Любовь рука об руку с величием

      Геллерт Грин-де-Вальд, спустившись снова в холл первого этажа, объявил, обращаясь к гелиопатам:       — У меня для вас задание. Разыщите Рено Кэмерона и дайте мне знать о нём, где бы он ни был. Я тотчас же появлюсь там и одолею его окончательно для предания Визенгамоту.       Бойцы исчезли, трансгрессировав. Затем Тёмный Лорд обратился к слизеринцам:       — Как я вижу, вы тоже организация. Какая?       Вперёд выступил Ларри Кюри. Он ответил:       — Мы называем себя «Протрезвевшие отпрыски». Мы проводим на своём факультете разъяснительную работу среди остальных слизеринцев. Мы убеждаем их в том, что всё, связанное с Волан-де-Мортом и Пожирателями Смерти — зло.       — Вот как… — Грин-де-Вальд покачал головой. — И получается?       — Пятьдесят на пятьдесят, — признался Ларри. — Но зимой был случай… На Мэлли Джиллбоунс напали шестикурсники-слизеринцы, она едва не погибла, но её удалось спасти.       — И что было потом? — спросил Геллерт.       — Их исключили из Хогвартса, — сказал Ларри. — И после этого нас стали уважать чуточку больше.       — Забавно, — усмехнулся Геллерт. — Я впервые вижу организацию, где какая-либо глобальная цель не преследуется.       — Почему же? — не согласился Ларри. — Наша цель как раз такая: предотвратить появление второго Тёмного Лорда. Хотя бы со своего факультета. И так позора нахлебались по самые уши. Разве это не глобально?       — Да, признаю, что глобально. Но это будет или не будет уже третий Лорд.       — Третий? — удивился Ларри.       — Минус десять очков Слизерину, Кюри, как только вернёмся в школу, — подал голос Тэнглер. — У вас явно была плохая оценка по истории магии. Неужели вы не поняли, с кем говорите?       — Да современная молодёжь ничего не знает, — махнул рукой Геллерт. — Профессор…       — Тэнглер, Альберциус Тэнглер, — представился педагог.       — Можно с вами конфиденциально поговорить? — спросил Тёмный Лорд.       — Конечно, — согласился преподаватель, немного поколебавшись.       Геллерт пригласил преподавателя в библиотеку, где допрашивал Рено. И он сказал, убедившись, что никто их не слышит:       — Профессор Тэнглер, вы что преподаёте и где?       — Защиту от тёмных искусств, в Хогвартсе.       — Это… м-м-м… Английская школа, где преподавал Альбус Дамблдор?       — Да, господин Грин-де-Вальд.       — У меня к вам просьба, профессор. Раз вы живёте в Англии и преподаёте в английской школе магии, помогите Тревору Джонсону найти Истинную Мантию-невидимку. По известным мне данным, она находится на том острове.       — Зачем, господин Грин-де-Вальд?       — Я хочу соединить все Дары Смерти, чтобы оживить Мэлли Джиллбоунс. Она на самом деле мертва. Но я не стал говорить об этом широкой публике, чтобы не пугать её. Но вам я говорю правду, так как надеюсь, что вы как педагог и опытный волшебник поможете тому мальчику, Тревору Джонсону.       — А почему вы не попросили об этом Аберфорта Дамблдора?       — Я не доверяю ему.       — Пусть так. Но я предполагаю, что ваша помощь Тревору не бесплатна, а подразумевает какие-то ответные действия.       — Верно. Он должен отдать мне мантию и камень.       — Боюсь, это невозможно, господин Грин-де-Вальд. Они не принадлежат Тревору.       — Камень — принадлежит. Он получил его от своего приятеля, который нашёл камень в лесу близ Хогвартса. А что с мантией?       — Она у её нынешнего обладателя, Гарри Поттера.       — Гарри Поттер… Гарри Поттер… — стал бормотать Грин-де-Вальд. — Я слышал, что он якобы обладает фантастическим бескорыстием.       — Ну, наведаться к нему и объяснить ситуацию можно. Но я не думаю, что он согласится отдать мантию даже на пару часов.       — Попробуйте, — Грин-де-Вальд пристально взглянул в глаза собеседнику.       