Наследники Сантива.

      От сладкого сна меня пробудил легкий шорох. Я нехотя открыл глаза и застал золотистого за уборкой. Он собрал мою одежду и сложил на край стола, и судя по блеску, сверху лежали мои очки. Что вчера было?       Увидав что я проснулся, Мортимер вернулся в кровать и крепко меня обнял, заткнув мой риторический вопрос поцелуем. Вот как. Похоже я вспоминаю. Его горячее дыхание, крепкие объятия… Перепачканный скомканный мех на золотистом животе, который сейчас ощутимо терся о мой живот. А там… Я обнял мурлыкающего пейта и осторожно коснулся засохших следов на его попе. Чувствуя мое внимание там, Мортимер задрал хвост.        Черт. Похоже я и правда сделал это. Но судя по реакции моего сожителя, он остался этим доволен. Я почистил нас простеньким волшебством. Терпкий запах тут же пропал, и я на миг пожалел об этом. Золотистый прижал меня к кровати и уселся мне на живот.        Без очков я вижу довольно плохо, но алый кончик его возбуждения торчащий из пушистых ножен на фоне золотого меха проглядывался очень хорошо.        Я сильно смутился вспомнив вкус его вязкого семени. Да. Это было очень приятная ночь, и Мортимер сейчас предлагал ее повторить. Я чувствую что за мной должок за вчерашнюю грубость, и я уверенно стиснул в руке его скользкий упругий член. Пейт вздрогнул от этого, и тихо ободряюще мурлыкнул. Я помню как ласкал его рукой ночью, и ожидаемое тепло меня жутко заводило. Мортимер к тому же стал ерзать на моем паху. Тоже мне, искуситель.        Я сбросил наглеца на кровать и сам перевернулся на живот. Золотистые ушки тут же встали торчком.        — Ночью я был груб… — От смущения было трудно говорить. — По этому…        Я слегка раздвинул ноги под удивленным взгляд моего любовника. Я хотел этого. И на мой взгляд это не плохой способ извиниться. Плевать на статус, Мортимеру можно доверить себя.        Золотистый неуверенно помялся, но видя мой похотливый взгляд все же сделал ожидаемый шаг. Его скользкое возбуждение уперлось в меня. Я в один момент успел пожалеть обо всем, так как Мортимер резко вогнал в меня скользкий от смазки член, мстя за мое грубое поведение ночью. Я сдавленно простонал. Нет, Мортимер не настолько большой что бы причинить сильную боль, но он сделал все слишком быстро, и остановился давая мне полностью ощутить его. Золотистые лапы гладили мою спину и плечи пока я привыкал пейту, к дрожащему от возбуждения во мне.        Когда Мортимер начал двигаться, я понял насколько мне это нравится. Золотистый заботливо отвлекал меня укусами, оставляя следы на моей шее и ушах. Я уткнулся лицом в подушку заглушая предательские стоны, а Мортимер от этого только подогревался, и вскоре я почувствовал как между ног стало еще жарче и даже слишком мокро. Утробное рычание, и мелкая дрожь пейта, подсказали что мой любовник кончил. Он завалился на мою спину и силой перевернул меня на бок, схватив когтистой лапой мое возбуждение. Мне до жути льстило что Мортимер не забыл про меня.        Мы опять почистились заклинанием, и провалялись в обнимку до полудня. После пейта ТАМ, немного побаливало, хотя можно сказать, приятно потягивало, а вкупе с громким мурлыканьем золотистого, я был доволен результатом. Мои пальцы приглаживали мех на спине моего любовника, а его когтистая лапа осторожно приобняла меня за талию.        Я не хотел сегодня никуда идти или что-то делать, но Мортимер уверенно выдернул меня из кровати, и усадил на пол, склонив передо мной голову. Уловив мой не понимающий взгляд, он выпустил коготь из указательного пальца, начертив волшебными чернилами на полу символ фамильяра.        Вот как. Значит он хочет заключить контракт. Я конечно только за, и сам хотел предложить, но не ожидал что Мортимер сам сделает первый шаг.        — Ты уверен? — Я погладил его по голове.       Мортимер в ответ утвердительно пискнул.        — Ты не думал что тебе лучше связаться контрактом с сильным магом?       Мортимер уверенно мотнул головой и вновь склонил ее. Я осторожно коснулся его лба своим, и из золотистого меха на мое тело перескочила легкая энергетическая змейка, проникшая под кожу, и связавшая нас контрактом.        — Ого… — Вырвалось у меня.        Золотистый весело пискнул.        — А у тебя не плохой энергорезерв. — Я потрепал золотистые ушки. — Не то что у меня.        Мортимер ткнулся носом мне в щеку, и его тело стало источать нежный золотой свет, бегающий бликами по нежному меху. Меня ударило током, заставив вздрогнуть. Мой энергорезерв резануло, и волшебная сила пейта тут же потекла в мое тело, занимая место в увеличившемся энергорезерве.        — В… Выровнял? — Я удивленно посмотрел в довольные золотистые глаза.        — Но за что? — Я обнял Мортимера. В ответ золотистый фыркнул и впился в мои губы игривым поцелуем.       Одним из условий контракта Мортимера было слияние нашего энергорезерва. Это означало что я теперь могу использовать заклинания наравне с другими. Хоть до брата мне далеко, но нашими совместными усилиями мы сможем со временем стать гораздо лучше. Я крепко обнял моего фамильяра.        Буквально на следующий день мы выбрались в тренировочный зал боевой магии. К своему разочарованию в группе студиозусов я увидел Хидо, но не подал виду. А вот Мортимер гордо выпрямился идя рядом со мной.        Пора наверстывать упущенное. Я хотел достать ветвь, но золотистый меня остановил и мотнул головой. Значит хочет что бы я колдовал руками. Что же, попробуем.        Пальцы непривычно выписывали в воздухе движения, создавая вязи символов и призывая волшебство. Манекен передо мной был иллюзией создаваемой руническим кругом на потолке, и в зависимости от мага стоящего под парным кругом, реагировал на используемые заклинания. Я знаю мало боевых символов, и мне нечем было похвастаться в зале. Заметив мое настроение, Мортимер достал ветвь и встал рядом.        Из-под его ловких лап появились символы его родного языка. По нашей связи ко мне пробралась мысль что эти символы требуют доработки. Мортимер через связь вливал в меня знания, с помощью которых я понимал его родной язык. Надо будет поговорить с Мэтром Серафимом об этом. Ну, а пока я составлял цепи нового заклинания из предоставленных Мортимером знаков. Я понимал насколько это важно для него. Тело пейта не приспособлено для такого сложного волшебства, которое мы собирались использовать, а вот я как раз подходил для этого. Вязи символов оживали под моей ладонью, когда я вливал в них энергию, и закончив составление заклинаний я озвучил цепь символов.        — Свет солнца что льется на нас. — Мортимер коснулся ветвью сердца заклинания, приводя его в действие.       Мощный луч света пронзил зал и не оставив следов исчез. Этот свет не ослеплял нас, но чувствую что он еще пригодится. Следом Мортимер сам создал вязь заклинания. Золотой круг с обрамлением из письмен парил перед нами. Я кивнул и повторил заклинание света. Комбинированный эффект наших заклинаний создал бесшумный луч направленного света, испаривший манекен и хорошенько опаливший стену в трех метрах позади.        Мортимер боевой фамильяр, это сто процентов. Уже через десять минут мы играли с вихрем золотого огня, обжигая им манекены перед нами. Золотистый ловко приучился управлять своей частью живого огня, и я подражая его движениям и настроению управлял другой частью пламени. Мы составляли волшебство на ходу. Пока я питал его действие, Мортимер вносил поправки в его вязь, придавая пламени разные свойства.        Так мы потратили три часа, пока наш энергорезерв не опустел полностью. Замученные вопросами студиозусов, но жутко довольные, мы поплелись в столовую. После плотного завтрака я взял толстую стопку пустых листов и мы вернулись в зал боевой магии. Хидо встретил нас в дверях.        — Что за чертовщину ты тут устроил? — Хрюкнул здоровяк в потрепанной временем мантии.        — Просто практикуюсь. В этом году я буду присутствовать на занятиях боевой магии. Что-то не так? — Я наигранно приподнял бровь.        — Где ты научился этим заклинаниям? — Подозрительно глянул он.        — Я их придумал. — Мортимер за моей спиной хрюкнул в усмешке.        — Врешь! Это высшая магия! — Упирался здоровяк.        — Это в смысле высшая? Я просто составил логическую вязь, и все.        — Высшая магия света. Такой хлюпик как ты вряд ли смог бы с таким энергорезервом сам использовать эти заклинания! Покажи артефакт! — Он протянул руку пытаясь схватить меня за плече, но тут же напоролся на яростный взгляд Мортимера, наставивший в его сторону ветвь с оглушающим заклинанием наготове.        — Тебя злит то что я могу использовать заклинания, которыми промышляет твое семейство? — Я поправил очки.        Хидо остановился и выругавшись отстранился.        — Меня злит то что я такого не видел! Моя семья издревле хранит магию света под замком!        — Могу тебя успокоить. Это наша с Мортимером разработка, и она не имеет к твоей семье никакого отношения. — Я сложил руки на груди.        Хидо еще какое-то время причитал, но кидаться с кулаками не решался. Он побаивался Мортимера, ведь золотистый из стычек с ним всегда выходил победителем, да еще и глумился над здоровяком.        В итоге Хидо ушел, сказав напоследок что не оставит это так просто. Ну, мне то все равно, даже если он раздобудет нашу формулу, то не сможет ее использовать. Только Мортимер знает правописание вязи. Я лишь составил суть заклинания.        Мы решили записывать разработанные заклинания. Все-таки родной язык моего фамильяра оказался весьма гибким. Много слов я так и не понял, их значения не всплывали у меня в голове, но это не мешало заклинаниям работать.        В нашем арсенале появилось шесть боевых, и три защитных заклинания. К концу дня мы уже просто лежали на полу без сил.        Две недели прошли в усердном отдыхе. Мы с братом частенько устраивали дуэли, а наши фамильяры наблюдали за сумасшедшим мельтешением заклинаний. Когда Ларибэлль узнал что Мортимер стал моим фамильяром, то он вскинул руки к небу и сказал что-то вроде «Ну наконец до вас дошло!», за что получил два блуждающих фонаря под задницу. Занятия начались в обыденном режиме, и я как и обещал себе, выбрал несколько практических занятий по боевой и практической магии.       Дробленные острова, необитаемый остров Аскʼкшенято.        — Брат мой! Что ты творишь! — Раздался рев из ветхой гробницы, обрушивший несколько колонн на входе. Тьма подступила к гробнице желая проверить что же произошло. И не зря, ведь во владениях бестелесной сейчас раздавался скрежет стальных когтей о крышку саркофага.        — Ты поплатишься за это! — со вторым ревом треснула древняя плита, и из разлома показались звериные кости, толкнувшие обломок плиты. Громко треща дряхлыми когтями из пыли поднялся скелет зверя в белой маске. Казалось бы отсутствие движущей плоти было обычным делом для нежити, однако кости не несли в себе магию. Их двигала совершенно иная сила этого мира, а именно воля души. Скелет зверя медленно снял с маски мешающую паутину, и полыхнул в тени едкими желтыми глазами. Бестелесная тьма опасливо сгустилась, подрагивая будто боясь дряхлых костей. Но ее страх был не перед мертвыми останками, а перед их хозяином, который сейчас шагнул из саркофага, звонко клацнув когтями по пыльной гранитной плите.        — А ты кто? — Скелет обратился к тьме вокруг него, той самой тьме что сжала в кольцо светлый мир. В ответ он услышал лишь тишину, в которую погрузила его бестелесная, но это не причинило никакого вреда мертвому телу. Зверь посмотрел на свои костлявые лапы, и игнорируя безуспешные попытки тьмы поглотить его, просто пошел дальше. Он намеревался покинуть место своего упокоения для встречи с давним другом и братом, да бы вернуть равновесие, которое сильно пошатнулось. Тьма не могла позволить себе отпустить желтоглазого и запечатала собою вход.        — Ты в моем доме. — С неприкрытым раздражением прорычал зверь. — Ты смеешь мне перечить? Брысь!        Бестелесная отступила в ужасе, ведь все ее попытки поглотить мертвого провалились, и лишь своим голосом он разорвал ее, расшвыривая по всем углам своей гробницы.        — Этот мир… Я скучал по тебе… — Уже более спокойно произнес желтоглазый спускаясь по сочной бирюзовой траве.        — Не стоило оставлять тебя… — Проскрипел скелет ступая на гладь воды. С каждым шагом его кости молодели, будто сам мир помогал ему пробудиться и вернуться к жизни.