Вверх!

В одно солнечное утро в дом нагрянули шумные гости. Спускаясь по лестнице, я обнаружил в гостиной сидящих за низким столом девушку и парня лет двадцати, там же – Реллу, а вокруг них скакал молоденький парень и восторженно рассказывал о том, как обучился магии воды, и что теперь та ему стала другом. Молодой, лет шестнадцати, импульсивный с ярко-рыжими волосами. И выше меня, что заметил, когда остановился в открытых дверях и уставился на эту странную картину. В этом месте я пребывал уже более месяца, отмечая каждый день у себя в комнате в тетради, которую выпросил у Реллы не так давно. И за всё это время я ни разу не заметил гостей. Но возвращаемся к нашим баранам. На меня не сразу обратили внимание, только когда парнишка сам перестал скакать вокруг стола, закручивая в своих руках сферу воды и крича о своей маленькой победе. Я усмехнулся такой непосредственности, что приковало ко мне чужие взгляды. - Ой, - долговязый уставился на меня, как на чудо-юдо и затих, наконец. Незнакомая парочка так же обернулась ко мне, взглянув странными глазами, радужки которых были больше обычного. - А это... - начала было незнакомка, но я её перебил. - Релла, где он? - женщина моргнула и не сразу ответила, словно сама меня впервые видит. - В своей комнате, - ответила спокойно, продолжая пялиться на меня. Предпочёл проигнорировать это и отправиться искать так называемого наставника, который за всё время моего тутошнего пребывания пичкал только какими-то сказками о давно минувших веках. Уходя, услышал вопрос пацанёнка о моей личности. Нагей нашёлся в дальнем углу своей просторной комнаты, где был просторный подоконник, застеленный мягким матрасом и замещающий кровать. Как мужчина не выпадал из окна, переворачиваясь во сне, - оставалось загадкой. Комната была загромождена стеллажами с книгами, но часть её всё же была расчищена и на полу размещались свечи, расставленные кругом. Мужчина сидел своей кровати и читал какую-то большую книгу, кажется, не заметив моего появления. - Я не вовремя? - спрашиваю, садясь на край белоснежной постели. Чёрные глаза если и посмотрели на меня из-подо лба, то заметно это не было, учитывая отсутствие зрачка в них. - Вовремя. Сегодня я хочу тебе рассказать о том, что случилось с империей Айтан, которая сейчас стала империей Хатага. - Зачем мне это знать? - А ты не хочешь? - вопросом на вопрос отвечает он. Я предпочёл смолчать, потому что смысла не было что-либо говорить, если ему в голову втемяшилось. - Тогда слушай, - кивнул, правильно рассудив тишину. - Земли Кочевников были лишь на словах разрозненными, на самом деле это была целая сеть кланов, которые охраняли свои территории, но сохраняли суверенитет по отношению друг к другу. А последний правитель империи Айтан – Сагухдар Рего Акхума – оставил после себя единственного наследника – Михара, который оказался слаб. Все прочили ему восхождение на трон в блеске заслуг перед народом. Юноша был горд, непоколебим, могущ и воинственен, что грозило империи большими переменами, казалось, к лучшему. Но сразила его самое простое явление в мире, - мужчина слегка улыбнулся. - Любовь? - фыркаю. Он кивает. Ну да, куда ж без этого чувства в сказках. - Полюбил молодую сильную магиню. Такую сильную и прекрасную внешне, что голову потерял. Не успел он взойти на трон, как первым же своим указом решил два вопроса: женитьба на возлюбленной и присоединение империи Айтан к Землям Кочевников. И скоро умер, как только империю переименовали в Хатагу, а в руководящие должности влезли бывшие Кочевники. Пусть те и жили родами, но не были отщепенцами или дикарями, что позволило им с лёгкостью влиться в новое общество. Такое объединение пришло на пользу лишь тем людям, которые проживали в империи и были не тронуты в пылу переворота. А что же было в самой гуще правления? Та магиня, что стала императрицей-вдовой, попыталась взять всё в свои руки, пойдя против главного закона: «престолонаследие осуществляется лишь среди императорской династии Рего Акхума» - этот закон был перенят Хатагой у