Месяц март

Погрузка, хоть и заняла два дня, но, - о чудо! – завершилась в срок. Транспортная ситуация на орбите Йотунхейма была не напряжённой, так что такой неудобной штуки, как фиксированное временное окно для взлёта, тут пока не завели. Служба управления полётами корректировала графики только в исключительных случаях вроде прохода какого-нибудь правительственного судна: чтобы в радиусе ракетного выстрела даже прогулочного катерка не болталось (то, что нереально установить на катер крейсерские «Берёзки», по которым рассчитывался этот самый радиус, никого не волновало). И ради круизного лайнера, бывало, расчищали вектор взлёта-посадки… Но лайнер улетел три дня назад, а правительственных кораблей, к счастью, не предвиделось. Так что отправлялись в соответствии с полётным планом, по дате, а не по часам. Услышанная во время переговоров с диспетчерской СУП на заднем фоне реплика «Это те, с ненормальным пилотом», - заставила Теда гордиться собой. Выступление на тему «мы будем садиться сейчас, засуньте погодные условия себе в… задний двигатель корабля» явно запомнили, как и последующую посадку. Правда, его радость несколько омрачило то, что Станислав Федотович, до сих пор бывший в неведении о «сложностях» посадки, заинтересовался причинами такой характеристики в адрес своего пилота. В смысле, конкретными причинами. То, что пилот на «Мозгоеде» ненормальный, он был в курсе и без напоминания от СУПницы, но они-то откуда это узнали?.. Ситуация для него прояснилась, когда Маша поделилась записями тех переговоров (двадцать пять минут чистого времени, но хватило и кратких выдержек). Правда, читать нотации ведущему корабль через атмосферу и к таможне пилоту было не слишком разумно, - либо отвлечётся и зарулит куда-нибудь не туда, либо не отвлечётся и не услышит, - так что Станислав обошёлся только кратким и ёмким выговором. Судя по тому, с каким отрешённым видом Тед сказал «угу», даже так он в смысл не вник. Таможенного сканера на Йотунхейме не было, зато было правило, обязующее при взлёте с планеты проходить контроль всем экипажем. Впрочем, такое правило водилось много где – если таможня работала не в режиме хронического аврала, что нередко случалось на развитых планетах (и не спасали даже автоматические сканеры и прочие технические блага). Вылет в открытый космос с неполным составом экипажа, как известно, запрещён. Нет, конечно, в течение месяца можно … но таможня не была бы таможней, если б не пожелала узнать причину отсутствия навигатора. Причём не как кадровой единицы, - вакансия-то заполнена, - а просто отсутствия. - Наш навигатор отсутствует по личному делу, - терпеливо объяснил Станислав похожей на сушёную воблу тётке. Терпение давалось ему не так-то просто: хоть какой-нибудь реакции на отданные на проверку документы они ждали уже полчаса. И всё бы ничего: бывает и дольше, - если бы Дэн не заметил, и шепотом не порадовал наблюдением команду, что таможенница параллельно с проверкой раскладывает пасьянс, причём ему уделяет явно больше внимания. А её напарница, молоденькая девушка, - похоже, практикантка, - просто путалась во всём, в чём только можно. - По какому? – дотошно уточнила старшая таможенница. - Кошку ловит! – не выдержал Тед. - В каком смысле, кошку? – на скучающем лице женщины появилось хоть какое-то подобие эмоций. - В прямом, - отрезал Станислав Федотович, сожалея о том, что отвесить пилоту подзатыльник будет и непедагогично, и просто несолидно. - Что, одна? – теперь на лице служительницы правопорядка явно проступало отражение мысли «ну и психи». Напрашивающийся ответ «нет, вместе с полицией» Станислав озвучивать всё-таки не стал, чтобы не давать даме дополнительного подтверждения её идее. Его «мозгоеды», может, и чокнутые, но это не значит, что нужно информировать об этом всех окружающих. Их это никоим образом не касается: не им ведь разгребать те ситуации, в которые ребята периодически влипают… - Это её личное дело, - капитан выделил слово «личное». – У вас есть ещё какие-то вопросы? Все стандартные данные вроде «куда следуете, с какой целью, что вывозите» были в поданных документах, так что больше