На моих нервах

Texas — The Conversation The Veronicas — On Your Side ***неделю спустя*** — По твоей просьбе я сделал исключение — Лекса пролежала в изоляторе три дня. Что ты еще хочешь? Я устал с тобой торговаться, Кларк, эти ваши игры уже порядком надоели. С Лексой ты не увидишься — вопрос закрыт! Гриффин медленно подошла к столу начальника и присела на подлокотник кресла напротив. Облокотившись на стол, прищурилась и внимательно посмотрела в узенькие карие, настолько неприятные ей глаза. — Я пришла сказать о другом, — хрипло начала девушка. Её взгляд был решительным и недобрым, что заставило мужчину напрячься и отложить папку и телефон, которые были в его руках. — И зачем же ты тогда пожаловала, позволь спросить? — Он тоже прищурился и глаз стало почти не видно. — Я занималась всю эту неделю, как вы и хотели, сэр. И вот мне передали от вас задание… Я его выполнять не буду. И убивать больше не буду, — «отрезала» девушка и выпрямилась. — Не понял. — Такеши нахмурился и поднялся из кресла. — Ладно, бывает. А что именно вам непонятно? — Гриффин, ты какого хрена со мной в таком тоне разговариваешь? — Простите, сэ-э-эр, но это моя обычная интонация. Я сказала вам — нет. Не буду убивать. Еще раз повторить, у вас что-то со слухом? — Ты забываешься! — оскалился мужчина. — Я изобью твою девушку! — Она потерпит, — блондинка спокойно пожала плечами и приподняла бровь. Девушка, очень стараясь сохранять внешнюю маску и заставлять голос звучать правдоподобно, спрятала одну руку в карман толстовки и сжала в кулак. — Я отрежу ей пальцы, по одному, медленно и мучительно — я могу, ты сама знаешь! Как тебе Лекса без ручки? — Тогда я отрежу руку вам, — холодно улыбнулась Кларк. — Как вам без ручки? — Гадина такая, — прошипел мужчина, выйдя из-за стола, чтобы наворачивать круги по кабинету, обдумывая услышанное. Тут Кларк решила пойти ва-банк. — Сделаю вам, сэр, новое предложение. Я не буду никого хладнокровно убивать, но… буду защищать вас. Вы знаете, я смогу. Но, если с головы Лексы упадет ещё хоть один волосок, вы можете смело нажимать на пульт, потому что я буду делать с вами ровно то же самое, что и вы с ней. Ведь мне угрожали пультом только в случае, если я вас убью. Так вот, поверьте мне, вы останетесь живы… — Пошла вон!!! — Такеши заорал на весь кабинет. Глаза горели гневом и толикой безумия. — Я не закончила. — Кларк встала и подошла к нему вплотную. — Помнится мне, вы хотели телохранителя. Это и было вашей изначальной целью. Сейчас же всё складывается так, словно я стала вашей игрушкой. Всё, что я делаю, все, кого убиваю — это не моя задача, как сотрудника, а ваша больная игра. И знаете что, я не марионетка, чтобы вас развлекать столь извращенным способом. А Лекса — не ниточки, за которые можно дергать. Вы все это затеяли, чтобы самоутвердиться, но в итоге показательное выступление переросло в игру, в которой я больше участвовать не желаю, и Лекса тоже. Повторю, раз вам плохо слышно: если с ней что-то случится, это же «что-то» случится и с вами. И либо мы с вами нормально сотрудничаем и я работаю в должности, на которую меня брали изначально, либо убейте нас обеих, поскольку дальше принимать участие в этом балагане мы не будем. А ещё, обратитесь к психологу, у вас проблемы с головой. — Последнее, конечно, было лишним, но Гриффин занесло. Она вдруг вспомнила, кем была, казалось, уже целую вечность назад. И, может, Лекса именно этого добивалась? Хотя это не имеет никакого значения, ведь Кларк только что приняла решение за них двоих. И сейчас она медленно, с широко расправленными плечами покидает кабинет мужчины, который стоит сзади и просто яростно пыхтит от возмущения. Как только осталась одна, она громко выдохнула. Блондинка была настолько зла — всю неделю в ней копилась эта ненависть. Дико надоело уже играть по его правилам. То, что она сделала сейчас, было огромным риском, Такеши ведь может запросто убить их обеих. Но Кларк должна была дать ему понять окончательно, что месяц с лишним тупой дрессировки не принес результата, а лишь всё усугубил. Она показала, что он не властен над ней на сто процентов. Как теперь поступит китаец? Как решит действовать? Кларк жутко нервничала, весь оставшийся вечер посвятив пробежке вокруг здания, где жила. Просто часами пыталась успокоиться и продумать ходы наперед: сотни мыслей сменяли друг друга. Что делать, если он всё же плюнет на свой любимый трофей и убьет её?

