Лети душа моя не спеша...

Я здесь, я стою, я один в кругу порочном, Душа пуста, мир вокруг непрочный. Не усложняй же и не ищи меня. Токийский Гуль

Своим ходом за сорок минут я добралась до места, адрес которого дрожащей рукой был нашкрябан на первом попавшемся куске бумажки. Я не находила себе места, все мои мысли кружили вокруг одной личности. Все мои неприятные эмоции, желание не видеть больше его, ощущение, будто мною играют — все ушло на задний план, оставив вместо себя лишь переживания и осознание, что надо заставить свой мозг работать хладнокровно. Вопреки всему, подавляя практически истерику, я всячески придушивала состояние, в котором не имела полного контроля на собой. Удавалось плохо. Но я смогла заставить себя думать. Думать так, как он меня учил. Сейчас я обдумывала любой возможный вариант событий. Где он может быть? С кем? По какой причине? Почему не выходит на связь? Десятки вариантов ответов приходили в голову каждую секунду, и столько же в следующую отвергались. Я пыталась вспомнить каждое его слово, каждый рассказ о себе, любое изменение в мимике, когда речь заходила о чём-то определённом. Я думала обо всём, что помогло бы мне понять, где он. Когда мне Алекс сказала, был шок. Пока я собиралась и ехала — злость. И чем ближе я к месту назначения — тем быстрее приходит паника. Когда машина остановилась возле красивого офисного здания, имеющего стеклянную облицовку, которая на солнце блестела, будто начищенный меч, я отдала деньги и вылетела из машины. Не мудрено, что на входе действует фейс-контроль, но проблем у меня не возникло — Саша сказала мне взять её спец-пропуск. Конечно, этого было бы мало. Поэтому охрана была предупреждена Римовой лично и, для подтверждения личности, я обязана была предоставить паспорт, чудом не забытый дома. Наконец, получив свой личный пропуск, я быстрым шагом направилась к лифту, ощущая всё сильнее биение сердца, которое едва не выпрыгивало из груди, больно ударяясь о рёбра. Долго. Этот чёртов лифт едет непозволительно долго. Понимаю, что начинаю сходить с ума и пытаюсь взять себя в руки. Вдох. Выдох. Когда открываю глаза, понимаю, что действительно стало легче. Взгляд падает на зеркало, находящееся напротив меня. Я себя не узнаю. Слегка растрёпанная, бледная, с бегающими глазами, в этих наспех одетых узких джинсах и тонкой длинной белой рубашке, пытающаяся взять себя в руки. Не помню, когда в последний раз была в таком состоянии. Опускаю голову и делаю ещё один вдох-выдох. Двери открываются. Выхожу. В движениях сейчас лишь точность и уверенность, нет места суете. На неё нет ни времени, ни желания. Вижу нужный кабинет. И тут пропускная система. Вот же чудо-техник. Всё под себя переделал. Даже свой офис. Выданный пропуск прикладываю к сканеру и ввожу отдельный код, который продиктовала мне по телефону Алекс. Что-то негромко пискнуло и послышался едва различимый щелчок, после чего дверь размеренно начала отъезжать в сторону. А вот за самой этой преградой скрывалось немалое помещение. Ни одна комната, ни две и ни три. Думаю, что за этими дверьми едва ли не пол-офиса. Пройдя небольшой коридор, я точно следовала тому направлению, которое мне рассказала шатенка, боясь сбиться хоть немного. Через полминуты я зашла в искомую комнату, которая была огромных размеров с несколькими диванчиками, столиками и одним огромным столом, напоминавшим с виду подкову. На этом столе стояло много компьютеров и он весь был усеян документами, над которыми сейчас корпела вся команда Брагинского. — Что она тут делает? — внезапно спросил Тигр, застыв на месте с бумагами в руках. Алекс кинула на него уничтожающий взгляд и отвернулась, направившись ко мне. — Я позвала. Я звонила ей, чтоб узнать о Кире. Но потом она высловила огромное желание приехать, — сказала девушка по пути ко мне. Её походка была точной, уверенной, быстрой, волосы невероятно красиво развевались в такт ходьбе. — Алекс, это наш офис! Здесь не должны быть посторонние или те, кому он лично не дал разрешение на пропуск! — разозлился Макар. — Остынь, — холодно бросила ему в ответ она. — Она не посторонняя. И если ты этого ещё не понял, то, будь добр, разуй, наконец, глаза и посмотри на всё адекватно. Напряжение с моим приходом лишь возросло. Ещё немного и его можно будет уже резать ножом. Блондин кинул на меня злобный взгляд, а потом резко развернулся и уткнулся носом в бумаги, идя к одному из компьютеров. — Привет. Смотрю, быстро разобралась со всеми Кириными заморочками, — устало улыбнулась она, когда подошла ко мне вплотную. — Ты слишком хорошо всё объяснила, — быстро отреагировала я, но на улыбку не хватало смелости. — Есть новости? — Нет, — улыбка сползла с лица Алекс и та удручённо покачала головой. — Пошли туда. Последний раз с ним говорил Рос в пятницу 27-го в 23:02. Они обсуждали рабочую информацию и всё было абсолютно нормальным. То есть, никакой неадекватной реакции, лишних необъяснимых шумов и так далее. Но он был явно