Конь ходит буквой "Ч"

На следующее утро Умари, в рубахе, старом жилете и босиком, но с кинжалом на поясе, поднялся на борт шхуны Эла. Тот уже протрезвел, голубые глаза его смотрели ясно. Он приказал немногочисленному экипажу поднять паруса. В пути Умари расспросил капитана подробнее: об острове Акулы и о том, кто возглавляет пиратскую команду. Оказалось, командира пиратов зовут Дэном, а прозвище его – Вульфайз. – Ты знаком с ним? – спросил Умари. – Что он такое? – Знаком, – небрежно отвечал Эл. – Зверь. Одно слово – зверь. Даже вспоминать не хочу, что он сделал с моим юнгой! Ему, видите ли, показалось, что тот косо на него посмотрел… – Сколько человек живёт на острове? – Не считал. Но народу порядочно живёт. – А женщины… женщины на острове есть? – Женщины, – философски заметил Эл, – есть везде, где есть мужчины. Мы без них не можем. Но на острове – женщин мало. Поэтому за женщинами тебе в другое место… – А этот Дэн Вульфайз – он женат? – спросил Умари, игнорируя остроумное замечание Эла. – Вульфайз? Думаю, после каждого удачного налета на корабль играет новую свадьбу. Красотки плавают по морям… Хотя, про Вульфайза ходят слухи, что он – однолюб. – Однолюб?.. – Ну, слухи такие… Знаешь что – потолкуешь с Вульфайзом о бабах сам. Понял? Прошло полдня пути – и на горизонте показались скалистые берега острова Акулы. Шхуна пришвартовалась у огромного причала, где стояло больше сотни, как показалось Умари, кораблей, самого разного вида и оснастки: от мелких одномачтовых судёнышек до гигантских красавцев-галеонов. Стоило консорту ступить с корабля на пристань, к нему тотчас же направились двое крепких, вооруженных с головы до ног людей. Один наставил шпагу прямо Умари в грудь: – Береговая охрана! Кто таков? Зачем пожаловал? На борту шхуны показался Эл: – Это к Дэну, – крикнул он охранникам. Те сурово обернулись к капитану: – А ты уверен, что Дэн его ждёт? – Не уверен, – пожал плечами Эл. – Он хотел потолковать с Дэном – я доставил его на остров… Остальное – не моя забота. – Оружие есть? – обратились охранники к прибывшему. – Куда же без него, – с сомнением сказал Умари. – Оружие сдать! Умари неохотно отстегнул кинжал от пояса и протянул охранникам. Он не признался бы, что вооружен, но боялся, что обыщут, найдут кинжал и, за обман, не пустят на берег. Теперь он оставался совсем безоружен. – Следуй за нами! – приказали ему. Остров был богат растительностью: сначала прибывшего встретил густой лес, потом пошли дикие сады с плодами на ветках. То там то здесь попадались одиноко стоящие дома. Жителей их не было видно. Умари с волнением осматривался: здесь, на острове, была она, Ильчиэлла, и крошка Ильдар – и ему предстояло вытащить их из чьих-то гнусных лап… Охранники привели Умари к настоящему замку: высокое каменное строение с башней и шпилем окружали высокие сосны и лиственницы. Один охранник остался возле консорта, его напарник зашёл внутрь здания. Умари прислушивался, вглядывался в окна: где же их прячут, его жену и малыша?.. Спустя несколько минут второй охранник появился и позвал прибывшего в дом. Через сени консорт прошёл в огромный, полный народа зал, где был накрыт длинный стол. Шёл пир: клубился табачный дым, стояли гул и веселье, пахло подгоревшим мясом. Небольшой оркестр из двух гитар и саксофона играл что-то очень громкое и заводное. Охранник сделал жест, приглашавший гостя пройти за спинами пиратов, сидевших вдоль бочек с вином, туда, где главе стола располагался Дэн Вульфайз. Командир пиратов оказался