***

Сложно было поверить, когда она через пару дней услышала его ответ. Девушка продолжала искать какой-то подвох: не может быть всё так легко и просто. Хотя, может, запрет на встречи с Лексой ещё очень долго, это и есть плата за решение Такеши? Конечно, Кларк нуждалась в уверенности, что с девушкой всё в порядке — в этом случае он пообещал, что будет показывать на планшете, как сам лично навещает брюнетку. Это немного успокаивало, но доверия не вызывало. Но, как любит повторять китаец, он человек слова… Блондинке всё равно сейчас выбирать было не из чего. Она поставила ему свои условия, он — свои. И этот компромисс, хоть и очень хрупкий, дал время блондинке прийти в себя, ненадолго перестать ощущать на себе давление. Но разве она готова с этим мириться, даже если это всё правда и он не нарушит обещания? Нет, просто теперь есть время подумать, как быть дальше. Только ей принимать решение, ведь Лекса сейчас ничем помочь не может. Если бы к навыкам Кларк прибавилась способность читать мысли и она всё-таки выяснила, у кого проклятый пульт… Всё было бы слишком легко. Поэтому, увы. Кларк хотелось понять кое-что ещё — самое интересное, что Такеши стал брать её с собой на выезды в город. Нет, не на те ночные, где надо кого-то убивать, а на нормальные деловые встречи. Она видела всё: сколько постов охраны он расставляет вокруг зданий, где проходят такие собрания, что за люди ведут с ним дела, и даже как он уходит от возможного преследования. У Такеши были связи во многих ресторанах и черный ход для него всегда был открыт. Также, его охрана могла умело создать иллюзию, что он завернул за угол или сел в машину, а сам начальник уходил в другую сторону или садился в запасное авто. Всё было четко распланировано, безукоризненно исполнено и полезно для Кларк, только вот делиться этой информацией было не с кем. Как ей лично это поможет — непонятно. Она не стратег и не опытный солдат, только Лекса смогла бы использовать такие данные по максимуму и что-то предпринять. Дни сменялись неделями. Кларк впитывала, как губка, слушая всех, кто находился рядом, и могла с точностью определить — следят за китайцем или нет, есть ли поблизости враги. Она научилась фильтровать шум в огромном зале всего ресторана, но больше всего Такеши нравилось то, что Кларк подслушивала его возможных партнеров и тех, с кем у него уже были заключены сделки. Те становились кружком за ближайшей стеной, обсуждая, что делать, или же какой-то помощник шептал боссу на ухо, а Кларк естественно всё слышала. Так Такеши стал приобретать честные и безопасные для него связи, и быстро избавлялся от тех, кто хотел его обмануть. Девушка буквально выписала смертный приговор некоторым возможным покупателям оружия. И черт с ними. Зато Такеши не требовал её совершать эти убийства: ему стало нравиться, он вошел во вкус, купаясь в успехе. За последующие пару недель он заполучил ещё парочку перспективных клиентов и готов был целовать Кларк и кружить в танце. Мужчина словно забыл о том, что было раньше, зато она всё помнила и ненавидеть его меньше не стала. Да, роль «прослушки» была легкой и не требовала от Кларк почти никаких усилий — с её бы навыками да в ЦРУ работать. Без всяких жучков из неё получилась бы отличная сотрудница, но она не в ЦРУ: наоборот, в какой-то момент девушка стала спасителем Такеши, когда копы почти вышли на его след. Она для Такеши стала незаменимой и тот гордился, наконец, своим приобретением, хотя и не мог требовать от неё большего. Ведь помимо всего этого Гриффин была бы идеальным и неуязвимым киллером. Отследить и убить, например, такого врага, каким раньше был Дебнем старший — плевое дело. Сейчас такие враги лишились бы жизни, едва открыв свой рот, советуясь между собой перед или после встречи. Раньше китаец был осторожен, а теперь стал набирать обороты и не боялся уже никого и ничего. Только как это могло сыграть на руку Кларк, какой хитрый ход придумать? Этот ублюдок был хитер и безжалостен, что значило: либо никакого пульта и не существовало, либо он никогда ни с кем его не обсуждал, зная о способностях блондинки. И Кларк терпеливо выжидала, всем нутром чувствуя, что раз они сдвинулись с мертвой точки, значит, что-то обязательно должно произойти, подать ей знак.

***

Это был самый обычный день, Гриффин выполняла уже привычную ей и несложную работу. Они сидели почти в центре города, в ресторане одного из крупных торговых центров. Странное место для таких богатых мужиков… Это даже не ресторан, а забегаловка какая-то. Кларк, подперев рукой голову, даже не слушала переговоры своего начальника с управляющим какого-то припортового склада. Такеши договаривался о хранении своих ящиков с оружием. И то ли специально, то ли хрен его знает, но почему-то все такие встречи были в людных местах, а не где-нибудь в укромном темном помещении без окон и дверей, как привыкла Кларк наблюдать в кино. Она осмотрелась по сторонам, успев подслушать, как перешептывается охрана незнакомого ей мужчины. «Проверила», что происходит на кухне ресторана. Поначалу это забавляло — вторгаться в чью-то личную жизнь и узнавать что-то новое. Порой она была свидетелем драмы, иногда смеялась, услышав, как ссорятся влюбленные из-за какой-то глупости. Все это было бы весело, если бы не постоянные мысли о Лексе. Как только слышала что-то смешное, Кларк улыбалась, и тут же эта улыбка била чем-то острым в грудь. Её собственная жизнь стала легче, в то время как жизнь Лексы олицетворяла темная камера в подвале Такеши. Они с Лексой не виделись уже слишком давно, но поднимать эту тему с начальником блондинка не рисковала, пока тот столь счастлив и его раздутое самомнение взлетело до небес. Не стоило напоминать этому тщеславному засранцу о былых проблемах. Наоборот, нужно этим как-то поступиться и получить свою долю выгоды. Ведь Лекса этого и хотела, чтобы Кларк допустили к телу. Пока девушка размышляла об этом, ковыряясь вилкой в тарелке, нечто вдруг заставило её дернуться от неожиданности. — Твою мать, Кларк! Неужели! — Счастливый голос полный облегчения. Её сердце забилось слишком быстро, но она моментально взяла себя в руки. — Картмен, уводи всех обратно, по машинам, — быстро приказал парень. — Кларк, черт тебя побери, я и не надеялся уже. Блондинка сжала вилку так, что чуть её погнула. Хотела было сделать вид, что всё хорошо, но не смогла. Услышать этот голос сейчас — словно дар свыше. Сердце колотилось, как бешеное. Воздух не поступал в легкие. Она пребывала в легком шоке, всё вокруг превратилось в размытую картину. — Кларк, с тобой всё хорошо? — послышалось где-то рядом, но в то же время как издалека, словно эхо. — Кларк? — Такеши потряс её за плечо, и тут же размытая картина вновь стала четкой. Голоса слишком громкие. Хаос, полный хаос в голове. — Да, всё хорошо. Мне нужно в туалет, простите, тошнит. — С этими словами Гриффин вскочила из-за стола и рванула к туалету, сшибая людей по дороге. Её и правда тошнило, вот только в туалет она бежала не только с этой целью. Едва за ней закрылась дверь кабинки, девушку тут же вывернуло наизнанку: тошнило и рвало минут пять, спазмы приносили боль, от которой Кларк уже успела отвыкнуть. Она трясущимися руками плеснула на лицо