Любовь рука об руку с величием

«Дорогие мои Кэти и Мэлли, мои ласточки! Я сама очень озабочена тем, о чём вы писали. Да, я была знакома с вашей прабабушкой Кэрол. Но мы особенно не любили друг друга и виделись редко. Но я помню такой случай. Однажды она заявилась ко мне в гости без приглашения и предупреждения. Прилетела с помощью летучего пороха. Я, конечно, высказала ей всё, что думала по этому поводу, и мы ругались полтора часа. Всё же, чтобы соблюсти приличия, я подала ей чай с печеньем, и мало-помалу мы разговорились по-человечески. Кэрол притащила с собой какой-то красный камень вроде кристалла, и показала его мне. Она что-то очень долго болтала про его способности отражать и поглощать магию, но я и половины не запомнила, столько там было мудрёных словечек. Затем о чём-то ещё, связанном с кровью и родством, но этого я не уловила вообще. Совсем дебри какой-то непонятной мне науки. Но вполне возможно, что это как-то связано с вами, хотя вы были тогда ещё совсем маленькими. Я обязательно постараюсь всё вспомнить как следует. Я понимаю, насколько это для вас важно. Я очень вас люблю. Учитесь хорошо. Ваша тётушка Мэри Кэндифрут. P. S. Я очень по вам стосковалась. Как только разгребу свои делишки, постараюсь вас навестить. Ждите.»       — Жаль, — вздохнула Кэти, — выходит, она сама толком ничего не знает и не помнит. Но хоть повидать её удастся.       — А она может явиться сюда, в Хогвартс? — спросил Тревор.       — Может, кто ж ей запретит… А зачем? Мы и дома можем пообщаться.       — Здесь есть Омут Памяти, в кабинете Макгонагалл, который директорский. Может быть, удастся что-то вытащить. Может быть, она не всё забыла. А что она не поняла, постараемся понять мы. Надо использовать любую возможность.       — А это отличная идея, Трев! Тогда надо тем более упросить её приехать именно сюда!       — А она на это согласится?       — Почему бы и нет? Она очень любит нас и с удовольствием нам поможет. Мы сейчас же напишем ещё одно письмо с изложением твоей идеи и просьбой приехать поскорее.       — А что это за камень был, про который говорила твоя прабабушка?       — Я и сама не поняла. Надо у тёти спросить, но это уже, когда она приедет.       Тётя Мэри приехала на рождественские каникулы. Ради этого ребята специально остались в Хогвартсе. Их родители не возражали, преподаватели тоже. Родственница девочек появилась вечером. Увидев их обрадованные и ожидающие выражения лиц, она махнула рукой:       — Привет, мои зайки! Да, я помню, что обещала, и очень вас люблю. Но у меня голова с дороги раскалывается, я устала. Обо всём завтра. Я хочу отдохнуть. Где тут можно прилечь?       Для Мэри Кэндифрут нашли место в спальне девочек. На следующее утро, за завтраком, Тревор обратился к ней и изложил свою идею:       — Миссис Кэндифрут, в Хогвартсе есть Омут Памяти. Почему бы вам не попробовать показать нам ту встречу с Кэрол? Мы бы, возможно, разобрались в том, что вы не смогли понять, и тогда бы, наверняка бы, удалось как-нибудь помочь Мэлли.       — Молодой человек, а с какой стати именно вы обращаетесь ко мне с этим, а не Кэти или сама Мэлли? — строго спросила Мэри в ответ.       — Тётушка, пожалуйста, не отказывайтесь! — взмолилась Мэлли. — Именно Трев всё это придумал, поэтому, именно поэтому он сказал это вам сам!       — Ну хорошо, тогда я согласна, — смягчилась Мэри. — А где он находится, этот Омут? А вы уверены, что нам разрешат им воспользоваться да ещё вчетвером?       Весь разговор со своего места за столом слышала профессор Макгонагалл, отложив чашку с мятным чаем и подсев к говорящим, она сама ответила на вопрос гостьи после того, как её ввели в курс дела:       — Омут Памяти у меня в кабинете, там, где раньше работали Альбус Дамблдор и Северус Снегг. Учитывая всю серьёзность ситуации, я нисколько не возражаю против использования Омута, тем более если есть реальная надежда что-либо прояснить. Но я ставлю одно условие. В интересах личной безопасности каждого из нас погружение в память уважаемой Мэри Кэндифрут будет проходить под моим непосредственным контролем. Надеюсь, вы не возражаете? — спросила директриса у тёти девочек.       — Нисколько, профессор Макгонагалл. Я всё понимаю, — отозвалась Мэри.       — Замечательно. Для начала доешьте завтрак. Оладьи с черничным вареньем сегодня особенно вкусные. Не торопитесь, у нас впереди целый день, ведь сейчас идут каникулы. Я подожду.       Макгонагалл вернулась за свой стол и допила чай. Затем она проследовала в свой кабинет. Из одного из ящиков рабочего стола она достала пустую склянку с пробкой и лист пергамента. Взяв со столешницы нож для писем, директриса отрезала от листа небольшой прямоугольный кусочек и подписала его: «Мэри Кэндифрут, беседа с бабушкой Кэролайн». Закончив с ёмкостью, она поставила её на стол. В этот момент пришли и остальные участники эксперимента — сама Мэри, её племянницы и Тревор. Макгонагалл сказала:       — Я подготовила сосуд. Миссис Кэндифрут, сосредоточьтесь. Я помогу вам извлечь фрагмент ваших воспоминаний и поместить его в Омут.       — Не трудитесь, профессор, я сама справлюсь. Одно время я работала в департаменте магического правопорядка в Министерстве Магии. Я была инструктором по технике безопасности по работе с вещественными доказательствами. Поэтому я хорошо знакома со спецификой такого рода, — отговорила директрисе Мэри.       Госпожа Кэндифрут зажмурила глаза и нацелила палочку себе в висок. Зашептала что-то, явно вспоминая ту встречу. Из головы женщины к кончику палочки протянулась серебристая нить. Медленно поднеся палочку к вовремя вскрытому и подставленному сосуду, Мэри перенесла в него ток энергии. Через минуту он прекратился, и в склянке осталась прозрачная белая жидкость. Профессор Макгонагалл перелила её в Омут и предложила:       — В Омут пойдут три человека — Кэти Джиллбоунс, Тревор Джонсон и я. Мэлли Джиллбоунс и тётя Мэри остаются тут нас ждать. Это нужно на тот случай, дорогая Мэлли, если во время сеанса ваша тётя вспомнит что-нибудь ещё. В этом случае она сможет вам об этом рассказать, не дожидаясь нашего возвращения. А в это время мы втроём станем свидетелями разговора между самой Мэри и бабушкой Кэролайн и постараемся уяснить себе его содержание. Договорились?       — Да, мэм, — ответила Мэлли. В подтверждение её согласия Мэри кивнула.       — Отлично. Но для того, чтобы у нас наверняка всё получилось, нужно кое-что ещё.       С этими словами Макгонагалл открыла один из ящиков стола и вытащила оттуда запечатанную кленовой пробкой колбу с какой-то густой смесью. Мэлли спросила, сморщив нос:       — Что это такое? Это надо выпить? Зачем?       Макгонагалл улыбнулась:       — Неудивительно, мисс, что вы не знаете. Это Эликсир Хваткости. Он обостряет способность запоминать и вспоминать, использовался одним студентом как допинг на экзамене. Имени из этических соображений называть не стану и вам этим средством пользоваться не советую, иначе я буду вынуждена применить строгие дисциплинарные меры. Зелье действует примерно полтора часа. Этого времени нам должно хватить, так ведь, госпожа Мэри?       — Да, лекция Кэрол о красном камне заняла, кажется, около часа, не больше.       — Чудесно. Пейте по очереди. Мэлли, не бойтесь, вкус у него как у корицы. Два глотка. Предупреждаю, что его побочный эффект — временное, извините за некоторую грубость, отупение в течение следующего дня. Поэтому крайне настоятельно рекомендую воздержаться завтра от каких-либо серьёзных дел, в особенности от напряжённой умственной деятельности. А если что-то и читать, то лучше художественную литературу, благо, в библиотеке её не меньше, чем учебной и научной.       