Mea culpa

11. Зеркальная гладь пошла рябью, полностью скрывая от нас происходящее в «соседней комнате», и Гарри опустил палочку. Плечи его расслабились, а уголки губ заметно поникли. Я нахмурилась, и потянулась к нему, но мальчишка отшатнулся от моего прикосновения. - Что случилось? – сипло проговорила я. – Неужели ты относишься к этому безумию всерьёз?! - Я слишком свыкся, - тихо ответил он, продолжая избегать моего взгляда, и я сразу же вспомнила про те долгие недели, на протяжении которых искала его по всему замку и никак не могла найти. - Значит, принимаешь речи демона за чистую монету? – чуть обиженно отозвалась я. Мальчишка провёл пальцами по лбу, отбрасывая назад прилипшие к разгорячённой коже волосы, подошёл ко мне и, уверенно взяв за руки, повернул их ладонями вверх. - Знаешь, по большому счёту то, что здесь происходит, не имеет ко мне никакого отношения, - устало произнёс он, и его новая, безразличная интонация несказанно напугала. Он пристально посмотрел на мои запястья, и когда я поняла, какое необратимое подтверждение он сейчас получает, испуганно и ожесточённо отдёрнула руки, чтобы поскорее спрятать ужасные шрамы. - Не бойся, - отмахнулся он. – Я уже много чего видел. И ни в чём тебя не обвиняю. - Прости, - всхлипнула я. - За что? – удивился он. – Я же сказал, что не виню тебя. Ты и твой выбор, ты и твоя семья касаются меня в последнюю очередь. «Это жестоко!», подумала я, разглядывая его размытый слезами сгорбленный силуэт, физически ощущала, как он отдаляется, как сторонится меня. Я ожидала от него всего, чего угодно, но только не этой холодной замкнутости, какого-то брезгливого отвращения и слепого доверия к окружающему нас безумию. - Я, наверное, ошиблась, - выпалила я, безотчётно желая то ли обидеть, то ли встряхнуть. – Я постоянно во всех ошибаюсь. И ты не исключение. Он молча покачал головой и отвернулся. - Я почему-то думала, что ты особенный. А ты оказывается, такой же… - я сжала зубы, разглядывая знакомую надпись на кафельной стенке около ванной. – Правы были родители. Следовало делать то, что они просили, и мне было бы, куда вернуться. - Ну, вот и делала бы, - сухо отозвался он. – Делала бы и бежала, как крыса с тонущего корабля. - Знаешь, Гарри, мне очень жаль, что ты – не подделка. Видимо, не так уж искажён тот твой образ, - зло огрызнулась я, указывая на большое зеркало возле стены. – Тот был именно таким. - Каким? – мгновенно ощерился он. – Бездушной скотиной или человеком, который говорит то, что думает? Кроме того, если рассматривать всё с данной точки зрения, то ты тоже не далеко от своей копии ушла. Я ещё раз посмотрела на пугающую кровавую надпись. «Чтобы вы ненавидели этот мир ещё больше», подумала я тогда, вспомнив про родных в последний час моей привычной жизни. Я чётко знала - отцу не понравится подобный исход, знала, что мать будет раздавлена таким нехорошим концом, и что вопреки всему волновать её будет лишь мнение окружающих, их обвиняющие взгляды, потеря собственной влиятельности и престижа. Пожалуй, я просто испытывала родительское терпение, да и сама не заметила, как переступила запретную черту. Заигралась, в очередной раз не найдя другого выхода, другого столь действенного способа привлечь к себе внимание. Попытки самоубийства давно были мне не в новинку, и настоящий, здоровый страх, присущий нормальному человеку, растворился в заблуждениях; в уверенности, что снова спасут, непременно спасут, и задумаются наконец, отправят куда-нибудь подальше от этого магического мира... - Я просто дура, Гарри, - вмиг растеряв всю свою бессмысленную злобу, выдохнула я. – Я не отрицаю, что совершала ужасные ошибки. Меня пугал возможный исход, но и реальность не радовала. Ты даже не представляешь, как иногда просто докатиться до такого. Я опустила взгляд на исчерченные шрамами руки. - У меня действительно ничего нет; ни цели, ни будущего, ни желания. Правильно он сказал… Гарри нахмурился. - Кто сказал? - Он, - махнула я в сторону зеркала, и застыла