холодной водой, после чего вытерла рот туалетной бумагой и присела на край унитаза, пытаясь отдышаться. — Кларк, ты в порядке? — Манс, я думала, что промахнулась и убила тебя, — прошептала Кларк. Давление на виски было безумно сильным и раскалывалась голова, но блондинка взяла себя в руки и через боль напрягала слух. — Почти так и было, меня еле спасли. С анатомией у тебя точно проблемы, но в сердце, слава богу, не попала, — усмехнулся парень. Сколько же радости было в его голосе. Вроде они в полной жопе, но Кларк отчетливо слышала нотки счастья, и как Манс облегченно вздыхает, словно всё позади. Но ведь это не так. — Манс, я скажу тебе адрес, но… — Пульт, Кларк, я понимаю. Нет, мы поступим иначе. — Иначе? — Гриффин постаралась взять себя в руки и сосредоточиться на происходящем. Хотелось лишь, чтобы боль в голове утихла, ведь сейчас совсем не время. — Кларк, слушай внимательно. Я долго думал как поступил бы, если бы всё-таки тебя нашел. Кларк, ты со мной? — Да, да, я слушаю, просто голова адски… Прошу, говори быстрее, у нас не так много времени. — Мне нужно минут пятнадцать, я выстрелю в него с крыши здания напротив этого. — Манс, он угрожал, что если я его убью, то кто-то активирует чип. И я… — Но ведь его убьешь не ТЫ, Кларк, а я. Нет, ты только скажи. Я не хочу рисковать твоей жизнью или жизнью Лексы. Девушка сильнее сдавила виски ладонями. — Черт, моя голова… сейчас взорвется. Он сказал, что если я его убью и мне… Займи позицию. Мне надо подумать. Если я выведу его к тебе… Точнее, если поведу его в твою сторону, значит — стреляй. И если так… Манс, умоляю, не промахнись. Если он выживет, то не простит мне этого и нам с Лексой конец. Ты понимаешь? — Да. Обещаю тебе, я не промахнусь. Доверься мне. — Мне надо переварить. Прости. — Блондинка, держась двумя руками за голову и пошатываясь, встала и перед тем, как покинуть туалет, рассказала Мансу, где расположено их логово. Как выглядит здание. Описала каждый этаж, который видела, место, где держали Лексу. В случае, если Кларк не согласится, Манс должен слушать и слышать всё, что происходит в том здании. Опираясь о стенки, она вышла из дамской комнаты. С трудом удерживаясь на ногах вернулась к столу, где Такеши уже почти закончил переговоры. Он заметил побледневшее лицо Кларк, поэтому вопросов о том, почему её не было так долго, не возникло. Да и какой-либо заботы тоже. Китаец был слишком доволен собой и событиями, которые происходили с ним в последнее время. А Кларк не могла понять, что с ней происходит? Слишком странно, так плохо ей не было уже очень давно. Сегодня такой же день, как и все прочие… Что спровоцировало тошноту и такую сильную боль в висках — неясно. Но на раздумья об этом уж точно времени не было — надо срочно принимать решение. Это шанс. Это их с Лексой единственный шанс. Ведь не Гриффин убьет Такеши — наоборот, создаст иллюзию, что спасает. Вот только, если его жизнь напрямую связана с жизнью Кларк, если этот загадочный человек с пультом есть и он решит, что она должна умереть… Стоит ли рискнуть? Простит ли ей Лекса когда-нибудь если её не станет? Да и какая разница, простит или нет, если брюнетка будет спасена? А вдруг Лекса с собой что-нибудь сделает… Столько вопросов и такая огромная ответственность. Рискнуть собой и поставить свою жизнь на кон или снова бояться и чего-то выжидать. Что сможет Манс? Не играет роли, когда и как умрет Такеши, если его смерть в любом случае — риск для Кларк. Она бы ни за что не подвергла опасности жизнь Лексы, но, может, пора уже сделать самую крупную ставку?! И Кларк её сделала. — Такеши, нам в эту сторону. Думаю, будет лучше, если мы пройдем в дальнюю машину. Мужчина недовольно нахмурился, но без пререканий пошел к машине, на которую указала Кларк. Он был настолько доволен сегодняшней сделкой, что не задавал лишних вопросов. Вот зачем нужен был этот допуск к телу. Наконец, Кларк поняла: видимо, Лекса судила по себе — когда расслабляешься рядом с телохранителем, уже не вдаешься в детали. Хотя в случае Такеши, тот был слишком уверен, что Гриффин ему не навредит. А она шла рядом и слушала. Слушала Манса, который уже был готов нажать на спусковой крючок мощной армейской винтовки, лежа на крыше высокого здания через дорогу. — Кларк, пусти его вперед, а через два метра задержи. Девушка тут же послушалась. — Такеши, стой, — окликнула она его. Он стоял ровно там, где требовалось, и Кларк, шагнув к нему, прошептала. — Что-то не так. — В чём дело? — встревожился начальник. — Одну минуту. Голова болит, простите, но что-то явно не так, — наиграно и взволнованно продолжила блондинка, пока слушала Манса и боролась с болезненными спазмами в висках. Секунда, две и… Девушка стояла рядом и понимала, что выстрел сейчас придется как раз в сердце. Китаец совсем рядом с ней. Она по левую руку от него. Наконец, эта сладкая месть. Кларк надеялась, что он умрет не сразу и она успеет посмотреть в его ненавистные глаза. Мысли о его сердце, которое сейчас пробьет пуля, и неизбежной смерти… Девушка слушает биение сердец Такеши и Манса, уже начавшего нажимать на спусковой крючок, сделавшего вдох… Что-то… не так… Все эти пять или десять секунд, как в замедленной съемке… — Что-то не так… — тихо шепчет Кларк себе под нос, вслушиваясь в ритм сердца начальника. «Манс, нет, не стреляй!!! » проносится у Кларк в голове. Ее тело вдруг затрясло. Такеши снова нервно смотрит на неё, и вот она уже слышит, как воздух покидает легкие её друга и механизм винтовки оживает. — Нет… — вдруг шепчет Гриффин и дергает Такеши на себя. Дергает от пули. Пытается его спасти. Но поздно. Как только Кларк касается его руки и дергает на себя, пуля пролетает у неё перед глазами — да, она её видела, а собственное сердце вмиг замерло, когда пуля врезалась в грудь Такеши. Она входит глухо. Резко. Быстро. Душа Кларк упала в пятки. Но не потому, что Такеши наконец-то умрет, а потому что она не успела его вытащить из-под пули. Мужчина ошарашенно смотрит на неё, а девушка с открытым ртом поднимает взгляд от места, где вошла пуля, к его глазам. — Кларк… — выдыхает он и ноги его слабеют, пока изо рта вытекает кровь. Китаец кашляет — и кровь брызгает прямо на лицо блондинке. — Черт, — хрипит Кларк, когда мужчина падает на колени. Охрана тут же засуетилась: кто-то побежал искать стрелка, другие подогнали машину. Пара охранников схватили Такеши под руки и затащили в салон. Кларк не слышала уже ничего. Весь мир вокруг замер… Она его не спасла. Не спасла. Не успела. Она поздно все поняла. Слишком поздно. Гул в ушах. Виски разрывает от боли. Слезы выступили на глазах. «Это конец » проносится в голове. И только стук сердца, четкий, быстрый… Стук сердца её начальника. Сердца, нетронутого огнестрелом. Здоровое сердце, которое находилось у него не с левой стороны, как у всех. А с правой… — Кларк, я попал! — прошептал Манс. И если бы Кларк слушала, она засекла бы, как он убегает, как мастерски скрывается от охраны Такеши. Но она уже не хотела ничего слышать. У неё сейчас только что сгорела ставка ценою в жизнь… Игра была почти проиграна. Её схватили и затолкали в авто. Девушка так и не моргнула с той секунды, как осознала, какую страшную ошибку только что совершила.

