Tempus

Когда в следующий раз Джинни увидела эту «идеальную» пару, она уже не казалась такой идеальной. Реддл одиноко стоял в астрономической башне, смертельно бледный в свете лунного сияния. Он склонил голову над книгой в черном переплете, что лежала раскрытой в его руках. Страницы были пусты и их белизна сияла среди ночных теней. — Танец под луной, — пробормотал он вслух сам себе и Джинни ощутила острую, пронизывающую боль от его мягких слов, что эхом прокатились вдоль стен. Воспоминания пронизывали девочку, вовлекая ее в безысходную грусть. Тени его души шептали обещания, очаровывая и затягивая в объятия тьмы. Но он солгал — этот танец был не для нее. Она тонула, все еще тонула. Юноша двинулся вперед и остановился у каменного выступа. Казалось, что он стоит на самом краю света. Далеко внизу раскинулся Хогвартс, будто пал к его ногам（о, Том только об этом и мечтал). Бриллиантовая голубизна озера, темный лес, раскинувшийся на мили вдоль горизонта. Такой далекий и ужасно красивый. Внезапный ужас охватил Джинни. Ей показалось, что Том сейчас упадет и она хотела окликнуть его, чтобы предупредить. Но он не мог упасть. Не он. Не Том. — Что-то знакомое, — пробормотал Том, — но в чем же дело？ — Том! Джинни развернулась. В дверном проеме стояла Друэлла Розье. Её волосы образовали бриллиантовый ореол, что сиял вокруг ее лица. Джинни не обладала такой грациозностью и сдержанностью, как у этой слизеринки Розье. До чего же она ей завидовала. Ведь у Джинни эмоции были дикими, а глаза слишком яркими. Какое-то мгновение рыжеволосая девушка просто смотрела на происходящее: эти двое стояли неподвижно и молчаливо, разделенные лишь небольшой частью комнаты. Они были так бледны, что походили на призраков. На возлюбленных призраков, которые будто бы уже тысячу лет мучаются в своем бестелесном заточении. Джинни вздрогнула от внезапно вспомнившейся ей истории о Елене Райвенкло и Кровавом Бароне, которую рассказала ей Полумна. Неужели и эта девушка собирается встретить здесь свою смерть？Может ли Том убить ее, улыбаясь своей прекрасной, но жестокой улыбкой? Даже когда она будет лежать, истекая кровью. Серебряной кровью, что будет въедаться в каменный и холодный пол. Окрашивая его в огненный цвет жизни, вместе с тем, подпитывая душу Тома. Но Реддл лишь вздохнул и в его голосе появилось раздражение: — В чем дело？ — Нам нужно поговорить. Он даже не повернулся, продолжая смотреть на лунную поверхность: — Я занят. — Мне все равно, — она направилась к нему, поставив руки в боки. — Ты напрашиваешься на скандал, — сказал он небрежно. — Ты этого хочешь？ — Если это заставит тебя слушать, то да, Том! — в ее голосе было слышно тихое шипение, которое начинало переходить в крик. — Ты поговоришь со мной сейчас！ Он быстро развернулся и прижал девушку к стене, положив одну руку на камень, что был в нескольких дюймах от ее талии. Глаза Друэллы расширились от удивления. Она тяжело дышала. Выглядела девушка болезненно, но в то же время завораживающе — словно не от мира сего. Джинни знала что должно случиться. Знала по одному взгляду. Девушка отдала Тому все что у нее есть и сгорела.Теперь же от нее осталась только хрупкая оболочка. Джинни хорошо знала что такое пустота. Пустота жила в ней и никогда не уходила. — Ладно, дорогая, — протянул Том вкрадчиво, — ты хотела поговорить — прошу. Друэлла подняла подбородок, ее сапфировые глаза сияли отчаяньем и яростью. — Что происходит, Том？Сначала ты просишь меня быть твоей девушкой, затем отшиваешь словно я для тебя ничто и ты меня не хочешь. А когда я говорю — ты не слышишь сказанных мной слов. В другой руке Том держал книгу, которую он медленно отложил в сторону, а затем, схватил девушку за волосы и сильно ударил её головой об стену. Его лицо было спокойным, как и всегда, но глаза его пылали. — Я тебя сейчас слушаю, Друэлла, — с легкой иронией прошипел Реддл. — Это тебя радует？Или ты хотела большего？Хочешь посмотреть на что я способен？Не советую тебе испытывать мое терпение. Лучше — доверься мне. — Как я могу доверять тебе, если ты ничего мне не рассказываешь？ — Почему же ты не спрашиваешь меня о том, что ты действительно хочешь знать？ Девушка глубоко вздохнула и посмотрела ему прямо в глаза: — У тебя есть кто-нибудь еще? Я не слепая, Том. Я видела как Вальбурга Блэк смотрит на тебя. Он рассмеялся и Джинни вздрогнула от этого резкого, сардонического смеха. — Ревность？До чего же ты опустилась, Друэлла. — Я знаю, что что-то не так. И я хочу чтобы ты мне сказал, иначе я… — И что же ты сделаешь？