Лунный рассвет

      Под пронзительным взглядом изумрудных глаз Линда вспыхнула алым и прошла к табурету, всё ещё сомневаясь, её ли вызвали. Однако, сомнения развеялись, как только Шляпа погрузилась на голову. Почувствовав некую дезориентацию, девочка напряглась. Несмотря на свои приступы уверенности, которые она пыталась показать другу, Линда по-настоящему боялась. Казалось, ещё чуть-чуть, как волшебница сорвется, начиная судорожно искать, как вернуться обратно домой. Какой бы не была реальность, откуда они прибыли, это не играло роли. Даже старость тел и приближение смерти были пустяками, по сравнению с таким резким скачком и абсолютно разными нормами поведения. Родившись в столь переходном двадцать первом веке устаешь от перемен, где чуть ли не каждое пятилетие совершают глобальные открытия и совершенствуют технологии. Попав в другое столетие несколько не представляешь свою жизнь без навороченных гаджетов, о которых там даже не начинали думать, не говоря уже о создании. — Интересно-интересно, о чем ты сейчас думаешь? — вкрадчиво спросила Шляпа, до сих пор молчавшая. — Твои воспоминания… ВЫМЫСЕЛ! Линда подскочила на месте, сжав зубы. Нет-нет, она просто воображала, и всё! Да, точно, глупое воображение о возможном будущем Земли, всего-то. Ну, не ломай комедию, ты же знаешь, куда меня. Я не смогу на другом факультете! — Посмотрим…  — словно проигнорировав дальнейшее, распределительница продолжала что-то мямлить. — Вижу импульсивность, честность, прямолинейность-… Если есть сомненья, то не стоит кидаться в омут с головой, ты пожалеешь об этом. Выждав паузу и над чем-то поразмыслив, Шляпа крикнула: — ГРИФФИНДОР! Линда тяжко выдохнула, почувствовав сонливость. Сейчас она сядет за свой стол, поужинает и упадёт на кровать, а завтра пойдёт на первое занятие и погрузится в новую жизнь, но прежде, конечно же, познакомится со всеми поближе, с кем уже так бодро болтал лучший друг. Всеобщее внимание переключилось на нового ребенка, которого позвали дальше по списку. — Рада знакомству, — чуть расслабилась девочка, пожимая протянутые руки. Творилась атмосфера сплочённости и некой поддержки со всех сторон, что сон перешёл на второй план. Всё было не так страшно, как казалось до церемонии. На самом деле, в глубине души Ришар предполагала, что Шляпа не выслушает, решит сама, закинет куда угодно, но не в желаемую группу. Это решение как и страшило, так и раззадоривало, имея неоконченную фразу в конце: «А что, если…», а результат был такой, который и следовало ожидать, чего Линда вообще хотела? Ближайшие года она будет на факультете, на котором она счастлива прямо сейчас, в данную секунду, рядом с приятными людьми, не вызывающими агрессию или отторжение. Шляпа однозначно ошиблась, когда произнесла пугающие слова. Взглянув на пустые золотые тарелки, Линда по привычке начала высчитывать, сколько же стоит такая роскошь, которую без проблем может позволить себе школа на каждого ученика. Или, может быть, тарелки не из золота, а это наложено очередное заклинание, что неопытные глупцы принимают посуду за драгоценных металл? Когда же распределение закончилось, профессор Дамблдор, седовласый старик, сказал пару уже известных слов, что Кристофер в спешке закопался в своей памяти, что же они обозначают и есть ли толк им следовать. Слушая гимн школы, который все пели невпопад под индивидуальный ритм и лад, некоторые закрыли уши, состроив страдальческие мины. Похихикав над столом Слизерина, где в таком мероприятии участвовали единицы, ребята переглянулись, обдумывая смысл песни. Как сказал Перси, нынешний староста факультета, к последнему курсу гимн буквально отскакивает от зубов, так что мы, зеленые первокурсники, должны не смущаться незнанию, а получать удовольствие от церемонии посвящения. После предупреждения о «гуляющих» лестницах, способных по случайности завести нерадивого ученика прямо в руки смерти, в один миг угощения появились на столе. Удивленно присвистнув, рядом сидящий Рон Уизли принялся накладывать себе всё то, до чего дотягивались загребущие руки, ловя несколько презрительный взгляд Гермионы. Порадовавшись, что хоть у кого-то есть аппетит, Розелин, как девочка приучалась себя называть, принялась крутиться дальше. Благо, Кристофер догадался и занял ей место рядом с собой, и перекрикиваться не было необходимости. — Эй, друг, — не выдерживая, обратилась Линда к нему. — Ты представляешь? Только что мы стали учениками. Та школа, в которую так жаждали попасть на протяжении многих лет! Я начинаю любить мантию и палочку, хотя вот с палочкой чувствую себя странно. — Прямо сейчас я сдерживаюсь, стараясь не закричать, — улыбнулся Брауман. — От счастья, конечно же. Завтра первый учебный день, нужно не оплошать и показаться в хорошем свете. После окончания ужина, прихватив с собой несколько изумительных шоколадных маффинов и положив их в глубокие карманы, ребята поднялись с места со своим