вопросов не возникло. Только молоденькая таможенница не удержалась напоследок спросить, заработав этим хмурый взгляд старшей коллеги: - Это у вас какая-то особенная кошка? - Очень редкой породы! – с серьёзным видом сообщил Вениамин, догадываясь, что его другу приходят в голову не самые удачные (для того, чтобы сообщать их посторонним) характеристики Котьки. - Редкая зараза, - одними губами произнёс Тед, полуобернувшись к Дэну, и навигатор тихо хихикнул. Впрочем, разумно прячась за широкой спиной капитана: сейчас он изображал «техническую единицу», взятую с собой на случай, если уважаемые таможенники захотят сверить реальные данные оборудования с обозначенными в документах. Правда, как бы они это делали без современного сканера – неведомо. Что, впрочем, исключительно их проблемы. На этой оптимистичной ноте общение с сотрудницами правопорядка завершилось, и команда, наконец, вернулась на борт. Корабль, отстыковавшись от станции, взял курс на рассчитанную точку перехода. На этот раз «Космический мозгоед» никуда не торопился. Трасса была составлена с хорошим запасом времени: с учётом того, что в некоторый момент им нужно будет встретиться с «Сигурэ» и забрать Полину (можно надеяться, что вместе с Котькой). Так что никакого экстрима вроде гашения в три часа ночи и проходов червоточины в аналогичное время не предполагалось. Может же команда вспомнить, что у неё, вообще-то, рабочий день восьмичасовой, а не полные сутки, и для разнообразия пожить по человеческому режиму? Тед, в пижамных штанах и болтающемся на плечах полотенце, заглянул в пультогостиную в поисках Дэна. Навигатор, к его удивлению, уже успел устроиться на диванчике, и, похоже, даже задремать. - Эй, ты почему тут? - А где я должен быть? – киборг покосился на него, приоткрыв один глаз. - Последние три ночи наводят на мысль, что в моей каюте. Дэн, действительно, выполнил своё… обещание и «для профилактики» пришёл в каюту к Теодору. Ну, не сразу – когда на «Мозгоеде» оставалась команда «Сигурэ», он спал в условно-своей каюте, - но на следующий вечер пришёл. И потом тоже ночевал у Теда. За вычетом того, что один раз они полночи проторчали за пультами, играя в гонки, а другой – летали покататься на флаере. Зачем ночью? А вот стукнуло одному пилоту в голову… Однако сейчас, после старта, он почему-то вернулся в пультогостиную. И Теда это, по правде говоря, беспокоило. В ключе «что-то не так?». Поэтому реплика прозвучала немного нервно. Впрочем, долго беспокоиться ему не дали. Дэн открыл второй глаз и спокойно сообщил: - По моим наблюдениям, моё присутствие мешает тебе выспаться. Койка не рассчитана на двоих. Вероятность того, что сегодня результат был бы аналогичным, выше девяноста процентов. - И поэтому нужно было молча смыться в пультогостиную, ничего мне не сказав? – возмутился Тед. – Я подумал, что тебя чем-то обидел! - Извини. Мне казалось, что всё понятно… Ты ведь ничего плохого не делал. Умозаключения, кажущиеся ему самому простыми, люди иногда находили нелогичными и непонятными. А иногда – наоборот. На самом деле, чаще наоборот. - Ладно, забей, - отмахнулся пилот от всего сразу. - Вставай и пойдём. - Я же сказал, вероятность… - У тебя недостаточно исходных данных, - перебил его Тед, с довольным видом ухмыльнувшись. «Исходные данные» имели форму надувного матраса (почему-то – синего в мелкий белый цветочек), очень точно вписавшегося на свободную часть пола каюты. - Вот. Хорошо, что до отлёта сообразил и успел в космопорту магазин найти, - сообщил Теодор. – Тут-то мы точно нормально поместимся. В каюте, правда, теперь было не пройти к тумбочке, шкафчику и иллюминатору с коноплёй, разве что по койке – но ночью это не должно было стать особой проблемой. Ночью надо спать… ну, или не спать, но точно не шляться по каюте. Пилот, закинув влажное полотенце на крючок, плюхнулся на матрас и хлопнул ладонью рядом с собой: - Давай, ложись! Тоже мне, в пультогостиной он спать собрался… Дэн лёг гораздо более аккуратно, не уверенный в прочности конструкции. Без её характеристик рассчитать, как она себя поведёт, если на неё хлопнуться так, как сделал Тед, не получалось. - А