Месяц март

Опасения Фрэнка насчёт небезопасности трассы пока не оправдывались. То ли он переоценивал возможные риски, то ли недооценивал пилотское мастерство Винни – но «Сигурэ» ни разу даже не тряхнуло всерьёз. И заплат на обшивке не прибавилось. Нервы всем немного подпортила шестая на маршруте станция гашения, - на четвёртый день пути, - где выяснилось, что вот-прямо-сейчас техники устраняют «незначительную неисправность» и погаситься нельзя. Роджер даже хотел заслать к ним Джилл для ускорения процесса, но капризная установка превентивно испугалась и заработала раньше, чем этот коварный план был осуществлён. Пока шёл неспешный, - полную мощность сотрудники станции давать поостереглись, - процесс гашения, Роджер заглянул в кают-компанию. Там обнаружилась большая часть экипажа и гостья. Полина и Джилл увлечённо изучали какой-то дамский журнал… и не только изучали, но и применяли вычитанное на практике. А именно, на Фрэнке. Длинноволосый хакер, судя по выражению лица, уже десять раз успел пожалеть, что позволил девушкам тренировать на себе парикмахерские навыки. Но бежать было поздно. Так что он просто молился, чтобы до того, как это издевательство закончится, в кают-компанию не пришёл Винни. Возящаяся на камбузе Сэм его не особо беспокоила, вошедший капитан – тоже (хотя тут была смутная надежда «а вдруг спасёт?»), но пилот ведь откомментирует… У самого Фрэнка комментарии насчёт того, что соорудили ему на голове, были только нецензурные (пожалуй, не стоило смотреть в предложенное зеркало – нервы были бы целее), и он сомневался, что у Винни найдутся другие. А слушать приправленные матом шуточки насчёт своего текущего внешнего вида он не хотел. Хорошо хоть, как только это закончится, можно будет всё вернуть к привычному не слишком опрятному, зато удобному состоянию: волосы «парикмахерши» не подрезали, только заплетали и укладывали. Это обещание он с них вытребовал, прежде чем согласиться на эксперимент. Роджер, посмотрев на восторженно-увлечённые лица Полины и Джилл, решил, что навигатор сам виноват: должен был подумать, на что подписывается. И «спасать» его не стал. Тем более что был более интересный момент: Сэм готовила. В штатное расписание дежурств доктора пока так и не вписали, и капитан сомневался, а стоит ли вообще это делать? Да, готовила Саманта хорошо, но была одна деталь: многие блюда получались очень, очень острыми. Сейчас она сосредоточенно, с хирургической точностью нарезала ингредиенты, судя по всему, для пиццы. А это, как экипаж уже успел однажды убедиться, было блюдо из её личного списка «чем острее, тем лучше». Роджер, недобрым словом помянув свои не лучшие навыки в маскировке и подкрадывании, тихо засунулся в камбуз и, пока она отвернулась к раковине, стащил со стола мельницу с перцем. Он быстро устранился с места преступления, - а через несколько секунд доктор недоумённо пробормотала себе под нос: «Странно, мне казалось, я уже достала перец». Роджер торопливо оглянулся и сунул утащенную баночку Джилл… Та, сообразив, чего и зачем от неё хотят, спрятала «трофей» в один из многочисленных карманов своего комбеза и подмигнула ему. Одобрительно к Самантиной манере готовить относился только Фрэнк. А сейчас ему было не до того, чтобы раскрывать ей глаза на нехороший поступок капитана. - Что у нас на ужин? - спросил, появляясь в дверях, Винни. Сидеть за пультом и смотреть, как меняются циферки в окне с прогрессом гашения, ему тоже показалось скучным. Роджер переадресовал вопрос доктору, справедливо предполагая, что, раз она на камбузе – то должна знать: - Сэм, что на ужин? Фрэнк, пробормотав себе под нос «Mamma mia», обречённо зажмурился. На данный момент временно перехваченные заколкой пряди закрывали половину лица, а что девицы делали с остальным, он мог только догадываться. Доктор на запрос отреагировала с некоторым запозданием: она как раз споласкивала что-то в раковине, - и ответила, только когда выключила воду: - На ужин – макароны по-флотски. Ещё будет пицца, только вот я никак не могу понять, куда дела перец… - Давай тогда без перца, - предложил Роджер, радуясь, что хорошо умеет сохранять бесстрастное выражение лица. – А то пока найдёшь, да пока она испечётся – все уже спать соберутся. Фрэнк осторожно приоткрыл один глаз, - второй открывать смысла не имело, всё равно завешен волосами, - и, наткнувшись взглядом