killing stalker

Кенсу раздраженно погасил сигарету, отправляя ее в урну, а затем сел обратно в полицейскую машину и пристегнул ремень безопасности. - Вот не курю сам и тебе не советую, эта работа тебя и так убьет, зачем торопиться? - недовольно воззрился на него напарник. Однако До лишь пожал плечами. Его до сих пор не отпускало странное чувство страха, которое охватило его, когда недавно они встретили на улице того высокого мальчишку, Чанеля. Он прогуливался с какой-то очередной подругой, и напарник Кенсу, инспектор Сон, окликнул Пака, словно хорошего знакомого. Они обменялись любезностями, пожали друг другу руки... А затем Дониль представил ему и самого До, которого к нему приставили не так давно после того, как прошлый его напарник был переведен в другой район. - Ну надо же, как приятно познакомиться... - ухмыльнулся Пак, пожимая До руку. И полицейский был готов поклясться на собственной крови, что никогда в жизни не видел таких мертвых и внушающих ужас глаз. Однако уже через пару мгновений парень отшутился, как-то подколов Сона, так что атмосфера из тяжелой стала вновь беззаботной. После того как парень услышал, что к нему, кажется, в гости пришел его родственник, он заспешил домой, даже с девушкой попрощался, поцеловав ее напоследок. И хотя та явно была недовольна подобным раскладом, Паку, казалось, уже не было до нее дела. Лишь когда прошло какое-то время, Кенсу решился спросить у своего напарника: - Вы так близко знакомы с этим парнем? - А, ты о Чанеле? - улыбка мужчины стала практически отеческой. - Я знаю его уже достаточно давно. А когда три года назад погибли в том ужасном нападении его родители... Я расследовал то дело, нам даже удалось задержать подозреваемого, однако убедительных доказательств не нашлось. - С этим делом все так странно... - Думаешь? - Я изучал его, как и все громкие дела, когда меня перевели в ваш район. Все же нужно было быть в курсе дела. И я нашел несколько несостыковок... - В смысле? - подобные слова явно не понравились его напарнику, однако До решил продолжить: - Те убийства будто совершил призрак. Вырезана целая семья, да еще так... Непрофессионально, а следов не осталось! Как будто... - Как будто это сделал сам Чанель? Ты это имеешь в виду? - прищурился Сон. До кивнул, внимательно глядя на него. - Чанель - отличный парень, хоть и рос в непростой семье. Его отец был комиссаром полиции, он даже стремился быть политиком! Ты понимаешь, какое на парня оказывалось давление?.. А потом, когда на них напали, его еще и обвиняли в том, что он не умер вместе с ними! Бедный мальчик... Он так... - голос мужчины дрогнул. - Похож на моего сына... Если бы тот был жив, он бы был примерно того же возраста, так что я даже порой их путаю! - он коротко рассмеялся, но потом с некоторым нажимом проговорил: - Не стоит копаться в этой истории, Кенсу, если не хочешь нажить проблем в отделе. Ты должен меня понимать, ведь ты раньше был детективом. Твоему отцу, наверное, стыдно, что его сына понизили? До сжал зубы, ничего не ответив, а его напарник внезапно протянул руку и потрепал его по волосам: - Ну, ничего, и с выговором можно жить, - машина полиции продолжила свое патрулирование, вот только подозрение в душе Кенсу стало укореняться все больше. Он должен был раскопать правду и вернуться в ряды детективов, чего бы это ни стоило! Ради семьи. И ради себя. Ради того, чтобы вернуть свою прошлую жизнь. Удар в плечо был таким сильным. Что Бена буквально отбросило в сторону. Заскулив от боли и дрожа от паники, парень пополз в сторону лестницы. Он сжимал плечо пальцами, по губам текла слюна, но шаги за спиной, тяжелые, неторопливые, заставляли Бэкхена двигаться, двигаться, двигаться... Когда Чанель навис над ним, Бен с криком, собравшись с силами, поднялся на ноги, отталкивая нападавшего от себя, и бросился было по ступеням вверх... Новый удар битой пришелся прямо под колени. Не удержавшись на ногах, Бен мешком рухнул на пол, достаточно сильно приложившись спиной, но на этом ничего