Лети душа моя не спеша...

В моей голове всё начинает смешиваться. Прошла неделя с того самого момента, как жизнь снова сплелась с командой Брагинского. План Кирилла выполняется на ура, за это время я умудрилась не влипнуть ни в одну неприятность, а его группировка безболезненно заниматься своими делами. Уже середина мая и это оказывает на меня сильное влияние: я понимаю, что школа, длившаяся для меня чуть больше 11 лет, подходит к концу, а там уже совершенно иная, взрослая жизнь. Мне осталось сдать один предмет и я свободна, как ветер в поле. Но помимо мыслей об экзаменах, прошедшее время напоминает мне и о другом факте: моя жизнь перевернулась с ног на голову почти месяц назад; почти месяц я знакома с ним. Дьявол принёс в мою жизнь те краски, о которых я всегда мечтала и на которые совершенно не надеялась. И это невероятно. Дни прямо-таки пролетают перед глазами стремительным безудержным потоком, ведь интересное, как известно, всегда заканчивается быстрее. Брат или же Брагинский забирают меня со школы, отвозят домой к Алекс, куда ближе к вечеру приезжает Кирилл и где под тот самый вечер все собираются. Спуску, как и обещал, собственно говоря, он мне даёт: каждый вечер у меня своеобразное занятие с главарём группировки или с кем-то из членов его команды. Пока что они пытаются научить меня мыслить правильно и быстро. Выходит не так и хорошо, ведь, как направлять мысли в той или иной ситуации, я поняла, а вот делать это быстро и так, чтоб собеседник не догадался о том, что крутится в данный момент в моей голове, — ну никак. И это проблема. Денис в это действо не влазит, лишь изредка вставляет колкие фразы. Я успела наладить отношения с Сэмом, что значительно повысило "боевой" настрой, а вот с Тигром — стабильно прогрессирует вниз. Я не могу понять, чем так раздражаю его, чем не нравлюсь и чего же он всё-таки от меня хочет. Алекс говорит, что Макар очень предан Брагинскому, но на дух не переносит тех, кто вклинивается в его жизнь — пассий Дьявола и временных знакомых. Она сказала, что также у Тигра весьма тяжёлый характер, но в большинстве своём он просто игнорирует всех, на кого ему всё равно. По этой причине шатенка явно считает, что мы с ним либо станем злейшими врагами, либо лучшими друзьями. С Кириллом за последнюю неделю я сильно сблизилась. Наше перемирие дало свои "плоды", ведь ссор как не бывало, а общаемся мы, как старые друзья. Мы часто смеёмся, ходим на прогулки, где мало людей, во время которых он ни на шаг от меня не отходит. Мне кажется, будто за это время он сильно изменился. Как и я сама. Или, быть может, мы открываем друг другу души?.. Очередной школьный день подошёл к концу. Я закидываю все вещи в сумку и уже торопливо шагаю к выходу, полностью уверенная, что меня уже ждут, ведь две минуты назад Дьявол прислал мне смс: Кирилл: Я уже. Давай быстрее :) 19 мая 2016 года, 14:09 Эти сообщения в последнее время поднимают мне настроение, настолько сильно, что я забываю о любой проблеме. Что ж. Сегодня проблемы нашли меня сами. Когда я вышла на улицу и с улыбкой почти что понеслась к уже прекрасно знакомому белому джипу, на глаза попалась другая — не менее знакомая машина. Окинув ту мимолётным взглядом, сразу же догадываюсь, что там сидит мой отец. Не хочу его видеть. Не хочу. Поэтому, сделав безразличный вид, иду, так и не сменив направление. — Алиса Евгеньевна! — слышу приевшийся голос неизменного водителя, и появляется ощущение, будто меня пригвоздили к земле. Надев на себя маску холодного спокойствия, того, которому так старательно в последнее время учусь у своего "наставника", невозмутимо разворачиваюсь на голос. — Да, Виктор Данилович. — Алиса Евгеньевна, ваш отец желает поговорить с вами. — Зато я — нет, — отрезала я и резко отвернулась. Через мгновение я услышала и другой голос. Как бы это не звучало, но в моей голове проскальзывает мысль, что больше никогда в жизни я не хочу слышать его, как и видеть. — Алиса, сядь в машину, — строгий, властный, приказной тон. Ненавижу. Всегда ненавидела. — А иначе? — смело отзываюсь я в полуразвороте. — Я лишь хочу поговорить. — Неужели? — в