Любовь рука об руку с величием

      Прошло две недели. Тревор Джонсон, солнечным утром завтракая вместе с друзьями в Большом зале, получил письмо от министерской совы. Открыв его, он прочёл: «Уважаемый Тревор Реджинальд Джонсон! В связи с событиями, имевшими место в Школе Чародейства и Волшебства Хогвартс и в замке Нурменгард две недели назад, вы сегодня к трём часам дня вызываетесь в Министерство Магии, на судебное заседание Визенгамота. Вы проходите как свидетель по делу Рено Маклюра Кэмерона и как потерпевший по делу Геллерта Грин-де-Вальда. Убедительная просьба не опаздывать. В качестве средств передвижения используйте любые, что вам доступны, в том числе и летучий порох. Не волнуйтесь, ведите себя естественно. С уважением и наилучшими пожеланиями Председатель Визенгамота Дольфус Пирткрайт».       Дочитав повестку, он заметил, что Кэти и Мэлли тоже получили такие письма. Он шепнул им:       — Идём вместе, да?       — Да, вместе, — ответили они.       Вокруг зашептались, показывая на троицу пальцами. Кэти обвела стол своего факультета таким строгим взглядом, что остальные когтевранцы мгновенно притихли и уткнулись в свои тарелки. После завтрака к ним подошёл Франклин и сообщил:       — Письмо из суда, угу? Нас тоже вызвали. Меня и Ларри Кюри.       — Я думаю, что есть смысл заблаговременно зайти ко мне в кабинет, — с заметным волнением произнесла Минерва Макгонагалл, подойдя к друзьям.       — Конечно, госпожа директор, — Тревор кивнул. — Я знаю, что опаздывать нельзя.

***

      К назначенному времени все пятеро уже стояли перед дверями зала заседаний Визенгамота. Их раскрыл сам Дольфус. Он улыбнулся, увидев явившихся, и подмигнул Тревору. В качестве напутствия сказал:       — Прошу, проходите. Ведите себя как можно спокойнее и постарайтесь не сбиваться.       Войдя в зал, когтевранский рыцарь увидел человек двадцать-тридцать солидных волшебников в красных длиннополых мантиях. На всех без исключения были судейские шапочки. Было очевидно, что Визенгамот собрался в полном составе. За Тревора держалась Мэлли, медленно и робко ступая вслед за ним. Трое судей с правого краю, сочувственно покачав головами, глубоко вздохнули. Полная дама, сидящая чуть в стороне от них, ободряюще улыбнулась. На Франклина и Ларри некоторые судьи поглядывали с нескрываемым любопытством. Один из них слегка привстал, чтобы внимательнее разглядеть ребят. Из кармана его мантии выпала кучка каких-то мелких металлических предметов. Член Визенгамота испуганно сел на место и наклонился, собирая их. Пирткрайт проворчал:       — Ну же, Жолио, быстрее. И зачем вам на заседании бутылочные крышки? Я знаю, что вы их коллекционируете, но это же не повод таскать их повсюду с собой!       Локарни покраснел. Его соседи захихикали, но тут же замолчали, поймав суровый взгляд председателя. Обладатель крышек ссутулился и молча уставился в какую-то точку на стене напротив. Пирткрайт обратился к ребятам:       — Прошу вас, уважаемые свидетели и потерпевшие, садитесь в приготовленные вам кресла. Суд вас ждёт.       И действительно, в середине зала уже стоял ряд из пяти деревянных кресел с сизой меховой обивкой. Тревор сел в центральное, справа от него — Мэлли, слева — Франклин. Дальнее левое кресло заняла Кэти, а оставшееся — Ларри. Мэлли сказала, смотря прямо на Дольфуса:       — Сэр… У меня просьба, не знаю, как обратиться…       — Говорите как есть, мисс, — добродушно отозвался Пирткрайт.       — Можно подвинуться поближе к Тревору?       — Да, пожалуйста, — согласился председатель и левитирующим заклинанием мягко передвинул кресло девочки впритык к креслу её друга.       — Вы очень добры, спасибо, — поблагодарила его Мэлли.       — Всё для спокойствия и порядка, — ответил Пирткрайт. — Итак. Я думаю, что можно начинать? Коллеги! — повысил он голос, — вы готовы?       Послышался согласительный гул.       — А вы? — обратился председатель к Тревору и его друзьям.       — Да, — подтвердили они.       — Я, Дольфус Пирткрайт, как председатель Визенгамота объявляю заседание трибунала по делу Геллерта Грин-де-Вальда открытым! — провозгласил верховный судья.       И он тут же приказал:       — Введите обвиняемого!       Двери, закрывшиеся было за Тревором и его спутниками, снова раскрылись. Вошёл сам Геллерт. Чуть сзади за ним следовали двое мракоборцев, нацелив на него палочки. Тревор встрепенулся:       — Погодите! Ведь он…       — Соблюдайте порядок, мистер Джонсон! — оборвал мальчика Пирткрайт, ударив по столешнице трибуны судейским молотком. — Напоминаю специально для вас, что обвиняемый — не значит виновный и осуждённый. Его окончательный статус пока не определён и полностью зависит от того, как пойдёт процесс, в том числе и от вашей роли в нём. Если вы пожелаете сказать что-либо в его защиту, то сможете это сделать в свою очередь. Вам всё понятно?       — Да, ваша честь, — тихо ответил Тревор.       — Вот и хорошо, — кивнул Дольфус. — Я вполне понимаю, что вы впервые присутствуете на разбирательстве такого масштаба, но всё же попрошу вести себя сдержаннее. Это в ваших же интересах.       — Я постараюсь, ваша честь, — согласился Тревор.       — Чудесно, — Пирткрайт слегка приулыбнулся. — У меня к вам ещё один вопрос. Сможете ли вы быть представителем вашей младшей сестры Элен и рассказать, что с ней происходило тогда?       — Да, ваша честь, — согласился Тревор. Элен была слишком мала для участия в процессе, а исполнить роль законного представителя было больше некому.       — Замечательно! Итак. Подсудимый Грин-де-Вальд! — обратился он к главному фигуранту процесса, тоже севшему в кресло, но чёрное. — Насколько известно суду, вы не англичанин, не подданный Соединённого Королевства. Владеете ли вы в достаточной мере английским языком? Или вам требуется переводчик?       — Я в юности тесно общался с Дамблдорами, в молодости бывал в Северной Америке, поэтому могу изъясняться на вашем языке не хуже, чем на родном. Да и при недавнем общении с присутствующими здесь подростками языкового барьера не возникло, — ответствовал Геллерт.       — Спасибо. Как вы наверняка понимаете, цель сегодняшнего заседания — установить, каким образом и с какими целями вы наладили контакт с этими юношами и девушками. На текущий момент вы от имени Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс, интересы которой по ходатайству её директрисы представляю здесь я, обвиняетесь в их похищении посредством заранее настроенных портальных чар. Помните, что на вас лежит ответственность за то, что вы сегодня покажете. Если путём перекрестного допроса или свидетельств предполагаемых жертв выяснится, что вы в чём-либо лжёте, суд будет вынужден признать вас виновным. Вам это ясно?       — Да, — после некоторого раздумья подтвердил Грин-де-Вальд.       — Хорошо. Внимание! Первый вопрос именно к вам. Насколько известно суду, вы раньше были одним из величайших тёмных волшебников, но позднее потерпели поражение и затем умерли в тюрьме. Как же вам удалось вернуться к жизни?       — Постойте, какое отношение имеет к делу моя смерть? — удивился Геллерт.       — Имеет, и самое непосредственное, — настоял на своём председатель. — И запомните — здесь и сейчас решается вопрос о вашей дальнейшей участи. И не вам делать суду замечания. Вы имеете право на возражения только в рамках ответа на поставленный вопрос. Уклониться от него вы не можете. Вам это понятно?       — Да, — подтвердил Грин-де-Вальд.       — Итак, вы готовы ответить?       — Готов. — Геллерт вздохнул и начал говорить. — Началось всё с того, что я сделал из своей палочки крестраж…       Суд загудел. Его члены повскакивали с мест, испуганно перешёптываясь и показывая на подсудимого пальцами. Пирткрайт звонко ударил молотком по столешнице трибуны и рявкнул:       — Стоп! Тишина! Всем соблюдать порядок!       Судьи утихомирились. Дольфус задал вопрос:       — Грин-де-Вальд! Вы не отрицаете, что в прошлой жизни совершали преступления, в том числе и убийства? Оговорюсь сразу, суд не будет это учитывать. Он просит у вас всего лишь разъяснения.       — Да, всё это было, — сознался Геллерт после полуминутного молчания.       — Спасибо. Повторяю, предметом нынешнего рассмотрения является ваша настоящая жизнь, а не прошлая. Так что за это можете не беспокоиться. Итак, вы действительно создали крестраж из вашей палочки?       — Да, — подтвердил Грин-де-Вальд.       — Из каких соображений? Почему именно из неё?       — Это была Бузинная палочка. Самая мощная палочка. И естественно, что многие хотели ей обладать, и я бы получил шанс вернуться, что и произошло. Я вернулся.       — Насколько известно суду, для этого требуются специальный обряд и помощник для его проведения. Как же вы это осуществили, будучи мёртвым?       — Ещё до смерти я познакомился с Рено Кэмероном. Он мне и помог.       Судьи снова зашумели. Дольфус вторично их прервал. И спросил:       — Это очень дерзкое заявление. Рено Маклюр Кэмерон являлся до недавнего времени нашим сотрудником, и весьма уважаемым. Чем вы можете подтвердить свои слова?       Не успел Геллерт и рта раскрыть, как все его юные знакомые, кроме Ларри, в едином порыве подняли руки. Пирткрайт усмехнулся:       — Что ж, единодушное подтверждение ваших слов сразу всеми потерпевшими и почти всеми свидетелями принимается. И какова роль Кэмерона в ваших делах?       Геллерт рассказал о нём всё, что знал. Тревор и остальные подтверждали то, что видели. И тут Пирткрайт подобрался к самому главному:       — Вы действительно спланировали похищение Тревора Реджинальда Джонсона и Мэлли Грендель Джиллбоунс?       — Да, — вторично сознался Грин-де-Вальд.       — И с какой целью?       — Я хотел выяснить, как девочка излечилась от сквибства. Точнее, у меня были вполне определённые догадки, и я понимал, с помощью чего юная волшебница стала колдовать. И мне был нужен этот предмет. А о его местонахождении знали только эти двое подростков. Об этом предмете я узнал от ныне покойной Кэролайн Джиллбоунс, прабабушки Мэлли, и от Рено Кэмерона.       — И дальше что? Вам удалось его получить?       И тут Грин-де-Вальд рассказал обо всём, что случилось в Нурменгарде. В том числе и о смерти Мэлли и о конце истории Даров Смерти. Судьи то и дело перебивали Геллерта, задавая каверзные вопросы, но Грин-де-Вальд держался. Мэлли еле дышала, её поддерживали за руки Тревор и Ларри. Пирткрайт, когда рассказ окончился, тихим голосом спросил у ребят:       — Так и было?       Подростки по очереди описали свои роли в прошедших событиях. Дольфус сидел как громом поражённый. Затем, преодолев внутреннюю борьбу, он объявил:       — Ваши свидетельства совпадают, но для надёжности нужно заслушать ещё два — от Альберциуса Гюнтера Лёске Тэнглера и от Аберфорта Персиваля Вульфрика Брайана Дамблдора. Прошу!       