Who's your daddy?

Джей уже умеет ходить. Конечно, неуверенно, покачиваясь из стороны в сторону, но умеет. Она делает робкие первые шаги и едва не падает назад, как ее подхватывают под мышки чьи-то холодные, но мягкие руки. Джей поворачивает и видит маму. Она широко улыбается ей, а в глазах светится такое счастье, что Джей тоже улыбается и касается ладошками ее щек. - Ма, - говорит она громко и на удивление четко. Харли смеется, кивает головой, целует ее в лоб и вновь ставит на пол. Джей снова встает на ноги и на этот раз делает больше шагов, почти доходит до лестницы. Она поворачивается через плечо, чтобы увидеть, смотрит ли мама, рада ли она, но мама ее не замечает. Она стоит рядом с человеком, обнимая его за шею и целуя прямо в губы. Джей знает, кто он, но не знает, зачем он так цепко вцепился своими пальцами в мамино платье, задирая его, заставляя маму смущённо его одергивать. - Пудинг, - смеется она громко и сладко, она смотрит на него благоговейно, с обожанием и вновь припадает к его губам. Человек хрипло смеется. Он, наконец, замечает Джей, всё так же неловко стоящую, качающуюся на двух ногах. И ей немного страшно, она отворачивается, продолжает свой маршрут к лестнице, но неуклюже падает назад. По большому счету, Джей почти не больно, но она знает, что, если заплачет, мама подойдет и успокоит. Джей любит маму. От нее пахнет помадой, пудрой и клубничными конфетами, реже – дымом, гарью и еще чем-то терпким и резким, от чего начинает щипать в носу. У мамы голубые глаза, очень красивые и глубокие, у нее красные губы, мягкие волосы, выкрашенные красным и синим. Мама очень громко смеется и много говорит, она беспрестанно улыбается, называет Джей малышкой и хорошей девочкой. Человек берет Джей на руки. Девочка внимательно смотрит на него. Она знает, кто он, но не знает, зачем он приходит, зачем он вообще нужен им с мамой. - Привет, детка, - говорит человек, щелкая Джей по носу. Больно. У него зеленые волосы, точь-в-точь, как трава во дворе. Джей уверена, что у него очень острые зубы, она видела, как они устрашающе блестят на свету. Кожа у человека белая, алебастровая, с множеством коротких шрамов, с надписями и рисунками. Под глазами у человека темные круги, а глаза серые и колючие. Джей старается в них не смотреть. - Ну же, Бонни, - говорит он, - поздоровайся со своим любимым папочкой. Он ее папа, точно. Так называет его мама, так наказывает называть его ей. Еще человек называет ее «Бонни», хотя та совсем не знает, почему. Джей верит маме, а мама никогда не называет ее так. - Па-па, - по слогам говорит она. Человек заливается хохотом, грудь его ходит ходуном, Джей слышит хрипы, вырывающиеся из его горла. - А ты теперь умеешь ходить, да, детка? – спрашивает он, ставя ее на пол и отходя к дивану. Человек садится на корточки и разводит руки в стороны. - Иди к папочке. – Говорит он. Джей заинтересованно смотрит через его плечо, где мама неуверенно улыбается ей. Она кивает сначала слегка боязно, но потом воодушевленно, и часть ее веры вдруг передается Джей. - Ну же, Джей. – Говорит мама, - давай. Лицо человека становится очень страшным, он скалит зубы и поворачивает голову к маме. - Ее зовут Бонни, Тыковка. Сколько раз мне это еще тебе повторять? Джей знает, что она точно не Бонни. Но она, все так же качаясь, идет в объятия человека, а когда равняется с его коленями, он резко подхватывает ее на руки и подбрасывает над головой. У Джей захватывает дух, ей очень страшно, она видит всю комнату, видит смеющееся лицо человека под собой, видит улыбающуюся маму. Ей так страшно и интересно, что она не знает, что же чувствует больше. Потом человек берет ее в охапку, садится на диван и сажает к себе на колени. Джей сидит к нему лицом, она видит, как он достает из внутреннего кармана лилового пиджака маленький блестящий предмет. Долю секунды человек вертит его в длинных пальцах, а затем протягивает ей. - Это нож, - говорит он, широко улыбаясь, Джей видит, как пляшут отблески света на его металлических зубах. Человек держит лезвие между подушечками пальцев, он протягивает Джей белую рукоять. Нож нравится ей, он красиво переливается, на нем выгравированы затейливые узоры, которые ей очень-очень хочется потрогать. Она подносит лезвие прямо к своим глазам, чтобы лучше рассмотреть рисунок, но белый палец уводит его от лица ребенка. Человек недовольно цокает, он пристально смотрит на Джей, а она вдруг начинает капризничать – пытается слезть с колена, держа при этом нож в руках. Она слышит вздох, поднимает голову. Серые глаза человека излучают неприязнь. Он обхватывает ее рукой вокруг туловища, заставляя сидеть на месте. - Ты плохо обращаешься с оружием, юная леди, - строго говорит он, - никогда не подноси его к лицу, если не хочешь поранить себя. Джей начинает хныкать. Ей страшно и неуютно рядом с человеком. Он пахнет железом и пылью, еще чем-то резким и неприятным. По щекам Джей скатываются первые слезинки, и она разжимает ладонь с ножом. Он с негромким стуком падает на паркет. Человек очень зол. Он резко убирает ее со своих колен, почти отталкивает, подходит к маме и хватает ее за шею своими длинными белыми пальцами. - Это ты виновата, - говорит он хрипло и гневно, - ты пытаешься вырастить из нее невесть кого. Она не будет нормальной. Ни-ког-да. Мама судорожно ловит ртом воздух, сжимая его предплечье своими руками. - Я не… - пытается выдавить из себя она, когда человек резко толкает ее и направляется к лестнице. Мама едва не падает, но вовремя опирается о столешницу ладонью, быстро приходит в себя, берет плачущую Джей и прижимает к себе. Девочка видит разноцветные пятна на ее руках: синие, фиолетовые, желтые. Мама вся украшена такими. Джей успокаивается и ловит рукой красный мамин локон, на шее ее такого же цвета следы. - Все будет хорошо, - утвердительно шепчет мама, перебирая светлые волосы на макушке Джей, - малыш, все будет хорошо. Не бойся папы, никогда не бойся. Он тебя ни за что не обидит. Джей слышит размеренный стук у мамы в груди и успокаивается. Джей верит маме, а мама никогда ее не обманывает.