раздражён. Акцентировать внимание на этом не стоит, потому что он был таким весь тот вечер, что ты и сама помнишь. На момент разговора со Скалой дома его уже не было, но после он уже не возвращался. Ни одна камера города не засекла его машину и это уже проблема. — А если он хотел скрыться? С его способностями и умом, что ему стоит подчистить нужные ему записи? — предположила я. — Мы уже думали. Это один из вариантов, но.. — Но в вашей жизни бывает всё, поэтому нужно перепроверить любой вариант, — закончила за Сашу я. Девушка кинула на меня острый взгляд и согласно кивнула. — О других возможных вариантах догадаешься сама? — даже не посмотрев на меня, спросила она, подходя к одному из компьютеров, сверху до низу заваленного документами и различными бумажками. — Он мог быть похищен. Его могли убить. Мог попасть в аварию. Мог выехать за город, чтоб побыть наедине с собой. Мог уехать к каким-то родственникам или знакомым. Мог уехать в один из своих домов или квартир, не знаю, что у него там есть. Ещё есть вариант, что он мог улететь куда-то. По делам, по желанию, по надобности, не знаю. Но мог, — быстро "отчиталась" я, говоря обо всех самых вероятных ситуациях. — Отлично, — кивнула шатенка, прерывая внезапную гробовую тишину, которая на пару секунд возникла в зале. После этого мне сказали "Привет" всё, кто присутствовал, но я на это мало отреагировала. — И ещё есть один вариант, — расплывчато заявила я, впившись взглядом в одну точку и не сводя с неё глаз. — Какой? — Я уверена, у него, как и у всех нас, есть те, кто умер и был похоронен. Он мог поехать на кладбище. Не самый лучший вариант, но кто знает, о чём он думал, — глаза настолько сильно впились в эту несчастную ножку стула, что у меня начинала кружится голова, и я стала выпадать из пространства. Через пару секунд слышу щелчок и будто выхожу из транса. Лишь через несколько мгновений я поняла, что таким образом Алекс возвращала меня в реальность. — Ты чего? — обеспокоенно спросила она, заглядывая в моё лицо. — Не переживай ты так. Это же Кира. Он не такой, как все. Он выберется из любой ситуации. — Тогда почему в его офисе такой кавардак, а вы все носитесь сломя голову, пытаясь найти его? — возможно было сказано слишком резко, но Римова поняла, что я волнуюсь не меньше их, но и соображаю неплохо. — Мы найдём его. Будь он хоть в Аргентине под землёй. Мы найдём его, где бы его проклятая задница не находилась, — утвердительно заявила шатенка. *** Я в офисе уже больше двенадцати часов. Но толку от меня как от козла молока. Как и от всех, собственно говоря, тоже. Мы перепробовали, наверно уже всё. Перебрали все места, в которых он любил находиться, где мог бы быть. Ничего. И следа нет. Будто его взяли и стёрли с лица земли. По лицам людей из его личной команды, я понимаю, что они в таком же шоке, что и я. По их реакции я поняла, что такого раньше никогда не было. Не на такой срок. Все жутко устали, головы трещали, как оцинкованные вёдра с будильником старого формата внутри. Глаза от длительной напряженной работы с мониторами и бумагами покраснели и уже начинали слезиться. Продолжаться так больше не могло, и я лично настояла, чтоб все пошли спать: — Народ, тут есть диваны. Много диванов. Поэтому идите отдохните. Хотя бы пару часиков поспите, — неожиданно для всех заявила я, стоя в центре зала и пультом листая кадры с видеорегистраторов. Реакцию я не видела, но знала с точностью до ста процентов, ведь прямо-таки чувствовала её спиной. — Не обязательно сверлить мне спину взглядом, — размеренно произнесла я, разворачиваясь и откладывая пульт на ближайшую ко мне часть стола, складывая руки на груди. — Что не так? Думаете, что я сбрендила? Только перед тем, как ответить, будьте добры, пройдите коллективно к зеркалу и посмотрите на себя. Толку от таких поисков, когда мозги уже отключаются. Несколько часов роли не сыграют, что бы вы мне сейчас не доказывали. — А не сильно много ты на себя берёшь? — выпрямившись, спросил Тигр. — Много? Окей, — тут я потянулась за одной из бумажек, которую печатал лично Макар. — Это твоё, если что. Итак. "На улицы Грушкевского обнружен не был, патрули там расположенные в районе не останавливали искомую машину". Прочтено с допущенными ошибками. И ты ещё будешь спорить? У вас у всех такие ошибки. Я понимаю, что все тут закалённые бойцы и так далее, и тому подобное. Знаю. Мне вот только не рассказывайте. Поэтому сложили аккуратненько все эти сборники работы для проверки преподавателя русского языка и оттащили свои задницы на диваны, — спокойно произнесла я. Но, видя, что реакции мало, совершила более радикальный поступок: со всего маху швырнула бумаги на стол и прикрикнула: — Быстро, я сказала! Детский сад, мать их так, развели! Как глаза продрать по-человечески сможете, тогда и возвращайтесь к работе. А до этого, чтоб даже рядом со столом не стояли. Запустили все поисковые системы и быстро разошлись. Сразу же, как было мною сказано последнее слово, я