моём голове играют натянутые струны злости и я понимаю, что так дело не пойдёт. Делаю шаг. Ещё шаг. Иду к чёрной инфинити отца. — Не смей дерзить мне. Садись в машину. — Я пожалуй постою. Так у меня больший шанс остаться нетронутой. Знаешь ли, от твоей руки остаются долго незаживающие гематомы. На лице для девушки это — позор, стыд и осуждение от других. Иногда ещё жалость, что ещё хуже. Я не хочу снова накладывать полметровый слой штукатурки, чтоб скрыть сей неприятный факт. Так что либо говори на расстоянии от меня, либо я помашу тебе ручкой, — да, этому Кирилл научил меня довольно хорошо: не молчать. В своё время это начал Нис, сегодня его дело продолжил Дьявол. Смею признаться, что в искусстве высказывания своего мнения остро, но по существу, я проявляю успех. — Это тот сучёнок научил тебя так разговаривать? Я ему голову за это сверну, — зло произносит отец. Жутко становится неприятно. — Это всё, что ты хотел сказать? Я уже могу идти? — безразлично срывается с моих губ. Больше совсем не возникает страха. Больше не хочу бояться, и не буду. Наконец, я трезво смотрю на происходящее, не пугаясь собственных мыслей. — Поговори мне тут. Немедленно садись в машину, — грозно заявляет он. Нет. Так не пойдёт. — Пока, папа, — спокойно выдаю я и разворачиваюсь по направлению к лексусу Брагинского. Внезапно, спустя пару секунд, меня хватают за запястье и сжимают так сильно, будто поставили за цель стереть кости в пыль, от чего я резко сожмуриваюсь и слегка вскрикиваю от неожиданности. В ту же секунду из джипа вышел Дьявол, на лице которого играло такое разнообразие эмоций... — Всё в порядке, я разберусь! — убеждаю его я, а потом поворачиваюсь к тому, которого мечтаю послать к чертям собачьим. — Отпусти меня. Не позорься, ради бога. Посмотри сколько людей вокруг, жизненный опыт ничему не учит? Как ни странно, но отец, хоть и бросил на меня уничтожающий взгляд, на который я внешне никак не отреагировала, но выпустил руку. — Перестань дурить. Собирай вещи и едь, наконец-то, домой, а не шляйся, как последняя шалава, где не лень. — Я не буду говорить с тобой в такой манере. Если тебе что-то не нравится, это твои проблемы. Не видься со мной, можешь даже забыть о моём существовании. По-моему, ты всегда пытался это сделать. — Перестань мне дерзить! Ты — маленькая неблагодарная дрянь, — зашипел мужчина, засовывая руки в карманы. — Ты снова повторяешься, папочка, — это раз. Во-вторых, обычно детей уговаривают вернуться другими словами и другим тоном. Но это так, для справки. Я не двинулась с места, просверливая образ отца своим пристальным взглядом. То же самое делал и он. Это похоже на проверку на стойкость: кто первее сдастся. Я могу отступить, моё самолюбие, которое именно этот человек так старательно уничтожал на протяжении всей моей сознательной жизни, подобное не пошатнёт. Я усмехаюсь, а по губам скользит мимолётная улыбка. Моргаю и отворачиваюсь, вижу, как Кирилл не сводит с меня взгляд, глаза слегка прищурены, а сам же он опёрся о крышу своего джипа. — Алиса, — на выдохе произносит отец. — Да? — даже не возвращаясь взглядом к нему. — Твоя мать очень расстроена. Не хочешь возвращаться, хоть звони ей, — грозно отвечает он и открывает дверь заднего сидения. — Я подумаю. Эхом с моими словами разносится по школьному двору и цокот моих каблуков. Естественно, то, что произошло в машине я уже не слышала, а как бы было неплохо. Интересно, это изменило бы дальнейшую мою жизнь? Уменьшило бы ту кучу всего, что мне доведётся ещё пережить?.. — Алло, Анна. Как приедем в офис, сразу же свяжи меня с тем парнем. Скажи ему, что информация проверена и я даю добро. Всё, — влиятельный и грозный Евгений Свиридов откинул свой телефон вбок, впившись взглядом в грациозную и необыкновенную девушку, которая была от него в тысячи раз дальше, чем ему казалось. Которая была его дочерью. — Что стал? Едем, Виктор, едем. Я подходила к роскошному, прямо-таки блестящему, лексусу и чувствовала, как взгляд хозяина машины ни на секунду от меня не отрывался, плавно вторя каждому моему движению. Как только Брагинский был в метре от меня и оттолкнулся