Если это в параллельной вселенной.

Шакал стоял напротив неё, его жёлтые глаза горели безумным восторгом пополам с недоумением. Он только что видел, как эта девчонка — которую он минуту назад едва не прикончил, которую он превратил в кровавое месиво своими взрывами — вдруг оказалась в центре ослепительной вспышки. А теперь она стояла, и от неё исходила такая сила, что даже его демоническое нутро на миг сжалось в непривычном спазме. — Что... что ты сделала, звезда? — прохрипел он, делая шаг вперёд. — Где твой дух? Где эта наглая рыба? Люси не ответила. Она смотрела на свои руки — они всё ещё дрожали, но теперь в них пульсировала сила. Не та, что была раньше. Не просто магия. Нечто большее. Она стояла в доспехах, которых никогда раньше не видела — даже в самых смелых мечтах. Бирюзовые, с золотыми инкрустациями, они облегали её фигуру, как вторая кожа, но при этом были лёгкими, почти невесомыми. Наплечники, нагрудник, поножи — всё было выполнено в едином стиле, с изящными узорами, напоминающими звёздные карты. Поверх доспехов ниспадал белый плащ — тяжёлый, благородный, он развевался сам по себе, хотя ветра не было, и в его складках мерцали крошечные искры. В правой руке она сжимала меч. Огромный, почти в рост человека, с лезвием, которое переливалось всеми оттенками синего и золота — от бирюзового у основания до почти прозрачного на острие. Рукоять была украшена символами всех двенадцати зодиаков, и каждый из них пульсировал в такт её сердцебиению. А волосы... она машинально коснулась головы и поняла, что они собраны в высокий, тугой хвост, перехваченный золотой заколкой. — Это... — прошептала Люси, глядя на своё отражение в лезвии меча. — Одеяние Короля Небесных Духов? Ответ пришёл откуда-то из глубины, из самой сути этого доспеха: «Дитя, ты принесла величайшую жертву, на которую способен Заклинатель. Ты сломала ключ, чтобы спасти тех, кого любишь. В знак моей благодарности я дарую тебе частицу моей собственной силы. Носи её достойно». Сила хлынула через неё — невероятная, почти необъятная. Люси чувствовала, как она наполняет каждую мышцу, каждый нерв, каждую клетку. Это было пьянящее ощущение — словно она могла всё. Сдвинуть горы. Остановить время. Уничтожить любого врага одним взглядом. Но вместе с мощью пришло и понимание. Эта сила пожирала её собственные резервы с чудовищной скоростью. Минута — может, две — и она рухнет без сознания от истощения. Нужно было заканчивать быстро. Земля под ногами вдруг дрогнула. Скалы, на которых они стояли — обломки рухнувшего Плутогрима, — начали крошиться, сползать вниз. Люси пошатнулась, пытаясь удержать равновесие, но кусок породы под её ногами провалился, и она полетела вниз, в темноту. Шакал, тоже потерявший опору, кувыркаясь, падал следом, но даже в падении не сводил с неё глаз. Люси приземлилась на груду обломков, боль пронзила израненное тело, но новые доспехи смягчили удар, приняв большую часть энергии на себя. Она вскочила, меч в руке полыхнул синим, и увидела Шакала — он тоже приземлился, отряхиваясь, и теперь смотрел на неё с выражением, которого она у него ещё не видела. Не безумное веселье. Не садистское предвкушение. Злость. Настоящая, глухая злоба. — Ты... — прошипел он, делая шаг вперёд. — Ты посмела... ты лишила меня удовольствия! Я хотел убить тебя медленно, смакуя каждый миг! А теперь ты думаешь, что можешь мне противостоять?! Он взмахнул руками, и багровая аура вокруг него взорвалась фонтаном. Десятки, сотни взрывных сфер вырвались из его тела и обрушились на Люси градом. — СДОХНИ! Люси вскинула меч, и лезвие вспыхнуло ослепительным светом. Ударная волна от взрывов ударила в неё, но доспех выдержал — бирюзовая броня засияла ярче, поглощая энергию, перерабатывая её в свет. Люси пошатнулась, но устояла. — Что? — Шакал замер, его челюсть отвисла. — Как... это невозможно! Моё проклятие... оно должно было... — Ты проиграл, Шакал, — сказала Люси, и голос её, усиленный силой Короля, разнёсся эхом по руинам. — Ты и твоя гильдия. Вы ой как ошиблись. Она подняла меч, и клинок засветился так ярко, что пришлось зажмуриться. Сила утекала из неё с каждой секундой — она чувствовала это, как песок сквозь пальцы. Минута. Меньше. Шакал взревел от ярости и