Еще глоток, и мы горим

— Стефано Мел говоришь… Имя красивое, — протянула Кайли, заплетая в хвост свои отросшие до плеч волосы. Ичиносе объяснял, тем временем, Саюри и Шигуре детали плана, пока Ренз скучающе глядела на инвентарь, расставленный вокруг и о чем-то вполголоса разговаривала с Норито. В этом плане она опять исполняет роль «ликвидирующего подкрепление». Стоя, на выходе из «ловушки», в которую и заманят вампира, она должна не позволить ни одному другому кровососу проникнуть в подземку. — Три минуты до наступления, приготовить таблетки, — громко проговорил Глен. Ренз отсчитывала в голове сто восемьдесят секунд, отстукивая ритм ногой. Сейчас пролетит пара мгновений, и она уже понесётся на свою позицию. Это мгновение «между» она считает настолько сумбурным и сумасшедшим, похожим на ворота, открывающие вход в Ад, только без Цербера на охране. Лишь момент между обыкновенными буднями, повседневной жизнью и войной — обветшалая арка, опутанная колючей проволокой и перепачканная в слезах и крови. — Берегите себя, ребят, — спокойно проговорила Кайли, улыбаясь. Следующую минуту отряд стоял молча. Всё возможно, ведь абсолютно всё; смерть более чем ощутима — она стоит прямо за их спинами и пересчитывает костистыми пальцами каждое ребро. Страх он есть всегда — он вяжет по рукам и ногам любого храбреца. — Минута. Это слово звучит, словно треск гильотины, срубающей головы провинившихся на эшафоте. Сердце замерло у каждого. А все же, миссия правда суицидальная. Вот так, «просто» нападать на вампиров — не есть правильно обдуманная тактика, это тоже самое, что самовольно принять ванну с гадюкой. — У нас есть тридцать секунд, — сбоку Ренз раздался шепот. — Не твори глупостей. Кайли хмыкнула. — Да, ладно тебе. Я избавляю тебя от проблем. — А если серьёзно, то попробуй только сдохнуть, — проговорил Глен, закидывая в рот таблетки. — Ты поймёшь, думаю, когда сыграть вторую сцену… Раздался возглас о начале миссии, и отряд устремился на свои позиции. Для того, чтобы попасть на свою, Ренз нужно было зайти с другой стороны метро (где собирались «ловить» цель). И по сценарию: завалить проход там, потом же неимоверно быстро добраться до отряда и помогать в «добивании» вампира. Девушка бежала одна. От того места, где миссия началась до второго ближайшего входа в метро примерно сто пятьдесят метров. Кажется, непреодолимое расстояние между точками, где в любой момент Кайли может отправиться на тот свет. Исчезнуть, как никогда несуществующая пылинка, пропасть, задохнуться… Ренз останавливаться нельзя. Бежать, бежать быстрее, потому что от неё много чего зависело. И пусть она и не убила «кучу» вампиров, не была каким-то всесильным воином, будто сошедшим со страниц комиксов, на миссиях она выполняла все же важную роль. — «Метров тридцать. Вот бы добежать», — думалось Кайли. Подбегая к уже полуразваленному и потрепанному входу в подземку, Ренз заскользила, дабы армортизироваться и не упасть. — Пей мою кровь, — давящую тишину разрезал женский голос. На рукояти образовались отверстия, куда моментально провалилились тонкие пальцы, попадая на шипы, вонзающиеся в кожу. — Ну, давай, — прошептала Кайли, вонзая в землю наконечник. С шести перьев пошли чёрные искры, охватившие пространство вокруг. Воздух заметно потяжелел, и раздался грохот. — Получилось, — довольно улыбнулась Кайли, смотря на грохочущую падащую штукатурку, заваливающую проход, но уже издалека и на бегу. Ей нравилась лишь пара своих атак. Первая, кою она продемонстрировала сейчас — взрывные чары вперемешку с моментным разрыванием гравитационного поля на месте «наложения»; есть еще и вторая, более тяжёлая, но почему-то она кажется ей красивой. — Вот чёрт, только не… Ренз заметила, как сбоку на неё несётся вампир-солдат. Те самые «непредвиденные обстоятельства» решили, что стоит показать бессильному человеку их силу. Закатив глаза, Кайли отпрянула на пару метров и бросилась со всех ног к ближайшим переулкам. — Ну, хотя бы не аристократ, — проныла Кайли, заметив