Release The Panic

Дракон удобно расположился на остатках корабля, и чувство сильнейшего морального удовлетворения наполнило всё его существо. Он уничтожил «Тысячелетнего Сокола» вовсе не из-за ненависти к воспоминаниям, связанным с ним. Не из-за Хана, которого когда-то ненавидел. Нет, дракон больше не помнил прежнего себя — всё это смазалось, превратилось в невнятную серую массу вспышек и отдельных образов. Кайло уничтожил корабль, потому что он был источником опасности. Он посягнул на территорию дракона, а за это было предусмотрено особое наказание — смерть. Оставалось то мелкое существо, но оно не представляло никакой опасности, максимум мелкие неприятности. Ну а все свои проблемы дракон решал при помощи огня и грубой силы. Так что плевать на то ущербное создание — для ящера оно было лишь букашкой. Но, вернее сказать, это всё-таки была особь женского пола — дракон учуял еле уловимый шлейф особого аромата, которым обладали только самки. Причём, даже несмотря на то, что каждый отдельный вид пах по-своему, эти нотки дракон всегда угадывал безошибочно. Существо было самкой, даже если это не играло роли. Кораблю стоило отдать должное — обломки вовсе не накаляли нежную чешую на брюхе, лишь приятно грели. Дракон размял затёкшие мышцы и опустил голову на лапы. Сейчас было бы неплохо немного вздремнуть. Особенностью драконьего разума было то, что он мог думать о нескольких вещах одновременно. Сейчас он видел сны — абстрактные неясные фигуры и давно забытые образы, а тем временем рассуждал о вещах, которые его интересовали. Даже если нежданная гостья и решит задержаться на его территории надолго, то непременно столкнётся с трудностями. Даже если устроит их не Кайло. По ночам, когда дракон предпочитал сон бодрствованию, в лесах бродили нексу. Размером они уступали обычным, которых часто выводили на арену, и были не больше льва. Но дракон уже однажды ошибся, недооценив противника: однажды эти твари решили испытать нового лесного обитателя, но Кайло был бы не Кайло, если бы не сумел справится с этим «недоразумением». В ту ночь нексу убегали сквозь заросли с подпалёнными боками и в меньшем составе. Дракон был уверен, что если нелепое создание в ближайшие дни столкнётся с этими тварями, то с ним уже можно будет попрощаться и жить спокойно дальше. Если же нет, то эта самка поразительно удачлива. И спустя несколько дней Кайло убедится, что был прав, и эта девчонка действительно поразительно живучая. *** Ни нексу, ни кто-либо ещё не съел Рей. Вставать из-под коряги, куда она благополучно спряталась, девушка боялась, потому что всю ночь ей казалось, что чудище стояло прямо за её спиной и ждало, когда же его жертва зашевелится и выдаст себя. Девушка решила придерживаться самой верной тактики, которая не раз спасала ей шкуру — притворяться мёртвой. Рей пролежала без движения несколько часов, пока не забылась на недолгое время беспокойным, тревожным сном. Проснувшись утром, она обнаружила, что страшный зверь ушёл. Солнечный свет совершенно преобразил лес буквально за несколько часов. Воздух наполнился жужжанием насекомых, мелодичным пением местной птицы, которая протяжным урликанием общалась с собратьями, и копошением зверьков, которые умудрялись шнырять прямо под носом у джедайки. В подобные перемены верилось с трудом, и Рей на время поверила, что прошедшая ночь была лишь плохим сном, но вот она тут, в лёгкой одежде посреди леса, а её световой меч валяется рядом, втоптанный в землю чьей-то огромной лапой. Свет проникал сквозь листву деревьев, так что в лесу было светло так же, как и на равнине. Причиной этому были длинные и узкие листочки на деревьях, хорошо пропускавшие на землю солнечные лучи. У кустарников же листья были закручены в трубочки. Но самое удивительное было то, что деревья, трава, кусты — всё было покрыто тонким слоем пыли, хотя на коже ощущались слабые