Lipstick color wine «Chateau»

Все истории начинаются по-разному. Какая бы ни была история, у неё есть начало, середина и конец. Какие-то истории интересные, захватывающие дух. Какие-то - серая тоска и унылость в одном флаконе. Счастливое начало - плохой финал. Печаль и боль утраты, на сладкое - долгожданное исцеление и новая любовь. Всё начинается и заканчивается по-своему. Дамочка пошла к гадалке, девочка пыталась снять котёнка с дерева, отчаявшийся мужчина на краю моста, пьяный водитель, несущийся на полной скорости, плохое или хорошее предчувствие. Порой люди не замечают этих клубящихся в голове и душе смутных мыслей и эмоций, которые буквально вопят о том, что должно что-то случиться. Не обязательно плохое, нет. Но и не обязательно хорошее. Впрочем, Бекхён всегда прислушивался к себе. И когда он открыл глаза, впиваясь взглядом опухших от недосыпания глаз в потолок, то сразу понял - этот день не его. На часах шесть утра. Секундная стрелка неторопливо движется по своему вечному пути. Мерный негромкий звук постукивающих шестерёнок в механизме действует на нервы, и Бён резко садится в постели. В комнате сумрачно из-за раннего утра. Или из-за стены дождя за окном. Ровные струи воды опускаются на землю, и Бекхён на секунду представляет себе огромный душ где-то высоко за облаками, из которого кто-то поливает людей, забавляясь и гадая, можно ли утопить этих жалких тараканов, если поливать их не менее жалкую, полуразрушенную планетку не переставая. Отбросив философские мысли в сторону, парень поднимается с постели и направляется в ванную. Мгновение спустя зеркало отображает уставшего молодого человека, до побелевших костяшек вцепившегося в края раковины. Глаза парня покрасневшие, лопнула пара капилляров. Губы сухие и искусанные, небольшое отверстие в нижней губе от прокола для кольца треснуло снизу и неприятно щиплет, когда сухая кожа натягивается, следуя за движением лицевых мышц. Тонкие бледные пальцы на секунду касаются ранки холодными подушечками, а после тянутся за зубной щёткой. Бекхён чистит зубы, не отрывая взгляда от глаз своего отражения. Нужно закапать эмульсию, чтобы быстрее прошло раздражение. Он должен выглядеть безупречно. Процесс умывания не занимает много времени, и вскоре Бекхён уже застёгивает пуговицы белой рубашки. Пожалуй, следовало бы заправить её в брюки, но на выпуск куда удобнее. Взгляд скользит по галстуку, и губы кривятся от явной неприязни. Бекхён знает, что "жуткая полоска ткани" добавляет внешнему виду солидности. А ещё Бекхён знает семь способов убить галстуком. Надевать удавку добровольно желания нет. Пиджак опускается на плечи, и за хозяином комнаты закрывается дверь. Дом спит, что не удивительно. В столь раннее время не поднимается даже прислуга, знающая, что хозяева не любят ранние подъёмы. Впрочем, Бекхёну это только на руку. Он любит находиться в тишине, любит собственноручно варить себе кофе и готовить завтрак, любит читать утреннюю газету, наслаждаясь тихим шорохом страниц и запахом дешёвой краски для печатных машин. Бён Бекхён немного токсикоман. И мизантроп. Потому наличие на кухне ещё одной персоны с утра пораньше подействовало как красная тряпка на быка. - Доброе утро, принцесса. Надеюсь, вы сладко спали этой ночью, и ничто не тревожило ваш сон? Быть может, муки совести, аль чувство долга и ответственности в вас проснулось? Бекхён глубоко вдыхает и медленно выдыхает. Так же медленно выдыхает сигаретный дым его собеседник, сидящий за барной стойкой, тянущейся через всё помещение вдоль окна. Два взгляда встречаются, и губы оппонента расплываются в кошачьей улыбке. Бёна бесит эта улыбка, бесит этот взгляд, бесит запах дыма, который он не может перестать жадно втягивать в лёгкие, бесит нарушение царящей тишины и внутреннего равновесия. - Утро было бы добрым, если бы ты ещё спал. Или вообще отсутствовал дома. Отвечая на твой вопрос: нет. Нет, Чондэ, чувство долга спит крепким сном, а совесть... Её наличие у моей персоны крайне сомнительно. А теперь оставим эти игры. Я хочу позавтракать, а после меня ждёт плотный график. И вновь тишина, разрушаемая лишь тихими выдохами струй сизого