форму преследующего. Вжав ещё сильнее пальцы в шипы, она неслась быстрее и быстрее. — Ты один? — отбиваясь, отскакивая — она применяла собственную тактику, а вопрос звучал спокойно, чуть не дружелюбно. Ответа не последовало, а Ренз его не ждала. Она выжидала того, чтобы быть загнанной в угол, а там… — Хорошо, если один, — сказав это, Кайли свернула в переулок. План работает, вампир даже ухмыльнулся кажется. Ренз на момент обернулась и, увидев, что кровосос набрал достаточную скорость, поняла, что пора. Прокатившись кругом, та повернулась к противнику, несущемуся на неё со зверской скоростью, и выставила наконечник вперёд. Вампир был близко, и его клинок уже был на расстоянии пары сантиметров от лица Кайли и, успев среагировать, девушка отразила пару ударов. Меч и моргенштерн — странные противники; меч рубит, а шестопёр кромсает. Звон стали, пара криков, хруст костей, свистящий звук ударов окутал поле бойни. Кайли старалась попасть перьями в туловище, чтобы затруднить движение противника тем, что сломает ему ребра, и пара, должно быть, уже поломана, потому, как при отскакивании вампира заносило. — Сдавайся, скот. — Вау, я удостоилась разговора с тобой, будет, что потомству рассказать. Наконец, найдя подходящий момент, Кайли выставила вперёд оружие и из перьев вырвались чёрные нити, разрезающие пространство. Достигнув заносящего меч вампира, те пройдя сквозь него, разрезали его тело, словно наточенная проволока, и из тела брызнула алая кровь, прежде чем, кровосос растворился в воздухе. Как только противник испарился, девушка поняла насколько тут много пыли и откашлялась. Грудь неровно вздымалась, а до мозга еще не могло дойти то, что всё закончилось из-за переизбытка адреналина в крови. — «Как там отряд?» — пытаясь отвлечься, она сглотнула, смочив пересохшее горло слюной. Отдышавшись, Кайли бросилась на свою вторую позицию. Вампир все же неплохо потрепал её. Плечи изрезаны, как и ноги, кровь неприятно липла к телу и становилось мерзковато. — «Какая я буду красавица… Ну, хотя бы лицо почти не тронул. Почти, чертова мразь» — фыркнула Кайли, смахнув со лба капли крови вперемешку с потом. На бегу, Ренз чувствовала, как забились все мышцы. — «Эй-эй, герой, полегче» — в голове послышался голос демона и ощущалось то, как по щеке обжигая, потекла её же кровь. *** — Глен, убей его! — крики смешались с лязгом железа. Битва проходила долго, но вампир лидировал, даже сражаясь один на пять. Наконец, подполковник занёс последний удар, и победа была за отрядом людей. Послевкусие таблеток в горле, выворачивало наизнанку, но оно того стоило. Мучения стоят победы, какими бы зверскими они не казались. Смерть человека в этом мире — ничто, по сравнению с погибелью вампира; со смертью кровососа, человек медленно движется к победе, победе, обрамлённой белесым туманом, звавшемся покоем. — Чёрт еще немного и… — с края рта текла капля крови, а голос охрип от перенапряжения. — «Дура Ренз не могла умереть», — в голове пронеслось, когда он внезапно почувствал запах дыма, так напомнивший запах её волос, который ощущался прошлой ночью, кажется, даже наощупь. — Глен, он тебя чуть её убил! — вскрикнула Саюри, краснея. Весь отряд волнуется за каждого из них. Они — семья, так странно, названные братья и сёстры, пусть и звучит, словно это какая-то секта. В мире, где царит увядание, любая зацепка за человеческие чувства спасительна, как лекарство в особо трудные дни болезни, причём самой обыкновенной. Будто чай с медом, вовремя ангины — кажется, что не очень и помогает, но на самом деле легчает хотя бы внутренней материи, зовущейся душой. — А Кайли? — вставая с земли, Глен оглядел отряд и заметил то, что не достает здесь только её. Норито ухмыльнулся. — Благоверная твоя ещё не здесь… Глен стушевался, услышав её прозвище, как услышал возглас где-то поодаль. — Ну, чего как? — Прекрасно. Кайли, а ты долговато… — приговорила Мито, смотря на то, как девушка переплетает порядком растрепавшийся хвостик. Ренз пожала плечами. — По пути