Трофей

Карстен понял, что со всем этим нужно заканчивать, когда вдруг осознал, что всерьез планирует поменять в своей комнате шкаф. Громоздкий и неудобный, этот предмет мебели раздражал его с первого же дня, "съедая" огромную часть пространства, сам оставаясь полупустым. Не так много у раба было одежды, чтобы заполнить его бездонное нутро. Да у Карстена и у свободного ее столько не было! Раб присмотрел себе новый, а потом, сидя с Ральфом за одним столом во время завтрака, даже открыл почти рот, чтобы попросить разрешения. И тут же замер ошарашенно и поскорее запихнул туда кусок омлета побольше, чтобы уж точно не ляпнуть какой-нибудь глупости. Он не понимал, что вообще это только что было?! Во что такое он превратился?! Карстен не знал, когда же это вообще произошло, но точно не собирался с подобным мириться. Ему нужно, просто необходимо было сбежать, вырваться из всех этих цепких, обволакивающих "могло быть и хуже", "жить же можно", "да ладно, сколько народу так живет». И он видел, как бывает иначе. В один из дней, что ему довелось проработать в своем новом "дружном коллективе", он попал в один из частных домов, лепившихся, будто жирный коралл, к окраине города. Не слишком большой, но до оскомины благопристойный, дом этот принадлежал какому-то отличившемуся офицеру. Званием повыше Ральфа. И награду, соответственно, тоже уровнем выше. Карстен двигал там мебель, фактически, с места на место, повинуясь окликам склочной хозяйки, и старался не начать материться. Тетка явно сама не понимала, чего хочет. Впрочем, его тогдашний напарник желания эти сумел угадать куда быстрее, чем задумчивый Карстен. Он вообще как-то забыл, что еще истеричным дамочкам может быть нужно от честных и не слишком работяг. Карстена оставили "передохнуть в тенечке", пока напарник с хозяйкой дома удалились "посмотреть фронт будущих работ где-нибудь в спальне". И Карстен честно их ждал, прикидывая, что еще им сегодня предстоит сделать, и не стоит ли вызвать кого-то еще, если процесс вдруг затянется. Дома ему надо было быть в девять. Он как раз решился уже воспользоваться недавно купленным на чужое имя коммуникатором, когда вдруг из-за ближайшей двери его кто-то окликнул по имени. Полному, вместе с фамилией и забытым уже полковничьим званием. Он озадачился, но на звук все же пошел. За дверью оказался коридор, пустой и ничем не примечательный. Стены, да ряд дверей. Он и рассмотреть-то толком ничего не успел, когда сильные, хоть и изящные руки, толкнули его куда-то в угол, а жаркий шепот принялся уговаривать вести себя тихо. Карстен понятливо кивнул и отстранился, чтобы рассмотреть неизвестную любительницу тишины. Не такую уж и неизвестную, как оказалось. Просто в платье, открытом и пошлом, он едва ее узнал. Перед ним, тревожно оглядываясь, стояла его же собственный адъютант. Бывший, конечно, но сейчас, на целую секунду, Карстен об этом забыл. Девушка была ослепительно, до нереального прекрасна, даже в наряде, в котором и портовая шлюха постеснялась бы выйти из дому. - Анника, - изумленно поприветствовал ее бывший полковник прежде, чем притянуть обратно, наскоро обнимая, - ты здесь живешь? Как ты вообще? Вопрос был жестоким и глупым, но понял он это не сразу. Слишком уж рад был ее видеть. Девушка сжала губы и отвела взгляд. Поежилась зябко и ответила вопросом на вопрос: - А ты? Ты как? - Да нормально, - проговорил Карстен растерянно и виновато. На что он там жаловался? По голове гладят без спроса? А что с ней здесь без спроса делают?! От чего остаются такие следы на запястьях? От чего эта такая бесстрашная раньше девочка может вот так вот вздрагивать? - Правда. - А как ты здесь? - зачастила Анника, и в этом полушепоте отчетливо наметились привычные деловитые интонации. - Твой хозяин заставляет тебя работать? Часто? Тебе можно выходить одному? Карстен даже усмехнулся от неожиданности. Слишком внезапным