раздеться ты не хочешь? – удивился Теодор. Сейчас рыжий хотя бы был без ботинок, - но, как и все прошлые разы, в джинсах и водолазке (опционально – футболке). Он думал, что это из-за замороженной планеты, где Дэн чувствовал себя неуютно, - но сейчас-то корабль уже в космосе (где, правда, ничуть не теплее, но для космолётчиков – как-то естественнее)! - Нет, - коротко ответил навигатор. - Почему? - Не хочу. - А рассказать, почему не хочешь – тоже не хочешь? – Тед приподнялся на локте, пристально всматриваясь в лицо своего рыжика. Когда тот начинал вести себя… ну, ещё не как киборг, но отстранённо, будто находясь на грани того, чтобы отгородиться и закрыться – оставить всё, как есть, было никак. Он бы себя потом просто не простил, если бы сделал вид, что всё нормально. Несмотря на то, что Дэн явно предпочёл бы отмолчаться. И тот всё-таки ответил – достаточно неохотно: - Мне в одежде комфортнее. Без неё… неуютно. Что-то в этом явно было, кроме того, что раздетый человек чаще всего чувствует себя более уязвимым. Теодор терпеливо ждал объяснения, удерживая взгляд Дэна. И дождался: - Когда наёмники тренировали на мне удары, меня обычно раздевали до белья. Чтобы результат был лучше заметен – так им казалось нагляднее. Киборг сообщил это спокойным, равнодушным тоном, и от такого отсутствия интонаций Теда передёрнуло. - Вот… ублюдки, - больше, на самом деле, у него комментариев не было. Ну, кроме совсем нецензурных. И что тут делать дальше? Эмоции подсказывали идею «пересчитать этим наёмникам рёбра арматуриной» - и неосуществимую (что вообще за наёмники? а те, кто был с Казаком, уже получили своё), и ненужную. Теодор порывисто вздохнул – и притянул Дэна к себе. То ли «никому тебя не отдам», то ли «тут тебя никто не обидит», то ли всё это вместе и что-то ещё – он сам не был уверен. Но чувствовал, что сперва напрягшийся киборг расслабляется в его руках, и этого было вполне достаточно. Они лежали молча несколько минут. А потом в голову Теду забрела настолько прозаическая мысль, что ему стало смешно. - Знаешь, по-моему, тебе просто нужна пижама. Дэн сперва недоумённо смотрел на с трудом сдерживающего смех пилота, а потом преувеличенно серьёзно уточнил: - С зелёной мышью, как у тебя? - Нет, с белочкой, - Теодор представил себе эту картину – и всё-таки рассмеялся. Киборг дождался, пока он успокоится, и покладисто согласился: - Ладно, с белочкой, - вызвав этим у Теда новый приступ смеха. Наконец, пилот всё-таки перестал хихикать (матрас в цветочек, Дэн в пижаме с белочкой… интерьеру каюты явно грозила ещё большая сюрреалистичность) – и решил, что для того, чтобы окончательно разрядить обстановку, рыжика нужно поцеловать. Желательно – не один раз. Чтобы из голубых глаз ушло, - хотя бы на время, насовсем так сразу не получится, - отражение неприятных воспоминаний. Насчёт поцелуев Дэн возражений не имел. А учился он, кстати, быстро. И теперь регулярно перехватывал у Теда инициативу… Через пару минут пилот отодвинулся и почти серьёзным тоном попросил: - Ты сейчас хотя бы джинсы сними, а то мешать будут. - Чему мешать? - Вот этому, - нахально заявил Теодор, накрывая ладонью его пах (последствия того, что они лежали в обнимку и целовались, уже были заметны). Знал бы тот ещё, как тяжело ему давалось это непринуждённое нахальство. Впрочем, со всеми своими детекторами – наверное, знал. Судя по тому, что ответил – наверняка знал: - Не беспокойся. Физиологический аспект мне неудобств не доставляет. Процессор может контролировать все функции организма, и эту в том числе. - Даже не думай! – резко возмутился Тед. Мысль о том, что киборгу, теоретически, хозяин может приказать и возбудиться, и испытать оргазм, была ужасно мерзкой. Хорошо, что Фрэнк «уговорил» Дэнову программу терпеть в строке «хозяин» пустое место. Но даже и просто команда процессора… Он чуть смущённо объяснил: - Это хуже, чем если б ты… самоудовлетворением занимался. Как я могу позволить, чтобы мой… чтобы ты так делал? А я на что? Дэн решил классифицировать последний вопрос как риторический и не требующий обязательного ответа. А то объяснение могло получиться в духе всяких