на месте, поражённая увиденным. Опрометчиво позабытые двойники пристально наблюдали за перепалкой. Я вмиг растеряла все свои оправдания и желание реабилитировать себя в глазах Гарри; эти двое были настолько хороши, что напоминали собой выцветшую от времени картину. Белые, мраморные тела, как тонкие изящные скульптуры с тёмными контрастными волосами и горящими глазами. Девушка улыбнулась, чуть развернулась в сторону юноши, и прильнула к его груди, быстро переплетая свои длинные пальцы с его собственными. Идеальная пара, идеальная фантазия, зёрна, отделённые от плевел. Я поёжилась, явственно ощущая свою убогость и одиночество, нашу с Гарри истинную несовместимость, лишь ради насмешки совмещённую так идеально. Это было отвратительно неправильно, грязно и порочно, но безумно красиво. Перехватывало дыхание. Я даже представить себе не могла, что кто-то, так похожий на меня, может смотреться настолько хорошо рядом с кем-то, так похожим на мальчишку Поттера. Парочка прижалась друг к другу, продолжая наблюдать за нашей реакцией. Юноша мягко разъединил переплетённые пальцы и дотронулся до тела девушки. Она блаженно вздрогнула, изогнувшись в спине, и запустила одну руку в его смоляные растрёпанные волосы. Поддельный Поттер склонил голову к её плечу и что-то прошептал. Было видно, как от его дыхания трепещут выбившиеся из-за ушка лёгкие, успевшие просохнуть волоски. Тонкие бледные губы расплылись в улыбке, он коснулся бурой линии на животе девушки, и, смазывая непросохшую кровь, разрешил своим пальцам нескромное путешествие по её коже. Я испугалась, что моё сердце вот-вот выбьет рёбра, когда мальчишка коснулся маленькой, аккуратной девичьей груди. Его ладонь полностью обволокла и чуть сжала мягкую плоть, беспардонно защемляя между пальцами крохотный, едва заметный бугорок соска. Девушка погладила его по щеке, и первая потянулась к губам, дразнящее облизнула, жадно обволокла своим ртом, вмиг позабыв о наблюдении и наблюдателях. В их поцелуе не было ничего особенного, но неприкрытое животное желание обоих заставляло меня беспомощно трепетать. Я отбросила приличие, полностью сосредоточившись на представлении, одновременно и испытывая страх и наслаждаясь сладостным напряжением, горячей пульсацией. Колени подгибались, а зазеркальная парочка всё не унималась, распаляясь с каждым новым прикосновением. Некий сдерживающий фактор остался позади, и они не скрывали безумных страстей, покусывая, посасывая и пожирая губы друг друга. Мальчишка больше не церемонился, грубо сжимая грудь девушки. Белая кожа под его пальцами начала розоветь, словно стремилась сохранить следы неласковых прикосновений. В нашей комнате царила поражённая, давящая тишина. Создавалось впечатление, будто мы очутились в вакуумном пространстве. Девушка беззвучно застонала, приоткрывая раскрасневшиеся губы, и откинула голову. Мальчишка ловко справился с пуговицей на джинсах, притянул её свободную руку к себе… Кажется, я не удержалась от вздоха, когда её тонкая, гибкая ладошка скользнула за пояс, следуя строго по дорожке из тёмных волос. Я не рассчитывала, что всё зайдёт настолько далеко, но просто несмела отвести зачарованного взгляда, в который раз чувствуя себя парализованной, безвольной марионеткой. Мальчишка помог ей справиться с молнией, окончательно высвобождая возбуждённый, разбухший член. Девушка поспешно заключила его в свои тонкие пальцы, уверенно провела ими по всей длине, чуть сдвигая крайнюю плоть и обнажая блестящую красную головку. Мальчишка раздул ноздри, ловко подхватил её под колено и толкнул в направлении так удачно расположившегося рядом с зеркалом белого комода. В ушах зазвенело, воздуха катастрофически не хватало, безбожно ныло между ног. Я чувствовала, что вот-вот взорвусь, если не дотронусь до себя. Парочка снова слилась в жадном, грязном поцелуе, капелька слюны застыла у самого краешка рта девушки. Поддельный Поттер, чей образ уже практически слился с образом того, настоящего, который наверняка так же ошарашено