от опоры, чтоб открыть мне дверь, другая машина пронеслась мимо нас, обдавая потоком несущегося ветра. Я судорожно закрыла глаза, ощущая, как внутри всё сжимается. — Как ты? — заглядывая в моё лицо, интересуется Дьявол. Открываю глаза, делаю глубокий вдох и киваю, показывая, что всё хорошо. Почему-то проскальзывает мысль, что тёмно-серая футболка, тёмные джинсы и мощные коричневые ботинки, составляющие его образ, жутко ему идут. Мы занимаем свои неизменные места в этой машине и он поворачивает ключ в зажигании. Кидаю мимолётный взгляд на правую руку Кирилла, кисть которой плавно ложиться на коробку передач. Улыбка и мысль, пришедшая в мою голову, возвращают меня к реальности. Пару дней назад, когда у нас было прекрасное настроение, мы поехали на своеобразную прогулку на Андреевский спуск. Не сложно догадаться, что я прилипала почти к каждому столику с ручными работами, которыми был усеян весь проулок, на что Брагинский лишь хохотал, говоря, что я похожа на ребёнка. Но одна женщина продавала удивительные вещи, украшения, подделки, и одна из её работ удивила меня до глубины души. Кожаный браслет состоящий из двух частей: четвертного плетения, нетолстой полосы с крылом и по два витиеватых колечка по бокам от крыла. "Я смотрю на браслет блестящими от удивления глазами и не понимаю: как эта совершенно незнакомая с ним женщина смогла сделать браслет, который полностью его отображает? — Слушай, ну ты действительно решила покупать это? — посмеиваясь, спросил Брагинский, пока стоял немножко в стороне от меня, наклонив голову и засунув руки в карманы сине-серых джинс. — Да, — твердо заявила я и отдала женщине необходимую сумму. Пока я ждала сдачу и впивалась взглядом в своё приобретение, даже не заметила, как он подошёл и чуть наклонился. — Ну, и кому ты это купила? У тебя запястье слишком тонкое для него. — Тебе. — Мне? — удивляется парень и начинает смеяться, выравниваясь. — Алиса, тут крыло ангела. Не смущает, нет? Я получаю деньги, улыбаюсь мастерице, и разворачиваюсь к хохочущему Дьяволу, кидая на него хмурый взгляд. — Руку дай свою. Правую, — требовательно заявляю я, на что Кирилл не перестаёт смеяться. — Не смущает. Для меня крыло — символ двойственности, скрытности и секрета. И именно эти слова возникают, когда я думаю о тебе. Пока я застёгивала браслет и говорила, он смотрел на меня с улыбкой, которая никак не хотела слезать с его лица. Что ж, он хотя бы не выкинул его, а просто смеётся. Как только я закончила, шатен поднял к глазам руку и окинул подарок оценивающим взглядом. — Мне нравится. Спасибо тебе, — странным тоном произнёс он и потрепал меня по волосам. — Пошли, прошло почти два часа, а мы и полпути не прошли." Как ни странно, но он до сих пор носит его, что всегда вызывает во мне радость, натягивая на губы счастливую улыбку. Я усмехаюсь и роняю голову в свои открытые руки, начиная посмеиваться, а после поднимаю голову проводя пальцами прямо у корней волос. — Ты чего? — удивляется Дьявол. — Я смогла. Представляешь, я смогла сказать ему то, что думаю, а не то, что могу позволить себе сказать. Как же я этого ждала: момента, когда перестану его бояться, — счастливо заявляю я, ощущая как начинают печь глаза. — Я смотрю, прогресс на лицо, — с улыбкой заявляет шатен, лишь на секунду взглянув на меня. Моё настроение взлетело до небес, поэтому почти всю дорогу я забалтывала Кирилла своими разговорами, чем жутко, наверно, отвлекала его. А вот дома нас ждала уже Алекс, ведь Миша ещё в школе — у него собрание учителей. Ближе к часам восьми приезжают брат и Тигр, которого, к слову, не было здесь уже три дня. — Смотри, к тебе подходят на улице странные люди и называют тебя по имени. говоря, что тебе стоит пройти с ними в машину. Твои действия? — очередная задача для развития мышления от Кирилла. Даже как-то просто исходя из того, что он обычно любит спрашивать. — Эм. Телефон при мне? — В том случае, если не спалишься. — А устройство слежения? — По дури дома в другой сумочке забыла. — Я напишу смс. — Как? — В машине, пока будем ехать. Буду делать это так, чтоб было им не видно. — Ты понимаешь, что тебе