не закончилось. Схватив парня за едва не выбитую руку, Чанель потащил его за собой, кинув у дальней стены и вновь замахиваясь. Черт! Черт... Черт! Бэкхен что-то невнятно заскулил, чувствуя, что от страха может попросту обмочиться, однако в голове все четче пульсировала мысль: Кто этот человек? Это точно не тот Чанель, которого он знал! Которого он... Он... Некогда светлое, улыбчивое лицо было изрезано ядовитой, злобной гримасой, а губы, которые Бен мечтал поцеловать, были искривлены в ухмылке, обнажившей зубы. В тот момент Бэкхен понял, что он умрет. Умрет. Нет!.. Он не хотел умирать! Не сейчас! Не так! Бита коротко свистнула в воздухе, и парень зажмурился, выкрикивая из последних сил: - Я... Я люблю тебя! Прошу, Чанель! Я уже так давно... Так давно люблю тебя! Парень сжал себя между ног, едва ли не зарыдав от страха и чувствуя, как джинсы под его пальцами становятся влажными. В тот же миг раздался резкий голос: - Повтори, что ты сказал. - Ч..Что?.. - распахнул глаза сталкер, глядя на Пака, и тот повторил, еще более нетерпеливо: - Повтори, что ты сказал. - Я... Я люблю тебя! - голос парня осип. - Уже больше трех лет... Я... Ты спас меня в армии, помнишь? Меня... Хотели взять силой и ты... - Бен чувствовал, как слезы разрывают горло. Но тут Чанель протянул руку, касаясь длинными пальцами его щеки, и улыбнулся почти так же нежно, как девушкам, с которыми Бэкхен видел его раньше. - А, вот оно как. Раз так… Тогда... - Чанель закинул биту на плечо. - Подвал слишком мал для вас обоих. Как насчет того, чтобы подняться наверх и спокойно поговорить? - Пак пошел к лестнице, и, едва сумев подняться, Бэкхен поспешил за ним. Несмотря на боль и страх, его охватило пьянящее чувство эйфории - он смог признаться ему! Да еще и Чанель коснулся его, причем так нежно... - Ты… Ты, правда, прощаешь меня? - утирая влажные глаза, Бен ступил на лестницу за Паком. - Я никому ничего не скажу, ведь я... - Да, да, я услышал, ты меня любишь, - Пак повернулся, глядя на Бена и протягивая руку, чтобы ему помочь. Однако внезапно улыбка стала хищной. - Я тебя прощу. Но для этого тебе придется лишиться своих ног. В следующий миг рука, протянутая доверчивому мальчишке, уже сталкивала его со ступеней. С глухим стуком капли отбивали свой собственный ритм, и именно этот раздражающий звук заставил Бэкхена застонать, ворочаясь, видимо, вспомнилось ему, как в детстве приходилось ставить ведра по всей комнате, так как крыша прохудилась... От столь давних воспоминаний парень не удержался от легкой улыбки, все же приходя в себя. На него глядели мертвые глаза той девушки, что он не спас, но чей рот навсегда приоткрылся в безмолвном крике. Ее волосы были обрезаны, а из груди больше не вырывалось ни звука. Замершая во времени, холодная, она совершенно точно была мертва. Бэкхен закричал, резко дергаясь и пытаясь отползти от трупа, как вдруг понял, что его руки сковывают железные браслеты, цепи от которых были прочно прибиты к полу. Тут же пришло и другое осознание: разум парня заволокло острой болью, когда он ощутил, что одна нога у него совершенно точно сломана. Он даже не мог извернуться, чтобы посмотреть на нее, лишь в ужасе заплакал, пытаясь не видеть девушку, лежащую перед ним. - Как некрасиво так вести себя перед дамой, - раздался ядовитый голос Чанеля, который, без тени улыбки с широко раскрытыми глазами подошел к нему с каким-то пакетом в руках. - Она же может от этого ощутить себя непривлекательной. Хотя... - Пак оскалился. - Пусть чувствует себя так, зарвавшаяся тупая шлюха, - опустившись на колени, парень с вызовом сжал обнаженную грудь девушки. - Лежишь здесь, дрянь, пока я трогаю твою грудь при другом мужчине... А ведь мнила себя едва ли не принцессой. Считала, что со мной якшаться – не по статусу. Зря ты делала мне больно... В тусклом свете лампы Бэкхен задрожал, увидев в пальцах Пака сжатые светлые волосы, некогда принадлежавшие той, что лежала рядом. Однако глаза Чанеля почти тут же обратились к Бену: - Ну как тебе ночь с