вновь взяла в руку пульт и продолжила недавнее занятие. — А если я не пойду? — злобно спросил Изаев. — С каких пор ты в начальники подписалась? Не помню, чтоб тебе такие права давали. — Тигр... — отозвался сзади немного грозный голос Ларёмина, но сказать ему не дали. — Не с тобой говорю! Пусть она отвечает. — Не иди. Но, скорее всего, ты упадёшь в обморок через несколько часов и пользы от тебя не будет ещё очень долго. Пока твоё сознание соберётся в кучку, Кирилл уже и сам появится, — не отрываясь от своего дела, ответила я. — Думаешь, я с тобой шутки шучу? Просто покомандовать захотела? Я вновь отложила пульт и быстрым, уверенным шагом направилась к этому бунтарю. Через мгновение я схватила его за руку и всмотрелась в глаза, от чего он едва не шарахнулся, хоть и старался скрыть этот факт. — У тебя слабый пульс, пониженное давление и сильная бледность. А также полопались кровеносные сосуды в глазных яблоках. Когда ты ел в последний раз? Вчера? А спал? Небось, дня три назад? А за главаря-то своего переживаем. Прекрасная смесь для здоровья. Если хочешь в скором времени заткнуть нос ваткой, чтоб кровь остановить, а потом вытереть собой пол, то стой тут, хоть до скончания века. Это всех касается, — последняя фраза была сказана намного громче. Сэм с Росом переглянулись и усмехнулись, Алекс немного поникла, но улыбнулась, а Изаев сначала сжал зубы, а потом вмиг осунулся, кивнул и направился к дивану. Ну хоть на что-то я способна. И это уже радует. Часы показывали начало третьего ночи. Я не могла уснуть. Вопреки всему. Наперекор своим словам, сама я не могла сомкнуть глаз и на минуту. Всё боялась что-то пропустить. Поэтому так и сидела у мониторов, пытаясь успеть уследить за всеми камерами слежения в городе, на которые я смотрела уже третий час подряд. Заниматься чем-то другим не было сил и терпения. Убедившись, что все крепко спят, я попыталась сделать хоть что-то, чтоб придти в себя. Но, лучше всё никак не становилось. Я была уверенна, что с ним всё хорошо, я это чувствовала, где-то глубоко внутри, в душе беспокойства не было. Но жуткий страх, переживания, страшные картинки, нарисованные сознанием, не давали выдохнуть спокойно. — Господи, пожалуйста, будь в порядке! Я всё отдала бы за это! Я оставлю Влада, я уйду из твоей жизни, уеду отсюда, уеду из страны! Я всё сделаю, всё, что захочешь, только будь живым и здоровым, — сбивающимся шёпотом говорила я, чувствуя, как глаза наполняются слезами, а тело начинает пробивать мелкая дрожь. Скрещиваю руки в замок, опираясь локтями на стол, и упираюсь в них лбом, прикрывая глаза. *** Уже сутки прошли с того момента, как я впервые ступила в офис Брагинского. Но самого Кирилла мы так и не нашли. Выглушая которую чашку крепкого кофе, вновь пробегаю глазами по всевозможным мини-отчётам и другим бумагам в надежде найти что-то полезное. Погода на улице стояла такая же прекрасная, как и вчера, но сегодня это не просто не радует, на это даже не обращаешь внимания. Все жутко устали. На смену волнению приходит злость. Мы не понимаем, как такое возможно. Раз исчез, то как можно было не предупредить? А если похитили, то мы бы уже знали, он бы нашёл способ оповестить. Но не было ничего, за что можно было ухватиться. И именно это укорачивало терпение, выводило из себя. — Сука! — внезапно разъярённо откликнулся Сэм, швыряя документы на стол. Естественно, все обратили на это внимание. — Что случилось? Ты нашёл что-то? — спрашиваю я, стараясь не делать преждевременных выводов. — Нет! В том-то и дело, что нет! По-моему, эта скотина тупо умотала куда-то и отдыхает себе преспокойненько, а мы ищем его по всему земному шару, как в задницу ужаленные! — Тогда тем более надо найти. Показать, что его команда — не идиоты, и дать хорошенько... — Пизды ему хорошей вставить надо! — разъярённо закончил Ларёмин. Меня слегка передёрнуло от подобного лексикона, но согласится стоило. — Ну, можно и такими словами сказать, — на выдохе произнесла я. — Блять, заканчивать это надо. Сам найдётся, не ребёнок. — Сэм. Успокойся. Раз начали, так надо найти, — стараясь говорить спокойно, произнесла я. Я начала переживать, что группа согласится с мнением Следопыта и оставит это дело. — Лис, он прав. Мы занимаемся идиотизмом. Мы на чистом вылизанном асфальте пытаемся найти тую. Ты видишь, что мы всё делаем. И нихрена. Осталось только начать обзванивать всех! — Нельзя. Если узнают, что Брагинский исчез, такой кавардак начнётся, что страшно представить. Уровень преступности в городе поднимется раза в два, причём, в лучшем случае. — Быстро учишься. Не могу понять, почему Кира считал, что ты не сможешь быть в нашем деле. Вы же похожи с ним даже в мышлении! Даже своему спокойствию умудрился научить, — буркнула девушка. — Нет, всё! Надо закрывать лавочку. И не спорь, Алиса! Он не такой как мы, он другой! Даже если он в передряге, он выберется из неё сам! Так раньше бывало, так есть и будет впредь! — кардинально заявила Алекс, быстро