Игра в фанты

      А «нахуй» так… вполне себе ничего! Как спасение от карамельных губ надоедливого пидорка. Или радужные коктейли вконец меня доконали, но я ответил Сане. Ответил! Вместо того, чтобы врезать по роже, обнял и прижал его к себе. И с языком, и глаз не открывал, и приятно. И губы те, и запах. Блядское бля, что со мной не так?       Что — с нами — не так?!       Это же Саня. Саня! Но в тот момент я забыл обо всем. Забыл о Лехе. О том, что это все ненормально. О том, где я, и о своем хреновом самочувствии. Тепло и ласка друга окутали меня облаком родного, знакомого, близкого. Приятный трепет на душе. Странно. Странно, но так хорошо.       Наш поцелуй затмил все, время замерло, исчезли люди. И я недовольно промычал, когда Саня мягко отстранился. Он, прикусив губу, смотрел на меня затуманенным взглядом. А я на него. Хотелось еще. Но ни я, ни он не решались: между нами невидимая преграда — Пучок.       Глупо. На что еще я надеялся? Леха меня четко послал — у него веская причина, да и не чувствует он ничего ко мне. Игра. Это всего лишь игра для него. Игра в кошки-мышки… Позабавился, подразнился, поплатился. А может, он сам и нарвался на рыжего, а у того снесло крышу хлеще, чем у меня? Да-да, Буня, ищи отговорки, лишь бы самому вины не чувствовать. Одно точно — я Пучка не интересую. Ни тогда, ни сейчас, ни в будущем.       А Саня… Саня всегда рядом.       Бля… Вот оно — счастье-то рядом! Почему мы всегда бежим от него, а потом мучаемся, страдаем, ищем то, что уже с нами?       Саня прикоснулся ладонью к моей щеке, уверенно провел пальцем и ухмыльнулся:       — Надо же, Буня плачет!       — Что?       Музыка, шум, перекрикивания — дикая смесь звуков ночного клуба молниеносно ворвалась в мой мозг. Вакуум единения наших душ лопнул. Резкая боль в висках. Я сморщился, схватился за голову и тихо взыл. Вот бы провалиться сквозь землю, куда-нибудь на другую планету, куда-нибудь из этой вселенной — да хоть куда, только не быть сейчас здесь. Ладно, я в хлам, но Санька, он же не пьянеет. Он трезв, а поцелуй — он был настоящим, не для отмазки. Не верю, напоказ так не целуются. Ну не тот он актер, чтобы так играть.       Пора домой. Забыть все. Делать вид, что ничего не произошло, притворяться, что все нормально, ничего противоестественного, никаких чувств, потому что так не должно быть. Только не с лучшим другом. Об этом надо забыть.       — Сань, пошли отсюда.       — А? Не слышу! — Он склонился ко мне.       — Домой пошли, говорю! — проорал я ему в ухо.       Магнат радостно кивнул, словно только этого и ждал, подскочил — и пулей к выходу. Не одного меня достало это место.       А-а-а-ах, как приятно вдохнуть свежего воздуха, как сразу легче! Еще бы не думать о всей той дряни, навалившейся на меня в клубе. Но как не думать…       — Сань, что это было?       — Где?       — Не прикидывайся дураком, ты знаешь, о чем я.       — О поцелуе? — Магнат понуро уставился в пол и виновато заелозил ногой.       — О нем самом. — Я поскорее нацепил очки — хоть так спрятаться от всего. Хоть так…       — Да, Бунь… Выбора у меня не было: или ты, или ищи меня где-нибудь в подвале у маньяка. Или в подворотне, или в мусорном баке, или…       — Чё, прям так?       — Увязался один тип, с виду такой милый, приличный, приятный собеседник. А потом так резко переключился, глазищи загорелись, оскал до ушей. Поехали, говорит, ко мне. Я тебя так отделаю, что на всю жизнь запомнишь и другого не захочешь.       — Нефиг флиртовать с кем попало!       — Да какой там! Мне ж надо было чем-то заняться, пока тебя ждал. Вот и беседовал, прощупывал психологию геев без какой-либо задней мысли. Почему они такие…       — Нашел, в чью душу докапываться. У них-то как раз все мысли задние, наивный.       — И я про то же. В общем, друг, ты как хочешь, но я больше не ходок по радужным местам.       — Эй, это мои слова. И кое-кто сам меня сюда притащил…, а теперь плюется.       — Да, каюсь. Неудачная идея, дурная — отмываться теперь неделю от грязи. — Магнат нервно зачесался. — Все, мне хватило одного раза. Согласен с тобой — логово дьявола, а не клуб.       — А я теперь и не знаю, соглашаться ли еще на твои авантюры. Как-то рисково. Ты, вон, от одного мудака спасался, еле убежал, а меня там пидорки облепили со всех сторон как мухи — мед, отмахиваться не успевал. А тот, что последний подвалил, так вообще самый блядский пидор. Не представляешь, что я там вытерпел! И как хотел вмазать ему по роже, так кулаки зудели, так зудели… Но я обещал, что буду вести себя смирно. Обещал, но пожалел двадцать пять тысяч раз!       — Так-так, заинтриговал. — Саня прыснул со смеху и, схватившись за живот, с трудом говорил дальше: — Посмотрим, чье «веселье» круче!       — О, так тебе весело? Понравилось от маньяка спасаться? Или, может, со мной целоваться?       — Э-э-э… — Саня в миг поменялся в лице, посерьезнел, нахмурился. — Бунь, ну прости, пришлось как-то выкручиваться, а лучшего не придумал. Так, э-э-эм, стыдно, просто трындец. Обычно не туплю, а тут, бац, и фантазия подвела — вспомнил классическую отмазку.       — Ну-ну, — цокнул я с укором.       — А че? Сказал тому помешанному психу — парень мой в клубе, сидит где-то обиженный после бурной ссоры и дуется на весь белый свет. А маньяк не поверил и давай приставать по новой, с утроенным давлением на мою тонкую душевную организацию. Так я и рванул к тебе, а дальше сам знаешь…       — Вот оно как… — расстроенно протянул я. — Душа у тебя нежная, оказывается.       Бля, радоваться бы, что с Магнатом все в порядке. Он не переметнулся на радужную сторону. Нормальный пацан. Нормальный! Но нет, мне обидно и грустно. Всегда знал, что я эгоист хренов. Одному жизнь изгадил, так еще второго туда же тяну.       — Эй, Бунь, ты это… попроще к тому поцелую — не убивай меня. — взмолился Саня, видимо, приняв мою грусть за чрезмерные переживания.       — Я ж не дурак, где еще найду такого хорошего друга, как ты? — попытался я пошутить, даже улыбнуться. Натянуто вышло, но Саня или не заметил, или сделал вид, что все хорошо. Ему бы со своей неловкостью справиться.       — Ладно, я еще не слышал о твоих похождениях. — Он ободряюще хлопнул меня по плечу. — Валяй!       — А может, ну их? — отмахнулся я. — Все в пестрой, мерзкой каше перемешалось. Тошно. Не хочу вспоминать.       — Я там краем глаза наблюдал за тобой, — хмыкнул Саня. — Верю про кашу. Сколько ты выпил?       — Много, но не настолько, чтобы все было пофиг. Доконали пидоры, особенно последний: он и руки распускал, и язык.       — Даже так? Чтоб этого маньяка шизанутого, из-за него пропустил самое интересное!       — Я не понял, Сань… тебе что, реально нравится, как я геем становлюсь? Помогать мне в этом? Подозрительно. Точно не твой фант был, а?       — Буня, совсем долбанутый? Мы про фанты говорили. А твое голубое превращение… ну да, каюсь, забавляет. Только не дуйся! Я тебя поддерживаю как могу, принимаю таким, какой есть.       — Ощутимо поддерживаешь, — я чмокнул воздух. — Признайся уже — тебе понравилось прикрытие.       — Какое?       — Как это — какое? Спасательная операция «финальный поцелуй», он незабываем!       — Дэн! Долго еще вспоминать будешь?       — Еще бы: удивил ты меня, поразил в самое сердце.       — Прекрати язвить! — Магнат зарычал. — Забудь об этом, пожалуйста.       — Ты ж меня все время провоцируешь. Как посадил в это корыто, так и понеслось. — Мы как раз подошли к машине, я брезгливо открыл дверцу шедевральной оки и залез внутрь. — Поехали.       Саня молча сел. Завел мотор. Тяжело вздохнув, обнял руль и уткнулся лбом в руки.       — Ну хочешь, расскажу про последнего… Чего так расстраиваться?       Магнат не отреагировал.       — Это было так сладко, словно в чашку вместо чая налили сгущенки, дали огромный кусок засахаренного торта, где крема больше, чем бисквита, и мне пришлось есть его, намазав предварительно медом.       — Боже, о чем ты? — Саня недоумевающе уставился на меня.       — А то, что твой поцелуй, по сравнению с этим, был просто…       — Ложкой дегтя, что ль? Так противно, да?       — Бля, все, закрыли тему!       — Ну не, погоди, — Магнат развернулся ко мне, одна рука на руле, а другой подпер бок. — Кажется, я понял, к чему ты клонишь. Понравилось?       — Саня, поехали домой.       — К тебе или ко мне? — Магнат повел бровью.       — Продолжения захотелось?       — Идиот.       — А ко мне не получится, время — три ночи, Клоп еще на дежурстве, да и если бы уже дрых, будить-злить его? Ну не, лучше около подъезда болтаться. И да, понравилось.       — Вот и надо было тебе ключи забыть… Что ты сказал?