дуновения ветра. Странная планета. Рей, с трудом вытащив втоптанный в землю световой меч, на цыпочках пробралась к полянке, на которую вчера приземлилась. Всё, что от осталось от старичка «Сокола», лежало на травянистой поверхности, а на куче обломков лежал дракон, мирно посапывая. В темноте он показался ей полностью чёрным, но на свету чешуйки были сероватыми и в лучах солнца отливали золотистым. Что-то тут искать она боялась — вчера Рей натерпелась от монстра много чего хорошего, и теперь идти на контакт не желала. Она повернула в сторону леса и шла только прямо, боясь заблудиться и не выйти потом на поляну. Дракон, в конце концов, не пробудет там вечно, и тогда возможно Рей удастся из обломков соорудить передатчик, чтобы послать сигнал о помощи. А сейчас девушка нуждалась в воде, потому что горло пересохло от жажды, а в глотку словно кто-то засыпал песка. И хотя Рей привыкла подолгу обходиться без воды, но в таком влажном климате, как ни странно, пить хотелось куда сильнее. Может, это было связано с тем, что Рей точно знала, что она найдёт здесь столько воды, сколько нужно её организму? Вскоре лес наполнился другими звуками. Здесь было больше насекомых, а где-то совсем рядом была вода — рядом летали самые настоящие стрекозы. Пробравшись сквозь колючий кустарник, Рей наконец-таки обнаружила объект своего поиска. Из водоёма, более всего походившего на огромную лужу, она зачерпнула воды куском ткани, который содрала с майки. На удивление прохладную воду, которая просачивалась сквозь грубую синтетику, Рей ловила ртом, надеясь, что такого фильтра будет вполне достаточно. Утолив жажду, Рей задумалась о питании. С этим было сложнее — все пайки были сожжены, а если что-то и уцелело, всеми запасами с почившего Сокола сейчас владел дракон, а навыками охотницы Рей не обладала — в пустыне-то и охотится было не на что, да и на Джакку ей выдавались пайки за собранные детали. Эти пайки и были тем, за счёт чего она сумела выжить. А на этой планете, видимо, скоро придётся отправиться Рей в мир иной, чтобы не страдать. Если так подумать, то подобная гибель была унизительной для джедая. Ей ведь по статусу было положено сохранять марку при любых обстоятельствах, а тут она готова была спасовать при первых трудностях. Не дело это, — решила Рей, и присела на корягу, в ожидании какого-то знака свыше. Сила её не подвела. Вдалеке едва заколыхались деревья и провизжала какая-то тварь. Рей моментально пригнулась, прижавшись спиной к дереву. Сердце забилось чаще, и Рей задрожала. Сверху пролетела огромная тень, несомненно принадлежавшая дракону. Зверь летел высоко, а когда Рей всё-таки решилась задрать голову, то увидела, что дракон охотился на каких-то птиц, одну из которых проглотил целиком на её глазах. Он исчез из поля зрения так же быстро, как и появился, и словно бы не было в небе существа весом в несколько тонн. Рей, поняв, что опасность миновала, двинулась, как считала, обратно, в сторону остатков своего корабля. Шла она к пруду где-то с полчаса, но по ощущениям прошло не менее двух часов, а той поляны всё не было. Ноги, голые по колено, успели поцарапаться обо всевозможные ветки, которые только можно было найти, но почва сама по себе была очень мягкой и пружинистой, и грубая кожа стоп почти не пострадала. Рей выбралась из леса на какой-то огромной равнине, которая, похоже, заканчивалась дальше горизонта. Теперь уже не оставалось сомнений, что она потерялась. Возможно, теперь Рей навсегда останется на этой планете без шанса на спасение. Ведь Люк знает, что эта миссия может занять несколько месяцев, и всё это время не будет посылать за ней помощь. Несколько месяцев на этой планете! Это же сродни... Вдруг её мысли прервались чьим-то грузным дыханием, а потом уже девушка разглядела огромное существо, которое неспешной рысцой направлялось на неё. Оно было метра два в