бросился на неё, нанося удар за ударом, каждый из которых должен был разнести её на куски. Но меч танцевал в её руках, отбивая взрывные сферы, разрубая их до того, как они успевали активироваться. Люси двигалась в ритме, которого не знала раньше — словно сам Король вёл её руку, подсказывал каждое движение. — Хватит! — крикнула она, и в её голосе зазвенела сталь. Она взмахнула мечом, и над ней развернулась карта звёздного неба — настоящая, полная, с миллионами мерцающих точек, каждая из которых была частью её силы. Движение меча было мгновенным. Меч опустился, и вслед за ним обрушилось само небо. Звёзды падали градом, каждая — с силой метеорита, каждая — прожигая демоническую плоть, выжигая проклятую сущность изнутри. Шакал кричал — не от боли, а от неверия, от того, что его, демона из Девяти Врат, непобедимого, уничтожает какая-то девчонка. Снова. Когда свет погас, на месте, где стоял Шакал, осталась лишь обугленная воронка и клубы чёрного дыма — последнее, что осталось от Девяти Врат Демонов. Люси стояла на краю этой воронки, тяжело дыша, опираясь на меч как на костыль. Доспехи всё ещё сияли, но она чувствовала, как силы покидают её — с ужасающей скоростью. Бой с тремя демонами, потеря Водолея, призыв Короля, это одеяние... организм был на пределе. Ноги подкосились, и она опустилась на колени, меч выпал из ослабевшей руки и со звоном покатился по камням. — Получилось... — прошептала она, глядя на дым, поднимающийся из воронки. — Я сделала это. Доспехи на миг вспыхнули ярче — и погасли. Бирюзовый свет померк, белый плащ исчез, меч растворился в воздухе. Люси снова была в своей обычной одежде — изодранной, окровавленной, но своей. — Водолей... — прошептала она, и слёзы потекли по щекам — слёзы облегчения, боли, утраты. — Ты видишь? Я справилась. Спасибо тебе. Я обязательно верну тебя. Обещаю. Она сидела так несколько минут, восстанавливая дыхание, чувствуя, как магия по капле возвращается в истощённый источник. Тело вопило от боли, но она была жива. Она победила. — Надо... надо найти остальных, — пробормотала Люси, пытаясь встать. — Нацу, Эрза, все... они должны быть где-то здесь. Живые. Она сделала шаг, другой, опираясь на обломки. Руины вокруг были пустынны, только дым и пыль висели в воздухе, смешиваясь с запахом озона и горелой плоти. И вдруг из тени, из лужи воды, оставшейся после обрушения, вынырнула фигура. Торафузар. Его водяное тело переливалось в тусклом свете, плавники-лезвия хищно подрагивали. Он оглядел воронку, где только что был Шакал, перевёл взгляд на Люси, и в его бесстрастных глазах мелькнуло что-то похожее на удивление. — Шакал... побеждён? — пробулькал он. — Этой? Люси напряглась, принимая боевую стойку, хотя тело вопило от боли. Ярость, всё ещё клокотавшая внутри, вскипела с новой силой. — Да, — выдохнула она. — И ты будешь следующим. Торафузар не стал тратить время на слова. Он просто рванул вперёд, его плавники вытянулись в длинные лезвия, целя прямо в сердце Люси. Она приготовилась. Сила Короля почти иссякла, но крупицы ещё теплились в ней. Этого могло хватить на одну-две атаки. Она должна была попытаться. Лезвия Торафузара врезались в пустоту. В последний миг что-то огромное и железное врезалось в демона, сбивая его с траектории. Люси увидела, как Торафузара отбрасывает в сторону, и над ней нависла знакомая фигура. — Гажил! — выдохнула она. Железный Убийца Драконов стоял перед ней, его тело покрыто железной чешуёй, кулаки сжаты, глаза горят яростью. — Жива, Люси? — бросил он через плечо. — Отлично. Отдыхай, видимо, ты хорошо потрудилась. — Нет! — Люси шагнула вперёд, сжимая кулаки. Её трясло — не от слабости, от ярости. — Дай мне его! Это он... Он кромсал её своими плавниками, пока она пыталась меня защитить! Я хочу придушить его собственными руками! Гажил обернулся, в его красных глазах мелькнуло понимание — и твёрдость. — Люси, ты в таком состоянии даже не подходи к нему. — Он сплюнул, готовясь к атаке. — Я понимаю твою злость. Но сейчас ты упадёшь после первого же удара. Дай мне разобраться. — Я могу... — начала Люси, делая шаг и тут же пошатнувшись. Ноги подкосились, мир поплыл перед глазами. Но упасть она не успела. Сильные руки подхватили её со спины, и знакомый