на насмешливые зелёные глаза, тут же зажмурился обратно. Как он и опасался, комментариев было не избежать. Впрочем, кое-что он всё-таки не учёл: общение с Самантой необратимо влияло на лексикон людей (или хотя бы на область его применения). Да и о просьбе капитана не ругаться при дамах Винни помнил. Так что обошёлся без нецензурных выражений. Вообще просто обошёлся кратким, но очень выразительным: - Всё ещё уверен, что стричься не надо? - Уверен, - тут же огрызнулся хакер. «Из духа противоречия» и «из вредности» достаточно часто было мотивацией его поступков, так что, если этот эпизод и заронил ему в голову какие-то сомнения насчёт целесообразности нынешней причёски, то сейчас они развеялись. – Джилл, Полина, до ужина верните всё, как было! Ответом ему стали два разочарованных девичьих вздоха и почти хоровое: - Но мы не успеем закончить! - Оставьте, как есть, - усмехаясь, посоветовал Винни. - А может, всё-таки успеем?.. – спросила Джилл у подруги, продолжая накручивать прядки волос навигатора на что-то, очень похожее на средневековый пыточный инструмент. - До ужина – десять минут, - Сэм, стоя лицом к плите, хоть и не видела происходящего в кают-компании, но разговор слышала хорошо. Пиццу она, скрепя сердце последовав совету капитана, только что поставила в духовку. К тому времени, когда все доедят макароны, она как раз должна испечься. Полина, не желая вот-прямо-сейчас расставаться с «игрушкой», вслед за Джилл потянула хакера за волосы. Винни негромко рассмеялся, да и Роджер, честно говоря, с трудом сдерживал улыбку, глядя на увлекшихся девушек. Хотя навигатору он уже слегка сочувствовал. Если сам не отобьётся – всё-таки надо будет капитанским авторитетом… - Да отстаньте вы от меня! – наконец, не выдержал Фрэнк. Вскочил, ударившись коленом о ножку стола и выдернув из рук Джилл загадочный инструмент (он с неприятным металлическим лязгом шлёпнулся на пол). И удрал из кают-компании, чуть не врезавшись в так и не отошедшего от двери Винни. - Нервы у некоторых – ни к чёрту, - задумчиво прокомментировал пилот. Фрэнк дулся на всех до середины ужина: вернуть причёску к исходному виду ему удалось не до конца, и слева на хвостике явно прослеживались следы завивки. Потом разговор, причудливо пропетляв между байками из жизни полиции, а также робко рассказанной Полиной историей про лабораторию, и рассуждениями… нет, не о смысле жизни, а всего лишь о несовершенстве правил воздушного движения на некоторых планетах, пришёл собственно к полётам на флаерах и прочей мелочи. Винни, правда, невооружённая «мелочь» не особо интересовала, но своё весомое пилотское мнение он периодически вставлял. - А трудно права на вождение получить? – с любопытством спросила Полина. - Это смотря где. На Новой Сицилии просто было, - тут Фрэнк всё-таки не удержался, перестал изображать обиженную мышь и начал делиться личным опытом. - Там с четырнадцати водить можно, так я в четырнадцать и получил. Три месяца занятий – и всё. Роджер, которому случалось видеть, как хакер водит флаер, - по впечатлениям от увиденного он сперва вообще был убеждён, что права у того фальшивые, - порадовался, что такие упрощенные правила мало где есть. Обычно и возрастной порог выше, и время обучения больше. А иногда даже есть обязательный тест на психологическую пригодность (кое-кому, не будем показывать пальцем, не помешало бы). - Три месяца? – Полина вспомнила про своё обучение на навигаторских курсах, занявшее именно столько времени, и то, какой плачевный, - уж самой-то себе в этом можно признаться, - вышел результат. И усомнилась в качестве полученных Фрэнком навыков. Правда, усомнилась, как вежливая девушка, в основном про себя. – И как, хорошо выходит? - Ну… терпимо, - совсем уж откровенно врать Фрэнк не стал. Тем более что за столом были те, кто вполне мог на это враньё указать. Он поспешил переключить внимание с себя куда-нибудь ещё: - Сэм, а у тебя права есть? Он почти не сомневался, что есть. До её возраста – и не получить? Это же неудобно, когда не имеешь права сесть за штурвал (ну, в цивилизованных местах, если в глуши – то как-то пофиг на всякие карточки)! - Флаер я водила один раз в жизни, - пожала плечами Саманта. – Больше желания не возникало. - А что? – Фрэнк вполне искренне, и даже без всякого ехидства, удивился. - Это же прикольно! - Мне было двадцать пять, флаер был