***

Две недели Кларк мучилась в сомнениях и переживаниях, так как Такеши был жив-здоров и даже очень. Да, пролежал в госпитале, но отлично шел на поправку. А затем просто игнорировал блондинку и видеть пока её не желал. Гриффин же по вечерам выбиралась во двор, чтобы побегать по окрестностям территории и пообщаться с Мансом, которому, конечно же, было очень жаль, что все пошло не по плану. Чего теперь ожидать от китайца — непонятно. Группа из «Дестроя» расположилась подальше от базы Такеши, чтобы, не дай бог, его охрана никого не засекла. Но сам Манс почти сутками просиживал рядом с оградой, куда выходили окна Кларк и слушал. Ему бы быть ближе, чтобы знать, что происходит в темнице, где сидит Лекса, но даже сама Кларк не слышала там абсолютно ничего. Когда Такеши раньше навещал Лексу, она пыталась успеть: выбегала, вставала над местом, где находилась её камера, но… Ничего. Тотальная убивающая тишина.

***

Руки у Кларк тряслись, а ноги были ватными. Она стояла рядом с дверью в кабинет начальника и очень боялась. По-настоящему, как никогда раньше. Все это время его реабилитации Гриффин была своего рода под домашним арестом: только стены её квартиры и двор, где она иногда бегала, — больше ничего. Она безумно соскучилась по Лексе и самое страшное, что и понятия не имела, жива брюнетка или нет. Блондинка несколько раз настаивала на встрече с китайцем, но ей четко дали понять, что он пока к её визиту не готов. Кларк предстояла самая отчаянная игра в жизни. Самая смелая и права на ошибку не было. Она просто обязана была убедить мужчину, что пыталась его спасти, что если бы не головная боль, то этого бы не случилось. Врать. Врать так убедительно, как никогда прежде. — Проходи, присаживайся. — Грубый голос и небрежный взмах рукой. Кларк медленно преодолела расстояние и села в кресло. — Я давно хотела с вами встретиться, но вы отказывались и я… — Наше с тобой сотрудничество закончено. — Такеши холодно ухмыльнулся и приподнял бровь, усаживаясь в кресло напротив. На этом моменте у Кларк зазвенело в ушах и вспотели ладони, которые она тут же, сжав в кулаки, спрятала в карманы толстовки. — Сэр, я пыталась, просто моя голова раскалывалась и я… — Нет, Кларк. Я думаю, ты пыталась убить меня. Очень долго размышлял над этим и у меня не осталось сомнений, — прорычал он. — Ты намеренно повела меня туда, остановила меня в том месте, где я оказался под прямым выстрелом. Единственное, чего ты не учла, так это мою аномалию, и что пуля меня не убьет. Я всё думал, что же с тобой делать. Убить, — китаец повел бровью и улыбнулся, — или продать? Да только кому ты нужна. Кто купит тебя в паре с Лексой? Сломанные игрушки. Бесполезные обе. — Вы ошибаетесь, я вам преданна! Просто в тот день… — Блондинке было сложно говорить из-за кома, незамедлительно подступившего к горлу. Но если сейчас надо было умолять, она готова к этому. Ведь следом за её смертью последует смерть Лексы, такого девушка допустить просто не могла. Может, стоит грохнуть его прямо сейчас?.. — Заткнись, Кларк. Ты умрешь и твоя подружка тоже. Ты бесполезна. На роль слухового аппарата я могу взять у Юшенга любого другого солдата под сывороткой. Да, займет какое-то время и лишние расходы, но… Марк меня не подведет. А ты — отработанный и паршивый материал. Но я буду добр и разрешу тебе попрощаться с Лексой. Представляешь, в каком я хорошем расположении духа, несмотря на то, что ты натворила? Кларк, услышав эти слова, тут же оскалилась и вскочила с места, её остановил лишь уверенный жест Такеши. Который достал этот ебаный пульт и тут уже она замерла, как вкопанная. — Вы не так поняли. Умоляю, не принимайте поспешных решений. Я буду вам полезна. Вы ошиблись, я как никогда преданна вам. Верна! — закричала блондинка. Конечно, она подскочила на ноги, чтобы убить его, но, стоило увидеть в его руке оружие против неё, как Гриффин тут же сменила тактику. Словно загнанное животное — что угодно, лишь бы выжить. Её трясло и она понятия не имела, как сейчас всё исправить. Даже если каким-то чудом Манс всё слышит и готовит операцию, ей не выжить. — Верна, значит? — заорал Такеши на весь кабинет. — ПРЕДАННА? — Да, сэр! — Докажи тогда! Охрана!!! — Тут же в кабинет влетело четыре парня. — Я тебе не дурачок с