Дамблдор и Тэнглер вошли так же, как и Тревор и его компания. Для них тоже были приготовлены сизые кресла. Задав соответствующие вопросы и выслушав ответы, Дольфус в итоге спросил:       — Вы подтверждаете, что Рено Маклюр Кэмерон самостоятельно, помимо вашей воли, пошёл на три тяжких преступления: убийство супругов Джонсон, организацию покушения на убийство присутствующих здесь юных и взрослых свидетелей, и убийство Мэлли Джиллбоунс?       — Да, — ответил Грин-де-Вальд.       — Вы подтверждаете, что на самом деле отдали Дары Смерти Тревору Джонсону, чтобы он вернул к жизни Мэлли Джиллбоунс?       — Да.       — Вы подтверждаете, что во время сражения за Хогвартс узнали, где хранится тот предмет, которым хотели обладать, и добровольно отказались от него, имея возможность его заполучить?       — Да.       — И последнее. Какое отношение вы имеете к организации под названием «Гелиопаты» и её главе — Корнелиусу Освальду Фаджу?       — Я состою с ним в простом знакомстве, отношений по командованию и подчинению у нас нет. Гелиопатами Фадж занимался сам. И я именно от них защищал Хогвартс недавно.       — Спасибо. Подсудимый Грин-де-Вальд говорит правду? — спросил Пирткрайт у свидетелей.       — Да, — подтвердили те единогласно.       — Что ж… — Пирткрайт встал со своего места и приосанился. — Именем Визенгамота я объявляю приговор. Подсудимый Геллерт Грин-де-Вальд обвинялся в организации похищения Тревора Джонсона, Элен Джонсон, Кэти Джиллбоунс, Мэлли Джиллбоунс, Франклина Санториниса, Аберфорта Дамблдора и Альберциуса Тэнглера. И он это действительно сделал. Но ввиду тех обстоятельств, что он не проявлял к похищенным враждебности и жестокости, и даже наладил с ними дружеские отношения и помогал им, суд считает, что подсудимый проявил деятельное раскаяние. И в силу того, что в действиях подсудимого не содержится иного состава преступления, кроме изначально вменённого, суд постановляет оправдать Геллерта Грин-де-Вальда по единственному пункту обвинения и объявляет, что оправданный чист перед законом и волшебным сообществом. Господин Грин-де-Вальд! Я от имени Визенгамота поздравляю вас и приношу искренние извинения за причинённое беспокойство.       — Благодарю, — Грин-де-Вальд в ответ улыбнулся.       — Мы надеемся, что впредь к вам у нас вопросов не возникнет. А теперь прошу вас продолжить участие в процессе.       — Разве? — удивился Геллерт.       — Да, — подтвердил Дольфус. — Но теперь уже как свидетель по делу Корнелиуса Освальда Фаджа и обвинитель по делу Рено Маклюра Кэмерона. Напоминаю, в результате только что окончившегося этапа процесса Рено Кэмерон признан обвиняемым в тех преступлениях, о которых рассказали вы и потерпевшие от вашего деяния.       — Да, конечно, — Геллерт понял, что ему представился шанс расквитаться с изменником, и охотно согласился на предложение председателя. Тот приказал:       — Предоставьте оправданному подсудимому место обвинителя и введите следующего фигуранта — Рено Маклюра Кэмерона!       Геллерт пересел в красное кресло, возникшее перед трибуной председателя, а Кэмерон, вошедший под тем же конвоем, что и его бывший господин, занял чёрное. Дольфус спросил:       — Господин Грин-де-Вальд! Не имеете ли вы возражений против того, что я буду целиком вести процесс? В любом случае, как только захотите, вы получите слово.       — Нет, господин председатель, — согласился Геллерт, незнакомый с британским судопроизводством.       