Территория снов

Не сон. И не реальность. Не настоящий мир царил вокруг, пытаясь вовлечь его в дождливое серое утро. Совсем как в Тошиме, но это было так давно, что Акира со временем стал считать, что этот город ему приснился, как и все события, что там происходили, как и вся его жизнь. Где была его жизнь теперь? И чем она являлась? Влажными каплями густого тумана, который каждое утро серебрился в воздухе, напоминая трепещущие крылья гигантской экзотической бабочки, только что распятой на гладкой полированной дощечке каким-нибудь не вполне вменяемым живодёром-энтомологом. Или опрокинутым, треснувшим по краям небесным куполом, не пропускавшим сюда, в эту долину, ни одной живой души, никого постороннего, так что можно было бесконечно наслаждаться тем, чего в Тошиме Акира не встречал - спокойной тишиной. Эту неземную тишину не в состоянии были нарушить никакие звуки, просто потому, что здесь они воспринимались иначе, здесь можно было купаться в них, ловить в ладони и пропускать сквозь пальцы, надолго сохраняя ощущение, будто только что расчёсывал, как длинные лёгкие волосы, солнечные лучи. Всё, что здесь было, нравилось Акире, и прежде всего тем, что он создал этот уголок сам, своими силами. Вселенная великодушно позволила откромсать кусочек реальности и спрятать в нём свое "я", то, кем юноша был до встречи с... Не думать. Не вспоминать об этом чудовище. Вытравить его образ из памяти, навсегда, навечно. Забыть и не возвращаться к тем больным воспоминаниям больше никогда. Почти получилось. Находясь в этом странном, но уютном, только для себя одного отвоёванном уголке реальности, Акира мог сколько душе угодно валяться посреди поля, по-новому ощущая запахи смятой, пожелтевшей травы, и до рези в глазах таращился в небо, наблюдая, как неторопливо и величественно движется местное солнце. Оно становилось большим, заслоняя собой весь небосвод, или делалось размером с карманный фонарик, все зависело от желания самого Акиры. Единственное дерево так же подвергалось всевозможным трансформациям, как и небо, как и каждая травинка тут, каждая букашка и песчинка. В каждой капле воды, в дыхании ветра, в любой звезде и шёпоте дождя юноша находил, видел самого себя. По малейшему желанию он мог остановить ход своих мыслей, поглядеть на них со стороны, будто они были не порождениями его сознания, а яркими картинками из какой-нибудь книжки - и вырвать любую из этих мыслей, как садовод вырывает с корнем сорняк среди только начавших цвести роз. Поэтому отсюда не хотелось уходить. Даже не так: отсюда невозможно было уйти по собственной воле, ведь именно эта воля и желала полного воссоединения, слияния со здешней действительностью. Так что Акира остался. Терять ему было больше нечего - или некого, разница стёрлась. Понятий и определений не существовало, призраков, за которыми он гонялся когда-то, в прошлой жизни, тоже не стало. Растворились, ушли. Бросили его?.. Он сам ушел, от всех, и в первую очередь от себя. И от него тоже... Нельзя было помнить его имя - и Акира не вспоминал. Под запретом было вспоминать выражение глаз того человека, и особенно цвет этих глаз... цвет крови и глубокой, незаживающей раны. После встречи с этим монстром, после того, как проклятый Иль Ре разворотил его жизнь, уничтожив абсолютно всё, до чего сумел дотянуться своими грязными руками, Акира больше не верил ни во что. Ни в исцеление, ни в прощение, ни в само существование таких понятий. Не помнить... Забыть навсегда, вырвать из недр памяти и выбросить. Не вышло. Демон решил о себе напомнить, вторгшись даже сюда. Как он мог проникнуть в это место? Почему? Вглядываясь в одну точку на небе, Акира нахмурился. Иль Ре не должен был оказаться здесь, никогда. Только не здесь. Возможно ли, чтобы он сам был способен найти сюда путь? Но каким образом? Этот мир совершенно отделён от обыденности, в которой теперь царствует его садистское величество. Как он смог пробраться сюда? Разве сам Сатана поспособствовал. - Ты меня не получишь, - прошептал Акира, поглаживая пальцами рукоять ножа, который лежал рядом на траве. - Подавишься, упырь. Я никогда не вернусь. Почти сразу юноша представил, как сворачивает Иль Ре шею. Медленно сжимая пальцы на его горле, всё сильнее, до хруста, как это когда-то делал сам Король, потешаясь над своей жертвой и её беспомощностью. Стискивая сильнее и сильнее, откровенно наслаждаясь хрипами и бесполезными попытками угасающего сознания удержать крохи контроля, остаться в реальности. Выжить. Это всё больше не имело смысла. Своё выживание Акира давно пустил на самотёк. Сбежать оказалось проще, верно. Однако у Короля связаны руки, сейчас в особенности, а он даже не понимает этого. В своём самодовольстве он так недалёк и беспечен, что это даже смешно. "А я свободен делать все, что захочу, меня больше не держит совесть или честь", - и Падший мрачно улыбнулся. Пальцы обхватили рукоять ножа, сжимая крепко и уверенно. ...