой последствия, и Хакс способен выполнять его требования лишь до определенного момента, прежде чем сломаться. Или, может, Рен поверил ему и всерьёз рассматривал возможность преподнести дары. Наклонившись, Рен поцеловал Хакса в лоб и пробормотал: — Дай мне минутку, а потом я организую тебе ванну. Если мне не изменяет память, она тут есть. — Ты бывал здесь раньше? — Не в этом номере, но в этом здании, — ответил Рен и снова поцеловал Хакса. На этот раз в губы. — И я выясню, где раздобыть цветы. Вне зависимости от того, добудет их Рен или нет, это сработало. И хотя Хакс накричал на Рена, ему удалось выйти сухим из воды. Более-менее. Он проанализирует их разговор позже. А пока… ему нужно немного отдохнуть. Нужно разобраться во всём происходящем. Так он сможет понять, какое значение для Кайло имеет этот конкретный отель и тот специфический способ, которым, по его мнению, надлежит улаживать ссоры. Но сперва обдумать гипотетический грядущий брак и то, что планировали его будущая невеста и Рен…