Mea culpa

8. Вокруг меня шумели голоса, чужие, незнакомые звуки наполняли пространство и приглушённым эхо гуляли по большому залу. Ощущения тоже изменились; вместо леденящего холода совятни меня касалась едва уловимая прохлада каменных стен. Это было бы даже приятно, если бы не сковывающее чувство тревоги, что нёс с собой назойливый шорох одежд и гул размеренных шагов. Я сидела на самой вершине круглого амфитеатра и изумлённо оглядывалась по сторонам. Свободных мест практически не оставалось, а маги и ведьмы всё прибывали, сыпали цветными причудливыми бусинами из больших двустворчатых дверей внизу, неторопливо рассаживались по всему пространству зала и таинственно переговаривались с коллегами, окидывая возбуждёнными взглядами пустующую площадку в центре. - Что-то представление задерживается сегодня, - тихо шепнули справа. Я повернула голову и не без облегчения узнала в говорящем Гарри. Мальчишка вальяжно расположился на каменной лавке, слегка отстранив колено и удобно пристроив одну ногу в сияющем чёрном ботинке на другой. Я впервые видела такое выражения благостного спокойствия на его лице. В глазах мерцал живой огонёк заинтересованности. Я была практически уверена, что он разозлится, когда увидит меня здесь, но он лишь молча наблюдал за происходящим вокруг. - Гарри, что это за место? – слегка подавшись к нему, прошептала я. Он покосился на меня, уголок его губы заметно дёрнулся и приподнялся вверх в какой-то игривой ухмылке. - А ты разве не узнаёшь? – спросил он в пространство. - Понятия не имею, - честно призналась я. Червячок беспокойства снова неприятно завозился в груди. - А я думал, вы, министерские, все здесь стажировку проходите. - Я не работаю в Министерстве, - слегка раздражённо отозвалась я и испуганно замолкла, увидев, как внизу начало что-то происходить. Нижние ряды заметно оживились, отчётливо зашуршали чьи-то мантии. - Чётко по сценарию, - звонко прошептал мальчишка. И тут же, словно по его команде, раскрылись двери. Возникшая плотная процессия повела кого-то к центру. Все взгляды были направлены на темноволосого парня в маггловских джинсах и простой застиранной голубой футболке. Его осторожно усадили на широкий стул с высокой спинкой, раздался металлический лязг и тогда я наконец осознала, где нахожусь. Мальчишка рядом довольно улыбался. Звякнули цепи, и руки юноши в кресле прижало к подлокотникам. Кто-то из присутствующих громко прокашлялся и, театрально растягивая слова, заговорил: - Многоуважаемые члены совета и все присутствующие в этом зале! Как вы уже знаете, рассматриваемое нами дело, которое тянется вот уже около полугода, подходит к своему логическому и – в чём я совершенно уверен, - справедливому концу. Говорящий сделал многозначительную паузу. Я поражённо уставилась на Поттера, а он продолжал загипнотизировано следить за каждым движением пленника в центре. Скованный и одинокий, тот устало опустил голову, почти касаясь подбородком груди. С нашей высоты невозможно было разглядеть отчётливо, однако мне навязчиво мерещились уродливые полосы напряжённых жил, проступающие на его мертвенно бледных руках. - Решение, принятое Визенгамотом в прошлый раз благополучно нашло своё подтверждение у министра, - продолжал всё тот же голос. Я даже слегка приподнялась, в попытке увидеть говорящего. - Что это за чушь такая? Гарри! Причём здесь министр?! - Многие считают будущий приговор слишком мягким наказанием за подобное преступление. Однако многие не учитывают и той сложной ситуации, что сложилась вокруг подсудимого. Все эти долгие месяцы прошли в ожидании стоящего комментария или признания с его стороны, но ничего подобного не последовало, и сегодня мы будем вынуждены официально провозгласить приговор. Зал зашумел, кто-то громко и отчётливо закричал: - Это противозаконно! Вы не можете принять этот приговор пока не получите достаточно доказательств! - Что станется с магическим сообществом, если вы засадите его в Азкабан?! – подхватил другой голос. – Это же безрассудство! В таком случае легче было бы просто