дыма и негромким стуком каблуков кожаных ботинок по чёрной плитке. Бекхён каждой клеточкой чувствует чужой взгляд, пронизывающий до костей, словно рентген. Чувствовать себя "под прицелом" - не самое приятное, а потому шатен несколько резко опускает белоснежную чашку, наполненную ароматным кофе, на блюдце. Несколько капель переливаются за резной ободок, уродливыми коричневыми пятнами стекая прямо по тонкой ручке. Внутренний перфекционист Бёна сжимает зубы до скрежета, а негромкий, наполненный пониманием смешок за спиной раздражает лишь сильнее. - Я так понимаю, позавтракать мне не удастся, - цедит Бекхён, разворачиваясь к скалящемуся Киму. - Выливай ведро грязи на меня поскорее, дабы не откладывать этот разговор на ещё более неудачное время. - Я не собираюсь лить на тебя грязь, принцесса, - мягким голосом произносит Чондэ, туша окурок о хрусталь пепельницы. - Но, как ты сам только что сказал, разговор откладывать нельзя. Твой поступок... Впрочем, не буду разводить мыльную оперу или говорить шаблонами старых кинофильмов. Ты и сам знаешь, что оплошал. Разве я просил многого? Всего лишь присутствовать на ужине. Мне было необходимо твоё присутствие, твоя поддержка. Но тебя не было. Это ли не нож в спину? - А говорил - без шаблонов и мыльных опер, - хмыкнул Бекхён, передёргивая плечами. - Я говорил тебе, что не приду. И ты знал, что я не передумаю. Находиться среди этих отбросов у меня желания нет. Слушать их пустой трёп и рассуждения о власти и богатстве - выше моих сил. Я могу стерпеть визиты твоих старых друзей, но не этих пустоголовых дуболомов. Знаю, твоя власть держится на "пешках", и им надо показывать свою стойкость, но меня в это не вмешивай. - Глупая принцесса, - покачал головой Ким, театрально закатывая глаза. - Ты - наследник, и через некоторое время ты официально примешь "корону". Будет званый ужин. Будут все, и под всеми я подразумеваю остальную Десятку. И сейчас как никогда важно показать шавкам, кто их хозяин. Знаешь ли, на счету истории множество примеров, что обычно происходит, когда меняется власть. - Покушение на убийство, перевороты, заговоры, - настала очередь Бекхёна закатывать глаза, но уже не театрально, а мученически. - Ты говорил мне это много раз. И раз уж отказаться у меня права нет, раз ты под дулом собственного пистолета заставишь меня дать клятву, я сделаю это. Просто потому что выбора у меня нет. Но лебезить и одаривать вниманием я никого не буду, тем более - пешек. Будут возмущаться и бунтовать - я пройду к "короне" по трупам, омывая свой путь кровью. Я - не ты. Предпочту действовать сразу, пресекая на корню. - И мне это не нравится в тебе, Бекхён. Ты прёшь напролом. Если эта привычка не погубит тебя, то определённо втравит в неприятности, - фыркнул Ким, подходя к парню и забирая его чашку с кофе. - Желаю тебе приятного дня. - Смотри не подавись, - ехидно ответил Бекхён, смотря тому вслед. Чондэ лишь махнул рукой, вскоре скрываясь в глубине дома. Бекхён, выпив стакан воды, покинул кухню, вскоре покидая и дом. Снимая сигнализацию с машины, парень спешно забирается в салон, встряхивая мокрыми волосами. Бён Бекхён обожает дождь, и ни за что никогда не будет пользоваться зонтом. Даже если впереди его ждёт официальная встреча или визит к влиятельному лицу. Лицо лицом, а ощущение холодной влаги, пропитанной озоном, скатывающейся за воротник, бесценно.

***

Чондэ наблюдает в окно, как чёрный Lexus покидает территорию дома, скрываясь за автоматически открывшимися воротами. Щёлкает зажигалка, и сизый дым вновь неторопливо плывёт по воздуху. Чондэ рад тому, что Бекхён такой, какой есть. Верный себе и своим принципам, всегда имеющий своё мнение, недоверчивый, проницательный, дотошный и видящий людей насквозь. Это только на руку, такие качества важны для "короля". Вот только Бекхён вряд ли сумеет завоевать поддержку низов. Слишком высокомерен и заносчив. Нет в нём той искры, что есть в Чондэ, нет любви к интригам и шантажу, к коррупции, к тонкой науке игры на чужих нервах. Впрочем, не стоит загадывать наперёд. Кто знает, быть может из Бекхёна выйдет отличный Глава. Время всё расставит по своим местам.