собирая со стола все документы в одну стопку. — Отлично, просто прекрасно! А позволь спросить, вы ему нахрена?! — резко развернувшись, не сдерживаясь, заявила я. Сейчас, стоя в центре этого круга, который образовал стол, я понимала, что ставлю себя против них всех. — Если он всё делает сам, решает сам, выбирается сам, на кой чёрт ему нужна его команда? Потому он и такой! Мало говорит, много делает, молчит, когда больно и плохо! Скажите, что у него образ жизни такой и он должен быть таким? Да, нихрена! Ты, Саша, почему так над Мишкой трясёшься? У него другой образ жизни? Нет. Ты переживаешь за него, заботишься о нём, дорожишь им. Почему вы думаете, что Кирилл тоже в этом не нуждается? Потому что он не говорил? А вы спрашивали? Когда ему хреново, когда ему больно, кто-нибудь додумывался до того, чтоб не оставлять его одного "успокаиваться", а сесть рядом, поставить бутылку виски и сказать: "Вываливай! Всё, что на душе и в голове. Давай, тебе станет легче!"? А? И скажите, что я неправа! Никто не сказал ни слова. Взгляды их метались, застывали на одной точке, но смотреть в мои глаза как-то никому не хотелось. Неужели, я и вправду попала в самую точку? Задумываюсь над собственными словами. И вдруг меня осенило. — Я знаю. Я знаю, где он есть или был! — внезапно, но немного громко произношу я. — У него есть место, которое ему дорого. Связанное с воспоминаниями, детством, место, где он раньше часто бывал. Где оно я точно не знаю, но хорошо помню, как он однажды упомянул о дороге на Сумы. Думайте, о каком месте могла идти речь! В голове вертелась куча мыслей, огромное количество эмоций наперегонки обгоняли одна другую, переворачивая внутри всё вверх дном. Кирилл не раз говорил об этом месте. Говорил так... восторженно! Восхищённо, влюблённо, по-детски наивно. Я думаю, что это его любимое место. — Неужели... — прошептал Ларёмин. — Я знаю это место. Мы совсем ещё малые были, когда ездили туда в последний раз. А потом с ним стали связываться не самые приятные события, — наклонившись к компьютеру, сказал Сэм. Спустя минут 5-10 мы услышали эти долгожданные слова. — Да! Да, вот его машина! Чёрт, да я её из сотни других узнаю! То, что почувствовали в этот миг все — тяжело описать словами. Да и надо было ли? Все эмоции были на наших лицах. Но мы рано радовались. Собрать точную и полную информацию не удавалось совсем. Да и, судя из того, что мы всё же нашкребли, был на том месте или рядом с ним Брагинский не слишком долго. По крайней мере сейчас его уже там точно нет. Мимолётная надежда испарилась со свистом. Вдруг какая-то странная злость стала подниматься из самых глубин. Почему? Зачем так поступать? Что ты хочешь доказать нам? Даже думать не хочу. — Лис, — протянула Римова, лениво вертясь в своём стуле. — Что? — небрежно отозвалась я. — Давай заканчивать это. Все уже прекрасно поняли, что с ним всё хорошо — мы это тупо видели. Выходил себе за кофе живой и здоровый. Значит — так надо было. Вернётся, тогда и будем трясти, а сейчас... — Нет! — слегка злостно воскликнула я, разворачиваясь всем телом ко всей группе. — Теперь я тем более хочу его найти! Где бы его черти не носили! Хочу спросить, почему он заставил всех так волноваться за его "скромную персону"! Заметив немного неадекватную реакцию на свои слова, я поняла, что за одну секунду успело что-то случиться. Тело будто сковало, все мышцы окаменели и я почувствовала, как спину упорно прожигает что-то. Страх? Не-ет. Куда там. Накатывающая ярость? О да. В точку. Сжимаю кулаки, стискиваю зубы, сглатываю слюну. — Какого, блять, тут происходит? Вы совсем что ли с катушек послетали? Что, сука, с офисом?! Так, подождите-ка, а это у нас кто? Не уж то сама пани Свиридова пожаловала! — его голос подрагивает от бушующих внутри него эмоций. Но мне плевать. Медленными шагами надвигаюсь на Дьявола, впившись в его глаза своими. — Где. Ты. Был? — выталкивая из-за стиснутых зубов слова, тихо говорю. — Что ты забыла здесь? — Где. Ты. Был? — упрямо, но более уверенно повторяю я. — С чего ты вдруг решила, что я стану тебе отчитываться? — слегка сощурив глаза, вопрошаешь ты. А я готова послать в такие дальние края, что тебе и не снилось! — Ты. Предупредить. Мог? — сквозь зубы шиплю я. — Я. Отчитываться. О своих. Действиях. Никому. Не должен, — размеренно ответил шатен. Очень хочется ругнуться. И совершенно не хочется сдерживаться. — Конченый придурок, — всячески сдерживаю себя от активной мимики, но говорю то, что думаю в этот момент. — Вот ты кто. Делаю едва заметный, но резкий выдох, отвожу взгляд за спину Брагинского и точным и быстрым шагом начинаю следовать к выходу. Какого же было моё удивление, когда, поравнявшись с ним и будучи лишь в паре десятков сантиметров от него, Брагинский ухватил меня за запястье, которое я мгновенно освободила с грозным и злым вскриком "Отпусти меня!". Оборачиваться совсем не хотелось. Так я покинула здание офиса. Что там покинула. Плавно перемещаясь, я со