похож на решето, а приборная панель – залита кровью погибшего пилота, - сухо ответила доктор. – Кроме меня сесть за штурвал в тот момент оказалось некому. Флаер я в итоге разбила, и трое суток мы выбирались из болота пешком. Мне это не кажется, как вы выразились, «прикольным». - Ну… разбила – это, конечно, плохо, - согласился Фрэнк. – А дальше что было? Ну, в болоте? Похоже, ему просто хотелось потрепаться. Или послушать. Без разницы. А может, что-то выяснить про Саманту: доктор была обычно достаточно немногословна в том, что касалось её прошлого. Саманта неопределённо пожала плечами, и это осталось единственным ответом. - Ну что ты шифруешься всё время, будто это военная тайна какая-то! - Фрэнк, я настоятельно прошу вас… - начала Саманта, однако Винни, что-то подсчитав в уме, высказался гораздо более коротко и ёмко: - Заткнись, болван! - А что я такого спросил? – возмутился хакер. Винни его проигнорировал, вполголоса обратившись к Сэм: - Ты участвовала в «утренней осаде»? - Да. - «Терпсихора»? – осторожно уточнил пилот. - Да. - Так, Фрэнк… Иди-ка сюда, сейчас тебе кое-что расскажу я. Навигатору это «кое-что» заранее не понравилось, и он молча помотал головой – но Винни просто выдернул его со стула и за шиворот утащил в рубку. Там сгрузил в кресло, и, пару минут покопавшись в своём терминале, скопировал ему ссылки на несколько файлов из полицейского архива, занимающего добрую треть памяти бортового компьютера и содержащего кучу не особо нужной информации. После чего ушёл обратно в кают-компанию, оставив Фрэнка разбираться, что и зачем ему выдали. Разумнее всего, конечно, было вообще не заглядывать в файлы – но любопытство всё-таки пересилило разумное опасение. К столу хакер вернулся минут через десять, пришибленный и слегка позеленевший. - Винни, я всё понял, только не кидай мне больше такие ссылки! Разговор несколько увял, и ужин завершился быстро и невнятно, даже не успев перейти в чаепитие. Как раз закончилось гашение, так что пилот ушёл отводить «Сигурэ» от станции, а капитан составил ему компанию. Для порядка. Фрэнк, который так и не доел свою порцию, смылся в каюту, помрачневшая Саманта – в медотсек. Мисс Отвёртке при старте померещился какой-то неправильный оттенок в гуле двигателя, и она удрала тоже – несмотря на то, что ей полагалось убирать со стола (дежурство, на самом деле, было её, просто доктору стукнуло в голову взяться за готовку). Полина, предвидя недовольство капитана Сакаи, занялась уборкой сама. Ей ведь не трудно. А Джилл пусть возится с двигателем. Вдруг там правда что-то не так? Роджер, когда снова заглянул в кают-компанию после успешной отстыковки корабля, даже не стал комментировать отсутствие механика. Ей он потом, конечно, скажет, что думает насчёт перекидывания обязанностей дежурного на гостей – но в личном порядке. А Полину вообще незачем этим нагружать. Он задержался, раздумывая, не помочь ли: занятие, конечно, не капитанское, но ведь и не гостье положено убирать со стола! Правда, как раз на столе ничего лишнего уже не осталось, только горячо любимая Петровичем ваза (которая, кстати, не падала уже почти неделю – рекорд). Так что Роджер, пока девушка бренчала посудой на камбузе, расставил брошенные командой как попало стулья. И уже было собрался тихо уйти… Его появление в кают-компании Полина заметила. Отвлекаться от загрузки посудомоечной машины не стала, - но потом, когда капитан не ушёл сразу, всё-таки не удержалась задать вопрос: - Что такое «утренняя осада»? Спрашивать Винни и получить такой же ответ, как Фрэнк, ей совсем не улыбалось. Какой именно, она, конечно, не знала, но лицо хакера после возвращения выглядело достаточно выразительно. А разобраться хотелось. Не из любопытства даже, скорее – чтобы понять, о чём не стоит упоминать, чтобы не обидеть корабельного медика. – И Терпсихора?.. Последнее слово, если не подводила память, было чем-то мифологическим, то ли из Греции, то ли из Рима, но пилот явно имел в виду не античную нимфу. - Почему это так неприятно для доктора Мелье? Роджер, оперевшись на спинку кресла, испытующе посмотрел на появившуюся из камбуза девушку. Если бы она улыбалась, если бы относилась к вопросу легкомысленно – он бы, пожалуй, не стал пускаться в объяснения. Просто сказал бы, что это ей знать не стоит, как и спрашивать кого-то ещё из экипажа. Но Полина выглядела вполне