улицы, Кларк. Не приближайся ко мне ближе, чем на два метра. Ты мне сейчас докажешь свою преданность! Как же ей не нравился его голос. Да всё не нравилось. Целая жизнь уже готова была пролететь перед глазами. Ведь она совсем не хочет терять Лексу! Не из-за своей смерти, не уж тем более — из-за её. Такеши шел по коридорам слишком быстро. Иногда останавливался, чтобы потрогать беспокоившую рану, что лишний раз злило и напоминала ему о предательстве Гриффин. Блондинку же вели под руки следом за ним. А он шагал слишком уверенно. И был слишком зол — ничего хорошего это не предвещало. Когда они спустились на нижний уровень, сердце Кларк вообще ухнуло в пятки. Дыхание перехватило, а по телу прошелся озноб, тут же сменившийся жаром. Горло сдавило и дышать уже не было возможности. Паника. Отчаянная и непобедимая паника. Только идти вперед, за ним, на ватных ногах, которые она уже переставала контролировать. Когда они встали перед камерой Лексы, по щеке у Кларк скатилась слеза. Она готова была зарыдать сейчас, всем телом чувствуя, как приближается конец. Конец всему… А у неё билеты в первый ряд, чтобы наблюдать с лучшего ракурса. Рвануть бы сейчас к проклятому китайцу и свернуть ему шею. И плевать, если он успеет нажать на эту злосчастную кнопку. Но два пистолета дышали ей в спину, и даже если… — Открыть камеру! — Такеши стоял достаточно далеко от Кларк. Он вообще всё это время держался от неё на приличном расстоянии. Просёк, засранец. Дверь распахнулась и охранники втолкнули Кларк внутрь так сильно, что она чуть не упала на пол, ведь в ногах совсем не осталось сил. Её поймали руки… Руки её девушки. И Лекса тут же прижала блондинку к себе, спрятав её лицо себе в шею. Она выглядывала из-за спины Гриффин, которая уже рыдала в её объятиях и просила прощения за то, что не справилась и погубила их. Лекса прижала девушку еще сильнее к себе. Такеши встал на пороге. — Не смотри на меня таким бешеным взглядом, Лекса. Твоя девочка облажалась. И сделала это по-крупному, от души. Не дергайся, лучше слушай внимательно. — Он хоть и стоял напротив них в дверях, но прятался за спинами телохранителей, державших пальцы на спусковых крючках полуавтоматов. И все бы ничего, но внимание Лексы было приковано к вещице в руках Такеши. — Тихо, Кларк, всё хорошо, — не сводя глаз с глаз китайца, прошептала брюнетка. — Нет, Лекса, всё очень плохо, — громко засмеялся тот. — Но. Для тебя все может сложиться чуть лучше, чем для нее. Она мне уже не нужна, но… Если ты скажешь, где находится ваш лагерь, я, так и быть, отпущу тебя и твоего папашу. А я человек слова, ты же знаешь. Что, нет, не выдашь? — посмотрел он в глаза Лексы, которая скалилась, и улыбнулся в предвкушении. — Ну нет, так нет. Такеши достал из кармана раскладной нож и кинул на пол камеры. — А для мисс Гриффин у меня веселое задание! Кларк, ты сказала, что верна мне. Докажи. — Блондинка перестала хлюпать носом и даже дышать. Хватка, которой она прижимала к себе брюнетку, вмиг ослабла. — Я всегда ношу с собой этот планшет. — Такеши замолчал, как только заметил выражение лица блондинки, когда она развернулась, и этот её взгляд… Да, он его уже видел много раз. — Быстро закройте камеру!!! — Дверь тут же захлопнулась, а мужчина продолжил снаружи. — Кларк, детка, ну что за ярость в глазах, а? Только что меня умоляла, а сейчас уже убить готова? У вас там нож лежит… Ты всё ещё можешь выжить, доказать свою преданность. Доказать, что не подвела ты меня под пулю. Я дам вам пять минут… Выживет кто-то один. Как только время истечёт и я увижу, что Лекса жива, а я ведь увижу да, Лекса? Мы ей тут недавно камеры установили, лень мне было приходить. Так о чем я там? Ах да, если через пять минут Лекса будет жива, я нажму кнопку. Правила весьма просты. — Я тебя придушу голыми руками, — прошипела Кларк, выпрямляясь в полный рост. Глаза налились кровью, а ноздри раздувались от гнева. — Обещаю, что вырву твое сердце, раздавлю его ботинком и разотру по этому вот полу. Лекса схватила Кларк за руки и крепко сжала. Её мысли побежали галопом. Либо она, либо Кларк… Надо принимать решение, ведь он нажмет на эту гребанную кнопку. — Да-да, Кларк, банальная речь, я уже слышал в свой адрес что-то похожее и не раз. Время пошло. Удачи вам.