с вампиром одним развлеклась… Ханайори лепетала Глену о том, что измываться над собой так нельзя, что Кайли считала неимоверно милым. Существуй хоть шанс на то, что эта пара состоялась бы, девушка была бы на седьмом небе от счастья. Но отчасти её вся история с поклонницами естественно смешила. — «Живая», — пронеслось в голове у Ичиносе, когда он смотрел на то, как Кайли положила свою голову на плечо Шигуре со словами: «На две минуты прикорну…», чем шокировала девушку. Ему казалось странным, что она высокая в отличии от других девушек; метр семьдесят с лишним в ней точно есть, и рядом с другими она смотрелась, не гармонично. А впрочем в этой девушке вообще отсутствует гармония. — Кто вы такие? — вдруг послышался эхом отдающийся мальчишечий голос. — Вы убили вампира? Отряд обернулся и увидел довольно грустную картину: множество детей стояло, прижавшись друг к дружке, тихонько дрожа. Истощённые тела их, обтянутые белой одеждой скота, белели на фоне кромешной тьмы подземки и, кажется, светились. — «Ангелы. Мученные ангелы», — Кайли тряхнуло, когда она встретилась взглядом с маленьким мальчиком, держащим своими тонкими ручонками, девочку, настолько на того похожую, что сказать, что они брат и сестренка не составило труда. — Мы Японская Имперская Демоническая Армия, и мы вернемся за вами, обязательно, — ободрила детей Мито. Отряд действительно вернётся, но позже, точно не сейчас… — Постойте! — вдруг раздался хриплый окрик и звук падающего тела. Глен обернулся и, видя человека из армии, сразу подлетел к тому и успел поймать на «пол пути к полу». — Кусуноки! — пытаясь заставить того не терять сознание, Ичиносе легонько хлопнул того по щекам. — Вот чёрт, долго он не протянет… На теле солдата было довольно много ран, и удивительно, что вампиры оставили его, а тем более дали сбежать. — Кусуноки, слушай, твоя рана смертельная, и ты умрёшь, — на одном дыхании выпалил подполковник. — И ради своих товарищей, дай мне короткий и ясный отчёт. Что с тобой произошло? Умирающий солдат, уже почти не видел то, что происходит. Он лишь быстро-быстро двигал потухшими чёрным зрачками. Его отряд только что умер, а он жив, как предатель, будто чертов предатель. — Простите меня, сэр, — прохрипел умирающий. — План провалился… Команда из тридцати человек, посланная в мэрию… Уничтожена. Тоесть… Всего десять из нас убили, а двадцать взяты заложниками… Зрачки Глена моментально расширились, и весь специальный отряд замер. План провалился, десяток человек попросту убит. Целых десять человек сегодня ни стало, а сколько погибнет еще?.. — Ты нас предал? Ты сказал где мы находимся? — вопросы звучали как можно безэмоциональнее, Глен старался, чтобы они звучали так. Солдат проморгался усталыми веками. — Н-нет, сэр… Вампиры сюда не придут, но… Они хотят, чтобы вы явились в мэрию… — «Так вот почему тебя не грохнули, отправили голубка, весточку принести», — вздохнула Кайли, смотря на то, как трясется на последнем издыхании человек. — Зачем нам это делать?.. — прошипел Глен, скалясь. — Чёрт! Ичиносе имел странную особенность — подавлять человека, даже не желая того. При гневе, его трудно остановить, «Крушит и ломает», как говорится. Даже просто что-то сказав, он только своей энергетикой подавлял человека моментально. *** — Захлопнись… — прошипел Глен, прожигая девушку напротив взглядом. Кайли меланхолично смотрела куда-то в сторону, будто не видя того, как злится подполковник. — А что я сказала-то? Глен метнул в ту очередной яростный взгляд. Она бесстыдно добила его, хотя сегодня и так день не задался. Собрание, где Хиираги уже успели взбесить его почти до края; резкое отключение горячей воды, подарившее ему с утра «прохладный» (словно лёд в Антарктиде) душ; наконец, его разозлила Ренз, своей (всего единственной) шуточкой про суицид. — Почему ты не сдохнешь-то, тогда, а? — прошипел Глен, сжимая губы. Кайли хмыкнула, смотря на подполковника. Она устала сегодня тоже и расслаблялась по-своему. Уже сонная, спокойно идущая к двери