серьёзной, и, похоже, руководствовалась не праздным любопытством. - Присядь. Попробую объяснить. Полина села на ближайший стул, облокотившись на край стола. Выжидающе подняла на него взгляд. - «Утренней осадой» называют длившуюся почти месяц осаду космофлотом Федерации планеты Утренняя Заря, оккупированной Альянсом, - медленно, подбирая слова, начал говорить Роджер. Тема была не из тех, в которые стоит в деталях вникать молодой девушке. Но, пожалуй, если она обратится с тем же вопросом к Винни – будет хуже. Сержант не слишком любил дилетантские расспросы о военных действиях, особенно – о подобных ситуациях, даже если он в них и близко не участвовал. - Один из немногих эпизодов войны, после которого от грязи пришлось отмываться обеим сторонам. - Что там случилось? – Полина почти испугалась мрачно-серьёзного тона Роджера, однако хотела всё-таки выяснить всё до конца. Чтобы не уподобиться нечаянно Фрэнку и не задеть когда-нибудь в разговоре болезненную тему. - Когда одна из эскадр Альянса, базировавшаяся на планете, попыталась прорвать оборону, они расстреляли, - намеренно, хотя после пытались это отрицать, - висевший на орбите корабль-госпиталь Галактического движения Белой Звезды. Выбравшись за пределы планеты, международная организация сперва отказалась от креста и полумесяца, заменив их производной от арелигиозного ромба звездой, а потом и от красного цвета, который был цветом крови хорошо, если для четвёртой части обитателей Галактики. Белый, по крайней мере, достаточно много где считался символом чистоты. Хотя кое-где – смерти, но это уже издержки. Слишком разнообразно галактическое сообщество, чтобы можно было найти символ, однозначно подходящий всем. - Команда чудом смогла ввести его в атмосферу, и в итоге он рухнул в глубине местных болот. Со стороны Альянса помощи оказано не было. Осаждающий флот в течение нескольких дней принимал с «Терпсихоры» сигнал SOS, потом он пропал. Корабль числился погибшим. Фразы стали получаться сухими и формальными. Роджер когда-то ознакомился с теми репортажами, которые, - в этом он почти не сомневался, - Винни подсунул Фрэнку. - Поэтому, когда планета была захвачена, отправка отряда к месту крушения стала отнюдь не первостепенной задачей. Вычищали остатки сопротивления – до погибшего ли тут корабля? И первым туда добрался журналистский катерок. Он замолчал, уже отчасти сомневаясь, не зря ли начал рассказывать. Полина, хоть и представляла себе боевые действия только по документальным и не очень фильмам, поёжилась. Это ещё больше наводило Роджера на мысль, что зря – но он всё-таки продолжил: - Сигнал SOS прекратился потому, что микроспоры местной болотной растительности приводили к отказу любой электроники, которая не была стопроцентно герметична. В том числе и медицинского оборудования. Но выжившие там были. Даже через три недели. Около трети медицинского персонала и десятой части пациентов. У корреспондента были крепкие нервы, он заснял всё, что обнаружил на «Терпсихоре». И выпустил в эфир ещё до того, как к месту крушения прибыли спасательные отряды. Большая часть этих записей была потом изъята из открытого доступа. Почему – Роджер уточнять не стал. Но у Полины было хорошее воображение. И немножко медицинских навыков, которых хватило, чтобы представить, чем чревато отключение оборудования в военном госпитале и на потерпевшем крушение корабле. Она побледнела, уже жалея, что пристала к капитану с расспросами. Стиснула кулаки – так, что ногти впечатались в ладонь. Перестать думать про представившиеся картины не получалось. Когда Роджер, - глубоко неуверенный, между прочим, в правильности этого действия, - накрыл до боли сжатый кулачок ладонью, она вздрогнула от неожиданности. И, хотя больше ничего бывший пират не делал, это помогло переключиться от разыгравшегося воображения к реальности. - А Саманта? – тихо спросил зоолог. – Почему Винни решил, что она была там?.. - Подсчитал даты, - подумав, ответил Роджер, радуясь хоть частичному переводу темы. – Про флаер, посланный за помощью, который сбили автоматические турели старой линии обороны, тоже было в новостях. И ещё у Винни чутьё на такие вещи. Полина, стараясь отогнать мысли, после каких жизненных ситуаций может появиться такое чутьё, уже не обратила внимания на то, что капитан убрал руку. Пожалуй, кое о чём и правда лучше не спрашивать.