будет, если они заметят? — с видом хищника говорил мой "учитель". — Тогда пойдём от супротивного. Я скажу, что мне нужно написать очень важную смс и я сделаю это при них. Обычно, как ты мне уже говорил, на нахождение и притаскивание людей умных не ставят. Поэтому смску я зашифрую, — немного медленно, но более-менее уверенно говорила я. — Каким образом ты её будешь шифровать? — Во-первых, я постараюсь написать её тогда, когда мы почти приедем. Как я это пойму — разберусь по месту. Исходя от места, в котором забрали, буду думать. Например, Грешевского 50. Будет что-то вроде: "Отдай пожалуйста Алекс груши, которые я купила в том огромном супермаркете в 50 метрах от левого дома. Их всего четыре штуки, но стоят они под полтинник. Так что — не жрать! Проверю". Груши — улица; в 50 метрах — более точный адрес; огромный супермаркет — примерный ориентир откуда меня забрали; от левого дома — в какую сторону завернула машина; четыре штуки — сколько человек рядом со мной; под полтинник — примерное время езды. — Почему тебя должны понять? — Глупый смысл смс и писаться будет кому-то из вас, а вы уже догадаетесь. — Они поверят тому, что ты их не обманула? — Прикинусь дурой и буду говорить всякую несуразицу, чтоб не подумали, что в моей голове хватит ума на шифровку. — Отлично. Хорошо, но ты всё равно медленно думаешь. Ты должна учиться видеть по выражениям их лиц примерную опасность, которая тебе грозит. Если ты видишь, что эти парни — прямая угроза твоей жизни — не жди, сразу же беги. В оживлённых местах будет намного легче, так как сможешь забежать в любой большой магазин, купить той же одежды и скрыться от их глаз. А там уже, на улице любая остановка тебе в помощь. Повтори, что ты всегда должна помнить. — Всегда иметь при себе наличные — меньше проблем в жизни с теми же такси или покупками. Никогда не ходить одной там, где мало людей; чем больше людей вокруг — тем лучше. В дворах домов появляться только в том случае, если можно легко скрыться от машины. С собой носить устройство слежения, при чём носить там, где оно в любом случае будет со мной, — на последней фразе я едва сдерживалась от саркастической улыбки и слегка приподняла взгляд к потолку, ведь главарь группировки уже объяснял мне, где жучок может находится. — Когда звонят мне, никогда сразу не отвечать, а ждать того, что скажут на том конце трубки, то же самое делают и другие. Делается это для того, чтоб не подставить под удар звонящего, ведь он может в этот момент нуждаться в помощи. Либо ни за что не показывать своего страха, давая возможность близнаходящимся понять своё превосходство, либо прикинуться туго соображающей идиоткой при необходимости и держать образ до последней секунды. На улице всегда быть осторожной и видеть всё, что происходит, и даже больше. Вот с этим я не совсем согласна, ведь сами-то вы не всегда видите происходящее, — буркнула я. — Хватит бурчать. Я уже объяснял. Мы имеем на это право — у нас чуйка на опасность выработалась, а тебе можно пока только видеть всё и вся. Начнёшь чувствовать приближение задницы издалека, вот тогда и поговорим. — Да? Что ж твоя чуйка не сработала, когда я в тебя втемяшилась лбом? — сощурив глаза, ехидно произношу я. — Что? — То. — Научил говорить свободно, на свою голову, — на выдохе произнёс Брагинский, так и не ответив на мой вопрос. — Поехали дальше, ты ничего не забыла? — Судя по твоему тону — да. Так, что же ещё... — до этого я говорила немного медленно, но с удивительной точностью. Ещё бы. Когда тебя неделю третируют на запоминание одного и того же, попробуй слово в слово не запомнить. — А, ну. В ближайшее время и шагу не ступать без кого-то из вас. А если и делать это, то одевать кроссовки, чтоб было удобнее бегать. — Ну хоть это выучила, уже плюс. Пока что этого хватит. — Я дома, — раздалось в квартире с коридора. Алекс подорвалась с дивана, натянула на ноги тапочки и понеслась на голос. Мы сделали почти то же самое, только в пару десятков раз медленнее. Пока Миша разувался, его жена пыталась отнести пакеты с едой на кухню, на что Хантер грозно запретил ей это делать. Я улыбнулась, ведь это