комнаты, где собиралась напиться снотворного и улечься в забытье, она встретила Ичиносе. Всего лишь одна невинная шутка, пущенная во время разговора привела к тому, что сейчас Глен готов прихлопнуть девушку. — Как же все достало… Переполненный гневом, подполковник уже занёс руку для того, чтобы немного сбить ярость, хотя бы ударом об стену, всегда ведь помогало; и именно потому в этом доме в ванной чуть отбита плитка, а где-то на кухне дверца снесена с одной петли. Уже перед тем, как почувствовать хруст костяшек пальцев о стену, он ощутил, как холодная ладонь схватила его почти взашей, что тоже неплохо «охладило», но и ввело в замешательство, заставив невольно остановится. — Во-первых, мой дорогой неврастеник-долбоеб, твои чары на меня особо не действуют, я тебя не боюсь. Во-вторых, не бей стену, она тебе ничего не сделала, — голос Кайли впервые выдал ему эмоцию какой-то завуалированной заботы что ли. Пусть она быстро убрала руку, оставив белесый отпечаток на шее, но холод остался, там, где-то в районе затылка; и гнев почти пропал, не весь, но исчез, и Ичиносе обернулся, встретившись взглядом с Кайли, потирающей ладонь о локоть. — И, наконец, я хочу умереть от чужих рук, а не от своих… Смерть, как секс… Ну, ты понял. *** — Простите! — вскрикнув, солдат вызвал только более сильное кровотечение изо рта. План дырявый, дырявый и ненадежный, потому люди и умирают. Конечно, это можно было предугадать, и не терять столько солдатов в бою. Умрёт еще, умрёт много, а потом ещё больше. Вампир и человек — самые скучные противники. Почему? Что ж, исход их битв всегда определить легко, у человека почти нет шансов. Почти. Именно это слово выделяется, светится в тексте, заставляя перечитать его ещё пару раз, понимая, что у героев трагедии пока не всё потеряно. — Мы объединимся с отрядами Шиноа и Наруми, — в тишине, сьевшей смерть бедного солдата, зазвучал голос. — После этого я добавлю в список еще одну цель… Сосредоточившись, Глен обернулся к потрепанному отряду. Каждый пойдёт за ним, не смотря ни на что. Странно выходит, но всё именно так; беспрекословная вера в него, в душе у каждого. — … Мы убьем Тринадцатого Прародителя Кроули Юсфорда… *** Отряд решил не подниматься на поверхность и дойти до места сбора по подземке метро. Петляя, они замечали вывески станций, по которым и ориентировались. — Ты правда была долговато тогда, — Глен, наконец, обратился к Ренз. Кайли пожала плечами. — Боя бы я не избежала, в любом случае, — рассуждала девушка. — Да и к тому же тот был не аристократом, потому… Ладно, я вернулась — это главное. Глен сухо ухмыльнулся. — Мои уши слышат то, что ты сказала? Или я ослышался? Ты дорожишь своей жизнью? Кайли приподняла губы в лёгкой полуулыбке и прикрыла глаза. — Актерам нельзя умирать перед своим же спектаклем, то было бы глупо. Ичиносе шёл чуть впереди неё, изредка оглядываясь через плечо. — У тебя новый синяк. — Где? — девушка округлила глаза, удивляясь. Глен указал на свой лоб, и Кайли удрученно вздохнула. — Да, чего ж, мой лоб сосущим сделал? — простонала Ренз. — Такими темпами, ещё бойни четыре, и мое лицо будет похоже на явление всех мук человеческих… Глен вновь окинул её быстрым взглядом, и потом больше ничего не говорил минут пять. — У тебя красивое лицо, — выдал он, наконец, спустя, кажется, вечность. Кайли издевательски хмыкнула. — Это комплимент? Ты головой приложился? Глен, если тебе настолько плохо, ты скажи… Ичиносе решил больше не продолжать спор. А он действительно считал её лицо красивым, пусть необычным, но красивым. Даже сейчас, в крови, с разбитой губой где-то в уголке, с фиолетовой отметинкой на уровне виска — она казалась симпатичной. На то влияли и эмоции, ужимки, её личные, подходили ей как ничто, в любом образе: когда она спит её кожа бледнеет еще чуть сильнее, не смотря на то, что и так «испортилась», ведь когда-то Глен видел её смуглой, даже, кажется, без синяков под глазами; когда она чем-то увлечена, она быстро-быстро моргает время от времени; когда она