сопливых мелодрам, который Тед терпеть не может. К сожалению, с подбором нужных слов у киборга иногда были сложности. Лучше уж помолчать. - Ну так как? – пилот подцепил пальцами ремень его джинсов. Дэн сам не знал, «как». Кроме его собственных заморочек, слишком уж очевидно заметным было то, что Теодор всё ещё… опасается? смущается?.. делать то, что предлагает. И если он в этом проблемы не видел и не собирался его торопить, - даже если он вообще никогда не решится, это не важно, - то пилот, похоже, чувствовал себя неловко. - Дэнька, пожалуйста, попробуй не вспоминать всякую… дрянь, - Тед по-своему расценил затянувшееся молчание. Чуть улыбнулся: - А я попытаюсь тебя отвлечь. Рыжий киборг, наконец, решился. На всё сразу. Посмотрел на Теодора с непередаваемо-лукавым выражением лица: - Ты мне рассказывал про секс. А показать не хочешь? - Ты уверен? – осторожно уточнил Тед, как только сумел собраться с мыслями после такого «логического перехода». Для него самого, в принципе, странным было спать четвёртую ночь с объектом своего интереса в одной постели и при этом не переходить к… наиболее близкому общению, но он представления не имел, как к этому может отнестись Дэн. Попробовал бы выяснить, конечно, - но чуть попозже. Им некуда торопиться, ведь правда? - Уверен, - рыжий даже кивнул для доходчивости. Теодор задумался, вспоминая всё, что знал по теме. «Всего» было не так уж много, но, пожалуй, достаточно, чтобы разобраться… - Как минимум, нужен лубрикант. - Я знаю, - кивнул Дэн. – Я прочёл много литературы по этому вопросу. Кое-что оказалось весьма… познавательно. Погоди, сейчас схожу. Он вскочил на ноги прежде, чем Тед успел возразить, и вернулся буквально через пять минут. Невозмутимо уселся обратно на матрас и продемонстрировал небольшой полупрозрачный флакончик: - Вот это, думаю, подойдёт, хоть и не специализированное средство. К флакончику был добавлен квадратный блистер с презервативом – уже без комментариев. - Э… откуда это у тебя? – Тед был почти уверен, что на Йотунхейме обошлось без походов в аптеку. - Из медотсека. - Ты что, Вениамина Игнатьевича попросил?! - Нет, я без спроса взял, - успокоил его Дэн. – Сейчас же ночь, он уже спит. В принципе, утешение достаточно слабое, потому что недостачу медикаментов, пусть и… специфических, доктор наверняка заметит. Да ещё, судя по формулировке, основной причиной того, что навигатор не обратился к Вениамину Игнатьевичу, было именно то, что тот лёг спать. - Хорошо, - вздохнул пилот. Что-то ему подсказывало, что объяснить Дэну, почему не надо спрашивать доктора про такие вещи, будет сложно. Можно только просто попросить так не делать: – Только давай ты не будешь с Вениамином Игнатьевичем… консультироваться, ладно? Киборг кивнул. Вообще-то зря Тед считал, что он не понимает, почему: он уже успел запомнить, что пилоту не нравится, когда кто-то узнаёт хоть какие-то детали их отношений. Самого Дэна это волновало мало, но, раз Тед не хочет… Теодора, тем временем, занимал уже другой вопрос. Гораздо более проблемный, на его взгляд. - И… как? Кто будет?.. – он даже не договорил, искренне надеясь, что рыжик его поймёт и так. Обсуждать это казалось очень неловким. С девушками-то всё понятно однозначно, у Теда никогда не возникало вопросов, а у его подружек – возражений, поскольку с активной ролью он справлялся успешно. Но Дэн – не девушка, и однозначности уже нет. Тот чуть пожал плечами: - Как хочешь. И это тихое Дэново «как хочешь», между прочим, мешало Теду заявить, что сверху будет он, сильнее, чем любое возможное возмущение. Он сомневался, что сможет вот так, с первого раза, доставить Дэну удовольствие. А ведь он хотел именно этого? Когда только начинал разговор насчёт раздевания. И, наконец, решился: - Давай… действуй. Ты, кажется, лучше меня в вопросе разбираешься. - Ты уверен? – спокойно переспросил рыжий. - Уверен, - он надеялся, что это прозвучало достаточно убедительно для детектора лжи. Похоже, действительно прозвучало. Сперва всё-таки «действовали» оба – раздеваться в четыре руки гораздо увлекательнее, чем каждому самостоятельно. Джинсы, футболка, штаны – всё вперемешку