***

— Смотри, старик. Как и обещал, зрелище, достойное оскара. Как думаешь? — Такеши сел на стул рядом с Дебнемом-старшим. — Ну, что ты притих? Я всё остановлю в любой момент, ты только скажи… Скажи, где находится ваш лагерь, и всё тут же закончится. Отец Лексы со слезами на глазах смотрел на экран планшета. За всё это время он уже сто раз пожалел, что не смог уберечь дочь от всего этого. Всегда гордился, что Лекса самая сильная, но когда девочка подросла, ему так и не удалось вывезти дочь к людям, забрать из лагеря и заставить жить по-настоящему, чтобы она знала, что есть нечто кроме стрельбы из оружия и убийств. Он не смог. И вот его дочь впервые влюбилась, начала жить… А отец сделал ошибку в самом начале пути и сейчас страшно жалел. Ведь он любил свою дочь больше жизни. Сейчас мужчина наблюдал, как она крепко обнимает Кларк. Как в этих объятиях она тянется к ножу. Сердце пожилого отца билось слишком быстро. Он бы сейчас отдал всё на свете, да и раньше отдал бы, если это дало бы хоть какие-то гарантии, а не привело к смерти почти всех в лагере, и в особенности — к смерти его дочери. — Лекса! Твою мать, ты что делаешь? — заорала блондинка, отскочив от девушки и толкнув нож пяткой себе за спину. — Кларк, ты же всё слышала! Я не позволю тебе умереть! Отойди, — рычала брюнетка, надвигаясь на Кларк. — Ты совсем головой тут от одиночества тронулась? Блять, не смей даже думать! — Кларк шагнула назад, встав в защитную стойку. Она не узнавала Лексу. Перед ней девушка с таким огнем в глазах, что по телу пробежали мурашки и Гриффин стало страшно, как никогда в жизни. Только сейчас она до конца осознала всю серьезность ситуации. Шок прошел, а на смену ему пришел ужас. От которого кровь стынет в жилах. — Кларк, прочь с дороги. — Грубо, сухо и слишком угрожающе. — Лекса, стой! Я сильнее тебя! Неужели думаешь, что я позволю тебе покончить с собой у меня на глазах?! — Так отвернись! — С этими словами Лекса сделала резкий выпад и тут же получила ладонью по голове. Кларк со всей силы оттолкнула её и снова встала, выставила защитный блок, охраняя сейчас не просто нож. За спиной фактически была на кону жизнь любимого человека. О своей она уже даже не думала. В голове билась только одна мысль — не позволить Лексе убить себя у неё на глазах. — Кларк, он нажмет на эту ебаную кнопку! Отойди! — Лекса предприняла ещё одну попытку, но даже и рядом не оказалась, тут же оказавшись на полу после сильнейшего удара ногой в грудь. — Совсем одичала! И потеряла тут остатки разума! Приди в себя, дура! — орала Кларк. Лекса её сейчас не на шутку пугала. И не тем, что сможет добраться до ножа. Не сможет. Пугала тем, как отчаянно и уверено хочет отдать свою жизнь. За неё. Брюнетка вскочила и взмахнула ногой: Кларк мгновенно присела, уворачиваясь, и ответ не заставил себя ждать. Она ударила брюнетку ступней туда, где все ещё заживало пулевое ранение. Лекса только зарычала на это. Кларк в полнейшем ужасе отбивалась от отчаянных нападок любимой девушки. То ли Лекса так озверела из-за одиночества, то ли совсем умом тронулась, но блондинка хотела совсем не этого, и ей все, что сейчас происходило, доставляло дикую боль. Лицо Лексы, её взгляд и голос, её злость… И больнее всего было оттого, что скорее всего это последнее, что увидит Кларк перед смертью. — Лекса, прошу тебя! Остановись и обними меня, умоляю. Прекрати! Ты меня пугаешь! Ты делаешь мне больно! ТЫ МЕНЯ УБИВАЕШЬ, — заорала блондинка, в очередной раз вынужденно нанося удар любимому человеку. — Убиваю? Обнять, Кларк?! Я не хочу видеть, как ты… Не желаю! Я лучше… — Голос Лексы надломился и вдруг задрожал, как и приоткрытые губы. Кларк в ту же секунду осознала, насколько Лексе больно. Отчего собственное сердце просто рвало на куски. — Гляди, старик, твоя собственная дочь не хочет жить! Я такого даже не ожидал. Вау! Аж жарко стало! У них осталась минута, но я, пожалуй, дам им еще время, уж больно потрясающее зрелище, — восторженно причитал Такеши, сопровождал возгласы громким смехом. — Останови это… — тихо, дрожащим голосом прошептал седовласый мужчина. Он начал диктовать адрес, когда Лексе всё-таки удалось поймать Кларк всем телом, опрокинуть на пол и схватить нож. Блондинка в секунду дернула её на себя и вот уже обе упали на холодные каменные плиты. Лекса так сильно вцепилась в рукоятку, что ни удары Кларк по болевым точкам, которые она успела выучить, ни по лицу, не ослабили хватку. Со слезами на глазах Гриффин удерживала руку Лексы за запястье. Брюнетка ожесточенно била Кларк, пытаясь навалиться телом на острое лезвие. Если бы блондинке только удалось вывернуть её руку, повалить девушку на спину и оседлать, она бы смогла… Смогла отобрать это злосчастное оружие. Рычание сменялось стонами, воем, и отчаянным мычанием. Слезы текли из глаз. Лица красные. Глаза налитые кровью. Этот танец смерти никто не хотел проигрывать. Они находились в объятиях друг друга, отчаянных, наполненных болью. И желанием спасти друг другу жизнь. — Останови, я же сказал адрес. Умоляю! — Сам Дебнем меня умоляет, глядите-ка! Я знал, всегда знал, что настанет этот момент! Не бойся, старик, Кларк девочка сильная и не даст твоей дочери насадить себя на нож. Вот это любовь, сам Шекспир в гробу перевернулся! Ромео и Джульетта отдыхают просто. Ладно, мне пора прощаться с Гриффин, пожалуй. — Но ведь ты обещал! — Конечно, и я держу слово. Лекса будет жить. А про жизнь Кларк я ничего не говорил. — С этими словами Такеши зло засмеялся и вырвал планшет из рук оцепеневшего мужчины, после чего быстро покинул камеру. — Кларк, детка. Давай прощаться! Ты была хорошим сотрудником, но не долго. Мне тебя будет не хватать. Наверное, — громко кричал Такеши, глядя на экран планшета и стоя за дверью темницы Лексы. Сердце брюнетки вмиг пропустило удар. Замерев, она с дрожащими губами уставилась в красно-голубые глаза напротив. Кларк приоткрыла рот, не в силах даже вздохнуть. Губы Лексы беззвучно шевелились: жизнь, её бессмысленная собственная жизнь пронеслась перед мысленным