скоростью пули вылетела отсюда. На удивление, неизвестно каким чудом, я смогла словить машину и доехать до дома. Будучи даже уже в лифте, я не могла успокоиться и нервно отбивала ногой размеренную чечётку, раздражаясь ещё больше. И это состояние достигло своего предела, когда я сделала первый шаг на порог квартиры Римовых. Направившись в свою спальню, чтоб успокоиться, я непроизвольно спровоцировала другой, диаметрально обратный результат. Я не понимала, что творю, но знала лишь, что только это поможет. Схватив в руки небольшую подушку, я практически впилась в неё пальцами и начала бить ею по кровати. Без осознания своих действий я начала кричать "Ненавижу!" и делала это до тех пор, пока у меня не подкосились ноги и я не свалилась всем телом на место, куда ещё несколько секунд назад так рьяно приземлялся этот милый предмет декора. Вслед мгновенно пришла истерика. Ладони крепко сжали виски, лёгкие выталкивали воздух такими большими порциями, что, казалось, я вот-вот взорвусь. Ну, и почему ты плачешь? Если всё хорошо, если всё так, как ты говоришь, зачем слёзы лить? Ты же ведь ненавидишь его? Или всё-таки любишь? Значит, опять врёшь себе самой? — Не знаю! Не знаю! Не знаю! Не знаю.. Не.. зна...ю... — с крика до самого шёпота отвечаю на свои же вопросы. Дыхание успокаивается, слёзы стекают по щекам всё медленнее, всё отчуждённее становится взгляд. Через пару минут бессмысленного лежания, поднимаюсь с кровати, чувствуя, как в глазах резко потемнело, провожу руками по тому хаосу, что образовался на голове от активных действий, пальцами стираю раздражающие дорожки от недавних слёз и встаю. Хватит. Мне надоело. Иду к шкафу. Достаю ту самую дорожную сумку и средних размеров чемодан, которые кладу рядом друг с другом на кровать. Пора собирать вещи. Начинаю снимать одежду с вешалок и аккуратненько складывать. В голове даже как-то пусто. Нет мыслей. Ни злости, ни ненависти, ни раздражения. Просто как-то пусто. Даже непривычно. Иду к комоду и продолжаю начатое, понимая, что почти всё сделала. Ловлю себя на мысли, что стоит оставить Алекс записку, ведь, уверенна, что именно она и будет переживать больше всех, чего ей ни в коем случае нельзя. За своими мыслями не замечаю шума в коридоре, характерного хлопка закрывающейся двери, тихих шагов. Понимаю, что в квартире не одна, когда за собой слышу возмущённый голос. — Что ты делаешь? — замираю на месте, оборачиваюсь и вижу слегка разозлённую шатенку, сложившую руки на груди. Улыбаюсь и возвращаюсь к своему занятию. — Ничего такого. Просто пришло время. Пора. — Совсем, что ли, спятила? — через пару секунд ощущаю, как её рука ложится на моё плечо и резко разворачивает меня к себе. — У тебя крыша поехала? Ты что творишь? — То, что должна была сделать ещё месяц назад, в самом начале — собрать манатки и свалить. — Куда свалить, Алиса! О чём ты? — О том, Саш, о том. Это конец. На этом моя история в вашей жизни заканчивается. Я ставлю точку, — спокойно, уже абсолютно адекватно соображая, что говорю и делаю, произношу я. — Ты действительно больная на голову, раз решила, что тебя кто-то отпустит. — А разве нет? Кириллу только это и надо, Тигр едва ли не слюной брызгался от переполняющих его эмоций при моём появлении на горизонте, Ярослав и Дымов знают меня без году неделю, им побоку, Миша препятствовать не станет, Ларёмин быстро угомонится, самое большое — через неделю. Разве что ты. Но тебе будет только лучше. Наконец, перестанешь ругаться со всеми из-за того, что заступаешься за меня. — Лестного же ты о нас мнения, — безэмоционально заявила девушка, отпуская моё плечо и направляясь к кровати, куда через мгновение вальяжно села. — Чтоб ты знала, мы своих не бросаем, не оставляем и не забываем. А ты давно стала частью этой команды. Да, с тобой мы смеялись больше, чем за последние несколько лет. Ты Киру растормошила, его эмоциональность разбудила в нём. Ты — часть этой небольшой, но очень мощной системы. И даже если ты и уедешь, то обязательно сюда вернёшься. Сама, притащат тебя за шкирку или волей судьбы — кто знает. Я лично позабочусь. — Саш, прекрати. Это глупо. — Глупо — сбегать. Вопрос в том, почему? А точнее: от кого? От него, да? От Киры? — Я ни от кого не сбегаю. Просто пришло время уйти. И я осознаю это. Напряжение между нами будет только расти, потому что мы не сумеем найти компромисс. И что? Он потеряет из-за меня одни из важнейших своих качеств — спокойствие и хладнокровие, а вы будете как меж двух огней. И что тогда? Я стану для вас проклятием, которое вы будете ненавидеть, в чём будете абсолютно правы. Нет. Я не хочу, чтоб доходило до маразма. — Деточка, — язвительно заявила Римова. — Я не стану сейчас с тобой спорить. Совершенно. У меня на это нет ни желания, ни времени — я мужа уже почти пять суток не видела. Но если ты сейчас же не начнёшь разбирать всё своё барахло, оно полетит со скоростью света через балкон, а потом я позвоню нашему доблестному главарю, скажу ему всё, что