отправилось на койку; зелёная мышь на свисающей штанине уставилась на парней очень укоризненно, и Тед не поленился забросить её наверх. А потом откинулся на матрас, не решаясь посмотреть на Дэна. Почему-то думать о том, чтобы оказаться «снизу» в прямом смысле, - в коленно-локтевой позе или лёжа на спине, - было страшно до тошноты. Мог ли киборг об этом догадаться? Тед не знал. Но рыжий только положил ладони ему на плечи, подталкивая повернуться на бок, а потом обнял, прижавшись вплотную на несколько мгновений. Он успел экипироваться «средством защиты» - как будто уже тренировался делать это быстро. Впрочем, зная его почти машинную дотошность в некоторых вопросах, возможно, правда тренировался. Обдумывать это, пожалуй, было бы не лучшей идеей. Тед чувствовал тёплое ровное дыхание у основания шеи; Дэн не спешил что-то делать – только, чуть шевельнув кистью, пробежал пальцами по его груди. Пилот глубоко вздохнул, успокаиваясь, а дразнящие лёгкие касания тем временем становились увереннее, откровенней. Продолжая водить ладонью по груди и животу, Дэн коснулся его влажным от смазки пальцем. Тед вздрогнул от неожиданности, и киборг, остановившись, шёпотом попросил: - Расслабься. Прозвучало это почему-то больше похоже на «не бойся»; Теодор честно попробовал расслабиться. Это оказалось не так уж сложно: ощущения от скользнувшего внутрь пальца были, в принципе, не неприятные. А то, что делал рыжий второй рукой, приятным было – однозначно. Через некоторое время навигатор добавил второй палец (и изрядное количество смазки). Больно, - чего Тед, честно говоря, опасался, - всё ещё не было. Было необычно, непривычно – и отчасти возбуждающе. Дэн касался его шеи и плеч лёгкими поцелуями, не прекращал ласкать рукой – уверенно, настойчиво и при этом удивительно нежно. Всё вместе сливалось в странное жаркое ощущение, отдававшееся дрожью во всём теле. - Давай, рыжик, - шёпотом выдохнул Тед. – Думаю, уже можно. Он почувствовал сперва осторожное прикосновение – уже не пальцев, - а потом Дэн подался к нему всем телом, и он сдавленно ахнул от болезненно-странного ощущения. Киборг замер, обнимая его одной рукой и уткнувшись лбом в плечо. Теодор сжал его ладонь и медленно вздохнул, пытаясь расслабиться. О том, что он может почувствовать, когда Дэн начнёт двигаться дальше, задумываться как-то не хотелось. Первое движение оказалось настолько медленным и плавным, что он не сразу осознал его, тем более, что рыжий, освободив руку, продолжил прерванные на время ласки. Пожалуй, это становилось всё в большей степени просто странным, а не болезненным. А в некоторые моменты – и откровенно приятным. При изучении теории анатомическому аспекту киборг явно уделил достаточно внимания. Прикосновений Дэна казалось недостаточно, Тед попытался добавить ощущений сам - и скоро уже перестал понимать, где чьи руки касаются тела. Глубокие, неровные вздохи прерывались стонами. С трудом сосредоточившись на пару секунд, пилот пробормотал: - Услышит кто-нибудь… - последнее слово перешло в короткий почти-вскрик от следующего движения Дэна. Контролировать себя становилось всё труднее, - если честно, он уже не пытался, - и, когда к губам прижалась сильная ладонь, заглушая звуки, – это было… правильно. Всё казалось правильным. И уверенные ласки, и то, что он доверил своё тело рукам, которые могут завязать в узел железный лом, и даже то, что Дэн молчал – только в тот момент, когда сам пилот уже почти выпал из реальности, сорвался хриплым стоном. По телу растекалось ленивое сонное тепло, напрочь отбивая желание двигаться. Дэн, чуть отстранившись, завозился за спиной, и Теодор всё-таки шевельнулся, правда, исключительно с одной целью: сгрести рыжего в охапку и растянуться на матрасе в окончательной, удовлетворённой неподвижности. Тот, сейчас ни капли не похожий на неутомимую боевую машину, - скорее на пригревшегося на солнечном подоконнике кота, - только чуть подвинулся, чтобы пристроить голову ему на плечо. Легко, почти невесомо коснулся губами солёной от пота кожи. Нет, определённо, Тед не жалел, что решился на этот вариант. Хотя наоборот тоже надо будет попробовать.