наблюдал за действом откуда-то из-за моей спины, нетерпеливо отстранил нежные прикосновения, чтобы грубо сжать свой член свободной ладонью. Девушка очертила линию мальчишеского подбородка испачканными в крови пальчиками и беззастенчиво изогнулась, так, что краешек комода впился ей в изгиб спины. Я облизала пересохшие губы. Глаза слезились; я хотела сомкнуть веки, забыться, упасть, но тело словно заключили в невидимые оковы, и каждая его клеточка повиновалась теперь кому-то другому. Это, без сомнения, было пыткой. Я страстно молила о развязке, опасаясь того, что просто сойду сума от их неторопливых ласк. Проклятый демон разыграл всё, как по нотам, и когда головка его члена наконец коснулась набухших розовых губок, дразняще размазывая обильную влагу, меня захлестнула нестерпимая, постыдная волна сбивающего с ног возбуждения. Я сжала зубы, и молила всех святых, чтобы истинный Поттер за моей спиной не заметил, как меня шатает. О том, что, должно быть, творится с ним самим, я как-то не задумывалась, слишком поглощённая собственными переживаниями. Мальчишка в зеркале прижал ногу девушки к животу, словно бы специально открывал нам полную картину происходящего, и медленно протолкнул алую головку во влажную, узкую сердцевину разгорячённого тела. Девушка раскрыла рот в беззвучном стоне, и ухватилась за его плечо, чтобы не упасть, когда он одним сильным рывком вошёл в неё целиком. Меня выворачивало наизнанку от безумных эмоций. Я смотрела на девушку, и мне подспудно хотелось ощутить то, что ощущает она. Страх перед болью и разочарованиями отступил, оставив только неприкрытые инстинкты. Её трясло от страсти, впившиеся в плечи мальчишки пальцы побелели от напряжения. Демон скосил глаза в мою сторону и поймал обезумевший взгляд, оскалился, делая первое движение и вытягивая блестящий от сока член из горячего плена. «А много было крови в твой первый раз?», отчётливо раздалось в моей голове. Я сжала зубы, ощущая, что вот-вот лишусь чувств. Меня будто распяли, пригвоздили булавками к невидимой стене, как трофейную бабочку, лишив способности двигаться, выбирать, оставив только возможность наблюдать. Я не могла даже прикрыть лицо, спрятать свой позор, лихорадочно пылающие щёки и слезящиеся глаза. Вопреки моему желанию в голове тут же вспыхнула и погасла неприятная картинка из прошлого. Я сжала бёдра, мальчишка довольно улыбнулся, бесцеремонно и грубо врываясь в податливое тело, и к прозрачной глянцевой, смазке, покрывшей все срамные губки девушки, прибавилось несколько капелек крови. Зазеркальный Поттер одарил меня долгим лукавым взглядом. Глаза его блестели, как при лихорадке. «Вспомни что-нибудь ещё – мне это нравится!», словно бы прошептали на ухо. Сердце пропустило несколько ударов. Мальчишка оставил мою зеркальную копию в покое, и стоял теперь, развратный, блестящий от пота оценивая произведённый эффект. Я вспомнила, с какой лёгкостью преодолела эту незначительную преграду, и содрогнулась от ужаса; что случится, если он попадёт сюда и когда же закончится этот жуткий сон, наконец?! Девушка зажала руку между ног и тоже наблюдала за мной с нескрываемым интересом. Её глаза снова стали золотистыми и неприятно прозрачными, создавая ощущение хорошо сделанной куклы, туго набитого сеном чучела. «Иди сюда», проворковал парень, и протянул руку. Зеркальная поверхность всколыхнулась, пропуская зовущую ладонь. Я испуганно замотала головой, пытаясь стряхнуть охватившее меня наваждение; меня непреодолимо тянуло к нему, вопреки разуму я чувствовала желание сделать шаг навстречу. «Возвращайся ко мне», зазвучало в голове, «я утолю твою жажду, и ты позабудешь про страхи. Оставь глупые чувства для живых, оставайся со мной до конца». Глаза мальчишки заволокло туманом. Я отчаянно всхлипнула, из последних сил сдерживая рвение своего тела, когда и без того полыхающую щёку ожёг порыв ветра неведомой силы, со свистом промчался мимо. Секунда-две и зеркало покрылась сотнями коварных трещин, что-то заскрежетало, поддельный