Под этим взглядом Альберциус сдался. Покинув библиотеку, он разыскал в замке Тревора. Тот сказал:       — Сэр… Вы поможете мне найти Гарри Поттера? — взгляд мальчика был умоляющим и всё ещё влажным.       — Грин-де-Вальд уже всё мне рассказал, — Тэнглер вздохнул. — Пойдём. Насколько я чувствую, запрет на трансгрессию снят. Возьми меня за руку.       И Тревор, сделав это, вновь почувствовал, что его куда-то уносит. Но ощущение оказалось неприятным — будто его протягивали через узкий резиновый шланг. Наконец это кончилось. И Тревор обнаружил себя на улице небольшого городка, почти деревни. Дома были не выше двух-трёх этажей. Магазинов и прочих атрибутов магловского пригорода заметно не было. Тревор спросил:       — Здесь живут одни волшебники?       — Да, — подтвердил Тэнглер. — Но тут очень мало жителей. Большинство домов до сих пор заброшены. Но Гарри Поттер восстановил свой дом и поселился в нём. Ты уверен, что на самом деле хочешь пойти к нему?       — Да, сэр, — Тревор не передумал.       Альберциус вздохнул. Хоть он и не одобрял этого предприятия, но прекрасно понимал, что движет мальчиком. Поэтому он и согласился помочь, несмотря на то, что весьма смутно представлял себе, что бы смог сделать. Профессор повёл Тревора по улице, мимо кладбища, и привёл его к дверям двухэтажного дома на небольшом холме. Белые деревянные стены и квадратные окна выглядели так, будто их никто никогда не разрушал. Тревор подошёл к входной двери, собрался с силами и постучал.       Послышались шаги. Сердце Тревора забилось будто бешеное. Сейчас он увидит самого Гарри Поттера! Пусть и уже взрослого, но всё равно такого же знаменитого. О том, что его могут и не пустить, он совершенно не подумал.       Дверь открылась. Тревор увидел стройную рыжеволосую девушку. Её весёлый взгляд остановился сначала на Тэнглере, а затем на Треворе. Как показалось мальчику, на её лице промелькнуло удивление. Тэнглер, видя, что Тревор оказался в неловкой ситуации, поспешил ему на помощь:       — Джиневра, как я рад вас видеть! Можно ли заглянуть к вам на огонёк? Я давно не видел вас и Гарри.       — Конечно! А как тебя зовут, мальчик? — доброжелательным тоном обратилась она к Тревору.       — Тревор Джонсон, м-м-м… — Тревор замолчал, не зная, как вести себя дальше.       — Я Джиневра Поттер, жена Гарри Поттера.       — Очень приятно, миссис Поттер, — Тревор отчего-то покраснел.       — Вижу, ты из Хогвартса, — Джиневра обратила внимание на школьную форму Тревора. — Если хочешь провести время с нами, не болтай об этом потом, ладно?       — Обещаю, — согласился Тревор.       — Вот и отлично. Гарри! — крикнула девушка, обернувшись назад. — К нам гости! Твой друг профессор Тэнглер и его ученик!       — Супер! Проводи их в гостиную! — послышался ответный возглас, такой же радостный, как и голос Джиневры.       Тревору что-то ударило в голову. Он совершенно не обращал внимания на обстановку дома. Всё было будто в тумане. И вот он перед глазами. Знаменитый Гарри Поттер сидел на синем диване и пил кофе. Тревор осторожно сел на край, почему-то прижавшись к подлокотнику. Гарри повернул голову и посмотрел на когтевранца. Легендарный волшебник выглядел точь-в-точь так, как и представлял себе Тревор. Чёрные волосы, круглые очки, зелёные глаза, шрам. Гарри сказал:       — Привет.       Тревор растерялся, но, собравшись с силами, ответил:       — Здраствуйте… сэр.       — Никаких «сэр», пожалуйста. Называй меня просто Гарри Поттером, — попросил Гарри.       — Конечно… мистер Поттер, — согласился Тревор.       — Вот так уже лучше. А как тебя зовут?       — Тревор Джонсон.       — Очень приятно, — Гарри улыбнулся и протянул руку. Тревор пожал её, но так осторожно, будто она была хрустальной.       — Да что ты, — Гарри рассмеялся. — Я самый обыкновенный.       — Но вы столько всего совершили!       — Давай не будем о прошлом, хорошо? — голос Гарри был по-прежнему доброжелательным, но в нём почувствовалось напряжение.       — Я нечаянно, — смущённо ответил Тревор.       — Ничего страшного. Ты ведь из Когтеврана? — Гарри сменил тему, скользнув взглядом по мантии мальчика.       — Да, — ответил Тревор. — Я на третьем курсе.       — Ну и как там? Кто директор? Как там вообще идут дела?       Тревор пустился в рассказы о себе, своих друзьях и о Хогвартсе, но не говоря ни слова о магнетике. К нему присоединился Тэнглер, пришедший в гостиную после посещения ванной комнаты. Прошёл целый час. Рассказ об очередном событии прервала Джиневра, принёсшая на подносе тарелки, источающие пар.       — Обед! — объявила миссис Поттер.       Рядом с диваном стоял резной дубовый стол. Пододвинув его, Гарри принял поднос из рук супруги и поставил его на столешницу. Ложки лежали тут же, на подносе. Поттер сказал:       — Давай перекусим… Нет. Горячий пока, — остановился он, попробовав блюдо. Им оказался суп с курицей и макаронами.       — Ой, извини, я снова переборщила с нагревающими чарами, — всплеснула руками Джиневра. — Сейчас остужу, — пообещала она, вытаскивая палочку.       — Ничего, остынет и так, — остановил её Гарри.       Рассказы продолжились. Ещё полчаса все четверо дружно болтали о Хогвартсе, пока не вспомнили о еде. Суп стал почти холодным, но с удовольствием был съеден. На второе Джиневра принесла свиные котлеты с овощами, а на третье — чай.       После обеда Гарри увидел у Тревора кулон. Тот сначала спрятал его под мантию, но он всё равно вылез. Хозяин дома спросил:       — Что это, Тревор? Это выглядит для меня знакомым…       — Это знак Даров Смерти, — признался Тревор. — Мистер Поттер, мне неловко говорить… но мне нужна ваша помощь.       Сбиваясь от волнения, он рассказал о событиях прошедшего дня. О Рено Кэмероне, о Грин-де-Вальде, о смерти Мэлли. Выслушав всё до конца, Гарри Поттер вздохнул и покачал головой.       — Боюсь, я слишком устал от всего. Я не могу с вами пойти, — ответил он прямолинейно. — Я хочу только отдохнуть. Не представляю себе, что тут можно сделать. А здесь аж два тёмных волшебника.       — Постой, Гарри, — остановил его Тэнглер. — Грин-де-Вальд хочет помочь Тревору. Он считает, что соединив все Дары Смерти, можно воскресить Мэлли. А Тревор, понятное дело, ухватился за эту идею.       — Неужели Геллерт Грин-де-Вальд раскаялся? — поражённо спросил Гарри.       — Скорее всего, да, — предположил Тэнглер.       — Мистер Поттер, мы не хотим вас куда-то впутывать, — стал уговаривать Тревор. — Нам нужна ваша Мантия-невидимка, только и всего. Для благого дела.       Гарри Поттер задумался. С одной стороны, он перестал пользоваться Мантией, и она не была ему нужна. А с другой — он не был уверен в том, что план Грин-де-Вальда сработает. И он выразил это сомнение:       — Тревор, я отлично тебя понимаю. Терять близких — это кошмар, и если есть хоть малейшая возможность их вернуть, за эту возможность хватаются обеими руками. Но уверен ли ты, что это сработает? Что твоя подруга на самом деле вернётся, а не станет привидением?       — Нет, — признался Тревор. — Но я очень надеюсь.       — Похвально, — Гарри похлопал Тревора по плечу. — Я без надежды в своё время тоже бы не смог достичь успеха.       — Если у нас ничего не получится, мы вернём Мантию сегодня же, — заверил Поттера Тэнглер.       — Но есть ещё и другие Дары, — снова возразил Гарри. — Разве они у вас?       — Камень у Тревора, а палочка у Грин-де-Вальда, — пояснил профессор. — Но есть ещё один нюанс, Гарри.       — Какой? — спросил знаменитый мракоборец.       — Палочка по-прежнему принадлежит тебе. Ты же просто положил её обратно в могилу Дамблдора? — уточнил Тэнглер.       — Да, вроде так, — согласился Гарри, напрягши память.       — Для передачи палочки требуется либо акт отречения, либо бой, — напомнил педагог. — Вы же не собираетесь драться с Грин-де-Вальдом или Тревором и проигрывать им, мистер Поттер? — задал он риторический вопрос.       Гарри поднялся с дивана и ушёл из гостиной. Его догнала Джиневра и прошептала:       — Милый, ты же видишь, что мальчик в отчаянии. И им движет настоящая любовь. Уж ты-то в этом понимаешь. Отдай ему мантию и палочку.       — А если Грин-де-Вальд возьмётся за старое, получив все Дары? — Гарри печально вздохнул. — А я уже не смогу его остановить. Наши друзья тоже. У всех своя жизнь, семейная и прочая. Наше время кончилось, пора уступать дорогу другим героям.       — Дорогой, а разве Тревор и его друзья — не герои? Парень же рассказал о всех своих приключениях. Я считаю, что они достойная замена нам. Тревор и в квиддич хорошо играет, и подругу смог защитить.       — Да, скорее всего, ты права, — сдался Гарри. — Я сейчас принесу Мантию.       Через пять минут Тревор увидел Мантию-невидимку в руках у её владельца. Но перед тем, как отдать её, Гарри спросил:       — А как вы вернётесь обратно?       — Мой кулон — портал, — объяснил Тревор.       — А, тогда понятно, — Гарри кивнул. — Удачи, — он улыбнулся. — И ещё. Я провозглашаю, что Бузинная палочка переходит к Геллерту Грин-де-Вальду, я отказываюсь от неё. Пусть ей отныне владеет тот, у кого она сейчас находится!       — Спасибо за поддержку, мистер Поттер, — Тревор тоже попытался улыбнуться, но у него не получилось.       — Только на прощание одна просьба, — сказал Гарри. — Не болтай обо мне. Я не хочу, чтобы нам с Джинни докучали любопытные.       — Хорошо, — беспрекословно подчинился Тревор.       Все попрощались друг с другом. Джиневра проводила Тревора и Тэнглера до входной двери. Когда она закрылась за хозяйкой, Тревор выпалил:       — Поверить не могу! У нас получилось!       — Наверное, дело в том, что Гарри Поттер разглядел в тебе настоящую любовь к твоей подруге, — предположил Тэнглер. — Поэтому он и отдал Мантию. Но с другой стороны, в своих опасениях он тоже прав. Допустим, что Грин-де-Вальд не обманет тебя, и Мэлли вернётся. Но Геллерт вполне может вновь попытаться взять власть в Европе. У него магнетик, на его стороне гелиопаты. Если ещё и Дары у него будут, то остановить его будет почти нереально.       — Я хочу вернуть Мэлли! — закричал Тревор. К счастью, оба волшебника уже ушли от дома Поттеров, и их никто не услышал.       — Ну, на наш страх и риск, — покачал головой Тэнглер. — Бери меня снова за руку.       Очутившись вновь в Нурменгарде, а точнее, в библиотеке, Тревор стал глазами искать Геллерта. Тот сидел за столом, уткнувшись в какую-то старую книгу с потрёпанным переплётом.       — Мистер Грин-де-Вальд! — окликнул его Тревор. — Я тут!       Геллерт поднял голову и улыбнулся, увидев мантию. Потерев руки, он довольным голосом выразил своё удовлетворение:       — Отлично! Я думаю, можно идти. Не будем откладывать это дело. Но сначала вопрос. Поттер отдал мантию сам?       — Да, — подтвердил Тревор. — И ещё палочку вам отдал, отрёкся от неё в вашу пользу.       — Замечательно. Просто чудесно. Идём. И у меня к тебе такое требование. Ты делаешь всё, что я говорю. Иначе ничего не получится. Понял?       — Да, — согласился Тревор.       Грин-де-Вальд, кивнув в знак одобрения, прошествовал в комнату с телом Мэлли, лежащим на кровати. Когтевранец и Тэнглер прошли вслед за ним. Рядом с кроватью, обнявшись, сидели Франклин и Кэти, заняв принесённые из библиотеки стулья. Кэти плакала. Франклин пытался её успокоить. Тёмный Лорд обратился к Тревору:       — Мантия. Камень. Давай их сюда. Хотя стоп… — прервал себя Геллерт. — Я не так обратился… Тревор Джонсон! — отчеканил он громко и чётко. — Отдаёшь ли ты мне Истинную Мантию-невидимку и Воскрешающий камень?       