был переход от несчастной, измученной пленницы, к отважной и хладнокровной воительнице, какой он привык ее видеть. - Нет, - он покачал головой, спеша дать ей нужную информацию. Вдруг она что-то придумает? Вдруг он сможет ей как-то помочь. - Не заставляет. Он не знает, что я работаю. Просто не следит за тем, что я делаю вне дома. Я могу выходить, но вернуться должен к девяти. - Вот как? - девушка потерла переносицу, а потом вздохнула почти жалобно и потеребила ошейник на своей шее. - А мне с этой штукой от дома не отойти. Сразу тревога поднимется. А за ней, автоматически, болевой шок. Мне показали тут. Для наглядности. А как тебя держат? Ошейника не видно. Браслет? - Нет, - Карстен заторопился, видя, как она прислушивается к звукам из-за дверей, - мне имплантировали что-то. Сказали, достать нельзя, но я не знаю, можно ли отключить. А ты? Ты что-то думала? Анника вздрогнула, почти паникуя. Было видно, как ужасает ее мысль о попытке побега. Карстен сжал кулаки, глядя на нее со страхом и сочувствием, и в бессилии выдохнул. Он ничего не мог поделать. - Думала, - кивнула, наконец, та и сжала челюсти едва не до скрипа, - но нам нельзя сейчас... Это долго. Нужна связь. Было видно, насколько ей страшно, и Карстен даже позавидовал такой решимости. Он-то сам до сих пор все только прикидывал да размышлял. Он протянул ей свой телефон, и Анника ухватилась за него, крепко сжимая в пальцах. - А ты? - спросила она быстро и снова осмотрелась. - Не будет проблем? - Нет, - Карстен мотнул головой и отступил к двери, тоже тревожась. Не хватало, чтобы его застали с чужой рабыней. Девушке тогда точно не поздоровится! - Хозяин не знает о нем. А я куплю новый. Ты сможешь спрятать? - Да, - Анника кивнула по-военному четко и сжала его плечо, явно прощаясь, - буду ждать твоего сообщения. Мы же придумаем что-то? Так ведь? И Карстен послушно кивнул, возвращаясь обратно, к не до конца переставленной мебели. С тех пор он точно знал, что ее он здесь не оставит. Когда их стало двое, думать стало будто бы в два раза легче. И куда спокойнее было возвращаться вечерами к хозяину зная, что это рано или поздно закончится. Карстен даже рискнул, потихоньку подключившись к хозяйскому терминалу, поискать остальных рабов из этой трофейной партии, но, к своей весьма завистливой радости, обнаружил, что никого не осталось. Так или иначе, всех их выкупили родные и близкие. Остались лишь они с Анникой. Но и этого должно было быть достаточно. Приходилось Карстену обходиться и меньшим. Холодные и лаконичные сообщения Анники подстегивали куда эффективнее, чем все, что выкидывал, или мог бы выкинуть Ральф. Карстен слишком легко додумывал все, что она не говорила. И искал в два раза активнее. Тот мелкий контрабандист, на которого Карстен так рассчитывал, если и мог быть полезен, то никак этого не проявил. По крайней мере, напиваться в присутствии грузчиков больше не спешил. Но это раба, конечно же, не остановило. Да и Анника, заполучив телефон с выходом в сеть, развила бурную деятельность. Нужный техник нашелся быстрее, чем можно было думать. Карстен не знал, насколько тот был надежен, и Анника никак не могла это проверить, но определенно им следовало рискнуть. В день, когда они встретились в следующий раз, Карстен забирал у нее деньги. Заработанных им, конечно же, для такой операции не хватило бы. Карстен было растерялся, но Анника особенной сентиментальностью не страдала, попросту взломав нехитрый сейф в доме своего хозяина. И это передвинуло неопределенный срок их побега на конец текущей недели. Хозяева Анники должны были вернуться с курорта, куда рабыню, к счастью, не взяли, оставив в пустом доме одну. Приходящие слуги ради такого случая тоже устроили себе выходные, и это было знаком судьбы настолько явным, что упустить его было бы глупо. - Ему нужен пульт, - проговорила Анника, прижимаясь к нему с неожиданной