Поттер ощерился, выхватывая испещрённую сетью кровавых порезов руку, зло ударил кулаком по поверхности стекла со своей стороны. Наша рама заходила ходуном, и зеркало с грохотом осыпалось, образовав большую кучу мелких мутных осколков на полу. Ледяная волна дрожи пронзила меня в тот же момент. Я испугалась, что не устою на ногах, но надёжная рука Гарри осторожно поддержала меня за спину. И чёрт меня дёрнул обернуться в его сторону! На щеках мальчишки играл яркий румянец, сам он был неестественно бледен, а на нижней губе выступила свежая капелька крови. Я зажмурилась, волна жаркого стыда ударила мне в голову. Перед глазами всё ещё стояли картины увиденного, и он сам, его потемневшие глаза, палочка в опущенной руке… Я закрыла лицо ладонями, готовая провалиться сквозь землю, и тихо завыла. «Он всё это видел, всё видел!», крутилось в голове, и я с ужасом подумала, что больше никогда не смогу на него посмотреть. Что же делать теперь, как быть, как выбраться из этого кошмара и не смотреть?! Я не представляла. Мне хотелось спрятаться, немедленно сгинуть, лишь бы только не чувствовать его тепла рядом, не слышать дыхания. Я отвернулась обратно к опустевшей раме, всё ещё скрывая заплаканное красное лицо. Наверное, нужно было поблагодарить его, рассыпаться перед ним тысячью извинений, но даже просто мысль о собственном голосе, который вдруг заполнит эту вязкую тишину, вызывала во мне чувство непереносимого отвращения. - Проклятье, - обессилено прошептал он. Послышался тяжёлый вздох и стук отброшенной палочки. Я опустилась на пол, прижала колени к груди, уткнулась в них носом и к собственному несказанному удивлению ощутила, что мальчишка устроился рядом. - Чуть-чуть осталось, - сказал он, - я чувствую. Я опасливо скосила глаза; Гарри действительно сидел рядом, облокотившись на согнутые колени, и смотрел себе под ноги. - Зелья на полчаса, а ощущение, будто мы здесь уже сутки, - удручённо произнёс он, и, закусив окровавленную губу, неожиданно посмотрел в мою сторону. Я мгновенно отвернулась, инстинктивно прикрывая лицо ладонью. Сердце забухало так, что в ушах загудело. - Не надо, - раздалось у самого уха, и я испуганно вздрогнула. – Ведь всё это бред, ты сама говорила. Он коснулся моего плеча, я протестующее дёрнулась, но горячая рука исчезла так же быстро, как и появилась. - Я не верю, - вдруг выпалил мальчишка, и в его голосе появилась особая теплота. – Я ничего не видел, я уже всё забыл, слышишь? Нужно было что-то ответить, но я ошарашено молчала. - Это только сон, всего лишь глупый сон, который скоро кончится, - продолжал он. Его рука снова легла мне на плечо. Я отняла ладонь от лица и осторожно коснулась мальчишеской кисти самыми кончиками пальцев. Внутри всё перевернулось от его слов. Мне захотелось ответить ему так же тепло, ласково, успокаивающе, но нужные фразы упорно не подбирались. Гарри придвинулся ко мне и поймал мою ускользающую руку. - Я ни-че-го не видел, - уверил мальчишка, когда я решилась поднять на него глаза. Его щёки всё ещё пылали, но он, кажется, больше этого не замечал. - Ничего не видел, говоришь? – приподняла брови я. – В таком случае ты многое упустил. Он принял мою странную шутку, улыбнулся и согласно кивнул. - Да, никогда себе этого не прощу. Глаза его блеснули, и он поспешно отвёл их в сторону. Мальчишка выглядел не менее всклокочено, чем я, но держался молодцом. Честно говоря, я впервые встречала настолько достойную реакцию. Да и чего уж там говорить, в ситуацию такую, по большому счёту, тоже попадала впервые. - Мне так жаль, Гарри, - неуверенно начала я. - Не надо, - устало сказал он, но я упрямо замотала головой. - Ты только послушай, я всё объясню… - Что ты можешь объяснить? – искренне поразился он. – Мне не нужны объяснения; такому безумию они ни к чему. - Я только хочу… - Безумие на то и безумие, - он сделал знак рукой, призывая к молчанию. – У меня своё, у тебя своё. И я благодарен тебе за то, что однажды лишила меня необходимости оправдываться. Я