Песнедрабблы

      Роджер с опаской покосился на небо: тучи сгущались и ветер, который обдувал его лицо, становился всё более холодным. Это вряд ли бы стало серьёзной проблемой, не будь он посреди безлюдного шоссе в машине с открытым верхом…       Первые капли дождя упали на лобовое стекло и на взъерошенную голову барабанщика уже спустя несколько метров.       — Ну твою ж мать, — выругался Тэйлор. Он снял тёмные очки, отбросил их на пассажирское сиденье и нацепил на нос обычные, с диоптриями. Солнце давно скрылось из вида, и единственным источником света были только белые вспышки молний на чёрном фоне.       Через несколько минут дождь настолько усилился, что дворники уже не справлялись с потоком воды, а Роджер промок до последней нитки. Он припарковал машину на обочине и, стуча зубами от холода и шлёпая по лужам, отбежал чуть назад, чтобы выставить знак аварийной остановки. Он на собственном печальном опыте знал, насколько важным было это простое действие и как оно могло сберечь чьё-то здоровье или даже жизнь.       — Ну твою ж мать, — снова сокрушённо выдохнул Роджер, задумчиво осматриваясь по сторонам. И как только его угораздило оказаться в чистом поле без единого укрытия, где можно было бы переждать непогоду?       Очередной зигзаг разрезал затянутое тучами небо, очередной раскат грома, словно кто-то там, наверху, сыграл короткий, но мощный брейк по барабанам, разбавил монотонный бит дождя.       — Да что ж за гадство, — Роджер заглянул в салон машины. Воды там было уже по щиколотку.       Тэйлор обнял себя руками за плечи, как будто это могло помочь ему согреться. Мокрые волосы налипли на лоб, по стёклам очков стекали крупные капли, а ливень, похоже, и не собирался прекращаться и хлестал Роджера по лицу, забирался за шиворот ледяными руками…       — Повезло так повезло, — процедил Роджер сквозь клацающие зубы и с ногами забрался на капот. Холодный и мокрый. И если уж на то пошло, совсем не безопасный. Но что ему оставалось делать?..

***

      Брайан с досадой потёр длинными тонкими пальцами чуть шершавый от двухдневной щетины подбородок. Прогноз погоды обещал ясное и безоблачное небо. Именно поэтому он с телескопом приехал в парк — понаблюдать за звёздами. Но метеорологи явно ошиблись в своих расчётах. И если вечер действительно давал надежды на прекрасные возможности для астрономов изучить небесные тела, то сейчас все эти надежды сокрушались о реальность, как хрупкий корабль о подводные скалы.       Отдалённый гром проворковал где-то за угасающим закатом горизонта, откуда к Лондону стягивались плотные тучи. Зрелище было красочное и захватывало дух, но не вносило оптимизма.       Брайан с тоской посмотрел на телескоп. Он только-только успел его установить, а тут на тебе, пожалуйста! Похоже, всё было напрасно!       Порыв ветра зашелестел листьями, а новый рокочущий гром раздался уже куда ближе, чем предыдущий. Надо было собираться домой.       Брайан вздохнул и принялся разбирать телескоп, между прочим — подарок от ребят на его прошлый день рождения. Сколько они на него потратили, Мэй предпочитал даже не задумываться. Совершенно точно — куда больше, чем его друзья могли себе позволить. Уж он-то знал это наверняка: ведь с Роджером и Фредди они до сих пор делили одну, прямо скажем, не блещущую роскошью квартирку, а Джон едва сводил концы с концами, чтобы прокормить молодую жену и ребёнка. Но они знали, как сильно гитарист увлекался астрономией и как мечтал о собственном, пусть самом простеньком телескопе… Брайан думал о товарищах по группе (которые, чего уж тут скрывать, значили для него куда больше, чем просто коллеги!) с откровенной нежностью. Не всем в жизни так повезло с друзьями!       Белая ломаная трещина рассекла небо на две неравные части, и новый раскат грома ударил где-то совсем рядом, а тёплая, крупная капля летнего дождя упала на щёку Брайана, отрезвляя его и отвлекая от мыслей о ребятах и о том, как сильно он их ценил.       Он спешно убрал телескоп в рюкзак и торопливо зашагал к выходу из парка — хотелось бы добраться до дома сухим!       Дождь словно играл с ним в догонялки и давал небольшую фору — ленивые тяжёлые и редкие капли мягко опускались в пышную шевелюру гитариста, оставляли расплывающиеся тёмные пятна на его одежде. Настоящий ливень настиг его лишь у автобусной остановки, и Брайан, одинокий ночной прохожий, с облегчением укрылся под её крышей, размышляя, насколько уютнее сейчас было бы сидеть дома, в компании Роджера и Фредди, безмятежно смеяться над какими-нибудь глупостями и пить горячий чай… а может быть, и пиво…