высоту, обладало огромным мощным телом, покрытым крохотными чешуйками; лапы его были расположены по бокам, как у ящерицы, а голова моталась из стороны в сторону на короткой толстой шее. Сквозь стволы деревьев можно было увидеть грозное оружие животного — короткие наросты и шипы, покрывающие куполообразную голову. Учитывая мощную короткую шею животного, можно было предположить, что голова выполняла функцию тарана, и гигантская ящерица смогла бы сломать одним ударом спину какому-нибудь небольшому зверю. Вдруг рептилия остановилась, а её небольшие желтоватые глазки уставились прямо в лицо девушки. Казалось, что зверь был спокоен и даже несколько удивлён появлению незнакомки, но через мгновение кожа на его переносице вспыхнула красным цветом. Не к добру. Животное раздуло горловой мешок и начало яростно мотать головой, помчавшись прямо на Рей. Девушка не могла придумать ничего лучше того, чтобы побежать, а потом с ходу залезть на ближайшее дерево. Она ведь раньше и деревьев-то не видела, а лазать по ним и мыслей не было, но когда за тобой бежит нечто, с которым лучше не связываться, навыки и мотивация появляются сами. Зверь, наклонив голову, с разгона (а бежал он на удивление быстро) врезался в дерево, отчего раздался оглушительный треск, а от удара девушку чуть не снесло с ветки. Рей вдруг почувствовала, что стала приверженцем всех религий Галактики и остервенело начала читать все молитвы, которые когда-либо слышала на заставе Ниима. И тут она увидела, как совсем близко затряслись деревья, и с каждым мгновением тряска усиливалась, а её источник всё быстрее приближался. Той твари, похоже, было всё равно, и она продолжала неистово ломать дерево, пока не добилась, наконец, своей цели. Рей спикировала вниз с высоты шести метров, на которую умудрилась залезть под адреналином. Девушка уже успела распрощаться с жизнью, зная, что если не умрёт сразу, то её растопчут. «Вот это твой конец, Рей, прямо в этой глуши», — мелькнула тоскливая мысль. Ей почему-то стало обидно. Не по-геройски это — так сгинуть. Но Сила явно имела на неё свои планы. Пока Рей в обнимку с веткой летела на землю, из зарослей выскочила стремительная тёмная тень, которая оказалась драконом. Мускулистое тело рассекло пространство, вмешиваясь в эту непременно трагическую для Рей сцену, цепляясь лапами в несостоявшегося убийцу джедая. Зверь вдруг потерял всякий интерес к Рей, которая лежала в обнимку с веткой, оглушённая падением. Возможно, девушке даже повезло, что она не слышала и не видела этой ожесточённой схватки двух машин для убийств. Поединок монстров закончился ничьей — дракону достались синяки и несколько крупных ран, а второму претенденту на победу исполосованная спина, а на прощанье мощный залп огня от потрёпанного противника. Шкура травоядного мгновенно вспыхнула, отчего животное залилось визгом, попытавшись удрать в чащу, но дракон решил завершить начатое, и впился зубами в бок жертвы. Животное вновь заверещало. Кайло разрывал толстую шкуру животного когтями. Оно яростно отбивалось, пытаясь ударить дракона об дерево, лягалось и пиналось. Обессилевший дракон, уставший от всей этой беготни, напряг силы и с разгону вцепился зубами в глотку жертвы, которая почему-то побелела. Кайло повалил ещё живую рептилию, принявшись сдирать с неё шкуру и съедать жёсткое мясо. Добыча дёрнулась ещё несколько раз прежде, чем навсегда затихнуть. Теперь из зеленовато-серой шкура травоядного стала белой, как снег. Насытившись питательным мясом, дракон улёгся прямо возле трупа, принявшись чистить чешую от крови и ошмётков мяса. Такой добычи ему хватит ещё на неделю, если никто, кроме него, её не съест. Но падальщики на этой планете, несмотря на небольшой размер, были особенно наглыми. Это были зверьки, проходившие на собак, только с длинными крокодильими челюстями и хвостами, напоминающими крысиные. Они обладали