выглядело действительно очень мило. — Так вот чего ты задержался — в магазине был. Зачем, Мишка, Денис и Макар притащили кучу еды, — молодой мужчина, сняв свои туфли, обнял жену за талию и, запечатлев на её губах любовный поцелуй, направился к залу. — Привет, Лис, — улыбнулся он мне. Это Денис виноват в моей кличке, ведь о сокращении моего имени раньше особо никто не думал. — Мужики, ну нельзя было предупредить, что в магазин заедете? Ну я ж лишний круг давал, тащил это. Ну? — Да, ладно тебе. Надо же как-то за наше прибывание отплатить, — с ухмылкой ответил брат. Вот ещё одно удивление для меня. Ни за что бы не подумала, что Нис будет так относится к команде Брагинского и так быстрой найдёт со всеми общий язык. Насколько я поняла, все будут вести себя с определёнными людьми хорошо, если Кирилл даст на это добро, но в этой ситуации немного всё иначе. И это жутко странно для меня. Когда, после ужина, наша немалая компания снова собралась в зале, разговоры вновь возобновились. На этот раз я не думала, что это будет что-то малоприятное. — Саш, у меня к тебе есть разговор, — девушка перевела на мужа довольно испуганный взгляд. — Что случилось? — Ничего не случилось. Мама в Германии сейчас одна и, вот когда звонила мне, сказала, что за всеми нами жутко скучает. Я не могу поехать. А тебе не мешало бы, отдохнёшь заодно. — Ты мне зубы заговариваешь. С чего вдруг вытурить отсюда захотел? — настороженно спросила шатенка. — С того, что тебе нужна спокойная обстановка. Я хочу, чтоб ты отдохнула. А мама живёт недалеко от леса, будете ходить на прогулки, воздухом дышать. Самое то. — А если я откажусь? — В смысле откажешься? Саш, мама попросила. Тем более, она тоже считает, что в твоём положении тебе надо быть подальше от нашей бурной деятельности. — Отлично, но вы меня спросили? Прости, но у меня тут работы не меньше, чем у вас. Тем более столько проблем сейчас появилось, такое количество информации проверяется, подтверждается. И ты хочешь, чтоб я всё бросила и уехала? — возмутилась Алекс, смотря на мужа, скажем так, бешеными глазами. — Да. Более того, я хочу, чтоб ты поехала в ближайшее время. В субботу. — Что? И после этого ты мне будешь говорить, что ничего не случилось?! — Послушай, он вполне может быть прав. Ну, в плане того, что ничего не случилось, — вмешался вдруг Денис, чему, ни много ни мало, удивились все. — Знаешь, Алекс, я когда к маме долго не приезжаю, она так хватает меня за горло, что ужас. Не дай бог случайно пообещать приехать, обид будет — мерено не мерено. А когда у меня девушка была, так она в один момент вообще решила, что мне стыдно знакомить свою спутницу с мамой. Я ещё долго убеждал её в том, что и она сама — лучшая мама, и моя девушка — хорошая, и мне совсем не стыдно её показать. Короче, страх такой был. Миш, скажи честно, ты наверно уже пообещал, что жена приедет? — с едва заметным видом заговорщика обратился мой брат к хозяину квартиры. По самому же Римову было чётко видно, что он сейчас был благодарен столь неожиданной поддержке. — Да... Ну, Саш, прости. Я знаю, как ты не любишь, когда я принимаю решения без тебя. Просто мама вдруг решила, что у нас что-то случилось, что с тобой беда какая-то приключилась, и заявила мне, что ближайшим рейсом вылетает. — Но у неё ведь такая реакция на полёты, — растрогано сказала шатенка, пока муж обнимал её за плечи и целовал в макушку. — Вот и я о том же. Пришлось пообещать, что ты приедешь к ней и докажешь, что у нас правда всё хорошо. — Ты мне не врёшь? — Нет. Я который раз улыбнулась, удивляясь, какое удивительное влияние всё же оказывает Миша на свою жену. Да, в компании, которая сейчас в их доме и ещё некоторых людей, она ведёт себя расковано, свободно, не боится показать себя. Но только рядом с ним она такая: нежная, хрупкая, любящая, с искрящимися глазами, удивительная. Не могу сказать, что обладаю исключительной прозорливостью, но за эту неделю я чему-то, да научилась. Изначально Алекс была права. Что-то случилось. От осознания этой мысли внутри зарождается предчувствие. Странное. Страшное. Злое... *** За два дня мы собрали Римову так, будто