думаю, вызову сюда и закрою вас в одной комнате, дверь от которой не отопру, пока вы не помиритесь. Я ясно выражаюсь? Если что, не волнуйся, я могу придумать и другую цепочку действий, — с видом довольного кота, сообщила хозяйка квартиры. — Семидная, не устраивай цирк. — О, это кто ж тебе мою фамилию девичью сболтнул? Кому мне язык выдрать? — весело откликнулась девушка. — Саша, — спокойно обратилась к ней я, подходя и садясь перед ней на корточки. — Ты должна понять, что всё рано или поздно заканчивается. Не знаю какую, но свою роль я уже в этом спектакле сыграла. И на этом всё. Я не знаю, что ты там думаешь обо мне и Кирилле, но это всё правда. И именно это привело нас к концу. Кто-то из вас всех однажды обмолвился, что в нашем деле нельзя влюбляться, тем более нельзя влюбляться в него. Это ему не нужно, это станет для него балластом, а девушка — ненужной обузой. Я это правило нарушила и понимаю это без лишних подсказок. Я и так тянула время. Целых две недели. Больше не хочу. Я хочу спасти остатки своей гордости и уйти самой, а не сидеть на его шее и дождаться момента, когда он открыто скажет мне, что я заигралась и мне пора домой. — И это, по-твоему, причина? — скептично заявила она, на что я усмехнулась и поднялась в полный рост. — Значит так. Разобрала чемоданчик, пошла откисла в ванне и почистила мозги, а потом заварила чай, посмотрела фильм и успокоилась. Если по какой-то причине я завтра или в любой другой день не замечу твою задницу в этой квартире, я найду тебя и закопаю. А потом откопаю и мы с тобой опять поговорим. Ты меня поняла? — Алекс! Услышь меня! Я не хочу тут быть! И кроме тебя этого тоже никто не хочет. Я не подхожу для этой жизни. Кирилл лично мне давал понять это на протяжении долгого времени. Всё! Конец! Лавочка закрывается! — Я его, блять, урою! Придурок! — резко заявила шатенка, выпрямившись. — Это ты, дура, услышь меня! Я не выложу тебе всего на блюдечке, не дождёшься, — ты слишком умная для этого. Поэтому включи свои мозги и начни думать! Кира бы ни секунды не терпел твоего присутствия, если бы не было причины. Не подходишь? Ты? Вот только не еби мне этим мозги, окей? Так, как ты соображаешь, даже мы не сразу можем. Он всего за две недели научил тебя брать себя в руки в необходимые для тебя моменты. Мы этому учились годами! И если кто-то, что-то вякает, пошли его, как ты умеешь, и занимайся дальше своими делами! Так что, прекратила заёбывать мне мозги, разобрала быстро этот, сука, чемодан, выполнила всё указания и утёрла Брагинскому нос! И вообще. Не нервируй меня! — после Алекс ослепительно улыбнулась, сдула с лица локон пышных волос и пошла к выходу из комнаты. — Саш, — остановила её я и попросила с уставшей усмешкой: — Я домой хочу. Отпусти меня, а. — Не дождёшься. Знаешь почему? Потому что, ты уже дома. И было бы это не так, ты бы о нас уже и помнить — не помнила бы. Наверно, как месяц бы. На этих словах шатенка вышла, оставив меня наедине с тем хаосом, который создала в моей голове. Сложно отказываться от решения, к которому так тяжело шла. Ещё тяжелее осознавать, что это, в принципе-то, и правильно. Я медленно села в небольшое кресло, продолжая сжимать в руках тонкую летнюю блузку, и выдохнула большую порцию воздуха. Обернувшись к дорожным сумкам, истерично усмехаюсь, понимая, что теперь должна разбирать всё, что так аккуратненько складывала почти час. Провожу пятернёй по волосам и с улыбкой приступаю к новому делу. *** К сожалению, девушка уехала довольно быстро, оставив меня в квартире одну. Опять. Даже грустно немного. Но, с другой стороны, я была Алекс очень благодарна за тот промыв мозгов, который она устроила мне несколькими часами ранее. В обратном случае, представляю, какая апатия на меня напала бы к этому моменту. Но благодаря ей сейчас всё более-менее в порядке. Выйдя только-только с ванной, я потирала волосы мягким полотенцем, думая о чём-то отчуждённом. Из раздумий выводит гудение телефона. Беседа "♥Лучший 11-А♥!": Арина Шалимова: Ну что, котятки, как настроение? Как первые дни после окончания школы? 21:05, 31.05.16 Гласило сообщение, написанное одноклассницей в беседе класса в Вконтакте. Взглянув на название беседы, лишний раз усмехаюсь, вспоминая как долго над ним смеялись наши мальчики, когда создававшая эту беседу Аня Сикоренко пригласила их сюда. Особенно им нравились сердечки по бокам. Она тогда жутко обиделась на них, но те и не думали останавливаться — ржать было веселее. После первого сообщения кучей посыпались остальные. Беседа "♥Лучший 11-А♥!": Владимир Номиров: Привет 21:05, 31.05.16 Неплохо 21:05, 31.05.16 А у тебя? 21:05, 31.05.16 Виолетта Громова: Ой, просто волшебно! 21:05, 31.05.16 Лиза Маринко: Круче некуда :) 21:05, 31.05.16 Павло Стебленко: Одно слово "каникулы" говорит само за себя ;) 21:06, 31.05.16 Арина Шалимова: У меня тоже крутенько! 21:06, 31.05.16 Степан Щукин: А что такое? Успела по нам соскучиться?)) 