недюжинным аппетитом, и могли обглодать труп до костей всего за пару минут, из-за чего в голову Кайло приходило сравнение с рыбами-пираньями, которые обитали в водоёмах планеты. Фауна тут была занимательная. Эти зверьки обладали также и неплохим умом, поэтому не спешили нападать в лоб. Дракон, даже несмотря на то, что был один, имел в своём распоряжении хорошую реакцию и смертоносное оружие — огонь. Дракон почуял приближение падальщиков, и тихо зарычал, готовясь отстаивать добычу. Но их привлёк вовсе не труп травоядного, а недавно упавшее дерево, которое оно обрушило перед смертью. И теперь возле его кроны, шурша, сновали зверёныши, что-то пытаясь поделить. Кайло, безусловно, это привлекло. Что же там могло быть такого, на что с яростью побежала та рептилия и потом целой сворой падальщики? Дракон выразил желание встать и подойти к дереву, и ветки на соседних деревьев затряслись от вибрации земли, которая удерживала этого огромного зверя. Все любители лёгкой добычи сразу испарились, и на опушке повисла тишина. Ящер медленно двинулся к дереву, боковым зрением следя за своей добычей, которую без его надзора могли утащить. На первый взгляд ему показалось, что среди поломанных веток и стоптанной растительности ничего нет, но потом Кайло разглядел неподвижную фигурку, лежавшую под суком. Кайло не был идиотом, и сразу понял, за кем погналась внезапно та рептилия, которую он выслеживал несколько часов. Что ж, надо было отдать этой самке должное, ведь она помогла в охоте. Слегка помогла. Только как такое слабое, двуногое существо могло пройти такое огромное расстояние? Для такой крохи оно выходило огромным. Дракон, наклонив шею, приблизился к неподвижному телу, мордой убрав с бессознательного существа ветку. Ему хватило лишь раз вдохнуть воздух через ноздри, чтобы понять, что эта самка жива. Несмотря на падение, несмотря на то, что падальщики успели расцарапать ей ноги, это крохотное существо выжило! Пусть её дыхание было едва различимым, а сама она была без сознания, но дракон чувствовал в ней жизнь. Это очень удивило Кайло, который попрощался с незваной гостьей ещё прошлой ночью. А то, что сумело удивить дракона, обычно не становится его обедом в ближайшие дни. Тем временем, день постепенно склонялся к концу, а на землю опускалась прохлада, которая ночью будет удушающе влажной. Дракон, глядя на неподвижную тушку, принял для себя одно очень важное решение. Следить за этим странным зверем. Для выживания этой крохе нужна была защита от более крупных существ и еда. Конечно, Кайло сомневался, что эта самка была хищной, но он мог бы поделиться с ней мясом, которого у него было в избытке. В водоёмах всегда была рыба, достаточно медлительная, чтобы её ловить. Добыть плоды с деревьев самке тоже должно быть не сложно — она, видимо, умела карабкаться по деревьям. Но что делать с безопасностью? Даже если она сумеет пометить территорию, на крупных зверей это не произведёт никакого впечатления. Да и постоять за себя, она, как выяснилось, не могла. Дракон думал не долго. Его запах отпугивал всех хищных зверей, которых только можно было здесь найти. У него было несколько желез, расположенных на морде и возле лопаток. Нужно было заставить Рей пахнуть не как ланч, а как грозного зверя, и Кайло знал, как это осуществить. Метить территорию для него было не впервой. А вот с живым существом было сложнее. Стараясь не раздавить хрупкое тельце, дракон примостился возле существа и несильно потёрся щекой. Когда он убедился, что существо стало запахом чуть-чуть походить на самого дракона, Кайло поспешил обратно к своей добыче. Она не должна была узнать, что это сделал именно он, да и сидеть подле неё в ожидании нападения он не будет, в конце концов, нянькой он не нанимался. *** Рей пришла в себя от тошнотворного запаха, который бил ей в нос. Запах палёной плоти. «Замечательное