Дольфус Пирткрайт начал второе разбирательство:       — Рено Маклюр Кэмерон! Вы обвиняетесь по пяти пунктам: членство в нелегальной боевой организации под названием «Гелиопаты» и участие в её деятельности, убийство Мэлли Джиллбоунс, убийство Реджинальда Патнэма Джонсона и его жены Доры Акации Джонсон и деятельное участие в похищении Тревора Джонсона, Элен Джонсон, Мэлли Джиллбоунс, Кэти Джиллбоунс, Франклина Санториниса, Аберфорта Дамблдора и Альберциуса Тэнглера, а также в организацию покушения на их убийство. Что вы можете сказать на это, подсудимый?       — Это абсолютно сфальсифицированная клевета! — возмущённо закричал Кэмерон, показывая рукой на Мэлли. — Как вы можете обвинять меня в убийстве, если его предполагаемая жертва жива?!       — Прошу, Грин-де-Вальд, проясните ситуацию, — обратился Пирткрайт к Геллерту.       — Мэлли Джиллбоунс на самом деле была убита заклинанием Авада Кедавра, которое применил Рено Кэмерон, — разъяснил Геллерт. — Но Тревор Джонсон соединил все три Дара Смерти и смог оживить девочку. Палочку он получил от меня, Мантию — от Гарри Поттера, а Камень у него к тому времени уже имелся. Затем Смерть забрала свои Дары.       Аберфорт, Тревор, Франклин и Кэти подняли руки в знак согласия с этим свидетельством.       — Значит, Визенгамот может считать виновность подсудимого в убийстве Мэлли Джиллбоунс доказанной? — обратился председатель к коллегам. Судьи закивали.       — Так, — продолжил Пирткрайт, ударив молоточком по трибуне, — один из пунктов обвинения верен. Перейдём к остальным. Как вы связаны с организацией под названием «Гелиопаты», возглавляемой Корнелиусом Освальдом Фаджем?       — Я вступил в неё ещё тогда, когда был жив Лорд Волан-де-Морт, — сознался Рено, решив, что лгать опасно. — Я считал, что она была создана для борьбы с ним. Но когда Гарри Поттер победил его, то я понял, что ошибался. Фадж не распустил гелиопатов.       — Почему же вы не ушли оттуда? У вас ведь была такая возможность?       — Мы путешествовали по миру с целью поиска разнообразных магических реликвий. Мы были археологами и исследователями. В основном мы работали под землёй, и подчинённые нами духи огня нам очень помогали.       — И много ли вы нашли?       — Это к делу не относится! — заупрямился Рено.       — Относится! — прикрикнул Пирткрайт. — Отвечайте на поставленный вопрос, иначе будете признаны виновным!       — Почти ничего, — продолжил Кэмерон. — Но среди нас была некая Кэролайн Джиллбоунс. Она обнаружила загадочный кристалл. Он оказался магиомагнетиком. Решила оставить его у себя, никто не возражал. Но потом она исчезла. Позднее я разыскал её, и она поведала мне, что познакомилась с Грин-де-Вальдом. Я к тому времени решил, что гелиопаты так и останутся археологами, поэтому и пришёл к бывшему Тёмному Лорду. Он загорелся идеей возвращения с помощью магнетика, и дело пошло…       — Грин-де-Вальд, подсудимый говорит правду? — спросил Дольфус у Геллерта. — Вы так и познакомились?       — Да, — искренне ответил Грин-де-Вальд.       — Вы вновь готовы подтвердить, что более не претендуете на захват власти в каком-либо регионе?       — Да, подтверждаю, — повторил Грин-де-Вальд. — Если мне и нужна власть, то только та, что получена законным способом. Я запомнил уроки прошлого, — добавил он.       — Это очень хорошо, — председатель улыбнулся, вместе с ним улыбнулись и некоторые судьи, в том числе и Жолио Локарни. — А теперь вопрос вновь к подсудимому, — Пирткрайт снова обратил внимание к Рено. — Грин-де-Вальд утверждает, что вы участвовали в Обряде Возрождения. Насколько суду известно, в его ходе слуге необходимо лишить себя некоторой части тела. Что вы себе отрезали?       Рено не отвечал. Председатель переадресовал вопрос Геллерту. Тот сразу откликнулся:       — Палец ноги.       — Подсудимый, оголите стопы! — потребовал председатель, посовещавшись с остальными судьями. Рено заупрямился, отказываясь разуваться. Конвоиры обступили его с обеих сторон кресла и нацелили на него палочки. Немая угроза подействовала. Рено снял обувь и носки. У него отсутствовал мизинец левой ноги.       — Значит, возможная смерть и возрождение были предусмотрены заранее? — удивился Пирткрайт.       — Да, — Рено не стал отрицать очевидное.       — И как были добыты остальные компоненты?       — Кровь была взята из гробницы Альбуса Дамблдора, а кость из могилы отца Грин-де-Вальда.       — Суду ясно, как вы начали свой путь и как оказались в соратниках у Грин-де-Вальда. Но почему вы самовольно пошли на убийство супругов Джонсон?       — Господин Грин-де-Вальд велел мне заполучить магнетик, который был у Кэролайн Джиллбоунс. Дело в том, что когда она умерла, то в завещании о нём не было ни единого слова, и его изъяли сотрудники Министерства. И он попал в спецхран. Реджинальд Джонсон пригласил меня в качестве специалиста, когда решил его изъять по поручению супругов Джиллбоунс. Но когда мы сделали, что хотели, то магнетик оказался у самого Реджинальда. А Грин-де-Вальд хотел его получить для себя…       — Грин-де-Вальд, — обратился к Геллерту Дольфус, перебив Рено. — Вы подтверждаете, что не имели намерения лишить жизни супругов Джонсон?       — Да, такого у меня и в мыслях не было, — признался Грин-де-Вальд.       — Тогда как же вы узнали, что они убиты?       — С помощью легилименции, ваша честь, — объяснил Геллерт. — В присутствии свидетелей я допросил Рено Кэмерона и узнал обо всём.       Свидетели подняли вверх руки в знак согласия с товарищем по процессу. Воздержался лишь Ларри, потому что его тогда не было в библиотеке Нурменгарда.       — Ваша вина по этому пункту обвинения безусловно доказана! — пророкотал Пирткрайт, вновь обращаясь к Рено. — И чем же вы объясните такую жестокость?       — Реджинальд был сильнее меня, иметь успех могла только неожиданная атака, — стал оправдываться Кэмерон.       — Есть же оглушающие и обездвиживающие заклинания, — возразил Дольфус.       Ответом ему было молчание. Вздохнув, он подвёл ещё один итог:       — По пунктам убийства Джонсонов и членства в организации «Гелиопаты» вы признаны виновным. Перейдём к предпоследнему. Как было осуществлено похищение потерпевших, находящихся здесь же, в этом зале? Согласно свидетельству Грин-де-Вальда, это организовали вы.       — Я создал портал из диска, так как мне это поручил сам Грин-де-Вальд. Но я никак не предполагал, что Тревор Джонсон воспользуется им не в одиночку.       — Насколько известно суду из содержания предыдущих показаний, вы познакомились с похищенными раньше?       — Нет, — не согласился Рено. — С Тревором Джонсоном и Кэти Джиллбоунс я познакомился во время рождественских каникул. А с остальными только в Нурменгарде.       Геллерт и потерпевшие подтвердили это признание. Пирткрайт спросил:       — Почему вы не сделали портал пригодным только для самого Тревора Джонсона?       — Господину нужна была и Мэлли Джиллбоунс, — снова стал оправдываться подсудимый.       — Портал можно было настроить и на двоих.       Рено промолчал. Дольфус сделал вывод:       — Вы допустили похищение не только самого Тревора Джонсона. Но суду известно из материалов следствия, что подкупленные вами мракоборцы сожгли дом Аберфорта Дамблдора и покушались на убийство всех, кто там был. Как вы это объясните?       Рено молчал. Геллерт ответил вместо него:       — Чтобы убрать лишних, а то и самого Тревора, и сорвать мои планы.       