Айтан. И вот тут начались главные изменения. Император почивший не имел наследников, а все его родственники, какой бы дальней ветви не были, умерли загадочным образом ещё до образования Хатаги. Так и получилось, что империя без наследника, на престоле сидит женщина, не имеющая никакого к тому отношения, и всё это среди волнений соседей, которые раньше хозяев учуяли слабое место. Хатагарана, а именно так звали ту магиню, попыталась взять всё в свои руки, ведь она к тому и стремилась с самого начала. Но не учла, что не каждого убить можно, кто противится воле, и не всякий будет за такую персону на троне. Началась внутренняя борьба, в которой участвовали лишь аристократы бывшей империи Айтан и сильнейшие рода бывших Кочевников. Конец тому настал с нашим приходом. Хатагарана была одной из нас, но приверженкой сил разрушения и подчинения. Жадная до власти она несла угрозу всему миру, так что решено было Богами, что наше вмешательство необходимо. Тот бой, который приняли мы, принёс миру немалые разрушения, а тогдашнюю столицу империи просто смело. Много людей умерло и пострадало, но в итоге мы устранили угрозу более сильную. Именно тогда, первым отошедший от неожиданного развития событий, род Тир-Гаерр стал править. - Править? - удивлённо спрашиваю. - Разве они не просто род убийц? - Сейчас — да. Но ранее они были теми, кто присвоили себе имя Рего Акхума и сели на трон, расслоившись надвое. Одна часть стала править, другая — охранять и карать в тени. Именно они и переписали историю, основательно подчистив всё за собой, и теперь никто не узнает о том, что кровь первых императоров выродилась, на троне сидит новая династия, а её прямые родственники — безжалостные убийцы, вступающие в брак внутри рода и лишь иногда принимающие чужих для разбавления крови. - К чему ты мне рассказал об этом? - задаю закономерный вопрос, ведь этот человек никогда без пользы ничего не расскажет. - Я вижу в тебе отвращение к людскому роду, и как бы оно не привело к неверному пути. Мне не хотелось бы стать карающим тебя мечом. - Ну, - я осклабился. - Уничтожением людей заниматься можно от скуки, но чтобы желать их подчинить... Это же как заноза в заднице. Лучше быть нищим и свободным, чем замотанным в золотые цепи. - Будем надеяться, что твоё мнение не поменяется со временем, - кивнул он, слегка улыбнувшись. - А теперь ступай на первый этаж и поучаствуй в беседе с гостями, - я нахмурился, так как чего-чего, а этого не желал от слова совсем. - Иди-иди, - махнул рукой и углубился в чтение книги. А я задумался, поднимаясь с места и выходя из комнаты. Можно было бы свалить и погулять денёк другой в лесу, но что-то свербило в подсознании, подталкивая меня в сторону гостиной. Пришлось идти. В гостиной снова был шум и гам, теперь незнакомая девушка присоединилась к рыжему, продолжающему что-то рассказывать о холоде, снеге и какой-то норе, а помощница – делать уточнения, не то дополняя рассказ, не то перебивая. - Присаживайся рядом, - вдруг произнесла Релла, привлекая чужое внимание ко мне. Помедлив, прохожу и опускаюсь рядом с ней на подушку, чтобы таким образом видеть всех гостей. Рыжий не сводит в меня внимательного взгляда, больше подходящего крайне любопытному ребёнку. - Тебе уже дали имя? - бесцеремонно спрашивает он, продолжая буравить меня взглядом. Сероволосый незнакомец шикнул на него, а вот блондинка поддерживала интерес мальчишки. Отрицательно машу головой, припоминая наставление Нагея. Я ведь и так могу поддерживать разговор? - А сколько ты тут? - парнишка прижал пятую точку к подушке напротив, ни разу не моргнув за всё время, не то что опустив глаза. Перевожу взгляд на Реллу. - Сколько я тут? - спрашиваю, смотря на небесное существо. Женщина ласково улыбнулась мне. - Сорок четыре дня, - любезно ответила. - И что ты успел за это время выучить?! - улыбаясь от уха до уха, спросил паренёк, опираясь на стол руками. - Подопечный моего брата пока не приступал к занятиям, - подбирая слова, ответила за меня Релла, точно угадав мою позицию, за что я готов был её