силой, цепляясь за его одежду и отчетливо подрагивая. Карстену казалось, что больше от азарта, чем от страха, но и этого наверняка хватало. – Завтра. Ты сумеешь выбраться завтра? Тогда уже вечером мы будем свободны. Это кончится. Насовсем. И Карстен только обнял ее в ответ, представляя, как обыщет хозяйскую комнату прямо с утра. Где-то ведь должен быть этот пульт, хоть хозяин им не пользовался. Карстен ни разу его не видел, но надеялся, что сможет опознать. Надеяться приходилось на многое. Что добытые Карстеном документы окажутся достаточно достоверными, чтобы сесть в самолет, что найденный Анникой неведомый специалист окажется тем, за кого себя выдает, что с ошейником Анники все получится. Опасений было немало, но тяжелее всего было ожидание. Он понятия не имел, как переживет сегодняшнюю ночь. К счастью, в тот вечер Ральф был внезапно задумчив. То есть, еще более задумчив, чем обыкновенно. Он часто замирал, будто бы собираясь что-то спросить или сказать, но так и не собрался. Карстен не знал, что случилось, да его это не слишком-то и интересовало. Он лежал на хозяйской кровати и прикидывал про себя, откуда завтра начнет свои поиски. Терпеть стало куда проще, думая, что сегодня все это проделывают с ним в последний раз. Завтра в это же время он должен был уже лететь где-то над океаном. Карстен озабоченно хмурился, когда шел на кухню, где все еще домывала что-то двужильная Джойс. Им нужно было поговорить. Женщина еще ничего не знала об Аннике и их рискованном плане, и обсудить предстояло многое. Вот только не вышло. Когда он привычно уже устроился за столом, женщина стояла над раковиной, одной рукой удерживая вымытую чашку, а другой с нажимом потирая висок. Казалось, она совсем забыла, что вообще делала. Карстен окликнул ее, и она все-таки отставила чашку, а потом обернулась. Взгляд ее был мутный и будто расфокусированный. - Джойс, ты в порядке? – глупо спросил он, прекрасно понимая, что порядком тут и не пахнет. – Что случилось? Мне надо с тобой поговорить. У тебя что, голова болит? - Поговорить? – Джойс заморгала, а потом прижмурилась, будто мягкий свет лампы резал ей глаза. – Срочно? Я что-то… И конечно, Карстену было срочно. Джойс нужно было собираться, нужно было готовиться идти завтра к загадочному технику. Он открыл уже рот, чтобы сообщить ей об этом, попросить сосредоточится ненадолго, когда женщина пошатнулась, хватаясь за стул, но все равно не удержалась и осела на пол. Карстен перепугано выскочил из-за стола, бросаясь к Джойс, но подхватить успел уже у самого пола. Только и сумел, что не дать удариться головой. - Джойс, - позвал он, заглядывая в побледневшее лицо, - Джойс. Очнись. Он бормотал что-то глупое, даже не думая об этом, а сам быстро проверял ее пульс. Женщина определенно была жива, хоть и без сознания. И он совсем растерялся. Нужно было позвать врачей, нужно было сделать хоть что-то, но он понятия не имел, как здесь принято лечить рабов. Можно позвонить в скорую помощь? Или в ветеринарную клинику? Или куда? Он уложил Джойс на спину и легонько похлопал ее по щеке. Женщина чуть напряглась под его рукой, нахмурилась болезненно, но глаза все-таки открыла. - Что? – спросила она, жмурясь и пытаясь рассмотреть, где она, и что происходит. – Я упала? Этого только не хватало. - Не вставай! – Карстен облегченно вздохнул, вскакивая на ноги. – Я сейчас. Лежи, хорошо? Он бросился к лестнице, испытывая отчего-то злость и смущение. Как будто собирался просить у хозяина об одолжении. Это было унизительно, и Карстен стиснул зубы, когда вежливо стучал в его дверь. Ральф открыл сам, вместо того, чтобы просто позволить рабу войти, и на секунду, тот даже слегка опешил, увидев его в пижамных шортах чуть выше колена и такой же мягкой трикотажной футболке. Сейчас даже странным казалось, что за столько времени, что они прожили под одной крышей, Карстен ни разу ни