пробуждение», — проворчала она, пытаясь подняться с земли. У девушки жутко раскалывалась голова, а на лбу ясно ощущалась запёкшаяся кровь. Точно, ей же веткой по голове угораздило. Спина нещадно ныла, и Рей решила, что ей необходимо освежиться. Глаза слезились, и Рей не сразу заметила, что в лесу она не одна. В пяти метрах от неё, рядом с огромной растерзанной тушей, восседал дракон и следил за ней своими жёлтыми глазищами. Сейчас девушка могла разглядеть его лучше. У него было много шрамов. Один из них пересекал морду, чудом не задевая правый глаз. Было видно, что дракон побывал не в одной передряге, и всякий раз выбирался победителем. Рей некстати пришла в голову мысль, что похожий шрам был и у Кайло Рена, и оставила она его своими руками. На самом деле, в них (в драконе и Кайло Рене) прослеживалось что-то общее. В неконтролируемой агрессии, в желании безраздельно обладать. И хотя Рей плохо знала Кайло Рена, она была более чем уверена, что он так же, как и этот дракон, постоянно сражался, и это приносило обоим удовольствие. Оба не видели свою жизнь без крови. Различие между Кайло Реном и драконом было в том, что дракон это делал ради выживания. Кайло Рен же пытался что-то кому-то доказать. Что он не имел ничего общего с семьёй Соло? Что он достойный внук своего деда, Дарта Вейдера? Но, возможно, Кайло Рен просто не знал, что перед смертью Энакин Скайуокер признал свои ошибки и вновь обратился к свету. Тут вставал другой вопрос: что же заставит самого Кайло пересмотреть свои приоритеты? Рей, задумавшись, не замечала, что дракон продолжал настойчиво изучать её взглядом. Он слышал отголоски её мыслей, и что-то далёкое, смутно знакомое, овладело его телом. В голове мелькнуло слово: «Мусорщица». Оно не имело никакого смысла, но почему-то чётко ассоциировалась с этим существом. Выходит, так она называется? Как были пираньи и нексу, так были и мусорщицы. Маленькие, юркие и очень доставучие. — Можно я пойду? — пискнула Рей, и дракон громко фыркнул. Было странно, но он понимал, чего она хотела. Её мысли были сейчас кристально чисты и понятны дракону: она была грязной, и хотела умыться. Мусорщица сделала неуверенный шаг назад, не сводя настороженного взгляда с дракона, и ветка под её ногами хрустнула. Мусорщица подскочила и негромко вскрикнула. Она трусила, и дракон наслаждался запахом её страха. Она была такой понятной в этих её поведенческих особенностях, что для дракона было неудивительно, что она побежала свозь чащу прочь, когда поняла, что дракон нападать не будет. Дракон знал, что вскоре она и вправду натолкнётся на небольшой (по меркам самого Кайло) водоём, в котором сможет очиститься. Водоём этот был населён лишь мелкой рыбёшкой и там было достаточно мало хищников, которые могли атаковать, но дракона всё равно посетили опасения. Но он не мог бросить свою добычу, поэтому ему пришлось поднимать огромную тушу в воздух и тащить её на каменную постройку, на которую никто, кроме него, взобраться не мог. Это было идеальное место для Кайло — тихое и уединённое. Ещё оно было высоко расположено, так что с него дракон мог видеть на много миль вперёд. Убедившись, что его добыча осталась в безопасности, дракон вновь нырнул между деревьев и отправился по следу мусорщицы. Ведь у неё была удивительная особенность находить неприятности на свою голову. Дракон притаился в кустах, наблюдая, как существо стягивало с себя... кожу? Но, кажется, это не приносило совершенно никакой боли, и дракон сделал вывод, что это было всё же что-то другое. Пока существо вошло в воду по пояс, плескаясь, словно неразумный детёныш, дракон стащил это странное подобие панциря. Оно, вообще-то, совсем не походило на панцирь, было мягким и ни капли не прочным. Ещё оно пахло мусорщицей и чем-то ещё, незнакомым. Такого здесь не водилось. «Одежда», — мелькнуло ещё одно давно забытое слово. Что за «о-деж-да»? Дракон