поставить парня в центре Трафальгарской площади, чтобы любой желающий смог его прикончить! - Пожалуйста, соблюдайте порядок! – прокричал уже знакомый голос, пытаясь сохранять спокойную интонацию. – Ваше недовольство вполне оправданно, но подумайте же разумно - Азкабан обеспечит только большую безопасность! Не мне вам говорить, как хорошо охраняется… - Неужели же вы не понимаете?! Ваша хвалёная тюрьма уже давно в руках Того-Кого-Нельзя-Называть! – пробасил глубокий мужской голос откуда-то с нижних рядов и его мгновенно поддержал шквал одобрительных возгласов. - Пожалуйста, прошу вас! – взмолился главный оратор – Не забывайте, что в первую очередь речь идёт о преступнике, о человеке, совершившем непростительное! Это убийство, господа, кроме того убийство с особой жестокостью! Зал шумел и волновался, словно лес во время бури. Никто не хотел молчать, беспорядочные выкрики тонули друг в друге, смешиваясь в какой-то невообразимый гул. - Что это, Гарри?! – сорвалась я, больше не в силах сдерживать волнение. - Кого они судят?! Вместо ответа мальчишка быстро вскочил со своего места и тоже закричал, присоединяясь к безумному гвалту толпы. - Это несправедливо! Парень нам всем вот уже несколько лет бесперебойно жизнь спасает! А вы судите его за какое-то убийство в школе! Да вы пожалеть его должны! Его в психушку надо, а не в тюрьму! «Ну вот, час от часу не легче» - подумала я и с силой дёрнула спутника за край мантии, принуждая его вернуться на место. - Ты чего творишь?! – зашипела я, раздражённо меряя взглядом довольное выражение, застывшее на его лице. – Это и есть то самое испытание, о котором ты говорил?! - А что такого? – невинно осведомился он и тихо захихикал, бросая быстрые взгляды в сторону пленника. – Я всё верно сказал. Знала бы ты, что в его черепушке творится, тоже бы в больницу отправила. Я мотнула головой, пытаясь откинуть наваждение, и упрямо вцепилась в полы его школьной мантии. - Да ты что, сдурел?! О чём ты таком говоришь Поттер? Приди в себя – это только сон. Доставай свою палочку и вытаскивай нас отсюда немедленно! - Чего ты волнуешься? – успокаивающе зашептал он, наклоняясь к моему уху и незаметно обволакивая спину своими ладонями. – Ты совершенно права - это только сон. Это только игра. Я дёрнулась, пытаясь отстраниться, но мальчишка лишь теснее прижал меня к себе. Несуществующие волшебники вокруг нас продолжали увлечённо галдеть о своих проблемах. - Иди ко мне, расслабься, раз уж ты здесь, - промурлыкал он. Я с ужасом ощутила, что проваливаюсь в какую-то яму головокружительного удовольствия. Картинка поплыла перед глазами, когда рука со знанием дела заскользила вдоль рёбер, слегка задевая грудь оттопыренным большим пальцем. В следующий момент его губы уже безапелляционно коснулись сначала щеки, а затем и моих собственных губ… Он с силой прижался ко мне, пытаясь углубить поцелуй, а я на какое-то время полностью потеряла контроль, позволяя ему эти бесстыдные попытки. До ушей долетали обрывки фраз, пальцы безнадёжно затекли от напряжения, продолжая всё так же удерживать полы его мантии. Безбожно сильно пульсировало между ног… - … по ныне существующим законам, мы всё же вынуждены просить вас предоставить нам свою точку зрения произошедшего. От ваших возможных слов зависит финальный приговор… Этот отрывок возобновлённой речи долетел до меня особенно отчётливо. Меня словно водой окатили, и я с силой толкнула мальчишку в грудь, пытаясь высвободиться. Он безропотно отстранился, сверкая довольной ухмылкой и демонстративно утирая губы тыльной стороной ладони. Я нахмурилась, мучительно соображая, что же не так в этой новой игре. Голова совершенно не работала, а во рту почему-то возник солоноватый привкус крови. Мальчишка пристально смотрел на меня слегка прищуренными, сияющими глазами и я с трудом заставила себя вернуться к пленнику. Вокруг что-то происходило, на самой грани слышимости позвякивали цепи. Зал был увлечён своим диким и яростным спором за чужую жизнь и никто, практически никто не обращал внимания на