поцеловать. - Как так? - нахмурившись, не то удивляясь, не то возмущаясь, спросил надоеда. - Я здесь только двадцать дней, а уже обучился управлять водой, - произнёс он. Я снова окинул взглядом пацанёнка, приходя к выводу, что его турнули прямо из деревни какой-то, в которой он был сынком старосты или же из небольшого городка, где он так же не бедствовал и был на уровень выше окружающих. Но в том месте явно не было школ или высших заведений по магии, потому что управление стихиями изучается в самом начале развития. И теперь я глядел на это наивное по своей сути существо с гривой по плечи длиной, возрастом шестнадцати-семнадцати лет и без единого белого волоска на голове. Перешёл на магическое зрение, которому обучают лишь на втором году в академии, и увидел лёгкий налёт рыжины, что перетекала в слабый красный, пока я продолжал пристально вглядываться в паренька. Но несмотря на все эти "налёты", его основной цвет оставался голубым, как чистое небо, что свидетельствовало о чистых помыслах и некоторой невинности сознания. Но сила исходила от него ещё слабая, больше преобладала защита. Как и во всех, кто находился в этой комнате. Невольно перевёл взгляд на девушку, у которой было столько всего намешано, что я стал бы беспокоиться за её психическое состояние, пусть она и казалась уравновешенной внешне. А вот парень рядом с ней источал насыщенный синий цвет – уверенность и твёрдость. - Насмотрелся? - фыркнула девушка, отчего я вынырнул из своего дела и вернулся к привычному зрению. Киваю. - А что это было? - вспыхнул новым интересом рыжий. Он мне чем-то напоминал Соши – вечно неугомонный и жаждущий развлечения. Только вот друг мой страсть имел к трате денег и новым приключениям, а этот — к магии. Видимо, мои предположения о его прошлом не далеко ушли от истины. - Магическое зрение, что распространено между магами. Оно позволяет разглядеть ауру живого или неживого предмета, и при должных знаниях сделать те или иные выводы об увиденном, - пояснила Релла с лёгкой улыбкой. - Я ведь не представился! - вдруг воскликнул парнишка, снова уставившись на меня. - Нагей дал мне имя — Оксакхелл, что означает на божественном «ведущий»! - я усмехнулся. Из него ещё тот ведущий получится. Парень заметил мою усмешку, возмутился, стал что-то говорить в оправдание, а вот мне резко стало дурно, отчего в мгновение пропали все звуки, и воздух вокруг словно замер. В следующее мгновение я отшатнулся от стола, подумав на незнакомцев, но те сами что-то неладное заметили и дёрнулись в противоположную от меня сторону, прихватив говорливого. Перед глазами на мгновение померкло, а потом звуки ворвались в уши, давление усилилось, словно меня пытались со всех сторон сжать, чему тут же стал противиться щит, окаменев. С трудом оглядываю себя, замечая, как ткань одежды начинает трещать и расползаться по швам. - Тебя пытаются призвать, - сдержанный голос Нагея передо мной. Тот не ступил ближе, чем на два шага. - Сил вкладывают немало, пытаясь разрубить пространство и щиты, наложенные на Божественные Земли. Тебе главное теперь не поддаться, - мужчина опустился на одно колено, заглядывая мне в глаза, стоящему на коленях и сгорбившемуся под внешним давлением. - Надеюсь, ты не будешь против, - произношу с лёгкой насмешкой, замечая, что чья-то магия начинает брать своё и ткань одежды просто сгорает в пламени призыва. Представлять, что станет со мной, если пространство вокруг не выдержит и меня таки потащат, побоялся. Вместо того, чтобы безропотно дожидаться окончания, и, возможно, печального для меня, стал произносит слова проклятия, которое захватывало чужую магию и притягивало к себе с силой, перебивая изначальную цель. На полу и в воздухе вокруг меня начали вырисовываться символы, вырезающие себе пространство в дереве под моими ногами. А теперь — что заставит тех, кто на другой стороне заклинания призыва, отстать от меня? Символы, которые до этого были лишь бесцветными, нейтральными отголосками моей силы, начали окрашиваться в чёрный и красный, примешивая цвет моей