Франклин и Кэти отвлеклись друг от друга и от Мэлли и с ужасом и изумлением уставились на друга. В их глазах читалось немое послание: «Не делай этого!». Тревор спросил:       — Перед тем, как отдавать вам камень, можно ли мне единственный раз увидеть тех, кого я потерял? Маму и папу?       Грин-де-Вальд задумался. Выйдя из спальни, он стал рыться в открытой книге. Спустя пару минут он вернулся к ребятам и ответил мальчику:       — То, о чём ты просишь, не связано с настоящим воскрешением. Я думаю, это не повредит. Ты ведь знаешь, что нужно делать?       — Да, я читал сказку и хорошо её помню, — заверил Лорда Тревор.       — Давай, — Геллерт отступил к двери. Тревор достал из кармана мантии Воскрешающий камень и три раза повернул в руке другой рукой. «Мама. Папа. Где вы? Я очень вас люблю. Мне нужна ваша помощь».       И они предстали перед мальчиком — но их видел только он сам. Реджинальд виновато улыбался, Дора прятала глаза в ладонях, прижав их к лицу. Тревор, сбиваясь от волнения, спросил:       — Что мне… делать?       — Сынок, это твой выбор, мы в любом случае примем его, — ответил отец.       — Малыш, не отдавай камень и Мантию Грин-де-Вальду, — прошептала Дора.       — У него не хватит сил на это, — пояснил Реджинальд.       — И что делать? — из глаз Тревора покатились слёзы. — Я хочу кого-нибудь вернуть! Я люблю вас всех!       — Ты сможешь вернуть, ты точно сможешь, — подбодрил сына судья. — А Геллерт Грин-де-Вальд не сможет. Он не любил никого. Но тебе нужны все Дары. Попроси у него Бузинную палочку. Или отними.       — Трев… Прости нас, пожалуйста, — прошептала Дора. — Мы не успели ничего сделать. Рено внезапно появился и напал на нас.       — Мама, папа… И вы меня простите… И… Как же Элен?       — Она уже знает, да? — спросила Дора.       — Да, мам, — ответил Тревор сквозь всхлипы.       — Пусть она научится рисовать, — попросил Реджинальд.       — Я научу её, папа! — согласился Тревор.       — А теперь выбирай, сынок, — вздохнул Джонсон-старший. — Ты сможешь вернуть только одного из нас всех. Любой выбор мы примем… как должное…       Родители исчезли. Тревор, ничего толком не видя от слёз, опустился головой и грудью на кровать, встав перед ней на колени. Грин-де-Вальд потряс его за плечо. Когтевранец обернулся. Лорд озабоченно спросил:       — Что они тебе сказали?       — Что только я смогу вернуть кого-то, — честно сообщил Тревор. — И что я должен сделать выбор.       Геллерт вздохнул и молчаливо посмотрел Тревору в заплаканные глаза. Затем он пробормотал:       — Вот в чём дело… В этом весь секрет… Что ж… Иного выхода нет. — И Геллерт сказал, сделав над собой гигантское усилие воли:       — Держи.       Тревор увидел, что Тёмный Лорд протягивает ему Бузинную палочку. Оставшийся Дар Смерти. А ведь два из них у него уже есть. Он спросил слабым голосом:       — Что мне делать, господин Грин-де-Вальд?       — Возьми её. Надень мантию. И возьми камень. А дальше — сам поймёшь.       Тревор встал, набросил мантию на плечи. Она скрыла всё его тело, за исключением головы и кистей рук. В правую руку Тревор взял Бузинную палочку, а в левую — Воскрешающий камень. Он почувствовал чем-то внутри себя, что что-то изменилось. Он вновь повернул камень в руке, но уже не другой рукой, так как та была занята, а просто пальцами. И тут же услышал в своей голове шелест, складывающийся в тихий потусторонний голос:       — Сотни лет прошли, как я дала свои Дары Антиоху, Кадму и Игнотусу. И вот ныне они у тебя, мальчик. Чего ты от меня хочешь?       — Ты Смерть, — прошептал Тревор.       — Да, — ответил шелест. — Я в твоей власти. Я могу сейчас по твоему слову сделать одну из трёх вещей. Кого-нибудь неминуемо уничтожить, да так, что и следа не останется. Кого-нибудь вернуть, кто сейчас мёртв. Кого-нибудь укрыть от всех бед, даруя ему бессмертие, покуда этот человек сам не откажется от него. Но берегись сделать неверный выбор. Он даётся один-единственный раз, и после того, как я исполню желаемое, я заберу Дары назад. Думай, Тревор Джонсон. Права на ошибку у тебя нет.       И Тревор задумался. Остальные не торопили его, понимая, что юный когтевранец делает самый важный выбор в жизни.       Кого можно уничтожить? Рено? Несомненно, он злодей и убийца. Но пожелав ему смерти, Тревор уподобится самому Грин-де-Вальду, у кого и так руки в крови, что бы тот ни говорил сейчас, а то и Волан-де-Морту. Оно надо: уродовать себя из-за мести? Нет.       Нужно ли кого-то скрыть от невзгод? Тревор терялся. Он знал много хороших людей. Профессор Макгонагалл. Профессор Флитвик. Другие. Но они сами вполне способны защитить себя и не оценили бы подарок Тревора.       Нужно ли кого-то вернуть? Да.       — Я хочу вернуть близкого человека, — изъявил свою волю Тревор.       — Кого именно? — прошелестела Смерть. — Только один человек! — предупредила она.       Маму? Папу? Но им будет плохо друг без друга. Вернувшийся родитель всю оставшуюся жизнь будет мучиться без другого. Разве это жизнь? Конечно же, нет. И Элен это поймёт.       Гарри Поттер, скорее всего, тоже потерял очень многих близких. Кажется, крёстного отца и кого-то ещё. Папа ему рассказывал о Гарри Поттере, но сейчас уже многое забылось. И Тревор — не Гарри. И он делает свой выбор, а не его. И он его сделал:       — Смерть, ты слышишь меня? — спросил мальчик.       — Да, — ответил потусторонний голос. — Ты, кажется, уже решил.       — Да. Я хочу вернуть ту, кто не должен был погибать. Мэлли Грендель Джиллбоунс. Отдай её обратно мне, её сестре Кэти и её родителям. Выполняй! — крикнул Тревор.       Мантия спала с плеч Тревора и растворилась в воздухе. Камень и палочка исчезли точно так же. Смерть забрала свои Дары.       Тревор с бешено колотящимся сердцем подошёл вплотную к изголовью кровати. Мэлли медленно открыла глаза и сонно спросила:       — Это ты, Трев? А где я? Я помню только зелёную вспышку. Рено проклинал Грин-де-Вальда… и промахнулся…       Тревор обхватил Мэлли и вновь зарыдал, уткнувшись ей в грудь. Девочка шепнула:       — Да что с тобой? Я здесь. Не надо плакать. Всё уже позади.       — Ты… только что вернулась с того света… — всхлипывал мальчик.       — А где Бузинная палочка и Воскрешающий камень? — спросила Мэлли.       — Они были… у меня… Мантия… тоже… Все три… Дара… И я… заплатил… чтобы вернуть… тебя. Ты была убита… и вернулась… — путано промямлил Тревор сквозь вздохи и всхлипы.       — Ты заплатил своими чувствами, Тревор, — задумчиво произнёс Грин-де-Вальд.       Тревор обернулся. Но в этот самый момент дверь захлопнулась. Геллерт Грин-де-Вальд ушёл из спальни.       Мэлли бросилась вслед за ним и увидела, что Геллерт достаёт из ящика стола другую палочку — костяную. Взмахнув ей, он выпустил сноп жёлтых искр. Затем он приставил палочку кончиком к виску. Мэлли крикнула:       — Не делайте этого!       Грин-де-Вальд обернулся. Мэлли сказала:       — Там ничего нет. Одна пустота. А вы ведь только недавно поднялись вновь.       — Я потерял Дары. Я потерял могущество, — каким-то серым и бесцветным тоном ответил Лорд. — Один магнетик погоды не сделает. Их уже три. Мой, твой, и у Рено.       — Вы искали Дары в прошлой жизни, господин Грин-де-Вальд, — прошептала Мэлли. — А сейчас у вас новая.       — Ты права, — Геллерт вздохнул. — Но что же мне делать?       — Например, нужно найти Рено и остановить его, — подсказала юная когтевранка.       — И вновь ты права, этим я и займусь, — решил Геллерт, отняв палочку от виска. — А вы… Даю вам отдых до завтра, а затем вы все возвращаетесь в Хогвартс.