Отрывая крылья

До безумия удобная кровать, в которой я лежала, манила даже своим запахом свежести и чистоты. Я могла в ней валяться ещё как минимум до обеда, но кто-то резко сдернул с меня одеяло, от чего я буркнула что-то невнятное и недовольное. — Что ты бубнишь? Подъем! Последний день лета проспишь! — радостно заявил Илья, раздвигая шторы. Яркое солнце заставило меня поднести руку к лицу и возмутиться: — Орлов, ты совсем сдурел? — И почему ты только такая капризная? — фыркнул парень, подходя ближе к кровати. — Потому что это не способы будить, особенно в последний день лета, — буркнула я, протирая глаза. — И вообще, тебя стучаться не учили? — Я стучался, но ты спала слишком крепко, чтобы услышать, — развел руками Илья. Я хмыкнула: — Можешь считать, что отмазался. Мой сон на самом деле очень сложно прервать, но без одеяла я спать не могу — моментально просыпаюсь. — Пошли, там завтрак готов, — протянул мне руку Илья, предлагая встать с кровати. Как галантно. Я приняла руку помощи и подтянулась на ней. Утром он действительно стал другим. Таким, каким был вчера, когда мы впервые встретились. Неужели этот бедолага умеет готовить? Как оказалось, умеет. Ещё как. Не попалось ни одной скорлупки в омлете, что действительно подозрительно. Извините, но даже я так не умею. Я вообще очень неуклюжая. Очень. — Как спалось? — поинтересовался Илья. — Спасибо, хорошо, — улыбнулась я. — Ты на меня не злишься? — обеспокоено спросил он. Я сморщила лоб: — Из-за чего? — Из-за вчерашнего. Из-за того, что я вечером был так недружелюбен, — разъяснил парень. Я рассмеялась: — Нет, конечно. Я понимаю, что ты не меньше моего вчера устал. Илья улыбнулся. Благодарно. Неужели все так просто? Неужели он не будет меня унижать, использовать как домохозяйку? Неужели каждое утро будет проходить так спокойно и непринуждённо? Неожиданно. И приятно. — Сколько тебе лет? — бесцеремонно спросила я. А что? Ему можно, а мне нет? — 21, — кратко ответил тот. Я аж немного подавилась. Закашлялась. Илья толкнул ко мне стакан с водой, который я быстро опустошила. — Чего?! Ты старше меня на 5 лет и решил меня жизни учить?! — опешила я. — Но заметь, я в свои 21 добился многого, — обвёл взглядом он свою квартиру. — Какой же ты самодовольный, — фыркнула я, отвечая недавней манерой парня. Он усмехнулся и качнул головой: — С кем поведёшься, от того и наберешься. — Ты на что намекаешь? — прищурилась я. Илья улыбнулся во все 32 и спокойно сказал: — Давай тарелку сюда. Вот жук, ещё и от разговора увиливает. Но с ним приятно общаться. Такое ощущение, что я знаю его уже очень и очень давно. Так просто найти общий язык, посмеяться. Я с ним не чувствую себя сконфужено. Это странно. Никогда я ещё не встречала такого человека, с которым я могу так общаться, несмотря на то, что мы с ним едва знакомы. — Эй, а чего это мы расселись?! — недоумевая спросил Илья. Я немного испуганно посмотрела на парня, потому что он был таким серьёзным, а потом он рассмеялся и сказал: — Пошли, нас ждёт незабываемый последний день лета. — Дурак ты, Орлов, — фыркнула я. — Не стал бы я так пренебрежительно разговаривать с человеком, которого знаешь всего пару дней, — спокойно произнёс Илья. — Кто мне это говорит? — изогнула одну бровь я. — Хозяин квартиры и на первое время тебя, — ухмыльнулся парень, перед тем как в него полетела подушка с дивана. Моя жизнь не принадлежит никому. Даже мне. — Либо ты через полчаса стоишь готовая к выходу, либо мы дружненько проводим последний день дома за генеральной уборкой, — поставил мне условия парень. Я закатила глаза и, зашагав в свою комнату, буркнула: — Хорошо, мамуль. — Я тебя сейчас… — с иронией сказал парень, побежав за мной. — Ничего не сделаешь, — показался язык я и захлопнула дверь. Какой же он все же забавный. — У тебя 27 минут! — послышался голос за дверью. Очень забавный. И милый. Ещё не хватало в первый же день в него влюбиться. Нет, подожди хотя бы недельку. Хотя бы недельку… Знаете, куда мы поехали? По магазинам. Этот мажор решил «преобразить» меня. Он протаскал меня по магазинам как куклу, примеряя ко мне очередной и очередной наряд. В основном это были платья. То облегающие и вызывающие, то просторные и нежные. Вкус у него есть, но мне неудобно, что почти незнакомый мне человек оплачивает мои псевдо-потребности. Но только я хотела что-нибудь сказать, как Илья затыкал меня: — Лер, закрой свой красивый рот, ты все равно меня