Будет больно

      Сил не было совсем. В голове пустота. Он не вполне понимал, какого черта он стоит на ногах, а не провалился еще в какое-нибудь беспросветное забытье. И все-таки он стоял на ногах — одной рукой вцепившись в край залитой кровью раковины и пялясь в зеркало на свое отражение. «Выгляжу как призрак… Хуже…» Красные запавшие глаза, темные круги и мертвенно-бледная кожа. «Ходячий труп. Выгляжу и чувствую себя соответственно.»       Он перевел взгляд со своего отражения чуть ниже. Немного растрепанная копна каштановых волос чуть склонилась над раковиной. «Грейнджер… Что ж ты приперлась то… Я же ставил заглушающее… Что?..» — ему показалось, что кто-то обращается к нему.       — Малфой? — озабоченно — Эй, Малфой, ты тут?       — Хватит махать своей ручищей у меня перед носом, Грейнджер, я тебя прекрасно слышу!       — Похоже, что не так уж и прекрасно. Я обращалась к тебе трижды, прежде чем ты отреагировал, — устало произнесли губы Грейнджер, — немного осталось, Малфой, еще чуть-чуть и все.       Мокрая рука Грейнджер последний раз провела по разодранному в хлам предплечью сверху вниз, едва касаясь кожи — опасаясь навредить, почти нежно — если бы это не была Грейнджер. От нее он едва ли мог рассчитывать на нежность.       Губы Грейнджер шевелятся. В глазах Грейнджер вопрос. «Что ей нужно?..» — отстраненно думал Драко. Она опять что-то говорит. Его сознание, кажется, хотело снова уплыть в безвестность. Решительным усилием он старался удерживать его на месте. Пока что. Еще хотя бы немного. «Ты же не хочешь снова отключиться перед этой чертовой гриффиндоркой, нет? Тряпка…»       Руки Грейнджер тянут его куда-то и он равнодушно позволяет им увлечь его за собой. Мимо проплывает дверной косяк. Кровать. «Наконец-то кровать… Уснуть и не проснуться…». Он со стоном повалился на постель, твердо намеренный уйти в мир иной во сне.       Пальцы Грейнджер щелкают перед его закрытыми глазами. Щелк, щелк. «      Мерлин, какой раздражающий звук!..»       — Грейнджер, ну хватит… Отвяжись уже…       — Малфой, пожалуйста, не отключайся! Ты опять меня почти не слышишь… Ну ничего, ничего… — Грейнджер бормочет что-то себе под нос, заправляет за ухо выбившуюся прядь волос, та снова падает ей на глаза, она смешно надувает губы и пытается ее сдуть… Чьи-то пальцы — «Пальцы не Грейнджер…» — берут дурацкую прядь и заправляют обратно за ухо, где ей и место. «Так то лучше…».       Глаза Грейнджер удивленно расширяются и пялятся на него, как на диковинное животное. «Как два маленьких Черных Озера… Мне нужны сейчас… Такая темнота… Просто уплыть отсюда…» Она хмурится, опускает взгляд и снова что-то бормочет.       — Мм… Мда… Эээмм… Ладно, ладно… Я поняла, ты не в себе. Еще минута и можешь заснуть. Я дам тебе Зелье Без Сновидений… Так… Хорошо. Ты проспишь часов восемь, а то и десять, ничего, зато хоть выспишься наконец… Так…       В руках Грейнджер непойми откуда взявшаяся баночка с какой-то не самого приятного вида мазью. Пальцы Грейнджер касаются его кожи. Снова. И снова. И еще раз. И снова нежно, с опаской, но уже более уверенно. Сон наваливался непреодолимой тяжестью. «Лишь бы не снова кошмары… Эти кошмары…»       — Малфой! Прости, Малфой, но сначала зелье… Я хочу, чтобы ты нормально поспал, слышишь меня? — руки Грейнджер слегка похлопывают по щекам — «Бесишь, Грейнджер, свали ты уже к Мерлину…», — отводят со лба растрепавшуюся челку.       — Ну приподнимись ты немного, черт… — постель немного прогибается в изголовье — кто-то сел рядом. Руки Грейнджер приподнимают его голову и кладут — кажется — на колени Грейнджер. Кто-то что-то бормочет. Наверно, снова Грейнджер. Губ касается прохладное стекло. Руки Грейнджер так очаровательно нежно поддерживают его тяжелую раскалывающуюся голову. Нежно. Нежно. НЕЖНО. Если бы он мог, он бы рассмеялся от одной только этой мысли.

«Ты — трус… Ты — ничтожество… Ты — без одной минуты труп… Не сегодня — так завтра… Ты достоин чего угодно — ненависти, презрения, жалости — но уж точно не нежности… Ничтожество!..», — по-змеиному шипел знакомый голос в его голове.

      Мягкие кисточки волос Грейнджер щекочут ему нос.       — Пей, ну пожалуйста… — шепчет кто-то. Последним усилием воли он делает глоток. Зелье прохладное, вроде слегка мятное на вкус.       «Вот и всё…».