21:06, 31.05.16 Арина Шалимова: Ну, а как же иначе? ;) 21:06, 31.05.16 А где остальные? 21:06, 31.05.16 Ребятки, отпишитесь 21:07, 31.05.16 Жду ♥ 21:07, 31.05.16 Посмотрев на всё это, я коротко, но очень громко рассмеялась. Надо же, сама доброта! А как учились, так и не скажешь ведь. Отложив телефон в сторону на чуть больше семи минут, я позднее совершенно об этом не пожалела. Целых 143 сообщения они обменивались милостями и не говорили ничего толкового. Более того, некоторые фразы повторялись кучу раз и уже начинали раздражать. Через ещё две минуты и 103 сообщения та, которая этот ходячий анекдот начала, наконец, сказала кое-что существенное. Что-то, о чём я напрочь забыла! Беседа "♥Лучший 11-А♥!": Арина Шалимова: Никто ведь не забыл, что 3-го у нас выпускной?))) 21:17, 31.05.16 Костя Горовой: Ой, бляяя.... 21:17, 31.05.16 Анастасия Петрашкова: Конечно нет! Разве такое забудешь??? Платье вон висит, намолится на него не могу! 21:17, 31.05.16 Марина Анисимова: А что, Костюша, забыл про такое мероприятие, да?) 21:17, 31.05.16 Ай-я-яй! 21:17, 31.05.16 Алефтина Стренко: Костенька, память-то у тебя девичья! 21:17, 31.05.16 Ну, как так можно? Такое же событие 21:18, 31.05.16 Раз в жини, всё-таки... 21:18, 31.05.16 Ой 21:18, 31.05.16 Жизни* 21:18, 31.05.16 Григорий Феклистов: Та отстаньте от него, я тоже забыл 21:18, 31.05.16 Хотя тупо, экзамены ещё впереди сдавать, а мы уже выпускной проводим 21:18, 31.05.16 Елена Багирова: Ой, да! Точно-точно! Такая тупость, просто бесит! 21:18, 31.05.16 А что остальные думают? Может кто-то умное что-то скажет? Или Свиридова словцо обронит XD 21:18, 31.05.16 Тогда бы я точно сказала, что в мире случится катаклизм :) 21:18, 31.05.16 Тут я не выдержала и впервые твёрдо решила "вставить свои пять копеек". Алиса Свиридова: Если мне не изменяет память, из 32 человек в классе только 4 отказались проводить выпускной до конца всех экзаменов. 21:19, 31.05.16 И мы, между прочим, аргументировали своё мнение. Вы же все орали, что это будет круто. Что вам не нравится сейчас? 21:19, 31.05.16 Теперь вспоминайте того, кто первый высказал эту гениальную идею. Даже самой интересно стало. 21:19, 31.05.16 Катя Лановая: Ничего себе! Люди, тащите торт со свечками! Свиридова тут рот открыла вдруг! 21:19, 31.05.16 Мария Середа: Неожиданно О.о 21:19, 31.05.16 Елена Багирова: Курица Свиридова, а чего ты тут такая смелая вдруг стала? А? 21:19, 31.05.16 Элитой вдруг почувствовала себя? Это на твоём-то месте половой тряпки? 21:19, 31.05.16 Алиса Свиридова: Во-первых, чтоб ты знала, в определённых ситуациях слово "Элита" приобретает значение "Отборные твари(животные)". Поэтому нет — не почувствовала и, Дай Бог, никогда не почувствую. Во-вторых, если я тряпка половая — от меня хоть польза обществу есть. Ты же — пыль на шкафу — на тебя у нормальных людей аллергия развивается. И, в-третьих, я не нуждаюсь в чьём-то, тем более твоём, разрешении высказывать своё мнение. Как, собственно говоря, и любой другой человек. 21:20, 31.05.16 P.S. Если обидела нормальных людей этого класса, простите. К вам слова не относились никоим образом. 21:19, 31.05.16 На этом я поставила блокировку на устройство и отложила телефон. И что было более удивительным — он больше не жужжал. Вот так новость. С чего это все заткнулись? Как только я об этом подумала, противная трель прозвучала снова, как на зло. Беседа "♥Лучший 11-А♥!": Владислав Янцев: Багирова, вот и молчи сиди. Так всем спокойнее. И я согласен. Проводить выпускной перед окончанием периода экзаменов — идиотизм. И, насколько я помню, именно Лена это предложила. Да, Лена? 21:21, 31.05.16 Спасибо тебе за это 21:21, 31.05.16 Елена Багирова: Пошёл на**й!!! 21:21, 31.05.16 Урод! 21:21, 31.05.16 Что, подлизываешься к этой дуре, да?! Нафиг она тебе сдалась?! 21:21, 31.05.16 Алиса Свиридова: Следи за языком. Подумай о нашем "разговоре" месячной давности. Авось умное что вспомнишь. 21:21, 31.05.16 Григорий Феклистов: Ленка, харош! Ну нормально же общались, что ты к ней пристала? 21:21, 31.05.16 Елена Багирова: Потому что она меня бесит! 21:21, 31.05.16 Костя Горовой: Да, ты сама уже всех бесишь... Прекращай быть такой стервой 21:21, 31.05.16 Владислав Янцев: +++ 21:21, 31.05.16 Знаю, что так нельзя... Но я отчасти чувствовала себя победителем, ведь это вторая моя маленькая победа над Леной и, в первую очередь, своими страхами. С другой стороны, настроение было испорчено бесповоротно и окончательно. Вот уже минут пять, как одноклассники обсуждают свои несколько дней каникул и всё другое, и как я борюсь с желанием швырнуть телефон в стену. Моя впечатлительность доведёт меня до гроба. Когда, наконец, пришла мысль, что вряд ли настроение может стать хуже, её догнала и обогнала другая: "Подожди, ещё всё будет!". Вторая мысль оказалась пророческой. Через пятнадцать минут я услышала трель дверного звонка, который, как мне казалось, уж никак не предвещал ничего хорошего. С тяжелым сердцем я подняла свой зад со стула и пошла открывать