юношу. Я хмурилась, напрягая зрение, и вытягивала шею. Когда он утомлённо откинул голову на спинку стула, предоставляя своё лицо всеобщему обозрению, я даже не удивилась тому, что увидела. Ну, конечно же, чёрт побери! Что это за игра такая без главного героя?! А главный герой – вот он, в центре, как и должно быть. Я уставилась на Поттера, который всё так же сидел рядом. Он просто обязан был смотреть на меня и ухмыляться, дразнить меня, такую доверчивую дуру, своим ядовитым взглядом. И он действительно смотрел, беззвучно сотрясаясь от смеха, совсем как живой, совсем как возможно смеялся бы сам Гарри, будь ему так же смешно. - А ты думала, не встретимся больше? – отсмеявшись, спросил он, а затем непонимающе развёл руками. – Ну, что сидишь-то, действуй! Я закусила губу, чувствуя, как уголки рта сами тянутся вниз, а глаза жжёт от соли. Ведь это было настолько просто, очевидно и предсказуемо! В голове как обычно в таких ситуациях, вертелось несчётное количество вопросов и ни единой приличной мысли. - Упустишь свой последний поезд, Мия, - совершенно спокойно упрекнул лже Поттер. Я снова посмотрела на него. Он сидел так же вальяжно и расслабленно, обхватив одно колено руками. - Не забыла, что ты в чужом сне? Желаешь остаться здесь навсегда? Внутри у меня всё перевернулось, глаза поражённо распахнулись сами собой. - Навсегда? Что значит?.. - Вон, смотри, его уводят. Сейчас уведут, и ты его не найдёшь. Мальчишка махнул рукой в сторону площадки. Зачарованные цепи действительно отпустили настоящего Гарри, а рядом уже маячили министерские работники. Юноша медленно поднялся со стула и покорно двинулся к выходу. «Мерлин, он, наверное, ждёт, когда я скажу ему про палочку» - пронеслось в голове и меня мгновенно бросило в жар. Ладони запотели от жуткого волнения. Я чувствовала, как утекает моё драгоценное время, инстинктивно прижала руку ко рту, а затем, ведомая последним, отчаянным порывом, просто вскочила с места и закричала, что есть мочи. - Гарри! – его имя вырвалось само собой, как будто вовсе не я, а мой язык знал, что нужно говорить, какие буквы произносить. Я страшно испугалась своего собственного голоса и того, как громко он прозвучал, многократно отражаясь от каменных стен зала, и, не дожидаясь какой-либо реакции, бросилась вниз, яростно оттолкнув проклятого поддельного Поттера. Вокруг снова загалдели, взволнованно зашептали, многие указывали в мою сторону. Я беспрепятственно покинула свой ряд и ринулась вдоль прохода, перескакивая сразу через две ступени, рискуя запутаться в мантии и упасть на полном ходу. Настоящий Гарри ловко избавился от своих охранников и уже бежал мне навстречу. Его руки поймали меня в объятья где-то на середине подъёма. Я была абсолютно не готова к подобному и потому просто обессилено повисла на нём, вцепившись пальцами в плечи. Он что-то говорил, а я совершенно не разбирала слов, чувствуя только, какой он безумно горячий, как он тяжело и загнанно дышит, как играет с моими волосами его дыхание … - Это побег! – завизжал кто-то из зрителей, грубо вырывая меня из состояния сладостного оцепенения. – Девчонка его сообщница, она знает где выход! Гарри резко дёрнулся, отцепляя меня от себя, схватил за руку и пустился обратно к центральной площадке, туда, где нас уже поджидало около десятка человек с палочками. В последний момент я ещё успела обернуться назад. Мне показалось, я узнала тот режущий уши голос. На самом верху, рядом с моим оставленным местом, маячила видная фигура в розовом. Тётушка А. довольно улыбалась, скрестив руки на груди. Не знаю, о чём таком думал Гарри, когда мы почти вплотную подбежали к вооружённым министерским работникам. Он был настолько уверен в своих действиях, что я впервые забыла о возможных последствиях и просто сказала ему то, что должна была сказать уже давно: - Палочка у тебя за поясом! Юноша раздумывал не больше секунды, выхватил неизвестно откуда взявшуюся палочку и произнёс заклинание. Волшебники, сбитые с толку таким неожиданным поворотом, не успели даже разбежаться, когда