облегчённо вздохнула, вспомнив про большой суд в самом начале нашего странного путешествия, и открыто на него посмотрела, пытаясь вычислить признаки пугающих изменений, виной которым могли стать предшествующие события. Мне было всё ещё не по себе от подобного контакта; я чувствовала, как мелко дрожат руки, и искренне поражалась тому, с какой лёгкостью отважилась на подобный шаг. - И всё-таки я не ошиблась. - В чём? - Не в чём, а в ком. В тебе. Вопреки моим ожиданиям, мальчишка нахмурился и отвернулся. - Что-то не так? - Да нет. Всё нормально. Он снова облокотился на колени и зарылся пальцами в и без того растрёпанную шевелюру. Я не удержалась, мягко коснулась его плеча, провела рукой по затылку, чуть приминая влажные жёсткие волосы, и этот его растерянный вид напомнил мне нашу первую встречу, его недоуменный взгляд, подчёркнуто сдержанное поведение. Тогда он показался мне отталкивающе неприступным, самоуверенным подростком; ни за что бы не подумала, что от него может зависеть судьба всего мира. Честно говоря, меня абсолютно не интересовало, кто он такой, этот избранный спаситель. Скорее мне было заочно жаль лишённого детства мальчишку. Я не искала с ним встреч вопреки настоятельным просьбам извне. Я бы, возможно, так никогда и не узнала, кто именно приходит ко мне для отработки наказаний, если бы не этот проклятый демон, раскрывший Поттера с новых, неизвестных сторон. Видимо, я слишком поздно поняла, на какую провокацию поддалась, доверившись назойливому ночному кошмару. Я ещё раз погладила его по голове, дотронулась до открытого участка шеи, провела пальцами по горячей коже и почувствовала, как он напрягся. Подумав, что слишком много себе позволила, я поспешно отстранилась, но Гарри вдруг встрепенулся, будто наконец нашёл разрешение некоего внутреннего конфликта. Он быстро развернулся в мою сторону, схватил меня за плечи, и уверенно притянув к себе, поцеловал. Контакт оказался настолько мимолётным, что я даже не успела ничего понять, и ошарашено уставилась на него, соображая, смеяться мне или плакать. - А теперь?.. – прошептал он возбуждённо и прильнул ко мне во второй раз. Я попыталась его оттолкнуть, чтобы спокойно разобраться в ситуации, но он и не думал прекращать, осыпая меня быстрыми, неумелыми поцелуями. Я едва соображала, впервые ощущая настоящее тепло его губ. Он обнял меня, и мои ладони оказались прижатыми к его груди. Я могла чувствовать, как бьётся его сердце, как руки комкают ткань на спине, и это сводило сума. Низ живота снова налился теплом… - А теперь? – повторил он. – Ты всё ещё считаешь, что не ошиблась? «Смотря в чём», подумала я, и ответила на ласки. В голове всё спаялось от вновь разгоревшегося возбуждения, которое совсем не ушло, а лишь притупилось из-за невыносимого стыда и шока. Окончательно сдавшись под его напором, я бесстыдно углубила поцелуй, успокаивая себя лишь тем, что всё происходящее с нами – не что иное, как просто сон. - Мия, - мальчишка неожиданно отстранился и посмотрел на свою дрожащую руку, - кажется, время пришло. - Он неуверенно заулыбался; кончики его пальцев едва заметно светились, становясь прозрачными прямо на глазах. Я с нескрываемой надеждой оглядела свои собственные ладони, но ничего похожего не заметила. - Чувствуешь что-нибудь? - Нет. Совсем ничего. Всё-таки не получится уйти вместе, - обречённо прошептала я, смирившись со своей участью. - Разница во времени смешная… Где моя палочка? – он испуганно завертел головой, сжимая мерцающие, растворяющиеся руки в кулаки. – Найди палочку! Гарри вскочил на ноги и помог подняться мне. - Всё, - выдохнул он. Чёткие линии его тела размывались так быстро, что я старалась не моргать, панически боясь упустить, как мягкое сияние превращает человека в обманчивое и недолговечное видение. Я попыталась ещё раз коснуться его руки, но пальцы ухватили только пустоту. - …буду с тобой… - послышался искажённый, тонущий в пустоте голос, после чего отдалённо напоминающий Гарри призрак окончательно развеялся.