изрядного роста, грузным, имел хищно выгнутый нос, злые проницательные глаза, был одет в чёрный кафтан. Ярко-алый платок повязан был на его седых длинных волосах. Жадно вглядываясь ему в лицо, консорт чувствовал, что от всей души его ненавидит. – Что этому здесь нужно?? – указав на Умари, прогремел Вульфайз, заглушая оркестр. Ох, консорт объяснил бы, что ему здесь нужно!.. Он из всех сил старался сохранять хладнокровие. Наброситься на коршуна и перегрызть ему глотку – означало погубить и королеву и себя. – Я когда-то был матросом, – откликнулся он за охранников. – Недавно бежал из тюрьмы, мне нужны деньги. Хочу попасть в твою команду! – Откуда он взялся? – не снисходя до обращения к гостю напрямую, вопросил Дэн своих подчиненных, – Приплыл с Элом, – сообщили охранники. – Эл – кретин, – определил Вульфайз. – Где оружие этого клоуна? Один из охранников почтительно показал командиру кинжал Умари. – Хилая оснастка, – усмехнулся Дэн Вульфайз, оглядел пришедшего с головы до ног и вдруг рявкнул что было силы: – Зачем ты припёрся сюда? На кой чёрт ты мне сдался?! – Я плаваю с восемнадцати лет, владею мечом, шпагой, кинжалом, ничего не боюсь и через многое прошёл. Я могу тебе пригодиться, – хладнокровно отозвался пришелец. – Моё дело предложить, тебе решать – нужен я или нет. Вульфайз оглядел его ещё раз, с сомнением. – Ладно, – проворчал он. – Пойдём на двор – покажешь, на что ты способен… Он сделал пиратам знак оставить кружки и подняться с мест. Музыка тут же умолкла. Все повиновались без возражений. Консорт, капитан и его пираты толпой вышли на двор перед замком. Солнце опустилось к горизонту, свистели птицы. Вульфайз, окружённый подчиненными, смотрелся, как король. Он постоял в задумчивости, разглядывая членов своей команды. – Ты, – наконец, решил он, указав на молодого двухметрового пирата с блестящими мускулами, в грязной тельняшке без рукавов и короткой золотой цепи на шее. Тот сделал шаг к командиру. – Давай, – обратился Вульфайз к Умари. – Покажи себя. Одолей его! Умари оценил разницу в росте. – У меня же отобрали клинок! – Клинок-то тебе зачем? – усмехнулся командир пиратов. – В рукопашной одолей! Пираты с гоготом окружили выбранного Вульфайзом пирата и Умари, стоявшего в замешательстве. – Давай, давай, – подбодрил Вульфайз, усмехаясь. Высоченный пират занял защитную позицию, сжав перед собой кулаки. Умари был немного растерян. Пираты гоготали и подзуживали своего товарища, тот смотрел на испытуемого, набычившись. Такого поворота консорт не ожидал, но делать было нечего. Он принял боевую позу, потом сделал бросок вперёд и попытался нанести удар, но легко был отброшен силачом в пыль. Под хохот наблюдателей консорт поднялся на ноги. Он ободрал о землю локоть, и гнусное веселье окружавших его ублюдков вызвало прилив ярости и раздражения. Это ему, а не им, удалось вырваться из такого ада, что любой из этих кретинов сдох бы на третий день пребывания там! И разбитый локоть – по сравнению с тем, что он перенёс – это комариный укус! Разъярённый этими мыслями, Умари набросился на противника, сделал несколько ложных выпадов и ударил пирата кулаком в грудь. Тот согнулся, успев съездить Умари по уху. В голове зазвенело, но консорт сумел уйти под руку, избежав более опасного удара поддых. Он захватил противника, подсечкой повалил и тут же оказался под ним… Накал страстей зрителей достиг апогея. Они скандировали: «Давай, Гарри, давай!», но в лежачем положении рост не имел значения, а опыта в рукопашном бою Умари было