слепяще-яркий свет накрыл их с головой, совершенно стирая с горизонта. В ту же секунду, словно закрепляя эту маленькую победу, большая двустворчатая дверь зазывно распахнулась, предоставляя нам, ведущий неизвестно куда, чёрный коридор. После восьмого поворота я перестала что-либо считать и запоминать дорогу. Наше передвижение казалось мне совершенно хаотичным. Пару раз я пыталась заговорить с Гарри, но дыхание постоянно сбивалось, и я быстро отставала. Мальчишка же, по всей видимости, отлично знал, куда нам следует бежать, и определённо не считал наши действия бессмысленными. Когда я наконец его догнала, то всё-таки заставила притормозить. Он нехотя покосился в мою сторону, упрямо сжал губы, но повиновался. - Пожалуйста, - начала я, задыхаясь, - не мог бы ты объяснить мне, что здесь происходит? - А что именно ты хочешь узнать? – недовольно посматривая на меня, осведомился он, прислоняясь к каменной стене коридора. - Для начала - как нам отсюда выбираться? - А я, собственно, теперь не знаю, - проговорил мальчишка. – На этот случай у меня была ты. - Послушай, Гарри, я… - слова, как нарочно, застревали в горле, и я мучительно ломала руки, пытаясь найти себе хоть какое-то оправдание. Ну не буду же я говорить, в самом деле, что мне стало банально страшно, что совсем окоченело тело уже после десяти первых минут ожидания? Не буду же я говорить ему про его собственное мертвенно-бледное лицо в сиянии волшебной палочки и практически полное отсутствие пульса или хотя бы намёка на какое-нибудь сердцебиение?.. - Я… я испугалась. Морщинка между его бровей тут же разгладилась, лицо потеряло напряжённость, и он отвернулся. Я вздохнула и сделала пару шагов в его направлении, замешкалась, протянула руку, затем снова опустила, развернулась и встала у противоположной стены. - Прости, это глупость – признаю. Гарри устало замотал головой, массируя глаза под очками. - Ладно. У меня хотя бы палочка есть. Впервые за всё чёртово время здесь, она у меня есть. - Что всё это значит? Какой-то суд… Я не понимаю… - Просто кошмары… не бери в голову. - Тебя уже судили когда-нибудь? Я имею в виду, раз тебе снятся такие реалистичные сны, ты должен был быть… - Я и был, – он наградил меня тяжёлым взглядом, а затем снова отвернулся, исследуя тёмные глубины туннеля. – Этим летом. - За что?.. – едва выдохнула я, стараясь выспрашивать как можно мягче и осторожнее. - Разве ты не в курсе?! – мальчишка удивлённо посмотрел на меня, а затем усмехнулся. – Странная ты, вроде на Министерство работаешь, а таких новостей не знаешь… - Я же уже говорила, что не работаю в Министерстве, - зло отозвалась я, слишком поздно вспомнив, что сказала об этом другому Поттеру. – Не хочешь, можешь не распространяться. - Да чего уж там! – он пожал плечами. – Всё просто… - Это не столь важно, Гарри, - быстро прервала я, заметив его мгновенное удивление. – Нет, честно – мне вовсе неважно это знать. Он среагировал странно – заметно сильно сжал кулаки и, явно сдерживаясь, отчётливо проговорил: - Я не преступник, Мия. - А я и не говорю… послушай, да у меня даже мысли такой не было! - Это хорошо, потому что всё, что ты слышала здесь – неправда. - Я знаю, знаю! – быстро заверила я, чувствуя себя жутко неуютно, и медленно приблизившись к нему, дотронулась до плеча. – Только сон, помнишь? Гарри посмотрел на меня и чуть улыбнулся. - Помню, Мия, - кивнул он, отстраняясь от стены. – Нам нужно идти – тут небезопасно. - Идти куда? – выдохнула я, собираясь с силами, чтобы поспеть за его быстрыми, размашистыми шагами. - Вперёд, - коротко отозвался он, поднимая светящуюся палочку и переходя на бег. 9. Темнота пульсировала вокруг нас, как живая. Она сдавливала со всех сторон и совершенно точно мешала дышать. С каждым новым шагом свет на палочке Гарри мерк, и сгущающаяся вокруг чернота подбиралась всё ближе. Мы шли так вот уже около пятнадцати минут. Он держал меня за руку, слегка подтягивая за собой, и хотя оба давно задыхались от быстрой ходьбы, остановиться никто не решался. Я загипнотизировано