видел хозяина без одежды. И было бы, что скрывать! Тело как тело. Ну, может, тренировок и правда не хватает немного, небольшой, явно свежий шрам на колене, продолговатый синяк на правом предплечье и старый, давно заживший ожог на лодыжке у самого голеностопа. Карстен осознал, что тупо стоит и рассматривает Ральфа, только когда тот его окликнул. - Что-то случилось, – заявил хозяин утвердительно и распрямился, вытягиваясь едва ли не по стойке смирно. – Мне пришел сигнал. Я был в душе. - Да, – очнулся Карстен, вспоминая, зачем пришел, - хозяин, там Джойс. Она в обморок упала. Можно позвать ей врача? Или что-нибудь в таком духе? Конечно, Карстен предполагал, что это известие встревожит Ральфа достаточно, чтобы начать что-нибудь делать, но такого он не ожидал. На не слишком-то выразительном лице хозяина отразился такой ужас, что показалось, откачивать сейчас придется и его. - Джойс? – как-то заторможено проговорил тот, отступая в комнату и оглядываясь. – В обморок? Карстену захотелось выдать ему подзатыльник, чтобы простимулировать мыслительный процесс, но, как оказалось, осматривался Ральф вовсе не в растерянности. Он просто подключился к сети, позабыв закрыть глаза. - Все, - сказал он примерно секунд через двадцать. – Сейчас приедут. Я послал им все данные с контроллера. Я не знаю, я… я не разобрался, что случилось. У нее высокое давление. Где она? Она пришла в себя? - Была в сознании, когда я уходил,- Карстен потер переносицу и отступил к лестнице, - идем, хозяин. Казалось, спускаться Ральф не хочет. Он помедлил, зачем-то цепляясь за ручку двери, но все-таки кивнул и первым двинулся вниз. И, конечно же, Джойс не осталась лежать, как Карстен ей советовал. Женщина сидела на стуле, тяжело опираясь на стол и обеими ладонями сжимая виски. - Хозяин, - только и сказала она, увидев в дверях их маленький спасательный отряд, - прекрасно выглядишь. - Сиди, - Ральф подошел к ней совсем близко и несмело сжал ее плечо, будто бы ободряя. – Очень плохо? Сейчас приедут врачи. Хочешь воды или еще что-то? Карстену показалось, что он слишком уж суетится. Это было естественно в такой ситуации, растеряться и разволноваться, но ведь не для Ральфа же! Ну что он обмороков не видел? Откуда столько переживаний? Выглядело это до крайности подозрительно. - Так, - сказал раб и отступил к стене, понимая, что сейчас наделает каких-нибудь фатальных глупостей.- Что ты сделал, хозяин? Ральф обернулся к нему, хлопая глазами, прикусил губу, явно снова пугаясь. Как тогда, у его постели, когда Карстен слишком уж резко приблизился. Показалось даже, он снова предпочтет обездвижить буйную собственность. - Ничего, - слабым голосом ответила за него Джойс и завозилась, пытаясь подняться со стула, - он ничего не сделал. Не кричи так, Карстен. Голова болит. - А конкретнее? – конечно же, раб не имел никакого права устраивать допросы хозяину, но сейчас думать об этом у него не выходило. Он вернулся назад, к Ральфу и Джойс, придержал ее под руку, позволяя на себя опереться, чтобы отвести-отнести ее к дивану в гостиной. – Что за ничего? - Это безопасно, - совсем глухо проговорил за его спиной Ральф. Он шел следом так тихо, будто бы опасался, что рабы его прогонят. – Я сам сколько раз… безопасно! Я бы не стал… Но ведь… Его бормотание выводило из себя. Карстен хотел было переспросить, что безопасно, и чего бы он не стал, когда до него, наконец, дошло. Он усадил Джойс на диван, как-то машинально укрыл ее ноги пледом, а потом распрямился, оборачиваясь к хозяину и сжимая кулаки от невысказанной злости. Сейчас ему было все равно, что с ним сделают, и даже все равно, что их с Анникой план провалится по техническим причинам. Ничего. Улетит без него. Но в следующий момент раздался звонок в дверь. Приехали медики. - Открой, - только и распорядился Ральф, а потом, осмотрев себя, отправился в спальню, должно быть, переодеваться.