не занимать. Он выкрутил противнику руку, схватил его за шею и столько раз ударил лицом в пыль, сколько нужно было для того, чтобы Вульфайз приказал: – Хватит! Умари отпустил побеждённого верзилу; тяжело дыша, вскочил на ноги и отряхнулся. Он сам был удивлён тому, как окрепли его руки после этих проклятых галерных весел. Командир пиратов одобрительно похлопал в ладоши. – Молодец! – прорычал он. – Ну пошли, поговорим... Все по домам! – приказал капитан команде. – Банкет окончен, завтра – работа! Кто-то помог подняться верзиле, тот вытер окровавленное лицо, и пираты побрели восвояси, а Вульфайз, пропустив Умари вперёд себя, вошёл за ним в дом. Они прошли через опустевший прокуренный зал: оркестр уже куда-то исчез, двое в грязных фартуках убирали со столов посуду. Вульфайз указал в направлении одной из ведущих из зала дверей: – Идём в кабинет. Кабинет командира пиратов представлял собою зрелище весьма любопытное. Взору Умари открылся огромный стол, вокруг которого стояло несколько изысканной работы кресел с потертой обивкой и пара судовых катушек, видимо, также исполнявших роль посадочных мест. Поверхность стола была застлана географической картой, прижатой большим компасом и письменным прибором из слоновой кости. Стены кабинета были завешаны диковинными растениями, корабельными штурвалами, картинами с изображениями морских пейзажей, гор, закатов; одно из полотен было копией «Моны Лизы». На каминной полке стоял бюст римского полководца и сверкала груда драгоценных камней: изумруды, гранаты, рубины, сапфиры, бирюза… – Садись, – распорядился Вульфайз. Умари хотел сесть на судовую катушку, но командир пиратов указал на кресло. – Сюда садись. Руки – на стол! – и, когда убедился, что кисти рук Умари лежат на столешнице, добавил с усмешкой: – Ваше Высочество… Умари вздрогнул, вскинул на командира пиратов глаза и тут же вскочил на ноги. – Сидеть! – крикнул Вульфайз, выхватывая из ножен свой меч. Но не тут-то было. Едва консорт понял, что раскрыт, он схватил стоявшую рядом с ним тяжеленную судовую катушку, поднял на воздух и что было силы швырнул ею в Вульфайза. Он убил бы пирата, но тому каким-то чудом удалось увернуться. Катушка шваркнулась о камин, со страшным грохотом рухнула на пол; от удара слетел и раскололся гипсовый бюст, дождём посыпались с полки камни. Умари бросился к стене, чтобы сорвать с неё штурвал в качестве оружия, но босая нога поскользнулась о какой-то камушек, и консорт, не удержав равновесия, грохнулся навзничь на каменный пол. Вульфайз прижал его к полу ногой в тяжёлом сапоге, и приставил остриё длинного меча к горлу консорта. Умари тяжело дышал, глядя на капитана снизу вверх. – Утихомирился?! – прогремел командир пиратов. Лежать на спине Умари и так-то было больно, а тут ещё в неё впились разбросанные по полу драгоценные камни. Вульфайз сильнее придавил его ногой к полу: так, что чуть не захрустели ребра, – и грозно повторил: – Утихомирился?! Деваться было некуда. – Утихомирился, – пробормотал Умари сквозь зубы. Пират, не спеша, освободил его грудь от своего сапога, потом подвинул к себе, не глядя, одно из кресел и сел, не отводя меча от горла консорта. – Убью сразу же, как только шевельнёшься! А ну, отвечай сейчас же: зачем ты припёрся на мой остров?! – Мне нужны мои жена и сын, – угрюмо сообщил Умари, косясь на меч. – Ах вот оно что... Так бы сразу и сказал, – неожиданно мирно произнёс пират и даже немного отодвинул от шеи консорта лезвие. – Что с ними? Где они? – Понятия не имею, – спокойно