следила за выражением его лица, рискуя споткнуться и упасть: неяркий голубой свет отчётливо вырисовывал капельки пота, стекающие из-под чёлки… Бесчисленные коридоры продолжали разворачивать перед нами свои каменные утробы, каждый раз неизменные, без единой двери или ниши. - Как часто ты бывал здесь раньше? – решилась заговорить я. Гарри заметно сбавил шаг. - В этом месте всё всегда по-разному, - довольно спокойно отозвался он. – Я знаю только примерный набор сюрпризов из тех, которые могут здесь поджидать. Я бросила быстрый взгляд в сторону его палочки и спросила, заранее ругая себя за этот и за все последующие вопросы, напрямую или косвенно связанные с моим глупым, чисто женским поступком: - У тебя что-то с палочкой? Или мне только кажется… - Да, - он слегка махнул исчезающим огоньком, - я думаю что-то действительно не так. - А если свет исчезнет совсем?.. – я слегка закусила губу. - Что тогда? - Вероятно, что ничего. Не могу сказать тебе точно, но наши полчаса скоро истекут. Я просто не улучшу свое нынешнее положение, и придется пробовать еще раз, потом. Капля холодного пота проворно скатилась по шее и юркнула за ворот моей рубашки. - А если твои полчаса истекут раньше, - едва сдерживая дрожь в голосе, прошелестела я. Перспектива остаться одной неизвестно где, в кромешной темноте, совсем меня не радовала. Его лицо на мгновение изменилось, словно с него сняли маску извечного напряжения или смиренного спокойствия. Он остановился и стиснул мою руку. У него были совершенно холодные пальцы. Не думаю, что мои собственные отличались особенной теплотой, но мне безотчётно сильно захотелось согреть его. В конце концов, похоже, я одна была практически полностью виновата в развернувшемся вокруг безумии… - Прости меня, это всё моя вина. Все эти чёртовы сны… - затараторила я, но мгновенно умолкла, чувствуя, как Гарри притянул меня ближе. - Мы уйдём вместе, - он тяжело сглотнул и разжал пальцы. В моих ушах ещё звенело это тривиальное «не бойся», которого он так и не произнёс, когда темнота вокруг затушила наш последний огонёк. Ледяная паника сковала мне сердце. Возникло чувство, будто меня ослепили или так плотно закрыли ладонью глаза, что теперь я не могла различить абсолютно ничего, кроме непроглядной чёрной завесы. Ощущение ужаса захлестнуло меня с головой. Я тёрла глаза, бессмысленно шарила руками, пытаясь нащупать мальчишку, но, как ни старалась, не нашла даже стену, у которой стояла. На мгновение меня посетила дикая мысль, что я провалилась в небытие и больше никогда из него не выберусь. Чтобы хоть как-то успокоиться и удостовериться в том, что до сих пор прибываю в материальном мире, я хорошенько стукнула каблуком об пол. Почувствовав опору, я присела на корточки и с облегчением ощутила мягкий ковровый ворс под своей ладонью. Пугающие мысли о бесплотном пространстве покинули меня в ту же секунду. Я воспрянула духом и ещё раз попыталась добраться до одной из стен, но не успела сделать и трёх шагов, как невдалеке появилось пятно света, затем другое… Я глубоко вздохнула и к собственному удивлению осознала, что различаю какой-то запах. Запах этот был до странности знаком; пришлось потратить некоторое время, чтобы разобраться, где и при каких обстоятельствах я могла его повстречать. Мне, почему-то вспомнился мой собственный дом, широкий мрачноватый коридор второго этажа со множеством закрытых дверей и какой-то тревогой, поджидающей за каждой из них. Здесь вечно пахло пылью и умирающими цветами. Букеты менялись только раз в неделю, и вода успевала испортиться, отравляя гнилью всё ещё живые растения… Запах тлена и засохших цветов – вот что это было; он неожиданно плотно окружил меня, будто ваза с одним из таких букетов стояла совсем рядом. Я вытянула руку чуть вправо и сразу же наткнулась на нечто гладкое, холодное. Тяжёлый сосуд едва слышно пошатнулся и с грохотом обрушился мне под ноги. Я вскрикнула и отскочила прочь, ощутив, как разлетаются вокруг зловонные брызги. В тот же миг темнота окончательно расступилась, и передо мной возник