Бросишь меня? — его губы исказило омерзение. — Я бы хотел посмотреть на твои жалкие попытки. — Я… — начала девушка. Ее голос дрожал. Том улыбнулся и его длинные пальцы скользнули по ее скулам. Джинни подумала, что именно так кобра играет со своей жертвой. — Ты не сможешь, — продолжил Том. — Хотя, я думаю, что восхищался бы тобой еще больше, если бы ты сделала это. — Ты не любишь меня, — ответила она. — Я вижу это. Я не так наивна. Но зачем я нужна тебе？ — Потому что сейчас я хочу, чтобы ты была со мной, — просто ответил он. — И… — его голос затих до шепота, — что-то подсказывает мне, что ты не против этого. Его руки скользнули вниз, изучая изгибы ее стройного тела и мелкой вышивки на мантии. Они погружались все глубже и нежнее, пока она не вздрогнула от выдоха. — Не… — выдохнула она вполголоса. Том только засмеялся и быстро притянул ее властным поцелуем. Она же не отпиралась. Но в этот раз чувствовалась жестокость в кипящей страсти его ласк. Джинни ахнула. В мгновение ока Том обернулся вокруг Друэллы и они оба оказались на внешнем выступе астрономической башни. Темнота ночи легла у их ног, и казалось, что эта кромешная бездна пытается их проглотить. Ветер хлестал их по волосам, черные с серебром мантии обвивали их фигуры. А они же только молчаливо стояли напротив луны. — Том! — судоржно произнесла Друэлла. Она повернулась к нему, но его власть над ней была беспощадной. Его голос почти совсем заглушал воющий ветер. Джинни подошла ближе, чтобы услышать каждое слово, сказанное с хладнокровной уверенностью. — Итак, теперь ты оставишь меня? — Том поднял голову и Джинни поняла что он смеется. Смеется над головкружительным падением, которое было в нескольких шагах от них. Лунный свет подчеркивал бледность его аристократических черт лица, и он был похож на темного ангела, которого питает лишь жажда мести. — Я так не думаю, Друэлла, — продолжил бездушный юноша. — Нет, не ты, у тебя никогда не хватит сил дать мне отпор. И ты останешься со мной, если я того захочу. Какое-то время он бесстрастно смотрел вниз, а затем приблизился к девушке и прошептал ей в самое ухо: — Я думаю, ты даже прыгнешь вниз, если я того захочу. — Том… — Скажи мне, — его бледные руки обвились вокруг ее плеч со спины. Всего один толчок — и девушка бы уже летела в чернильную, бесконечную тьму. — Ты пойдешь или полетишь? Или может быть останешься со мной? Глаза Друэллы были закрыты, а на ее впалых щеках блестели слезы: — Я останусь, — шепнула она через плечо. — Я останусь с тобой, Том. Когда же он наконец отступил от края, Друэлла, тяжело дыша, хваталась за его худые плечи, как тонущий моряк что пытался ухватиться за спасательный круг. Том взглянул на нее сверху вниз, лениво, но с неприкрытой извращенной радостью от происходящего. — Возвращайся к себе, Друэлла, — сказал он. Она заколебалась: — Не хочешь ли присоединиться ко мне? — Позже, — удовлетворенный ее покорностью он вновь принял невозмутимый вид. Затем он отошел от нее, скрестив руки на груди, и вдруг она заметила книгу, которую он так крепко держал. — О чем она? — спросила Друэлла. — Оставь это, — ответил Том, но девушка ловко успела вырвать книгу из его рук. Он подошел к ней, протянув мраморного цвета руки. Джинни двинулась вперед, со все нарастающим любопытством. Так много воспоминаний. Концовка была другой, но начиналась одинаково. Дорогой Том… Друэлла открыла книгу, а затем недоуменно взглянула на него: — Здесь пусто. Том слабо улыбнулся. — Для тебя, да. Ведь ты никогда не умела заглядывать под поверхность вещей. — Но почему у тебя… Он покачал головой, глядя на нее. Его бледная кожа казалась мерцающей в сумраке теней. — Ты никогда не являлась частью этого, — он взял книгу из ее рук и спрятал под мантию. Значок старосты вспыхнул при движении, словно ядовитая звезда, словно глаз змеи. Джинни ощутила боль в глазах от этого блеска. — Не задерживайся, — задумчиво произнесла Друэлла, а затем выплыла из комнаты, как одинокий призрак. Том остался стоять в широком проеме, а его фигура была чернее ночи. Подгоняемые ветром облака отбрасывали движущиеся тени на его белоснежную кожу. Джинни прислонилась к стене, а ее сердце бешено забилось. Как бы она ни старалась, но не могла избавиться от стоявшей перед ее глазами картины: Друэлла, которая падает и разбивается. Она понимала, что такое отчаянное падение в темноту (я бы спрыгнула с края света для тебя, Том). Она вспоминала его нежные ласки. Ласки томного любовника и то, как он осторожно, но устрашающе держал Друэллу над самым краем пропасти（где было сотни, тысячи футов высоты). Он словно придерживал ее от смерти, которая была рядом и по приказу Реддла была готова убить девушку в мгновение ока. Всего один толчок — вот и все что нужно было сделать. И Джинни была почти уверенна, что он сделает это. И даже в этот ужасный момент —она любила его.