Принц и пиратка

Киллиан Джонс мог поклясться, что за всю свою жизнь мало что могло застигнуть его врасплох. Но когда он, все ещё размышляющий над разговором с отцом, злобный и усталый, зашёл в комнату, где, как ему сказали, была Эмма, он просто остолбенел. Кожаные штаны, пиратский плащ и грубые пиратские сапоги — все это куда-то исчезло. Как и исчезла гроза морей, Капитан Крюк. И хотя он точно знал, что это была Эмма, все же узнал он её далеко не сразу. Некогда растрепанные белые волосы были убраны в красивую аккуратную прическу. На ней было длинное платье из шёлка серебристо-голубого цвета, верхняя юбка которого была выполнена из тончайшего блестящего кружева. Платье было без рукавов, на бретелях, с довольно глубоким вырезом… Так, стоп! — приказал себе Киллиан, с трудом заставив себя не смотреть туда. Вокруг Эммы вертелись четыре служанки, без конца поправляя то один конец платья, то другой, то добавляя очередную шпильку в прическу. Совладав с собой, Киллиан прокашлялся и произнес: —  Прошу прощения за вторжение, дамы. Поскольку все были заняты внешним видом будущей королевы, включая её саму, девушки вздрогнули от неожиданности. Служанки тут же поспешили неловко поклониться. И Сми поинтересовалась, что угодно принцу. — Хотел бы поговорить с глазу на глаз со своей невестой, — сказал он. Сми быстро сделала знак остальным служанкам, и они тут же удалились. — Ну и наряды у вас, прямо орудия пыток, — протянула Эмма, поправляя одну из веревочек на спине, — А я ведь только заикнулась о том, что хотела бы переодеться, как они налетели… — Сочувствую. Но честно скажу, Свон, фигурка у тебя в нем что надо. Эмма улыбнулась, и её щеки тронул легкий румянец. — У тебя на самом деле ко мне разговор или просто пришёл убедиться, что я не сбежала? — весело поинтересовалась она. — Я верил в то, что ты не бросишь меня в столь трудный час. — Ну, кажется, твой отец доволен мной… нами, — заметила девушка. — Зато, я им не очень-то доволен, — уже совсем не радостно откликнулся Джонс. — Что случилось? — обеспокоенно спросила Эмма. И Киллиан пересказал ей разговор, который состоялся в тронном зале. С каждым его словом пиратка становилась все мрачнее, но не перебивала и дослушала до конца. Замолчав, принц посмотрел на неё. Эмма покачала головой: — Это ужасно. Он поступает… -…по-свински, — закончил за неё Джонс. — Но ты уверен в своем решении? Бросить отца и сражаться здесь до последней капли крови? — на редкость серьёзно спросила она. — А как ты думаешь, Свон? Как бы ты поступила? — задал он ей ответный вопрос. И прочёл ответ во взгляде её зеленых глаз. Она бы поступила точно так же. — Прости, Свон, — грустно усмехнулся он, — но, кажется, великой мести не бывать. Я буду защищать королевство и, скорее всего, умру в этой войне. Но ты, ты вольна делать все, что хочешь. Как только подойдет время, сможешь сбежать. Я снабжу тебя всем необходимым. И… — Ты серьёзно? — перебила его она, — ты серьёзно думаешь, что я позволю тебе тут сражаться и умирать в одиночку? Думаешь, от меня так легко избавиться? — Эмма, — тихо сказал он, — давай будем серьёзными. Ты вовсе не обязана оставаться здесь со мной. Я не хочу, чтобы ты пострадала. — Мне приятна твоя забота, — справившись с нахлынувшими от этих слов эмоциями, быстро проговорила та, — но позволь мне самой решать. Я остаюсь. У тебя ведь сейчас каждый меч на счету. — Это правда, — кивнул Киллиан, — а ты отлично сражаешься. — Ну, наконец-то ты это признал! — ухмыльнулась Свон, — к тому же за мной должок. Ты ведь спас меня тогда. В тумане. Последние она произнесла каким-то ломким голосом. Не хотелось вспоминать те тяжелые события. А Джонс ответил: — Но ведь ты спасла меня, когда гвардейцы Эренделла, чуть не сбросили меня с корабля. — А ты помог мне вырваться из того водоворота! — Не без помощи твоей магии! — Если бы не ты, Джонс, — резко сказала Эмма, — я бы и самое простенькое заклинание вряд ли бы смогла выдать. А ты вправил мне мозги и помог поверить в себя. И они внезапно замолчали, стараясь обдумать сказанное, а затем посмотрели друг другу в глаза. Кажется, спасать друг друга начало входить у них в привычку. Внезапно раздался стук в дверь. — Да-да, — воскликнул Киллиан, — можно. Это была Сми. Она быстро поклонилась и поспешила доложить: — Ваше Высочество, король Джонс велел передать, что он назначил на завтрашний вечер бал в честь вашей невесты, мисс Эммы. — О, какая чудесная новость, — саркастически ответил принц. — Что-нибудь ему передать? — Нет, Сми, — покачал головой Киллиан, — можешь идти. Дверь с тихим стуком захлопнулась. — Так, стоп, какой бал? — резко спросила Эмма, — что ещё за дурацкая идея? — Очередной чудесный план моего папаши. Как сделать вид, что все в порядке. Но ты не волнуйся, Свон, — протянул Джонс, кладя ей руку на плечо, — ничего страшного не случится. Та только всплеснула руками: — А, по-моему, случится! Я же не умею танцевать! Киллиан поднял бровь и хитро посмотрел на неё: — Не придумывай, ты, наверняка, когда-нибудь да танцевала. — Ну да, но… не на балу же! Это занятие для принцесс, а я совсем не принцесса, я пират. На меня будет смотреть вся твоя свита, и я буду выглядеть идиоткой. Джонс тихонько рассмеялся. Эта девушка, порой, демонстрировала удивительную храбрость. А порой вела себя как настоящий ребенок. Он взял её ладони в свои: — Эй, лапочка, расслабься. Бал в твою честь, значит, тебе нужно будет просто стоять в красивом платье и принимать поздравления, периодически кланяясь разным лордам. Можно будет и вовсе не танцевать. Я все время буду рядом. От этих слов на душе Эммы потеплело. Она посмотрела в зеркало и, склонив голову на бок, сказала: — Ладно, теперь меня беспокоит только одно: как бы корсет от бального платья, которое, я чувствую, мне уже готовят, не отпечатался на селезенке. — Тебе — дискомфорт, мне услада для глаз! — радостно ответил Киллиан, затем ойкнув, получив за такие слова толчок в плечо от пиратки.