устала, её веки сползают вниз, прикрывая светлые глаза. Каждая маска подходила ей. — Глен. Сзади послышался голос и её холодная рука нечаянно коснулась его ладони. — У тебя тоже мордашка ничего так. Она звучала устало, но вместе с тем умиротворенно, потому казалось, что она просто скучала, а не утомлена. — Ты просто мастер комплиментов… — Ребят, а вы уже спали друг с другом? — внезапно, сзади раздался голос и оба вздрогнули. Испугавшим их, был Норито Гоши. Тот почти с самого начала разговора мирно шёл сзади и слушал разговор пары. И сейчас, Кайли еле-еле сдерживалась, чтоб не засмеяться, пока Глен раздраженно что-то шептал, ругаясь. — Глен, отдаю тебе честь ответить на сей вопрос… — девушка скулила от смеха, но пыталась сдерживаться, в то время, как Глен шёл с самой недовольной миной на свете. — Знаешь, мне хватило того, что ты отдала мне свое целомудрие… — Глен ухмыльнулся через гнев. Гоши уже хотел отшутиться от сложившейся ситуации, как Ичиносе повернувшись, гневно взглянул на него, и Норито в следующий момент поспешил ретироваться как можно скорее. Кайли, наконец, прыснула смехом в ладонь и, подняв взгляд, спросила. — Ну-с, какова я в постели? — Ты бревно. И плоская. *** — Шинья, как ты думаешь, насколько нам пиздец? — прошептала Кайли, стоя рядом с Хиираги и, держа его за руку. — На все сто, — усмехнулся он. Во время миссий, если их отряды встречались, и выдавалась свободная минута, то эти двое обычно стояли рядом, держась за руки, чтобы ощутить, что оба живы, ведь волнуются друг за друга. А как не начнешь волноваться за того, с кем дружишь еще с начальной школы? Кайли знала, что детство Шиньи было не из лёгких, потому старается быть хорошей подругой сейчас. Хорошей. Сей термин к ней не применим, но она пытается. Пальцы переплелись, а они стояли совсем рядом. — Тебя отшлепает Глен за то, как ты сейчас ко мне близко, — отшутился Хиираги, смотря девушке в лицо. Кайли легонько пнула друга коленом. — Ладно, молчу… Он смеялся над ней, но был рад, что она жива, как рад тому, что жив Глен. — Если хочешь, я перестану приставать, — пожала плечами девушка, в доказательство отпуская его ладонь из пальцев. Шинья же, сжал её ладонь чуть сильнее. — Ладно тебе, держи меня за руку хоть до старости. — Спасибо, Шинья, — прошептала Кайли, вновь сжав его ладонь до побеления. Стоя рядом, они слушали следующие тактические указания. — Давайте понаблюдаем за ними отсюда и посмотрим, не получится ли их выманить, — протянул Глен, смотря на изувеченное здание мэрии. — И если вампиров слишком много, бросаем заложников и бежим. В разговор вступился Юичиро, по-своему, начиная кричать. Вновь. — Что?! Мы не можем так поступить! — Юи, — раздался громкий голос. — Ты не думаешь, что это глупо и рискованно? Хякуя перевёл взгляд на источник звука, коим оказалась девушка, прижавшаяся к Хиираги. — Ну, слушай, — приговорила Кайли, отрываясь от друга и подходя к юноше. — Вот тебе задача: у тебя было три яблока, — девушка отогнула три пальца, — Все три ты уронил в колодец, глубокий такой колодец. Что ты сделаешь? Юи чуть покраснел, думая над словами девушки, глупо смотря на три отогнутые пальца. — Стоп, а… — Понятно, — вздохнула Ренз, закатывая глаза. — В общем, в любом случае, все три яблока мы не вытащим. Реализм, понимаешь?.. — Пессимизм, — проговорил Глен, вновь глядя на окна мэрии. *** После неудачного обстрела здания, было принято решение о лобовом нападении и вызволении заложников. Первыми двинулись «старшие», дабы первым нанести сильный удар. — Ренз, помнишь то, что мы с тобой сделали на том задании, еще давно? Ты, я и Шинья, атакуем Кроули втроем, — за двадцать секунд «до» до девушки донеслись эти слова. Дело в том, что ещё в прошлом году Кайли и Глен довольно неплохо сработались вместе. Она дезориентирует цель, а он добивает. Идеальное сочетание орудий и тактика. А вкупе с ружьем Хиираги, так должно выйти что-то воистину интересное… — Я согласна. Станцуем вальс на поле боя, я, ты и он, — последнее она негромко пропела.