голос — хриплый, с вечной усмешкой, но сейчас непривычно серьёзный — раздался над ухом: — Эй, Люси, полегче. Она обернулась и уткнулась в знакомый розовый вихор. Нацу. — Нацу... — выдохнула она, и слёзы снова хлынули. — Ты жив... вы все... — А ты сомневалась? — он ухмыльнулся той самой дурацкой улыбкой, от которой у неё всегда теплело на сердце. — Что ты тут устроила? Обязательно расскажи мне потом об этом, мне жуть как интересно, — он аккуратно опустил её на обломок стены, придерживая за плечи. — Ты так много сделала для нас. Больше, чем кто-либо мог просить. Теперь отдыхай. Дальше — наша работа. Люси хотела возразить, хотела сказать, что должна, что обязана, что Водолей... — Люси, — Нацу вдруг стал серьёзным, его глаза встретились с её. — Ты и так спасла нас. Если бы не ты, мы бы все остались в этой хрени. Доверься нам. Мы справимся. Она смотрела на него, на Гажила, уже вставшего в боевую стойку напротив Торафузара, и вдруг почувствовала, как напряжение отпускает. Они здесь. Они живы. Они рядом. — Хорошо, — прошептала она. — Но если он уйдёт — я тебя лично скручу. Нацу рассмеялся и резко развернулся, вставая рядом с Гажилом. Но Торафузар не торопился атаковать. Он замер, глядя куда-то за их спины, и на его рыбьем лице проступило нечто похожее на удовлетворение. — Вы все собрались, — булькнул он. — Прекрасно. Значит, одним ударом можно покончить со всем «Хвостом Феи». — Мечтай, рыба, — оскалился Гажил. В этот момент из тени за спиной Торафузара выскользнула фигура. Высокая, неестественно худая, закутанная в тёмные одежды. Люси похолодела, когда разглядела его. Это был демон, которого она ещё не видела. Его тело, казалось, состояло из чёрной, клубящейся дымки, которая переливалась, как живой туман. Одеяние — монашеское, с высоким воротником и клетчатым узором — скрывало большую часть фигуры, но самым жутким было лицо. Вернее, его отсутствие. Под капюшоном, украшенным замысловатым головным убором, напоминающим корону, виднелся лишь череп — пустые глазницы, оскаленный рот, никакой плоти, никаких эмоций. Он нёс в руке длинный посох — кхаккхару. — Чёрный архиепископ, — подтвердил он голосом, который звучал одновременно из ниоткуда и отовсюду. — Вы доставили нам немало хлопот, маги. Но ваша магия... она так легко рассеивается в моих частицах. Он поднял посох, и его тело буквально распалось на мириады чёрных, ядовитых пылинок, которые устремились к магам. — Воздух! — крикнула Люси. — Он отравлен антимагическими частицами! — Не так быстро! — раздался голос, и из-за обломков вынырнула Джувия. Она встала перед всеми, её водяное тело взметнулось стеной, принимая на себя удар чёрной дымки. Частицы впивались в воду, нейтрализуясь, но Джувия вскрикнула — ей было больно. — Держись! — Грей рванул к ней, его ледяная магия вспыхнула, пытаясь заморозить дымку. Но в этот момент с другой стороны из тени вышел ещё один демон — массивный, с тёмной бронёй, и горящими глазами. Темпестер. — Окружайте их, — приказал он спокойно. А сверху, из пролома в руинах, спустился Сильвер, его ледяная аура замораживала воздух вокруг. И тут же воздух взорвался пламенем — это Темпестер обрушил на всех своё дыхание. — Дышите глубже, маги! — расхохотался он. — Огонь? — Нацу шагнул вперёд, открывая рот. — Моя стихия! Он вдохнул — и пламя хлынуло в него, исчезая в его глотке. Темпестер замер с открытым ртом. — Что за... ты поглотил моё пламя?! — Вкусно, — облизнулся Нацу и повернулся к Люси. Она смотрела на него, на Гажила, на Грея, на Джувию — на всех них, живых, настоящих, пришедших ей на помощь. Четверо магов против четверых демонов. Силы сравнялись. Нацу кивнул и повернулся к демонам. Пламя взметнулось до небес. — Ну что, уроды? — Нацу оскалился. — Готовы к грандиозной драке? Грей встал рядом, его ледяная аура столкнулась с пламенем Нацу, но вместо конфликта они сплелись в единый вихрь. — Согласен. Хватит прятаться. Гажил сплюнул, его железная чешуя заскрежетала. — Я только разогрелся. Джувия улыбнулась, её водяное тело переливалось. Люси смотрела на них, и в груди разгорался новый огонь. Сила Короля почти иссякла, но крупицы её ещё теплились — достаточно, чтобы поддерживать их, чтобы верить. Война за магию начиналась здесь и сейчас.