***

      — Джерри, скотина мохнатая, а ну куда?! — Фредди выбежал из квартиры вслед за котом, который стремительной пушистой молнией юркнул вниз по лестнице. — СТОЯТЬ, СЕРАЯ ЗАДНИЦА! — Фредди, грациозно прыгая через ступеньки, бросился за ним.       Кот был не очень-то настроен слушать своего хозяина и шустро проскользнул в дверь подъезда, которую кто-то оставил открытой.       — Да ну ёжкин кот! — Фредди очень рассчитывал, что побег его питомца будет остановлен на этом этапе, но какой-то растяпа решил по-другому!       Как был, в махровом халате и тапочках, он выскочил на улицу и разразился потоком изощрённой, почти изящной нецензурной брани своим ещё пока не очень хорошо поставленным, но уже очень громким голосом.       Несколько тёмных окон многоквартирного дома загорелись леденцовым светом, и из них повыглядывали возмущённые жильцы.       Фредди наступил в лужу — правый тапок мгновенно промок, левый зацепился за ступеньку и слетел с крыльца… Он обернулся, раздумывая, не вернуться ли домой, чтобы одеться, но решил, что терять всё равно уже было нечего. Разве что второй тапок.       — Джерри! Джерри, иди сюда! — призывно заверещал Фредди, осторожно ступая в хлюпающую траву вокруг дома, стараясь разглядеть в темноте кота.       Вот уже и халат промок насквозь, и его полы неприятно липли к ногам и мешали ходить, а волосы свисали чёрными неопрятными сосульками. Вокалист начинающей рок-группы, в котором сейчас мало кто узнал бы будущую звезду мировой величины, продолжал безрезультатные поиски удравшего кота.       — Кис-кис-кис-кис! — Фредди страдальчески закатил глаза к небу, тут же заморгал от попавшей в них воды и театрально шмякнулся на колени, чтобы заглянуть под куст.       — Ах ты зараза! — из-за покрытых каплями листьев на него таращились две зелёных фары. — Шерстяная ж ты тварь! — царапаясь о ветки, Фредди просунул руку вперёд и в последний момент успел ухватить напуганного и взъерошенного кота за шкирку…       — Эээ… А чего… Чего тут происходит? — сонный Роджер, зевая, выглянул в коридор и несколько секунд с недоумением взирал на представшее перед ним зрелище, прежде чем разразиться хохотом.

***

      Чайник засвистел, сначала тихо, едва слышно, потом всё громче и громче, настойчиво оповещая всех о том, что вода в нём закипела.       Джон, пританцовывая, направился на кухню. Что могло быть приятнее, чем провести выходной за чашечкой чая?.. В принципе, много что. Но в данный конкретный момент Джон хотел чая. Ароматного, горячего, дымящегося…       Он отставил чайник с плиты и потянулся на полку за банкой.       — Врррум! — Робби с размаху налетел на папу, обнимая его за ногу. Банка выскользнула у Джона из рук и упала на пол. Чаинки мелкой россыпью усеяли линолеум.       — Вот уж врррум так врррум! — Джон взъерошил Робби волосы и почесал нос. Это была последняя банка с чаем…       — Джонни? Что случилось? — Вероника обеспокоенно выглянула из коридора.       — Небольшая авария, — отмахнулся Дикон, доставая метлу и совок.       — Я уберу, — Вероника с улыбкой покачала головой. — Робби, бессовестный, твоих рук дело?       — Спасибо, милая… Тогда я сбегаю в магазин.       Джон накинул куртку и вышел из дома. Что ж, дети на то и дети, чтобы порой нарушать твои планы! До ближайшего магазина было рукой подать. Минут пятнадцать пешком, не больше. На машине ещё быстрее, но Дикон решил, что небольшая прогулка ему бы не помешала. Он насвистывал себе под нос какую-то навязчивую мелодию и никак не мог вспомнить, откуда её знал. Слышал где-то по радио. Неплохая, кстати, песенка… Интересно, кто её написал?..       Джон купил новую упаковку чая, коробку конфет для Вероники, просто так, потому что любил её, и леденец для Робби — потому что его он тоже любил! — и отправился домой.       Дождь застал его врасплох. Примерно на середине пути. Серое лондонское небо всё утро грозилось разразиться лёгким осенним душем, но сделало это как раз в тот момент, когда Джон шагал по малолюдной улице, всё стараясь понять, что за песня так настырно крутилась у него в голове.       Капля, другая, третья, быстрее и сильнее. И вот уже асфальт потемнел у него под ногами. И первые лужи начали отражать тусклый осенний городской пейзаж…       Джон ускорил шаг. Он мог бы спрятаться под козырьком одного из близлежащих зданий. Но идти оставалось всего ничего… По крыльцу своего дома Дикон поднимался уже бегом, мокрый, но с улыбкой на лице.       — Забыл зонт, да? — покачала головой Вероника, встречая мужа. — Быстро в дом и переодевайся в сухое!       — А это тебе, — Джон достал из пакета коробку конфет и протянул её девушке.       — Мои любимые, — она мягко чмокнула его в уголок губ.       — Я знаю.