она ехала в Германию на год, хотя лично я всё же придерживалась мнения, что именно на этот срок математик и хочет вытурить к маме свою любимую. Сегодня день вылета, поэтому Алекс носится по квартире, как угорелая в попытках понять не забыла ли чего. Дениса вызвали на работу, Тигр ещё не приехал, а Миша в магазин пошёл, поэтому в квартире только этот ходячий электрон и мы с Кириллом, который тоже, что не странно, работает. Но факт занятости совершенно не мешает ему смеяться над тем цирком, что его окружает. — Нет! Всё, я никуда не полечу! — недовольно заявляет разгорячённая шатенка в, кажется, сотый раз за последние три часа. — Ну, Саш, ну что на этот раз, — устало спрашиваю я. — А то! Где Мишка? Он должен был придти час назад! — возмущённо говорит девушка, а я вдруг начинаю чувствовать неладное. Поворачиваюсь к Брагинскому и кидаю на него вопросительный взгляд, мол нужно что-то сделать. Тот в свою очередь, не отрывая свою пару глаз от ноутбука, поднимает телефон и помахивает им из стороны в сторону. — Он мне звонил полчаса назад, сказал, что в центре километровые пробки. — А чего тебе, а не мне? — капризно спрашивает хозяйка квартиры. Сейчас я её не узнаю. Но, думаю, это влияние беременности и переживаний за любимого. — Потому что твой телефон валяется в жопе мира и ты его не слышишь, — спокойно заявил Дьявол, на что я коротко засмеялась, а Алекс надула губки и пошла искать устройство связи. Через минуту она вернулась с ним счастливая и радостная. — Действительно звонил, даже смс оставил, — довольно высказалась она. Римов не заставил себя долго ждать и приехал буквально через минут десять. Когда все чемоданы спустили, я уже было потянулась за балетками, как математик быстро остановил меня. — Лис, давай ты лучше дома побудешь. Кира тебя одну не отпустит, даже со мной, а у самого дел столько, что, вон, приклеился к монитору. Будешь сидеть развлекать его хотя бы. Тем более я после в школу собираюсь, все тетради на проверку позабывал вчера, что тебе со мной мотаться, и так зелёная стоишь, — мне вдруг очень сильно захотелось запротестовать, сказав, что в любом случае поеду. Но если Миша попросил, значит так надо. Я обещала не мешать никому из них, обещала выполнять условия нашего с Кириллом договора. Натянув на лицо милую улыбку, совершенно не противлюсь. — Ты изверг, раз задаёшь в конце мая детям домашнее задание. А вообще, ты прав. Что-то у меня живот сегодня разболелся. Да и дождь обещают, а я в такую погоду дома обычно люблю сидеть, — совершенно не соврав, сказала я, ведь с самого утра действительно чувствовала себя совсем нехорошо. Затем я развернулась к уезжающей и крепко обняла её. — Сашка, не переживай. Ты ненадолго, время быстро летит, так что скоро увидимся. Всё, что обещала, обязуюсь выполнять! Ты сама главное отдохни и не переживай ни о чём! Я буду тебе каждый вечер звонить и отчитываться. Всё, удачного пути! — Спасибо тебе, Алис, — улыбнулась она и ещё раз обняла меня. Как только дверь за ними закрылась, я вернулась на кухню. — Мне почему-то кажется, что что-то случится. По-моему, Мише грозит опасность, Кирилл, надо что-то сделать. — Не надо. Те, кто могут ему навредить, его сейчас не тронут, не за чем. — Почему ты так уверен в этом? — Потому что, эта информация проверялась тысячу раз. — Кир, проверь ещё раз. — Зачем? — Затем, что лампочка Томаса Эдисона заработала лишь в двухтысячный раз. После одной тысячи девятьсот девяноста девяти провалившихся попыток, — осторожно намекнула я. Он поднял на меня удивлённый взгляд. Мне кажется, что именно сейчас Дьявол воспринял меня не как глупую богатую девочку Алису, а как довольно умную девушку из его личной команды. В следующую секунду он выдыхает, берёт в руки телефон и набирает чей-то номер. — Ларёмин, всё-таки, езжай-ка в аэропорт. Да, как и договаривались, — спокойно говорил он. После того, как услышала, что Хантер не будет один, мне стало значительно легче. Будто убедилась, что так удача вернётся к нему на плечо. Целый час каждый из нас занимался чем-то своим. Я смотрела мультфильмы по телевизору, а Брагинский не отрывался от работы. Все