до боли знакомый коридор. Я даже не пыталась удивляться тому, что снова очутилась в своём доме. Это напоминало трансгрессию, трансгрессию в пространстве без посторонней помощи, которая в реальном мире была мне недоступна. Я огляделась, делая осторожный шаг вперёд, и под каблуком хрустнули стебли рассыпавшегося букета, будто доказывая мне всю материальность этого места. - Гарри! - окликнула я, ускоряя шаг и заинтересованно рассматривая убранство коридора. Помпезные, громоздкие рамы, изящные столики, заставленные всякими антикварными безделушками, тёмно-бордовые обои с витиеватым золотым тиснением, широкая ковровая дорожка и гнетущая атмосфера – всё это было мне знакомо, да вот только не дарило покоя. Каждая, даже самая незначительная деталь, будь то рисунок на обоях или позы фарфоровых статуэток, вдруг открылась передо мной во всей своей красе, словно налёт искусственной позолоты слетел. Казалось, над моими воспоминаниями поработала чья-то умелая рука, своевольно восполнив пустоты и исказив их до неузнаваемости. Я передёрнула плечами; меня определённо пугало это место – холодный каменный коридор Министерства магии казался теперь уютным и вполне приемлемым для подобного сна. Я отлично знала, что мир, который меня окружал - странное, извращённое подобие реальности, но вздрагивала каждый раз, как только сталкивалась с очередным этому доказательством. И разоблачалась подделка в мелочах, на которые при беглом осмотре даже не обратишь должного внимания. Я ускорила шаг, но меня продолжали окружать идентичные, неотличимые друг от друга громоздкие рамы, те же столики с теми же вазами… Создавалось впечатление, будто я не двигаюсь с места, а иду по огромной беговой дорожке, сбитая с толку ложными переменами. От подобных мыслей спасало лишь то, что в одинаковых рамах, которые сперва были и вовсе пустыми, вдруг стали появляться изображения людей, которых я раньше не встречала, людей с неприятными отталкивающими взглядами и гадкими чертами. Некоторые из них при первом рассмотрении казались вполне обычными, но всегда находился маленький изъян, некое пугающее искажение, словно нарисовал эти портреты один и тот же эксцентричный художник. То же творилось и со статуэтками милых барышень в шляпках или девочек с венками на головах, щеголяющих сплошь кривыми, ненормальными позами. Я поёжилась и ухватила себя за плечи, оглядываясь по сторонам; всё здесь было пропитано каким-то безумием, страхом, смердящим запахом смерти и болезней. Я знала, что это не мой дом, но стоя посреди извращённой копии коридора родительского особняка, ощутила вдруг совершенно непередаваемый ужас, фобиеподобную брезгливую панику, которая всегда толкает на необдуманные поступки. Пытаясь найти выход, я рванулась к ближайшей двери; круглая, медная ручка в моей ладони сделала ощутимый поворот, скрипнула пружина, но комната осталась запертой. Когда не поддалась и четвёртая такая дверь, я поняла, что близка к истерике. Я заметалась, словно дикий зверь, скидывая вазы с мёртвыми цветами и зловонной водой, расшибая уродливые статуэтки об пол. У коридора не было конца. В голову снова закрались мысли о подступающей пустоте, о неминуемо приближающейся темноте. Я остановилась и зарыдала в голос, размазывая слёзы по лицу и проклиная всё на свете. - Это только сон, - шептала я, заикаясь на каждом слове. – Это только сон, всего лишь чёртов кошмар. Что-то тихо скрипнуло позади, будто рассохшаяся паркетная доска под осторожными шагами. Я вскинулась, и моментально взяла себя в руки. - Гарри? – тихо позвала я, но шестое чувство подсказывало мне, что в полумраке, скрывающем дальний конец коридора, поджидает вовсе не он. Я развернулась и поспешила вперёд, стараясь не обращать внимания на окружающие меня вещи. Усилившаяся во стократ паника гнала меня к очередной двери. Не задумываясь о том, получится у меня войти или нет, я повернула ручку. Знакомо хрустнула пружина. Я даже не заметила, как затаила дыхание, ожидая очередного глухого отказа, но петли яростно взвизгнули и дверь отворилась.