В Замке было привычно пыльно и пусто. Угнетающая тишина встречала за каждым углом, так что Шики старался шагать как можно громче, только чтоб не вслушиваться в эту тишину. Где Акира? Где эта бледная тень шатается? Сладко спит, приняв очередного любовника? Как же всё очевидно. Поднимаясь по лестнице, Иль Ре заметил на ступенях следы. Здесь не так давно происходила какая-то возня. Секс, что же ещё? Белёсые потёки, уже засохшие... чуть дальше - следы ботинок, обрывавшиеся лишь потому, что в коридоре лежала ковровая дорожка, чудом уцелевшая со времён правления Арбитро. Король остановился и прищурился. На ковре тоже были следы. Тёмное пятно, неправильной формы, и несколько пятен поменьше у двери в одну из спален, которая давно не использовалась. Кому понадобилось туда заходить? Приблизившись, мужчина толкнул дверь носком ботинка. Открыто. В комнате царил непроглядный мрак, так что даже с острым зрением Короля трудно было что-либо разглядеть. Однако любое преступление здесь, в Тошиме, всегда имело запах. Одну и ту же вонь крови, уже подвергшейся первой стадии разложения. Еще ровно три шага - и Шики останавливается у кровати, на которой свалено тело неизвестного мужчины. Достаточно крупный, и снова один из наёмников, добровольно вызвавшихся служить под началом нового Короля Тошимы. Мужчина мёртв, судя по запаху, уже несколько часов. С обнажённым торсом, заломленной под себя правой рукой. Грудь несколько раз проткнули острым предметом. Но причина смерти - перерезанное горло. Гортань и трахею разворотили так, будто не просто хотели убить, а ещё и поглумиться. Насладиться всласть последними хрипами, последними каплями уходящей жизни. И... Шики хмурится, рассматривая тело. Убили его не здесь, не в этой комнате. В коридоре. Вот откуда пятно на ковре. Вся кровь осталась там. После труп приволокли сюда и с какой-то, лишь убийце понятной целью бросили на кровати. Кто это сделал? Кому могло понадобиться совершать очередное убийство в Замке, который есть неприкосновенная территория Короля? "У меня под носом!" - подумал Шики, стиснув челюсти, душа в себе волну вскипающей ярости. Такой человек мог быть только один. Мог быть раньше. Сейчас... Это ведь просто жалкое, никчёмное существо. Неужели такое ничтожество способно сотворить нечто подобное? Пришла пора это выяснить. Когда-то в этом помещении была библиотека. Высокие шкафы, заполненные рядами книг в твёрдых, с позолотой, переплётах, хранили на своих полках квинтэессенцию мудрости предшествующих поколений. Но также прятали от посторонних глаз тёмную сторону знаний. За одним из шкафов находилась потайная дверь. Акира случайно обнаружил её полгода назад, когда от нечего делать бродил по комнате и, двигаясь вдоль шкафа, проводил кончиками пальцев по корешкам ровно расставленных книг. Одна из книг неожиданно вжалась вовнутрь, одновременно с этим послышался то ли скрип несмазанных петель, то ли звуки движения множества шестерней. Громадина-шкаф чуть отодвинулся в сторону, приоткрывая проход. Акира проскользнул туда из праздного любопытства - и долго разглядывал тайную комнату, в которой по стенам тут и там были развешаны наручники и кандалы, плётки, холодное оружие, всякие металлические приборы, о назначении которых можно было лишь догадываться. Нашёлся даже медицинский чемодан, похожий на те, которые возят с собой реаниматологи, а внутри - капельницы, шприцы и ампулы, наверняка с психотропными препаратами, и даже бак с инструментами для проведения хирургических операций. Грязное увлечение бывшего хозяина Замка. Похоже, о существовании этой мерзкой комнаты все забыли, как и об извращенце в маске. О самом себе Акира не мог с уверенностью сказать, что он помнил, а что забыл. Иной раз