мои попытки помочь проваливались, ведь я предлагала свою помощь именно тогда, когда ему нужно было сделать очередной звонок. Поэтому я и продолжала откровенно маяться дурью. Пока не раздался звонок в дверь, после которого я понеслась в коридор. — А эти уже уехали? Эх, жаль. Я Алекс коробку конфет обещал, вот привез, думал успею, — слегка расстроенно сказал брат. — А ты чего такая печальная? — У меня живот болит, не переживай, — слегка раздосадовано произнесла я, ведь после выпитой десять минут назад в очередной раз таблетки боли всё равно не проходили. — Это плохо. Может сбегать в аптеку за чем-нибудь? — спрашивает Нис и прикасается запястьем к моему лбу. — Температуры нет, это уже хорошо. — Разувайся. Пошли, я хоть чаю тебе сделаю. Как только брат снял мокасины, мы услышали звонок телефона Кирилла и тихие его ответы, которые так и не смогли разобрать. На секунду по квартире пронеслась зловещая тишина, а в следующий миг — пронизывающий треск. Коротко переглянувшись, мы с Денисом побежали на кухню. Дьявол стоял у окна, упёршись руками в подоконник, и голова его была опущена. По всему полу лежали осколки той красивой прозрачной чашки из матового стекла, из которой всего пять минут назад он допил приготовленный мною кофе. — Что случилось? — обеспокоенно спросила я, пока в голову стали пробираться жуткие мысли. — Мишу подстрелили, — коротко и весьма грозно сообщил нам Брагинский. Мои глаза округляются, а рука взметаются ко рту. — Что? — недоумённо спрашивает Нис. — То есть, как это подстрелили? — Я сам ещё ничего не знаю. Знаю только, что Сэм уже отвёз того к нашему врачу и сейчас результаты ждёт. Еле передвигая ноги, я дошла до стола и упала на стул. В голове крутились лишь две мысли: "Хоть бы с ним всё было хорошо!" и "Как же сказать Алекс?..". До самого приезда Ларёмина мы не находили себе места. Молчание за этот час очень нагло поселилось в этой квартире. Единственные моменты, когда звуки возвращались, были в те минуты, когда сюда приезжали Турин и Тигр. Наконец, вернулся и Сэм. — Ой, рожи какие кислые, смотреть противно, — как-то весело заявил блондин. — Лёха просил передать, что наш Мишка — чёртов любимец судьбы. Всё у него нормально, пуля попала в живот и не задела ни один орган. Крови правда потерял много. Но самое страшное уже позади. Ему сейчас надо отлежаться и подправить здоровье. У Дымова второе дыхание открылось — наконец Римов в его руках и он (о счастье!) может теперь провести его полное обследование. Дождался-таки. Не знаю как остальные, но я выдохнула громко и со значимым облегчением, а моя голова едва не отвалилась, пока опускалась в упёршиеся на колени руки. — Та, ладно, Лис, не переживай ты так, — с улыбкой произнёс Следопыт, когда увидел мою реакцию. — Не трогай её, пусть привыкнет, — сразу же отозвался Кирилл, голос которого значительно стал мягче. — Что произошло вообще? — Ну, этот гений математический не просчитал, что бензина у него не хватит до дома. Поэтому встретились мы как раз вовремя, когда его машинка докушала последнюю каплю. Мы решили заодно проветриться пару минут на улице. По-мелочи дела обсуждали. Потом начала приближаться к нам машина подозрительная. Мы давай отходить к моей машине. Они остановились, начали стрелять по нам. Я его на себя и в этот момент в него попадают. Так бы получил пулю в сердце, целились точно туда. Я закинул Римова на заднее, а сам за пистолет и по колёсам тем. Не успел. Дальше думать было некогда, и я на полной скорости в Лёшину клинику его и оттащил. На этом вся история. — Ты номера запомнил? — спросил Дьявол с перекатывающимися мышцами на скулах. — Конечно, — довольно отозвался блондин. — Отлично. Если это люди Аконита, я ему точно позвонки на шее пересчитаю. — Зачем ему нападать на него? — раздался голос Ярослава. Этот человек был мне ещё плохо известен, ведь я вижу его второй раз в жизни и почти ничего не знаю о нём. — Неужели за старое взялся? — Может быть. Только у этой суки хватит наглости пойти против моих приближённых. Несколько вариантов. Либо Аконит в край оборзел, либо у нас новые враги. В любом случае я так этого не