курсом, чтобы пойти за рыжеволосым старостой. Перси, которому поручили столь важное задание, твердо ступал, рассказывая историю Хогвартса во всех красках. Сэр Николас, внезапно появившийся во время трапезы, сопровождал их, рассказывая интересные факты и сплетни о обитающих в замке призраках. Юные волшебники прониклись симпатией к Почти Безголовому Нику, на шее которого виднелся хоть и почти прозрачная, но страшная рваная рана. — А вот и лестницы, — показал староста рукой, остановившись в полушаге от первой лестницы, как вдруг та пришла в движение. — Как видите, они не стоят на месте. Лестницы нашей школы весьма необычны, полны сюрпризов, которые первое время удивляют. Есть ступени, исчезающие тогда, когда на них наступаешь. Первокурсники проваливаются по колено и не могу выбраться без посторонней помощи, — погрозил пальцем парень. — Как думаешь, кто из нас провалится первым? —  спросил Кристофер у подруги. — Ты, конечно же, — хихикнула Линда. Перси строго глянул на них и промолчал. — Добрый вечер! — поздоровался с портрета седовласый мужчина, держащий налитый доверху бокал. — Добрый вечер, господин Уильям. Ребята, прошу обратить внимание на живые портреты. Если посмотреть влево и вправо, вы можете заметить, что на них изображены не только люди, но и пейзажи, волны с них могут обрызгать до ног, если не успеть среагировать. Кто хочет потом идти переодеваться в сухую одежду? Конечно, никто. Проходим на лестницу. — Не представляю, что будет, если вдруг кому-то станет плохо, он упадет прямо в пролёт… — шепнула Линда Кристоферу, на всякий случай отойдя от перил. — Не советую экспериментировать! — играючи вскрикнул появившийся из неоткуда призрак Гриффиндора, всунув свою голову прямо между ними. Побледнев, Ришар оступилась и едва не покатилась кувырком вниз, но кто-то грубо схватил её за локоть, предотвратив возможность серьезных повреждений. Взглянув на своего спасителя, волшебница остепенила пыл отблагодарить его, как только столкнулась с недовольным лицом Рона, будто бы она испортила человеку всю жизнь этой случайностью. — Ой, извини. Спасибо тебе. — всё же выдавила девочка, потеснившись к Крису. Лин то и дело нервно озиралась, держа привидение на прицеле. — Нет, ты слышал это: «Извини, спасибо»? — услышали они тихие жалобы.  — Да она же мне все ноги отдавила! Кристофер нахмурился, предпочтя промолчать, чтобы не разжигать конфликт на пустой почве. Дойдя по портрета Полной Дамы, выполняющей роль стража прохода без инцидентов, группа остановилась. — Кхм, кхм, — откашлялся в кулак Перси, произнеся фразу как можно чётче: — «Капут драконис». — сделав несколько реверансов и закидывая комплиментами старосту, который, видимо, ей приглянулся, Дама отъехала в сторону, пропуская учеников. — «Капут драконис» — один из паролей входа в гостиную Гриффиндора. Если забудете пароль — к себе не попадёте. Они редко меняются, при смене каждый будет в курсе. Так же запрещено сообщать пароль кому-либо с другого факультета или приводить в свою гостиную! Всё, что находится за Полной Дамой — наш уголок, где можно расслабиться и не бояться, что личные тайны будут раскрыты, так давайте же не нарушим комфорт, сохраненный веками. Добро пожаловать в семью! А теперь, сожалею, но я должен отойти по учебным делам. Прошу, проследуйте по комнатам и разберите вещи. Ваш багаж уже распределен, таблички на дверях помогут сориентироваться. Как закончите, можете осмотреться здесь получше. Определившись методом проб и ошибок, какое крыло мужское, а какое женское, Линда и Кристофер разошлись по разным сторонам, впервые ощущая себя настолько одинокими друг без друга. Мальчик обидчиво потирал пятую точку, на которую он приземлился, когда одна из кручёных лестниц превратилась в покатую горку, не пуская подняться вверх по себе. По словам Гермионы, на неё было наложено некое заклинание, что менее порядочные мальчишки не могли проникнуть к девочкам. Тогда же, девочки без проблем проникали в мальчишечьи спальни. Вслух выразив, что разберется с данной дискриминацией и полной неправотой создателей, Ришар отправилась на поиски комнаты, прежде чуть ли не слезно прощаясь с другом. Идя по длинному коридору, стены которого были в персиковых тонах, девочка остановилась у одной из дверей:       «Лаванда Браун;       Гермиона Грейнджер;       Келла Лорен;       Парвати Патил;       Розелин Ришар». — Розелин Ришар, — проблеяла Линда, закатив глаза. — Похоже, моя остановочка. Надо же, ну и имя! Приложив ухо к двери, она прислушалась к звукам. Было непонятно, есть ли уже кто-то в комнате, ведь тогда, когда подошла волшебница, прошло прилично времени, и в теории, все должны сидеть у себя и уже знакомиться. Лин подняла было кулак, но тут же опустила его, ставя в мыслях некую точку, что теперь это её дом, а эта комната ничуть не меньше принадлежит ей, чем остальным сожительницам. Девочка распахнула дверь и застыла в немыслимом шоке.