***

Когда человек приходит в следующий раз, Джей уже умеет взбираться на две ступеньки и спускаться обратно. Она умеет говорить слово «хочу» и «дай», и обиженно надувать губы. Но, когда она видит человека на пороге своей комнаты, то список ее умений пополняется. Джей хмурится. Человек замечает это, он пятится в притворном ужасе, прижав ладонь к ключице. - Мисс Бонни? – спрашивает он, - вы не в духе? Человек подходит к ней и садится рядом. Джей замечает, как он прячет одну руку за спиной что-то скрывая. Она с любопытством пытается заглянуть, чтобы узнать, что же там находится. Свободной рукой человек вновь усаживает ее на место и качает головой. - Ну-ка, детка, - человек улыбается, - скажи, ты рада видеть своего папу? Джей знает этот вопрос. Когда мама спрашивает ее об этом, это значит, что она должна протянуть ручки и крепко-крепко обнять ее за шею, чтобы показать, насколько она рада. Но Джей не знает, нужно ли ей делать то же самое с человеком, или он хочет, чтобы она сделала что-нибудь другое. Джей раздумывает совсем недолго. В конце концов, мама говорила ей не бояться его. Мама говорила, что он ее папа. Малышка смотрит в его колючие глаза и думает, что его тоже можно любить. Не так сильно как маму, но, по крайней мере, можно попробовать. Джей резво встает на ноги, подходит к человеку и обхватывает руками его шею. Она чувствует всем своим телом тяжелый стук в его груди, и в тот момент, когда Джей прижимается своей щекой к его, человек вздрагивает. Он сажает Джей на руки и встает, а она все еще обнимает его, чувствуя, как страх перед ним отходит на второй план. - Бонни-куколка, - как-то странно говорит он, - я кое-что тебе принес. И перед лицом Джей оказывается серый кролик. Он не очень большой, но очень мягкий. Джей чувствует это, когда берет его в свои руки. У кролика длинные задние лапы и уши. Он улыбается, а впереди у него два мягких зуба. Джей смотрит на человека, уже не боясь его. Она прижимает одной рукой к себе игрушку, а другой тянется к лицу человека. Ладошка прижимается к его щеке, и Джей смотрит прямо в его глаза. В них нет никакой злости, никакой больше колючести. Она видит в них тоже самое, что видит в глазах мамы. - Па-па. – Говорит человеку Джей. Он улыбается. - Что, Вишенка? Она упирается лбом ему в подбородок. От человека пахнет неприятно. Ржавчиной и горечью. Глаза у него серые и злые, хочется спрятаться, а руки грубые и шершавые, как наждачная бумага. Рот у человека некрасивый, зубы острые и опасные. Человек хрипло называет ее "Бонни-куколка", и ей совсем неуютно от этого. От папы пахнет силой и мужеством. Глаза у папы серые и улыбающиеся, а руки твердые и надежные – всегда подхватят, если Джей упадет. Рот у папы красный, как у клоуна. Когда папа смеется, Джей смеется вместе с ним, а зубами он без труда колет орехи. Когда папа хочет поиграть, он зовет ее "Бонни-куколка", и Джей уже почти к этому привыкла. Еще Джей знает, что человек и папа – разные люди, которые ютятся в одной грудной клетке. Джей любит обоих одинаково, но второго все-таки немного больше. «Детка», - говорит человек. «Вишенка», - говорит папа. Но самое главное, Джей знает, что нужно сделать, чтобы пришел ее отец. И когда в очередной раз человек замахивается на маму рукой, девочка просится на руки. Человек зол, он раздосадован, но все равно берет ее. Джей касается его щеки ладошкой. - Па-па, - улыбается она. И видит глаза папы перед собой.