дочерью директора фармацевтической фирмы? Почувствовал себя элитой? - он хмыкнул. - Хотя как же может быть иначе. Ты особенный. Ведь я тебя не убил. Хотя раньше бы скорее ты оказался на ее месте, чтобы малышка могла еще немного развлечь меня... Бэкхен смотрел на этого человека и совершенно не узнавал его: казалось, будто кто-то завладел оболочкой Чанеля, попросту похитил ее, как обычно делалось в фильмах про пришельцев. Ведь это не мог сделать он! Это точно было дурным сном, ведь, правда?.. Пак не убийца! Он все тот же веселый, смешливый, но подчас серьезный и внушающий страх и уважение студент, в которого он когда-то влюбился... Он же не убийца! Не убийца!.. Мысли Бена метались взбешенным пчелиным роем, но громче всех была одна: "Ты для него особенный!" - Судя по твоему виду, ты ничем не примечательный мальчик, который мечтает насадиться на член, - ухмылка парня была жесткой, но Бен внезапно ощутил дрожь по телу и закусил губу. - Невидимка. Типичный лузер... По сравнению с ней ты явно проигрываешь, но... - Чанель наклонился к лицу Бена так близко, что тот мог уловить аромат его кожи. - Я не убивал мужчин со смерти моего отца... Так что в каком-то роде ты даже счастливчик. Посмотрим-ка... - пальцы Чанеля скользнули по бедру Бэкхена почти нежно, так, что тот поневоле напряг живот. Он лежал перед своим "мучителем" в одном белье, и прикосновения Пака обжигали кожу так, что Бену с трудом удавалось дышать. - Но у тебя красивые ноги, тонкие и милые, почти как у девушки... - Пак едва ли не коснулся места перелома, отчего его жертва вся подобралась. - Если не считать волос, конечно. Бэкхен бы вспыхнул от такого неожиданного комплимента, не будь его лицо мокрым от слез. Однако он смог заставить себя не закричать, когда Чанель слегка нажал пальцами на голень в месте перелома - он лишь шумно выдохнул сквозь сжатые зубы, потому что от боли, кажется, отнялся даже голос. Сквозь влажную пелену Бэкхен наблюдал, как парень достает из сумки какую-то банку и открывает ее, а затем ловит напуганный взгляд: - Успокойся. Это просто каша, травить - это не мое, - чтобы Бен хоть немного расслабился, Чанель сам попробовал "угощение", а затем залез к Бэкхену на бедра большой хищной кошкой и принялся его насильно кормить, вливая кашу ему в рот. Бен не мог проглотить все, он захлебывался, каша пачкала ему лицо, текла по губам и щекам, горло мальчишки сводило судорогой... Это заставило Чанеля разъяриться: - Это очень дорогая каша с морским ушком, жри ее! - зарычав, он зажал Бену нос, отчего тот машинально раскрыл рот и получил "добавку". Остатки же Пак с презрением выплеснул ему на лицо и ухмыльнулся: - Ну как, вкусно? - Д… Да... - пробормотал Бэкхен, стараясь улыбнуться. - Спасибо... - Какой жалкий, - хмыкнул Чанель... А затем, наклонившись, прижался губами к губам Бена, тут же глубоко его целуя. Парень поперву замер, не в силах поверить в то, что его Чанель, его любимый Чанель его целует!.. Так, словно они были парой... Так... Он был весь грязный, испачканный в этой чертовой овсянке, но Чанель все равно целовал его, и от этого на глазах Бена снова стали наворачиваться слезы. Он так давно мечтал об этом поцелуе... Значит, для Чанеля он и впрямь особенный? Не сдержав стона, Бэкхен непроизвольно дернулся и тут же распахнул глаза от боли, что пронзила ногу. Ощутив движение позади себя, Чанель поднялся, ухмыляясь: - Надо же, а твоя вторая нога в порядке, негодный мальчишка... Почему ты не сказал мне? Мне казалось, что раз ты любишь меня, то должен всем делиться... - его губы тронула безумная ухмылка, отчего Бен запричитал, пытаясь отползти, но цепи не позволяли ему сделать это. - Нет, прошу, Чанель!.. - Я же говорил, что прощу тебя, только если ты лишишься своих ног. Ног, а не ноги... - парень с легкостью взял у стены кувалду, неторопливо подходя к Бену. Мальчишка закричал, когда Пак ступней зафиксировал его здоровую ногу в районе щиколотки и замахнулся своим орудием: - Неет! Чанель! Чанель!!.. Дальше наступила темнота.