треклятую дверь. На пороге, как не удивляйся, стоял никто иной, как небрежно облокотившийся о дверной косяк Макар Изаев. — Что так долго? — недовольно пробурчал блондин. — Ну, извини, у меня ноги, а не реактивные двигатели, — буркнула я в ответ. — Да? А в пятом часу дня я бы так не сказал, — съязвил Тигр, как бы напоминая мне о том, с какой скоростью я вылетала из офиса. — Вот днём и ждал бы быстрой скорости. А сейчас батарейки сели. Ты пришёл сюда на пороге постоять? Я могу закрывать дверь? — Поязви мне тут. Я быстро, не переживай, — проходя мимо меня, откликнулся Макар, на что я лишь преспокойно пропустила его внутрь. — Так зачем приехал? И давай без этих "Я не намерен отчитываться!", я этого уже наслушалась, — складывая руки на груди, спросила я. — Миша за документами прислал, — односложно ответил "гость". Ну, спасибо, что хоть ответил. Задавать больше вопросы я не стала, лишь ждала в коридоре, пока парень откопает необходимое и уйдёт. Когда он вышел в холл, мне вдруг начал выедать мозг один вопрос и в ту же секунду я поняла, что в который раз сама же испорчу себе этот вечер. На этот раз основательно и окончательно. — Тигр. — Что тебе? — Ты странно себя ведёшь со мной. Почему? — Не твоего ума дела. Нормально я веду себя. — Неужели? Ну ладно. — У меня встречный вопрос. Почему ты всюду лезешь? В дела, в мысли, в душу? — Потому что меня, в отличии от некоторых, души людей ещё интересуют. Ответь нормально. Ты ненавидишь меня за что-то, относишься пренебрежительно, так, будто я временная грязь под ногтями. Что не так? Что я уже успела такого сделать? — Ты действительно хочешь знать правду? Она не понравится тебе. — Я уже догадалась. Но, знаешь, твоё отношение тоже радости не доставляет. — Ты представляешь, сколько баб было у Кирилла? И, исходя из того, кто он, представь какими они были. Я считаю, что ты такая же меркантильная, лживая и продажная сука, как и все, кто был до тебя, — на этих словах я испытала шок, от чего глаза округлились, брови возмущённо сошлись на переносице, а челюсть просто отпала вниз. — Что ты сделала, говоришь? В том и проблема, что ничего. Ничего, что позволило бы нам доверять тебе. Я усмехнулась, потом нервно начала кивать головой, прикусила нижнюю губу и провела рукой по волосам. — Вот, так честность! Ну спасибо! Знаешь, что, Макар... Иди-ка ты к чёрту! — воскликнула я, разворачиваясь к парню спиной. Он сделал то же действие, что Дьявол при моём уходе — схватил меня за запястье. — Что такое, правда глаза колет? — я мгновенно вырвала руку. — Нет! Нет. Не правда. На правду я бы ничего не сказала, но это... — А хочешь услышать до конца? — Вон отсюда пошёл! — Я считаю, что все эмоции, которые ты показываешь — напускные, показушничество! Вот эти все переживания, боль, слёзы. Любовь! Ты не любишь Брагинского. И принесёшь ему столько же боли, даже больше, сколько приносили все другие. — Иди. К. Чёрту. Знаешь ли, твой распрекрасный и обожаемый Кирилл сам ведёт себя порой, как скотина! — прошептала разъярённо я прямо ему в лицо. Но вдруг я передумала вот так уходить. Не-ет. Скажу ещё пару слов. И тогда точно всё. — А знаешь что? Думай, что хочешь. Даже, если бы я и любила Кирилла, то никому бы и ничего не доказывала. Любовь — это когда заботишься, думаешь, переживаешь, когда твои мысли заполнены этим человеком. Ты просто пытаешься обрадовать его, помогаешь ему улыбаться, видеть светлое и чистое, когда вокруг всё чёрное и грязное. Ты дорожишь этим человеком, оберегаешь его от каких-то бед. Ты спрашиваешь, как у него дела, когда он ел, устал ли он. Ты говоришь ему "Доброе утро" и "Спокойной ночи" любыми доступными методами. Ты делаешь ему сюрпризы, чтоб он стал счастливее, чем есть в этот миг. Когда люди любят, они не доказывают это. И уж точно не доказывают любовь другим. Они просто знают. Просто делают. Без лишних слов. Без доказательств. Без напускного пафоса. Просто делают и всё. Он смотрел на меня таким взглядом, что всё мои эмоции перевернулись с ног на голову. Я не понимала, что это за взгляд, что он выражает, какие мысли крутятся в голове этого человека, что он испытывает. Я была в смятении. Но сказать было больше нечего. Хотя, нет. Вру. Есть. — Ах да. Передай своему главе, что, если он ещё раз вытворит подобное, я возьму лучшую машину из его автопарка, чтоб его потом коробило, и объезжу каждый сантиметр этого долбаного города. И позвоню на номер каждого, кто хоть как-то с ним связан, чтоб узнать, а не видели ли они недавно Брагинского, наплевав на все возможные последствия. И буду заходить в каждое кафе, каждый ресторан, каждый клуб и не постесняюсь пойти во все притоны города. И буду делать всё это, пока не найду его или не потеряюсь, но тогда искать уже будет он. А при встрече я задушу его, — в полуразвороте расписала по полочкам свои планы я. Что ж, это было эффектно. Хотела бы я посмотреть на выражение лица Дьявола, когда ему передадут мои слова. Надеюсь, оно будет такое же, как у Изаева.