Рено всё ещё молчал, не ответил на вопрос председателя о том, правда ли это. Пирткрайт встал, ударил молоточком по трибуне и провозгласил:       — Именем Визенгамота я объявляю приговор! Подсудимый Рено Маклюр Кэмерон обвинялся по пяти пунктам: участие в деятельности преступной организации под названием «Гелиопаты», убийство супругов Джонсон, похищение Тревора Джонсона, Элен Джонсон, Кэти Джиллбоунс, Мэлли Джиллбоунс, Франклина Санториниса, Альберциуса Тэнглера и Аберфорта Дамблдора, организацию покушения на убийство названных лиц и убийство Мэлли Джиллбоунс. В ходе процесса подсудимый по всем пунктам признан виновным и заслуживает наказания. При этом налицо отягчающее обстоятельство: неповиновение господину, выразившееся в извращении его планов, изначально содержащих только умысел похищения магиомагнетика, находившегося у Реджинальда Джонсона, Тревора Джонсона и Мэлли Джиллбоунс. Ввиду всего вышеизложенного Рено Маклюр Кэмерон приговаривается к пожизненному заключению в тюрьме Азкабан.       Рено завопил, но его быстро увели. Пирткрайт объявил:       — Процесс на сегодня окончен. Все свободны.       Потерпевшие, Ларри и Геллерт собрались покинуть зал суда. Ребята, Альберциус и Аберфорт вышли беспрепятственно, а Геллерта окликнул Дольфус. Убедившись, что все присутствовавшие, кроме самих Дольфуса и Геллерта, покинули зал, Пирткрайт прошептал в ухо собеседнику:       — У меня к вам дело. Крайне важное.       — Да? — отозвался Грин-де-Вальд.       — Вы согласны участвовать в деле Корнелиуса Освальда Фаджа? Вы можете очень помочь суду.       — А почему вы не озвучили мне эту просьбу официально, на заседании? — удивился Геллерт.       — Видите ли… — Пирткрайт смутился. — Мы до сих пор не переловили всех гелиопатов. А их в самом Министерстве, как выяснилось, немало. Могут быть везде, в том числе и среди моих коллег. Они хитро замаскировались. Когда вы защищали Хогвартс, министр провёл чистку. Но не полную, к сожалению, а частичную. Попались те, кто носил медальон под одеждой, но есть ведь и те, кто более осторожен. Хранят всё дома, не одевают белое и красное, ну, вы ведь понимаете?       — Да, — кивнул Геллерт. — Вы опасаетесь, что многие могут проголосовать за оправдание Фаджа или вовсе наложить вето на ваше решение привлечь его к суду?       — И этого в том числе, — председатель Визенгамота вздохнул. — Но больше — открытого бунта. Среди предателей могут оказаться многие уважаемые сотрудники, а терять их не хочется. Под арестом уже многие, но оставшиеся на свободе могут помочь им сбежать. А если бы вы получили гласное приглашение на следующий процесс, то это бы только подлило масла в огонь. Вы же их бывший предводитель, насколько я понял. А увидев вас врагом, они будут способны на многое.       — На суде всё равно увидят, — возразил Грин-де-Вальд. — А если я откажусь, Фадж выпутается. Этого допускать нельзя. Он ещё больше обозлится.       — Ну, у нас есть мракоборцы. Зал суда можно заблокировать. Для побега будет уже поздно. В таких условиях будет легче контролировать возможных мятежников. Не переживайте. Вы готовы?       — Да, господин Пирткрайт. Когда следующее заседание?       — Мы за две недели, прошедшие после ареста Корнелиуса, собрали достаточно материала. Третий процесс состоится завтра же.       — А эти юноши и девушки…       — Они свободны, я от них уже узнал всё, что нужно. Их показания будут приобщены к материалам дела Фаджа.       — Значит, мы сможем прижать его к стенке?       — Да, Геллерт, и во многом это зависит от вас, потому что вы, как я догадываюсь, знаете о нём больше, чем многие другие. Вы точно готовы?       — Да, господин Пирткрайт, — снова подтвердил Грин-де-Вальд.       — Отлично. Жду вас здесь же к завтрашнему дню, в это же время.