взором. Она смотрит в родные и любимые глаза, не в силах издать ни звука. — Нажимаю! — засмеялся Такеши. — Лекса, — выдохнула блондинка, плача. Та снова, как рыба, лишь приоткрыла рот, не издавая ни звука. Просто её собственная жизнь с каждой секундой покидала тело. Душа отделилась и брюнетка только и могла, что шевелить губами и смотреть в родные глаза, которые сейчас закатывались. Девушку под ней стало трясти и та запрокинула голову. За стенкой громкий довольный смех. А внутри у Лексы — взрыв ядерной бомбы. Болью сжимает сердце и горло. Она не в силах шевелиться, моргать или дышать. Лишь смотрит на Кларк, голова которой возвращается в прежнее положение и она медленно открывает глаза. Изо рта блондинки с тихим хрипом вырывается воздух. Лекса вскидывает руку и хватает Кларк за шею. Пульс. Голубые глаза смотрят на неё, моргая. Брюнетка тут же переносит руку чуть вверх, чтобы зажать ей рот. Кларк шумно втягивает носом воздух, но тут же задерживает дыхание и кивает в ответ. Злость и ярость лавой разливаются по телу брюнетки. Она встречает взгляд напротив и её губы изгибаются в оскале. — Лекса, что-то не слышу, как ты плачешь. Уж не покончила ли ты там с собой? Кларк слышит, как планшет отправляется к Такеши в карман. И тут же, снова кивая, убирает руку Лексы со своего рта. Брюнетка медленно встает, крепче сжимая рукоятку ножа, и подходит к дверям, где уже щелкает замок. И, как только китаец заходит, она зажимает ему рот, а затем толкает к блондинке. Кларк поймала ублюдка, и, прижав к стене, сдавила ладонью его горло, да так, что за секунды лицо Такеши стало бордовым. — Только пискни, — шипит она ему в губы. Лекса, выглянув из камеры, перехватила руку с оружием у одного охранника и воткнула свой нож в шею второго. Не отпуская кисть с пистолетом первому, тут же метнула ножик в горло третьему. Следом, развернув первого парня, толкнула его в четвертого: зажала их обоих у стены и, вывернув руку с пистолетом, из этой же руки произвела убойный выстрел. Тут же, вытащив ножик из шеи парня стоявшего на коленях у её ног, проткнула им горло обоим охранникам, которых все еще прижимала к стенке. Неспешной походкой брюнетка вернулась в камеру и встала напротив китайца, которого Кларк уже удобно «обнимала» сзади, блокируя любую попытку вырваться. — Ну, что ж, — не своим голосом прошептала Лекса. — Кажется, мы тебе кое-что задолжали. Кларк опустила руку, зажимавшую ему горло. И её девушка, сделав один шаг, нанесла точечный удар двумя пальцами, лишив мужчину возможности даже внятно мычать. Такеши начал задыхаться, его напуганные глаза бегали по хладнокровному лицу брюнетки. Гриффин отошла в сторону и вытянула руку, чтобы взять у Лексы нож. Брюнетка вложила его к ней в ладонь. — Не надейся, быстро ты не умрешь, — продолжила бывшая пленница, сделав шаг назад и уступив дорогу Кларк. Блондинка грубо толкнула мужчину к стене. У него из носа бежала кровь, а руками он пытался отмахнуться, но силы, как и возможность что-то сказать, его покинули. Ледяной ужас светился в карих узких глазах — нет, сейчас они не были узкими, наоборот, широко открыты так, будто это помогало ему глубже дышать. Кларк разрезала его рубашку и провела лезвием от шеи до места, где находилось сердце ублюдка. — Я запомнила, с правой стороны, — равнодушно произнесла Кларк, рисуя кончиком ножа крест у него на груди. — Я не медик, но… — Прочертила линию вниз, туда, где начинались ребра. И остановившись… вогнала оружие в тело. Лекса аккуратно коснулась шеи блондинки и Кларк, понимая чего та хочет, отпустила рукоятку и отошла. Её место тут же заняла брюнетка, сделав разрез ещё шире. Глядя в лицо мужчине, который лишь сдавленно и глухо мычал, корчился в муках. Гриффин обошла девушку сзади и обняла за плечи. Нежно поцеловала в щеку и, закрыв глаза, прижалась лбом к её спине. Лекса вытащила нож. Подтянула рукав на толстовке и стала проникать ладонью мужчине под ребра. — Мы тоже выполняем обещания, — прошептала она и нырнула рукой глубже. Мужчина забился в судорогах. Девушка, сжав зубы, всё-таки достала до сердца, обхватив его пальцами. Посмотрела в умирающие и горевшие агонией глаза напротив… После чего в одну секунду стиснула пальцы и резко дернула руку вниз. Вырвав сердце, она бросила его на пол. А Такеши упал сначала на колени, а затем — лицом вниз. Кларк крепче обняла брюнетку за талию и тут же отпустила, и, не глядя на труп китайца, пошла к двери. По дороге всё же наступив на бесполезный орган, как и обещала, и покинула ненавистную камеру. Через минут пять они уже шли по коридору вместе со спасенным отцом Лексы. Он был заперт через пять камер от камеры дочери. Стены в них были со звукоизоляцией, скорее всего, из-за этого Манс так и не услышал, что творилось в камере Лексы. Зато он знал то, что было до того, как они с Такеши туда вошли. Лекса шагала впереди — ей не нужен был идеальный слух, как у Кларк, чтобы перебивать всю охрану, которая встречалась на пути. Да, она отвыкла от этого за месяцы изоляции, но сейчас в ней бушевали адреналин и желание выбраться отсюда с самыми дорогими ей людьми. — Кларк, боже, я думал… — Дебнем-старший, опираясь о Кларк, шел так быстро, как мог, но сильно хромал, да и общее здоровье у него знатно испортилось. Он спотыкался почти на каждом шагу. — Всё хорошо, не спешите, а то вы так, того гляди, и помрете по дороге, — отпустила шуточку Кларк и мужчина усмехнулся. — Кларк, прости меня. Прости, ради бога. — Бог простит, — огрызнулась блондинка себе под нос, крепче прижав мужчину к себе. Второй рукой она терла шею сзади, там что-то адски горело, причиняя дискомфорт. И словно прожигало её изнутри. Где-то под кожей.  — Справедливо, — усмехнулся Дебнем, снова споткнувшись на ровном месте. — Тут постойте, — Лекса махнула им рукой и парочка сзади остановилась, а она сама, завернув за угол, пошла расчищать им дорогу, используя только ножик, чтобы не привлекать лишнее внимание. Где-то снизу вдруг раздались выстрелы. Все замерли. Даже Лекса, которую Кларк уже не видела, и её отец, до этого глубоко дышавший и упиравшийся рукой в колено. А блондинка все так же терла шею, где что-то жгло и не давало покоя. — Кларк, я рад, что ты жива, правда, — нарушил молчание мистер Дебнем и Гриффин, вздрогнув, посмотрела на него. — Я тоже. Рада. Но давайте молча. Я вас не перевариваю. — Понимаю. Я все понимаю. Но, если бы он нажал на кнопку, я бы потерял дочь, любящую тебя больше жизни, — тихо выдохнул мужчина. — Но он нажал, — усмехнулась Кларк. — Как видите, ваш Марк тот еще криворукий гандон. Кстати, его тоже надо навестить. — Впереди чисто! — перед ними показалась Лекса. Она вдруг замерла, заметив побледневшего отца. — Как нажал? — прохрипел он. — Как-как, пальцами, бля, — бросила блондинка и снова стала тереть шею. Лекса задрожала, не узнавая отца. Испуг и ужас — его лицо вытянулось, а сам он выпрямился, несмотря на боль. — Папа? — хрипло прошептала брюнетка, шагнув к нему. — Лекса… Он нажал? — Папа, что с тобой? — сипло и еле слышно. Мистер Дебнем перевел взгляд на Кларк, которая непонимающе уставилась на него, и приподняв брови, растирала затылок. — Дочь… Он срабатывает не сразу… Сначала обездвиживает, парализует… Потом минут десять и… Душа Лексы сжалась в тугой комок. Она медленно обернулась к Кларк, тоже смотревшую на нее, пока из голубых глаз струйками вытекла кровь. — Кларк… — сдавленно… почти не слышно. — Лекса… — горько и дрожащим голосом. — Что-то горит. Горит там… Кларк падает на колени, забившись в конвульсиях. Лекса уже через секунду подскочила к ней и поймала трясущееся тело. — ОТЕЦ, ЧТО ДЕЛАТЬ?! КЛАРК! — Она повернула блондинку набок и, подняв её волосы, стала искать место, где, по словам Кларк, жгло. Мужчина тоже подхватил блондинку, поддерживая, и стал что-то шептать себе под нос. — Помоги! Это же твоя работа, блять! — заорала Лекса. — Я…я не все знаю. Только то, что он там. Подведен к нервным окончаниям и к стволу позвоночника, что ведет в мозг. Её мозг сейчас сгорит, Лекса! Раздумывать и бояться уже было просто некогда. Мгновенно среагировала, брюнетка достала ножик и, молясь про себя богу, в которого ранее не верила, сделала аккуратный надрез, пока отец пытался справиться с судорогами Кларк. — Да блять, держи её крепче! Лекса, широко открыв глаза, запустила пальцы под кожу и стала искать на ощупь адский посторонний предмет. Кровь струйками стекала по её кисти. Тело под рукой все так же тряслось. Брюнетку и саму всю трясло. — Что-то есть! — Она нависла над раной. — Не задень ножом. — Кажется, мистер Дебнем тоже молился. Прислонив кончик лезвия к пальцу, Лекса запустила его глубже. Что-то горело под ее рукой. Что-то, что надо ювелирно достать из-под кожи. Зажмурившись, она задержала дыхание и стала продвигаться опять же на ощупь, все равно из-за крови ничего не видно. Затем слегка дернула нож и тихо выдохнула, извлекая из-под кожи нечто маленькое и очень горячее. Откинула проклятую штуковину в сторону, даже не рассмотрев. И, схватив у отца плотный бинт, который поддерживал его руку после пыток, перевязала им шею Кларк. После снова повернула девушку набок, но чтобы увидеть её лицо. Бледное и искаженное гримасой боли. А через минуту в коридоре показался Манс, за спиной которого по стойке смирно встали солдаты из лагеря «Дестрой». Ещё мгновение — и Кларк перестало бить в судорогах. Лекса, тихо роняя слезы, убаюкивала её у себя на коленях, обнимая. — Сердцебиение сильное, — тихо произнес Манс, подходя ближе. — Жить будет. Лекса опустила голову, чтобы прижаться лбом ко лбу блондинки — Только живи, не смей бросать меня. Без тебя я умру, Кларк. Ты все, что у меня есть, — прошептала она так, чтобы услышали лишь Гриффин и Манс. _____________ Примечание от автора, которое, увы, не поместилось в примечаниях: D На днях будет эпилог. Куда же без него. Ребята, что хочу сказать. В первую очередь то, что эта работа была первая в моем полугодовалом опыте настолько тяжелая. Не все ею довольны. Не всех я ей смогла удовлетворить. Не всем угодить. На некоторые ваши вопросы, может, так и не ответила. Слишком много различных мнений. Кто-то в восторге, кто-то возмущен. Это бывает. Мне искренне жаль, если кому-то кажется, что я сделала что-то неправильно. Правда. Но работа, как и все мои другие, написана от сердца. Простите меня, если что не так. Теперь обо мне. Я работой довольна. Все так, как и задумывалось. Несмотря на то, что я писала последние главы с телефона. Это очень повлияло на качество, и на скорость обновления. Но я старалась для вас. Я более чем довольна. Я счастлива. Столько себе самой нервов потрепала, столько через себя пропустила... Спасибо тем людям, кто поддерживал. И тем многим, кто читал!!! Я не всегда отвечаю на отзывы не потому, что я к ним не прислушиваюсь или мне все равно. Я все читаю — и либо потом недовольно переживаю негатив, либо улыбаюсь чему-то приятному. Я вас очень люблю и ценю каждое написанное вами слово. Независимо от того, пара фраз в отзыве или он больше чем моя глава :) Спасибо. Люблю. Низкий вам поклон. Едем дальше. Катя. Моя бета. Моя дорогая бета. Мой дорогой редактор. Просто спаситель. Вы бы знали, какую порой кашу она редактировала, какую кашу причесывала. Она просто автор и редактор от бога. Ее «Сквозь века» стоят внимания каждого. https://ficbook.net/readfic/4551010 Это шедевр! Если не читали, прочитайте, доверьтесь мне. Эта история не оставит вас равнодушными. Единственное приятное, что я могу сделать для нее, за проделанную ею работу — то, что скажу правду про ее шедевр. Кать, спасибо тебе за оперативность. За силы, которые ты вложила сюда. За твои нервы, которые ты вместе со мной тратила. За то, что сделала эту работу такой приятной на глаз. За поддержку! Я в восторге и моей благодарности за твою работу нет конца и края. Обнимаю крепко!!! Благодарность девочкам из твиттера, которые жарко обсуждали главы. Ждали их и не давали мне расслабиться! Вот такая впервые огромная речь у меня. Наверное, накипело, наболело, прорвало. А я, как и всегда, низко вам кланяюсь и говорю: «Пока и до встречи в других фф!»