ярости. Да кто вообще смеет куда-то меня тащить, рубя на кусочки?! Воздух вокруг стал свободнее, что мне позволило резко пропороть кожу на ладони при помощи кинжала, который я всегда носил за поясом, пролить кровью и произнести всего пару длинных слов. Мгновение, в которое всё замерло вокруг, и в следующее я вспомнил тот момент, когда стоял среди развалин торгового центра, наблюдая взрыв бомбы. Ударило откатом так, что мой щит затрещал от напора, а помещение вокруг полетело на щепки, сотрясая здание. Через некоторое время я почувствовал лёгкость, отсутствие давления и падающие с меня остатки вещей. Даже палочки, которыми я сегодня заколол волосы, осыпались, отпуская белоснежную копну. С недавнего времени моя грива полностью окрасилась в снежный цвет и стала достигать колен. Огляделся. Комната раскурочена, даже часть стены дома в соседнем пространстве задета. Крошка и пыль сыпалась с потолка – пробитого пола второго этажа. Лишь пол уцелел, явно находясь под сильной защитной магией. И Нагей со своей сестрой были на прежних местах, совершенно не задетые взрывом, будто того и не было. Демоны. Троица гостей и та находилась под куполом защитной магии, аж трёх слоёв. - Это выход, но можно было и более щадящий выбрать, - произнёс Нагей, поднимаясь. - Ты меня хвалишь или ругаешь? - спрашиваю, вздёрнув бровь и уперев руки в бока. - Иди оденься, - выдохнул, слегка усмехнувшись и окинув меня взглядом. Я не смутился. А что смущаться прекрасного? Моё тело хорошо сложено, пусть пока и мечта педофила. Или одного главы убийц. В свою комнату ушёл с величественно вздёрнутым подбородком, не обращая внимания на чужие взгляды. Подобная ситуация взбодрила меня, напомнив, что я маг, а не школяр в оздоровительном лагере. Вечером я не мог отделаться от расспросов рыжего бедствия, который так сильно желал иметь ответы, что просто не мог дождаться окончания моего полного ответа. Потому я просто перешёл на односложные «да-нет», а чуть что приходилось объяснять, говорил, что просто не знаю. Это поубавило пыл пацанёнка, но не отлучило. Так что спокойно поесть мне не дали, а когда прибыл Нагей этой троицы, так и вовсе случился шумовой бум: девчонка с рыжиком наперебой пытались рассказать мужику последние события. И если в глазах рыжика я был «Ах, вот это да! Хочу так же!», то для девчонки стал высокомерной малолеткой, которая знает набор грязных и недостойных проклятий. Недостойных чего — так и не понял, однако, предпочёл не связываться с сумасшедшими. Психи они такие, что сам не заметишь, как тебя прикопают за углом, или обратят в свою веру. А вот третий в их компании предпочитал отмалчиваться и притворяться частью пространства, которое незаметно для меня Нагей восстановил после взрыва за считанные минуты. Незнакомый мужчина представился мне Гахером, имел длинные усы по самый пупок, копну волос до пола и добрый взгляд жёлтых глаз, в которых так же не было зрачка, радужки и белка. Лёгкая полнота высокого тела казалась мне ещё более располагающей, таким человек не казался грозным. Он в расслабленной позе сидел на подушках за низким столиком, попивал гостеприимно предложенный отвар и с лёгкой улыбкой выслушивал своих подопечных. После непродолжительной посиделки нас — молодняк — отправили прогуляться и дать взрослым людям поболтать. Троица ушла беспрекословно, а вот я остался на месте, не подчиняясь слову чужого наставника. - Желаешь присоединиться к нам? - вдруг спросил Гахер вместо того, чтобы метлой погнать меня. - Сомневаюсь, что мне станет понятно хоть что-то из вашего разговора, но вот желания присоединяться к остальным — нет, - отвечаю и отпиваю из своей ребристой кружки, у которой не имелась ручка, отвар из ягод и каких-то листочков. - Тогда отправляйся спать. Завтра с утра я разбужу тебя рано, - подал голос Нагей, между тем интонацией давая понять, что не заставляет. Киваю. Спать — неплохое занятие, особенно после большого выброса энергии. Поднимаюсь, не прощаясь с кем-либо, ухожу в свою комнату. Почему-то самому мне в голову не пришла мысль об отдыхе...