вновь взглянул из своего убежища на мусорщицу. Её кожа выглядела очень мягкой и тонкой, на ней не было шерсти или перьев, как не было и чешуи. Наверное, «одежда» нужна была для сохранения тепла. И, кажется, дракон теперь знал, как пометить мусорщицу так, чтобы у хищников навсегда отпало желание её трогать. Пахучие железы были у дракона не только на морде, пара также располагалась на шее и спине. Всё шло очень неплохо. Когда Рей вышла из озера, она обнаружила, что её одежда пропала. Она поняла, что во всём был виноват тот, кто развёл такой шум в кустах несколько минут назад. — Эй, верни мне одежду, гад! — закричала Рей, но выйти из воды прямо в пасть неизвестному ей существу не хотела. Её бравада была более чем ненастоящей и напускной. У Рей тряслись поджилки, но ведь не оставаться же ей в воде до тех пор, пока она не начнёт плесневеть? Дракон, видимо поняв, что его рассекретили, затих. Потом копошение вновь возобновилось, но вскоре перед Рей лежала её одежда. Вернее то, что от неё осталось. Она стала бесформенным комком из грязи, ткани и сухих листьев. Рей обуяла такая ярость, что по всему телу мгновенно пополз жар. Куст, который ещё недавно мирно колыхался на ветру, вырвало с корнями. Рей посмотрела на вылезшего из кустов дракона, который пытался выглядеть невозмутимо. — Что тебе от меня надо? — прошипела Рей, сердито подхватывая одной рукой одежду. Другой она стыдливо прикрывала грудь. Хотя перед ней всё же был дракон, неразумное существо, но, тем не менее, ей было стыдно. Это очень смущало, и Рей, красная как рак, поспешила спрятаться за выкорчеванный куст и отряхнуть одежду. К счастью, испачкалась она не сильно, и на ней осталось лишь немного пятен. Но у Рей (с подачи всё того же дракона) теперь не было никакой другой одежды, а разгуливать голой по лесу ей совершенно не хотелось. Одежда неприятно липла к мокрому телу, и ко всему этому прибавлялось мерзкое ощущение грязи, скребущей по коже. Рей вышла из-за куста и обнаружила, что дракон никуда не делся и теперь снова не сводил с неё взгляда. — Доволен? — процедила Рей, вперив руки в боки. Конечно, она не выглядела грозно, но... до жути забавно. Если бы дракон мог, он бы рассмеялся на нелепый внешний вид мусорщицы. Стоило её оставить в живых хотя бы ради того, чтобы она веселила его. Её злость для дракона была не сильнее её страха, которого в мусорщице было порядком больше. Даже если она и поверила, что он какое-то время не собирался её трогать, она продолжала бояться его. Этот зверь был гораздо больше, сильнее, свирепее всех тех монстров, с которыми ей приходилось сражаться. Из её головы он выцепил чей-то образ, смутно знакомый и ему самому. Это было чёрное существо, высокого (для мусорщицы) роста, и оно пугало её даже после того, как мусорщице (подумать только!) удалось одержать над ним верх. Существо было очень похоже на неё, но он не мог сказать, что это был точно такой же мусорщик, как и она. Оно определённо было хищником, достаточно свирепым и опасным, но никак не мусорщиком, которые у Кайло пока вызывали лишь раздражение и желание рассмеяться. Невольно дракон проникся к тому существу уважением. Рей продолжала всё так же изучать дракона взглядом, в котором бушевал целый вихрь эмоций, и дракон, обладавший прекрасным обонянием, захлёбывался в запахах, которые источало её тело. Запах страха, запах ярости, запах женского тела, запах этой «одежды», запах воды, запах грязи. От мусорщицы пахло солнцем и песком — это было чем-то глубоко въевшимся, что никак не свести, хотя Кайло Рен и чувствовал, что она пыталась. Запах солёного моря, запах какого-то другого существа, с которым мусорщица была долгое время рядом. И, самое главное, безошибочно выделяющийся его собственный запах — запах дракона. Запах угрозы и мощи. Так, как и должна была пахнуть эта мусорщица, если хотела выжить на этой планете.