не переубедишь. Я, наверно, сейчас краснею. Стою в сторонке с надутыми губами и жду своего «ненаглядного». Он выходит из магазина с огромными пакетами в руках и вручает их мне. — Нет, Орлов, ты точно идиот, — фыркнула я, отходя от него. — Может, ты хотя бы свои вещи возьмёшь? — добежал он до меня. — Я тебя просила? — вздохнула я. — Ты бы и не попросила, так что держи, — вручил он мне пакеты, а сам щелкнул меня по носу. — Ты — капризуля. Ну ты сейчас доиграешься… — Лучше помолчи, — выдохнула я. — А то что? Платьями закидаешь? — рассмеялся парень. — Не провоцирую меня, — стиснула зубы я. — Хоть бы спасибо сказала, — фыркнул Илья. — Спасибо, мамуль, — ответила тем же тоном я. — Лера… — зашипел Илья. Я с трудом подняла руки и сказала: — Молчу-молчу. — То-то, — пригрозил пальцем парень. Теперь я знаю, как вывести его из себя. Это хорошо. Лера любит бесить. Дальше по плану Ильи был обувной. — Твои ноги слишком прекрасны для обычных балеток, — утверждает он. — Крестная фея, мне на бал пока ещё не надо, — улыбнулась я. — Золушка, хватит со мной пререкаться. Твоё заточение дома закончилось, твой принц забрал тебя, — вновь щелкнул меня по носу Илья. — Когда уже наконец настанет день, когда мы умрем в один день, — заныла я. — Я ведь крестная фея, я бессмертна, — шепнул мне на ухо парень. Его горячее дыхание обожгло моё ухо и пустило табун мурашек. Это так приятно, когда он так близко ко мне. Нет-нет, Лера, хватит. — Кто же тогда принц? — сглотнув ком в горле, сказала я. — Я два в одном лице, — улыбнулся Илья. Жучара. Кто кого ещё прихлопнет? Каблуки — это боль. Однако Орлов так не считал. Говорил, что надо чем-то жертвовать ради красоты. Я же послала его куда подальше и заявила, что-либо он мне покупает кроссовки, либо покупает каблуки, которые я не буду носить. Он обреченно вздохнул и ответил: — Компромисс: покупаем и то, и другое. — Или вообще ничего, — ухмыльнулась я. — Неа, так не пойдёт. Так или иначе будешь носить хоть что-то, так что, тащи сюда, — протянул мне руки Илья. Спорить с ним бесполезно, но я не могу понять, откуда такая щедрость? В чем подвох? Он мне реально в крестные феи записался? Не может быть все так просто. Мне потом что-то нужно будет заплатить? Или уже все оплачено? Я ничего не понимаю. — Красавица, очнись, — пощёлкал перед мои лицом Илья. Я моргнула и фыркнула. — Капризуля, — улыбнулся парень. — Идиот, — буркнула я. Мы нашли общий язык, отлично. Вечер был проведён за просмотрами ситкомов, которые мне были вообще не интересны. Посидела я только потому, что кое-кто попросил меня остаться, ибо не хочет сидеть один. Я усмехнулась и подумала, что нету никакого толку сейчас сидеть в одиночестве и уединяться, и присоединилась к Илье. Так что, на протяжении вечера мы оба втыкали в телевизор с абсолютно каменными лицами. Он молчал, я молчала, мы смотрели. Может, иногда незначительные слова вбрасывались в наш скудный вечер. Было так удивительно тихо. Понятное дело, что из телевизора доносились голоса и смех толпы на заднем плане, но это не было звуком. Что толку во всем этом? Зачем я здесь осталась? Неужели из жалости? Просто Илья действительно выглядит одиноким и брошенным. Возможно, я себя вновь переоцениваю, но рядом со мной он будто светлеет. Будто в синих глазах появляются медовые нотки тепла. Словно голос его становится мягче и льётся как тёплое молоко. И как я только могла различить в нем столько всего лишь за 2 дня? — Во сколько тебе завтра в школу? — вдруг хоть какой-то чуть более важный вопрос. Холодный голос, режущий все. — В 8, — кратко сказала я. Илья глянул на часы и вздохнул: — Ууу, кое-кому в люльку пора. Время — 11 вечера. Мы досматривали первый сезон этого скучного сериала, который, по сути, ни о чем. Но ведь затягивает, поэтому я категорически отказывалась идти спать. — Капризуля, — фыркнул Илья. — Все равно скоро отключишься. А голос становится мягче. Я сморщила лоб, мол «с чего бы это?» — Ты думаешь, я случайно тебя пораньше разбудил? — ухмыльнулся Орлов. — Ну ты…идиот, — выпалила я, зевнув. Илья рассмеялся и сказал: — 1:0, дорогая. — Иди-ка ты куда подальше, дорогой, — буркнула я, вставая с дивана. — Ну не обижайся, Капризуля, — улыбнулся Илья. — Мамуль, какие обиды? — ответила тем же тоном я. Лицо парня скривилось, и он заявил: — Дуй спать. — Мамуль, не нервничай, уже иду, — ухмыльнулась я и ловко увернулась от подушки, полетевшей в мою сторону. Дорогой, а ведь 1:1.