казалось, что всё забыл. Парня устраивала его нынешняя жизнь, хоть она и была похожа на стоячую воду в болоте. Течение уже не несло его, потому что было некуда. Всё равно ничего не изменится. Кейске мёртв, Рин мёртв, Николь мёртв. - Акира тоже мёртв, - прошептал юноша и мечтательно улыбнулся, задел рукой свисавшую со стены массивную цепь, которая местами уже начала ржаветь. Внезапно в серо-голубых глазах появился холодный отблеск стали. Мертвы, они все мертвы. "И я свободен делать все, что захочу, меня больше не держит совесть или честь", - мысль, как едва различимое эхо, донеслась до края сознания, уцепилась за него, и губы юноши дрогнули в ухмылке, а взгляд упал на белый кейс с изображением красного креста. В этот момент молодой человек услышал приближающиеся со стороны лестницы шаги. Из тысяч других узнал бы, кто это был, привычка узнавать именно эти шаги осталась неизменной. Хозяин вернулся. Нельзя позволить ему проведать про это место. Бесшумно парень вышел из тайной комнаты и нажал на книгу в шкафу, чтоб закрыть дверь. Дело сделано, и даже если хозяин что-то слышал, это совсем неважно. Всё давно потеряло смысл. Только Акира успел устроиться на длинном столе, как тяжёлые двери распахнулись, и в библиотеку ворвался ночной кошмар собственной персоной. Как же страшно, ками, просто жуть. Ха. Юноша приподнял голову и, кокетливо улыбнувшись Королю, погладил себя по внутренней стороне бедра. Шики подошёл, его аура была темнее, чем обычно. В глазах застыла ярость, которую Иль Ре ещё не успел - или не смог - ни на кого обрушить. - В спальне наверху, прямо на кровати - труп наёмника, - сказал мужчина, внимательно рассматривая игриво улыбавшегося Акиру. - Один из охраны Замка. Кто это сделал? - Я сегодня видел много охранников, - Падший улыбнулся шире, бесстыдно раздвигая голые ноги и демонстрируя Королю всего себя, мол, на, бери, и тебе хватит. - В разных спальнях. И даже на лестнице. - Не смей играть со мной, - Шики схватил юношу за локоть, больно стиснул, дёрнув на себя и заставив сесть. - Я спрашиваю ещё раз: откуда в спальне труп? Кто его убил? Это был ты?! Акира вдруг рассмеялся, причем самым обыкновенным, почти по-детски заливистым смехом, которого Король никак не ожидал. Не ждал, о да, привык, что его зверушка такая послушная, перестала даже пытаться укусить, только и может, что подставлять задницу всем подряд, от того и поглупела до невозможности. - Хозяин злится, - тонкие руки с почти прозрачной кожей обвились вокруг шеи Короля, так что смех теперь звучал прямо в ухо, прямо в его черные волосы, которые насквозь пропахли мерзкой сыростью Тошимы. Акира чувствовал раздражение и гнев, исходившие от Шики - и ликовал. - Хозяину нужна ласка... - Вернись! - юношу предсказуемо оттолкнули, Шики повалил его на стол и отвесил затрещину, а после схватил за горло, с ненавистью глядя в глаза. - Сейчас же, сию минуту, я тебе приказываю! Хватит корчить из себя умалишённую шлюху! У Иль Ре, как всегда, были жёсткие и холодные пальцы, ощущавшиеся ещё более холодными из-за обтягивавших их ненавистных латексных перчаток. Хватка неожиданно ослабла, и Акира почувствовал, как к его губам жадно прижимаются обветренные губы Короля. Впервые за долгое время Шики целовал его. Ещё с таким отчаянием, что Падшему сделалось неимоверно смешно и в то же время в высшей степени мерзко. "Я твой хозяин. Я приказываю тебе вернуться. И ты вернёшься. Сейчас же. Со мной. И будешь слушаться и уважать меня". Удар был нанесен стремительно, Король даже не заметил. До чего же он стал жалок. - Ты никто, - едва шевеля губами, выдохнул Акира, когда Шики, отстранившись, удивлённо посмотрел на него. "Ты с самого начала был рабом и так и не понял этого..." Кое-как отпихнув от себя мужчину, Акира проворно слез со стола и отошёл подальше, пряча за спиной руку со шприцем. Иль Ре упёрся ладонями в столешницу, повернул голову. Ещё немного... секунды утекали в небытие, звонко капая... Кап-кап... кап... Алая струйка бежала по белой шее Короля, вниз, за ворот черной обтягивающей футболки. Шики странно моргнул, попытался выпрямиться... и медленно осел на пол. Инструкция не лгала: такая дозировка снотворного способна практически мгновенно свалить с ног медведя и даже слона. Любое млекопитающее. Что уж говорить о представителях крупного рогатого скота?