Экспериментаторы по очереди приняли снадобье, затем Тревор, Кэти и Минерва Макгонагалл поочерёдно вошли в Омут. Их взору предстала Мэри, более молодая и стройная, сидящая за столом небольшой кухни деревенского каменного дома. Обстановка была изящной, но не роскошной: три картины на стенах, прямо на кладке, ореховый стол, диван с меховой обивкой и камин с мраморной облицовкой. Вот из этого-то камина и вывалилась Кэрол, оказавшись на кухне совершенно неожиданно для хозяйки и рассыпав по всему полу золу. Кэрол оказалась полной дамой средних лет с узкими глазами, морщинистым лицом, мясистыми руками и окрашенными в бежевый оттенок жёлтыми волосами. На Кэрол был кожаный комбинезон, который не страшно было испачкать. Мэри, в это время чистившая картошку к обеду, поражённо уставилась на гостью, уронив нож со стола. Сжав губы, она процедила:       — Кэрол! Как ты посмела явиться без приглашения? Я не ожидаю сегодня гостей!       — Мэри, послушай! — возбуждённо заявила Кэрол. — Я такое нашла! В последнем походе! Это настолько важно, что я решила поведать об этом как можно скорее!       — Ты эгоистка, Кэрол, и ведёшь себя вульгарно! Если ты так хотела чем-то со мной поделиться, то могла написать письмо или хотя бы предложить встречу заранее! Но сваливаться будто снег на голову — в высшей степени бестактно!       Послышались шаги. На кухню заглянул лысый мужчина в халате. Он спросил, зевая и протирая глаза кулаками:       — Мэри, что это за шум?       — Дорогой, ничего страшного. Иди досыпай, я потом тебе всё расскажу, — ответила Мэри. Мужчина ушёл назад в спальню. — Ну вот, ты разбудила Патрика, негодница! — рассвирепела хозяйка. — Он и так после двух ночных смен подряд, а тут ещё и ты! Не мешай моему мужу отдыхать! Ступай вон! До свидания! — Мэри указала палочкой на печь, намекая Кэрол на желаемый способ ухода.       Но Кэрол настаивала на своём, упрямствуя. Они ругались до тех пор, пока Кэрол не сказала:       — Это касается нашей малышки Мэлли! И срочно!       — Настолько, что это не может подождать ни дня? — скептически спросила Мэри.       — Представляешь, что будет, если это узнает кто-то другой? Мир же натурально перевернётся!       — В тебе слишком много пафоса, Кэрол! И ты так и не сказала, из-за чего пришла!       — Ещё бы, ты на меня кричишь без устали! Я нашла кристалл, позволяющий управлять способностями творить волшебство!       — То есть?       — Ей-Богу, не вру! Вот провалиться мне на этом месте!       — Но-но, Кэрол, берегись! — погрозила пальцем Мэри. — Вдруг не поверю?       — Этот кристалл излучает энергию, которая либо стимулирует, либо нейтрализует магию, в зависимости от направления тока. Как магнетизм такой своеобразный.       Кэрол стала объяснять принцип действия кристалла довольно сложными терминами, но зрители и так всё поняли. В довершение объяснений гостья Мэри достала образец кристалла из сумки и сказала:       — Сейчас я произнесу два заклинания. Мэри, дай мне какой-нибудь предмет.       — Он не пострадает? — осторожно поинтересовалась хозяйка дома. — Не будет ли слишком много шума?       — Не беспокойся, всё будет в порядке. Вот, возьми-ка деревянную разделочную доску.       Мэри взяла доску в руки, Кэрол потёрла кристалл, что-то прошептав, затем направила палочку на испытуемую вещь и произнесла:       — Акцио, разделочная доска!       Доска полетела навстречу Кэрол с такой силой, будто Мэри её кинула. Схватив доску, Кэрол вернула её Мэри и повторила действо с кристаллом, но повернув его другой стороной. Повторила заклинание. Но вместо резкого полёта доска еле дёрнулась, и хозяйка без малейшего усилия удержала её в руках.       — Невероятно… — прошептала Мэри. — Из-за этого действительно стоило так поступить. Кэрол, я тебя прощаю. Чаю хочешь? Ещё и печенье есть.       — Благодарю, я как раз проголодалась. Я с похода даже домой не зашла, сразу к тебе.       Попивая чай, Кэрол ещё раз всё объяснила, перемежая изложение явления рассуждениями о Мэлли и вероятности наследования магических способностей от разных родственников. К этому времени выспался и вернулся муж Мэри, Патрик, и попросил:       — Добрый день, Кэрол! Не могла бы ты рассказать, что происходит?       Кэрол ещё раз кратко объяснила суть своего открытия и повторила опыт на глазах у Патрика. Тот широко раскрыл глаза:       — Ничего себе! Подумать только! Сам бы коль не увидел, то не поверил бы ни за что на свете! Ни в обиду тебе, Мэри! — поспешно поправился он.       — Ничего, дорогой, я сама в шоке, честно говоря. Хорошо, что ты в этом убедился лично. Такому с чужих слов не верят вообще.       — А этим может много кто заинтересоваться, и не всем это может быть полезно… — напрягся Патрик.       — Да, надо держать это в тайне ото всех. Будем потихоньку подлечивать нашу Мэлли, — предложила Кэрол план дальнейших действий.       — Но как, Кэрол? Мэлли лет через пять-шесть, как я очень надеюсь, должна пойти в Хогвартс. Не будет ли проблем, если узнают о том, как мы её стимулировать собираемся? И не опасно ли это для неё самой? — усомнился Патрик.       — Я всё продумала. Заниматься будем раз в неделю у меня дома. Если всё пойдёт на лад, Мэлли к девяти-десяти годам не будет отличаться от обычного ребёнка волшебника. Конечно, останутся некоторые пробелы, но они нивелируются уже в самой школе, — нашлась с ответом Кэрол.       — Хорошо, мы согласны. Это, естественно, всё равно очень рискованно, но других возможностей мы не видим.       На этом воспоминание кончилось. Вынырнув из Омута, свидетели встречи обнаружили, что Мэри сосредоточенно пялится в потолок и что-то бормочет, а Мэлли дёргает её за рукав свитера. Словно очнувшись, Мэри произнесла:       — А, вот ещё что. Кэрол, когда составила график занятий, выбрала меня Хранителем Тайны… Ну вот я и выболтала всё… Хотя кому, тебе же самой, тогда я ничего не нарушила, всё в порядке…       — Ну что, уважаемая миссис Кэндифрут, много удалось вспомнить, кроме клятвы Хранителя? — спросила Минерва Макгонагалл.       — Сам график и содержание трёх первых занятий. А как у вас?       — Чудесно, вы нам всем очень помогли, в первую очередь, конечно, самой Мэлли. Мы увидели всё своими глазами и поняли, как работает кристалл Кэрол.       Мэлли спросила:       — Тётя, а что думали об этом мама и папа?       — Они очень обрадовались и даже присутствовали на первом занятии, — напрягшись, ответила Мэри.       — А вы смогли регулярно заниматься до поступления Мэлли сюда, в Хогвартс, как хотели изначально? — спросила Макгонагалл. — От этого очень многое зависит, в том числе и наши дальнейшие действия.       — К сожалению нет, профессор Макгонагалл. Кэрол через три года умерла, ей было уже восемьдесят семь лет, она ослабла и разболелась. Она выглядела на встрече со мной бодро только потому, что активно пользовалась молодящими средствами. А кристалл пропал, подозреваю, его при описи имущества изъяли сотрудники Министерства и скрыли. Боюсь, вернуть его крайне сложно. Но тем не менее кое-чего удалось добиться. Мэлли может колдовать, но только в определённое время и совсем чуть-чуть. Но всё же она не сквиб. Прости, милая, — с последними словами тётя погладила племянницу по голове.       — Тётя, раз вы работали там, в Министерстве, значит у вас там есть друзья? И они могут что-нибудь узнать? — с надеждой спросила Мэлли.       — Боюсь, это маловероятно, голубушка. Такие вещи тщательно засекречиваются. Но я очень осторожно постараюсь что-нибудь разузнать. Успеха не обещаю.       — Мы будем вам очень признательны, тётя, — поддержала младшую сестру Кэти. — Но пожалуйста, будьте осторожны! Вы ведь рискуете своим положением!       — Безусловно, милая Кэти, рискую! Но не просто же так!       — Миссис Кэндифрут, а разве это не Азкабан, если вы попадётесь? — сумбурно выпалил Тревор. — Это же нарушение министерской тайны!       — Мой дорогой мальчик! Чего не сделаешь ради семьи? — ответила Мэри, поняв Тревора. На её лице вместо обычной строгости возникла хитрая улыбка. — Кстати, откуда ты такое знаешь?       — Мой папа — судья Визенгамота.       — Так! — Макгонагалл хлопнула в ладоши. — У нас уже планов — громадьё! Я настоятельно рекомендую, нет, приказываю продумать очень тщательно план дальнейших действий. Мистер Джонсон, очень осторожно свяжитесь с отцом. А вы, Мэри, наведите справки у коллег, если сможете. Только не завтра. Лучше следующий день потратить только на отдых.