Песнедрабблы

      Фредди порхал по студии, словно бабочка. Он то усаживался за рояль и наигрывал несколько жизнеутверждающих, лёгких, почти невесомых аккордов. То вновь вскакивал на ноги и подходил к микрофону, чтобы на «ла-ла-ла» напеть воздушный, звенящий от переполняющих его эмоций мотив. А потом вдруг начинал расхаживать кругами мимо слегка недоумевающих товарищей — зацепив струну на бас-гитаре Дикона, побарабанив костяшками пальцев по томам Тэйлора или подёргав Мэя за кудрявые локоны (прикасаться к священному — Red Special — он не решался даже в таком настроении).       — Кто-нибудь может мне объяснить, что тут происходит? — Роджер откинулся спиной на стену, положил ноги на бас-барабан и прикурил сигарету. То есть к эксцентричному поведению Фредди он давно привык. Но это было, кажется, всё-таки чересчур.       Джон только молча передёрнул плечами. За два с небольшим года в группе он, разумеется, успел неплохо узнать ребят, но ответа на вопрос Тэйлора у него не было.       — Мэри согласилась с ним съехаться, — Брайан отставил гитару в сторону. — Пока ты вчера охмурял Молли…       — Салли, — поправил друга Роджер.       — Неважно, — отмахнулся Мэй. — Так вот, пока ты там вчера охмурял в баре очередную официантку, Фредди, между прочим, делился своей радостью.       — А-а. Ну ясно тогда, — ухмыльнулся барабанщик. Он прекрасно помнил, каким воодушевлённым ходил Фредди, когда они с Мэри только начали встречаться. За последний год его пыл успел поутихнуть — не потому, что он её разлюбил или у них что-то не ладилось! — просто любые, самые яркие отношения в какой-то момент требовали некоторого обновления. И вот, судя по всему, пришла пора этих обновлений.       — Мальчики, ну неужели вы этого не чувствуете, а? — Фредди не слушал, о чём говорили его друзья. Он был полностью поглощён чем-то своим и продолжал беззаботно гарцевать по комнате, периодически что-то напевая или наигрывая.       — Перегара от Тэйлора? — невозмутимо хмыкнул Джон.       — Любовь! — ответил Фредди под интеллигентное похихикивание Брайана и хрипы закашлявшегося сигаретным дымом Роджера. — Любовь — она же повсюду! Любовь — вездеее! Любовь — во всёёёём!.. — мурлыкал вокалист.       — Мартовский кот, — фыркнул Тэйлор, впрочем, улыбаясь до ушей.       — Августовский, — меланхолично поправил барабанщика басист.       — Дураки вы, — с улыбкой покачал головой Брайан.       А Фредди снова уселся за рояль и принялся бегать пальцами по клавишам и напевать, напевать, напевать… Потому что любовь — она и правда была везде и во всём…