оставлю. — Это, конечно, хорошо, что вы так хотите отомстить за друга, я поддерживаю ваше мнение. Но. Кто-нибудь уже подумал о том, как вы будете говорить обо всём этом Алекс? Она имеет право знать. — И ты бы сказала ей об этом? — внезапно спрашивает меня Тигр, смотря странным взглядом. Я на мгновение опускаю глаза, спустя секунду поднимаю и твёрдо заявляю: — Нет. — Что — нет? Что бы ты мне не сказала? — слышу я за собой испуганный голос хозяйки квартиры. Реакция у каждого разная, но выражает одно. Кто отворачивается, кто опускает взгляд, Кирилл тяжело закрывает глаза и стискивает зубы. А у меня по спине пробегает холодок. Я знаю, что она стоит сзади. Знаю, что уже понимает: что-то случилось. Не знаю только, как сказать ей, что же именно случилось. — Сашка, — я поворачиваюсь и натягиваю на себя добрую улыбку. — А ты чего тут? Тебя же на самолёт посадили. — Ты у Миши научилась мне зубы заговаривать? Самолёт отменили. Вначале задержали на час, а потом объявили, что образовался грозовой фронт и полёты на сегодня отменили. Так чего вы не собираетесь мне говорить? — Ну... Всё нормально. Честно, всё хорошо, — начала я ломать комедию. — Алиса, — злобно протянула она. — Слушай, я такую вещь вспомнила! — Алиса! — Ну ладно. Я приготовила поесть... Неудачно приготовила. И Миша отравился... — Издеваешься? Ты готовишь не хуже меня. — В этот раз Фортуна от меня отвернулась! — театрально заявила я. — Представляешь, я не хотела быть обузой! Совершенно забыла, что в морозилке куча мяса и пошла в магазин. А там на акции печень была. Ну я и купила. Я много ещё чего хотела купить, фруктики там всякие, овощи неплохие, а ещё там такая рыба была — закачаешься! Но я вдруг решила, что я куплю что-то не то и мужчинам станет плохо, да-да. Потом я ещё сообразила, что не так и много денег взяла. Ну, короче, вот та печёночка, вот, короче она походу просроченная была... Кирилл отказался есть мою стряпню на своё счастье, а Миша — нет. Его вырвало, температура, всё такое. С ним Ларёмин приехал ещё тогда, который, как и Кирилл, на своё счастье отказался есть. Я уже думала обидеться на них и сказать, что они утроили бунт против меня, но потом подумала, что и я сама не ем, так что отказалась от этой идеи и промолчала. Ну, а потом Сэм его отвёз к вашему врачу и мы стали ждать результаты. — К Дымову он его вёз, что ли? — уточнила она. Похоже я создала ей кашу в голове, исходя из того, какими глазами она на меня смотрела. Собственно говоря, таким взглядом окидывают здоровые люди психов, которые начинают плести свои гениальные басни. — Ну да! — А с чего все тут собрались? И где Мишкина машина? — подозрительно отозвалась девушка. — Ну... Он её не заправил и она заглохла на полпути, — с невинным видом сообщила я. — А остальные тут потому, что их вызвал Кирилл. Ну, надо же меня когда-то знакомить. А тут такая незадача. Честно говоря, надеюсь, он не выпрет меня из команды, — последнюю фразу я сказала тихо, чуть наклонившись вперёд. Сзади послышались лёгкие смешки. Атмосфера начала разряжаться. — Ну ладно. Тогда поехали. Дайте я хоть Дымову позвоню, спрошу, что Мише можно кушать. Что-нибудь приготовлю, и съездим проведать, — я выпучила глаза, понимая, что именно врач-то и не знает о моей маленькой хитрости. — Звони-звони, — поддакнул сзади Брагинский, от чего я кинула на него до жути удивлённый взгляд. Он слегка улыбнулся, жестом показал мне "Ок" и подмигнул. — Привет-привет. Как там моё чудо чудное? Слушай, у меня возникает впечатление, что вы все хотели меня здыхаться! Что поесть приготовить, накормлю его хоть приеду. Так. Котлеты. Картошку с лучком и чесночком... Так, стоп! Ты что там, рёхнулся? Какая картошечка с лучком? А-а, так это ты там жрать хочешь! Тьфу на тебя, идиот, — Алекс выключила телефон и повернулась к нам. — Придурок. Так, собирайтесь по-немного. Поедем съедем к ним, раз уже "моя" Германия отменяется. Все облегченно выдохнули. Получилось. А дальше... Дальше будет дальше. Вот что меня пугает, так это вообще сам факт произошедшего. Не могу понять, как такое вообще могло произойти. Такое ощущение, будто их враги сказали: "На старт"...