отозвался Вульфайз. – Как?.. – не веря ушам, Умари приподнял голову. – Они же у тебя? Здесь, на острове? – Нет, – удивлённо ответил Вульфайз. – Их здесь нет. – Что ты сделал с ними?!! – Ничего, – Вульфайз пожал плечами. – У нас с герцогом Ч* был уговор: мы похищаем твое высочество и доставляем на Сандини, взрываем вашу избушку, похищаем королеву со служанками и наследника, передаём ему. Всё. У меня на острове не гостиница, и не приют младенцев. Однако, с чего ты решил… Вульфайз внимательно посмотрел на Умари и вдруг нахмурился: – Ах, вот что… Тебе таки посмели сказать, что твоя жена у меня в наложницах?! Ведь предупреждал же я герцога, чтобы он не шутил со святым! Я найду того, кто это сделал! Дэн Вульфайз не нуждается в наложницах! – он многозначительно и почему-то печально поглядел на висевшую на стене копию «Джоконды», и только сейчас Умари заметил, что вместо Моны Лизы на картине изображена другая женщина… Видимо, слухи, дошедшие до Эла, были справедливы – капитан пиратов был однолюбом. Умари почувствовал неимоверное облегчение. За то, что у Вульфайза и в мыслях не было посягать на честь его жены, он уже был готов простить пирату всё. – Однако, почему ты разгуливаешь на свободе? Как тебе удалось удрать с галеры? – поинтересовался Вульфайз, убирая свой меч в ножны. Умари сел на полу и почему-то сказал правду: – Прикинулся мёртвым. – Мёртвым?! Тебя отправили на корм акулам?! Однако ты – сумасшедший! Как же ты справился с ними? – Дельфины помогли, – хмуро объяснил Умари. – Да ты везунчик, – усмехнулся Вульфайз. – Когда-то мне тоже пришлось бежать с галеры, – неожиданно поведал он, – но я выбрался по другому… – Как? – с искренним любопытством спросил Умари. – Мы договорились между собой… Была сильная буря, корабль стоял на рейде. Пока надсмотрщики были на берегу, мы подпилили кандалы… Они послужили нам оружием – мы отправили на корм акулам всех этих ублюдков! Потом обрубили якоря и вышли в море… С этой галеры началась моя флотилия… Пират погрузился в воспоминания, ястребиные глаза блеснули, он показался Умари вовсе не таким омерзительным, каким виделся поначалу. – Между прочим, катушка, которой ты тут швырялся, – как раз с этой галеры. Умари, невесело усмехнувшись, посмотрел на лежавшую на боку возле камина тяжеленную катушку. Странным было его положение: сидя на полу, в окружении рассыпанных драгоценных камней, он почти дружески болтал с капитаном пиратов, укравшим его жену и ребёнка, продавшим на галеры его самоё, – виновным во всём самом плохом, что случилось в его жизни за последнее время. – Зачем же ты заставил меня драться с тем парнем, если сразу понял, кто я? – спросил он. – Откровенно говоря, увидев тебя, я решил, что ты приехал мне мстить, – усмехнулся Вульфайз. – Доверил Гарри-младшему поколотить тебя. Но он, оказывается, слабак! Ты молодец. Можешь остаться. Я согласен взять тебя в команду, – командир пиратов засмеялся. – Помощником первого матроса! Годится? – Благодарю за честь, – усмехнувшись, проговорил Умари. – Но откуда ты узнал, кто я? – вдруг спросил он. – Разве ты видел меня раньше? – Ну, что ты – не моряк, я понял, едва услышал слово «плавал». Это вы, сухопутные крысы, плаваете, мы – моряки – ходим. Потом, я как-то видел твой портрет. Ну, а то, что ты удрал с галер, понял по рукам и по походке. – По походке?! – Я могу совершенно точно сказать, что сидел ты по правому борту галеры. Ты подволакиваешь ногу, за которую был прикован, потому что отвык ею пользоваться. Я сам долго так ходил…