Дороже золота

На мальчика словно упала стена, находящаяся за его спиной, ноги подкосились, а в глазах моментально потемнело. Как это «порок сердца»? Что значит «порок сердца»? Это смертельно, да? Билл теперь умрет? Не зря ему было так плохо, не зря у него кровь носом шла, не зря что-то так сильно кололо в груди… Он смотрел на оторопевшего Тома, который уже сто раз пожалел о том, что ляпнул такое не подумав и, на этот раз не нарочно, перепугал Билла до дрожи, и почти не видел его. В голове словно поселился густой туман, только он был не обычный, а черный и удушливый. Казалось, он заполнил не только голову мальчика, но и все вокруг, постепенно поглощая окружающие его предметы и даже Тома, который сейчас казался единственным, кто сможет вытащить Билла из этой темноты. Мальчик смотрел на постепенно рассеивающегося Трюмпера и боялся хоть на миг закрыть свои невероятно тяжелые веки, иначе он бы его потерял, сам исчез бы в этой пелене и тогда его точно никто не смог выдернуть оттуда. Горло будто сдавили цепкие руки страха, совершенно не позволяя даже капельке воздуха проникнуть в легкие и Билл начал задыхаться. Он стал судорожно хватать ртом воздух, вцепившись тоненькими пальчиками в пайту Тома и стоило бы хоть на мгновение его отпустить – Билл точно рухнул бы на пол. Когда Том понял, что Билл едва стоит на ногах и вот-вот потеряет сознание, то уверенно подхватил его на руки и бережно придерживая за голову отнес в спальню и уложил на высокие подушки. Одной проблемой стало меньше – Билл по-крайней мерее не упадет и не ушибется, но от этого существенно легче не стало, Билл продолжал болезненно моршиться и задыхаться. Том нервно соображал, чем же помочь его подопечному, но в данный момент ничего эффективнее, чем просто просить его дышать в голову не приходило. Трюмпер вдруг вспомнил, что когда он был маленький и болел ангиной, то горло отекло настолько, что было очень трудно дышать и мама сидела около его кровати, гладила по волосам и утешая приговаривала «Дыши, сыночек, дыши» и это действительно помогало. Может и Биллу поможет? По-крайней мере он его отвлечет. - Билл, дыши. – Том присел на краешек кровати и беспокойно наблюдал за свернувшимся в клубочек Биллом. Услышав слова Тома, мальчик лишь сильнее свернулся, обхватив тонкими руками колени и, зажмурив глаза, еле слишно прохрипел: -Я не могу… Том ясно понимал, что словами он врядли поможет и начинал закипать от бессилия, от того, что Билл все чаще и чаще нос к носу сталкивает его с ситуациями, которыми он не владеет, в которых он беспомощен. И эта беспомощность ему нисколечко не нравилась. - Дыши через не могу! – строго прикрикнул Том, разворачивая Билла за острое плечико к себе лицом. Бледный, напуганный и хрипло дышаший ребенок уставился на парня немного мутными, но все же ясно молящими о помощи глазами. - Возьми меня за руку… - прошептал Билл с надеждой глядя на Тома. Сейчас даже было не страшно его о таком попросить, потому что он был таким настоящим и таким осязаемым по сравнению с его шатким сознанием, что прикоснуться к нему было просто необходимым. Том на секунду замешкался, услышав просьбу Билла, но все-таки несмело потянулся рукой к маленькой дрожащей ладошке. Как только мальчик почувствовал на себе теплое прикосновение томовой руки, то моментально ухватился за нее тонкими цепкими пальчиками, переплетая их с пальцами Тома. Неожидавший такой смелости от Билла Том, недоуменно уставился на их переплетенные пальцы, а потом медленно поднял взгляд на поразительно умиротворенное сейчас лицо Билла. Он не понимал такую резкую смену состояния мальчика, который вдруг задышал в почти обычном ритме и заметно успокоился, но для закрепления такой положительной тенденции решил просто перед ним извинится. Переступив через свою гордость и твердое самоуверенное убеждение, что «я всегда прав», сказал такую нужную сейчас фразу для Билла. - Билл, прости меня, хорошо? Я не хотел тебя напугать. К тому же твоя болезнь абсолютно не страшная и тебе нечего бояться. Мальчик лишь пристально посмотрел в глаза Тому, будто проверяя говорит он искренне или нет, и, кивнув, поправил свободной рукой подушку и лег, засыпая. И не смотря на всю усталость, руку Тома он так и не отпустил…