***

Сознание возвращалось медленно, тягучими волнами, сквозь пелену боли и звона в ушах. Люси лежала на чём-то твёрдом и холодном — обломке камня, укрытом слоем пыли и пепла. Тело ныло так, словно по нему прошлись катком, а потом ещё и приправили ожогами и порезами. Каждое движение отдавалось пульсирующей болью где-то в затылке. — Где... я? — прошептала она, с трудом разлепляя веки. Надо мной клубился дым, смешанный с искрами магии. Где-то вдалеке слышались крики, грохот взрывов, лязг металла. Она попыталась приподняться на локтях — и едва не рухнула обратно, когда перед глазами всё поплыло. — Осторожнее, — прошептала она себе, заставляя себя сфокусироваться. — Ты жива. Она кое-как поднялась на ноги, опираясь на стену. Перед глазами всё плыло, но она заставила себя сделать шаг. Ещё один. Ещё. И тут она увидела Джувию. Водяная стояла в десятке метров, схватилась за грудь и начала падать. — Джувия! — закричала Люси, бросаясь вперёд, забыв о боли, о слабости, обо всём. Она успела подхватить Водяную в последний миг, когда та уже готова была рухнуть лицом в обломки. Люси опустилась на колени, прижимая её к себе, и с ужасом увидела, как по коже Джувии расползаются чёрные прожилки — антимагические частицы пожирали её изнутри. — Джувия! Держись! — Люси трясущимися руками попыталась стереть эту черноту, но пальцы проходили сквозь неё, не причиняя вреда. — Лю...си... — Джувия с трудом открыла глаза, её зрачки уже начинали мутнеть. — Люси... Джувия хочет... увидеть Грея... в последний раз... Пожалуйста... — Не говори глупостей! — Люси сжала её руку, чувствуя, как та холодеет. — Ты увидишь его! Я обещаю! Ты будешь жить, и ты увидишь Грея, и будешь пилить его до конца его дней, поняла? Не смей сдаваться! Джувия улыбнулась — слабо, почти прозрачно, и её глаза закрылись. — Люси! — раздался знакомый голос, и она обернулась. Нацу стоял в нескольких метрах, напротив Темпестера. Оба тяжело дышали. — Уходи! — крикнул он. — Уноси Джувию в безопасное место! Здесь сейчас будет жарко! — Но... — ЛЮСИ! — рявкнул он так, что она вздрогнула. — Я справлюсь! Давай, иди отсюда! Люси кивнула, подхватила Джувию на руки, с трудом поднимаясь под тяжестью её тела. Ноги дрожали, спина взвыла от боли, но она стиснула зубы и пошла. Прочь от поля боя, прочь от взрывов и криков, туда, где можно было укрыться. Она тащила Джувию через руины, спотыкаясь, падая, поднимаясь снова. Сознание плыло, но она заставляла себя двигаться. Мысли крутились в голове бешеным хороводом: Водолей ушла. Джувия отравлена. Нацу сражается с демоном. Где Грей? Где Эрза? Где все остальные? Лик. Они хотят активировать Лик. Если это случится, магия исчезнет навсегда. Все погибнут. Друзья, гильдия, весь мир... Она вспомнила меч Короля. Ту невероятную мощь, что текла сквозь неё. Если бы она могла вызвать его снова... хотя бы на миг... Люси остановилась, осторожно опустила Джувию на относительно ровный обломок, прижав её голову к камню, чтобы та не скатилась. Сама села рядом, тяжело дыша, вытирая пот и кровь с лица. — Ладно, — прошептала она, глядя на свои руки. — Давай попробуем. Она вытянула руку вперёд, сосредоточилась, попыталась вспомнить то ощущение — как сила Короля наполняла её, как меч ложился в ладонь, как доспехи облегали тело. — Пожалуйста... — прошептала она. — Хотя бы немного. Хотя бы искру. В ладони вспыхнул слабый, едва заметный свет. Люси замерла, боясь дышать. Свет сгустился, принял очертания клинка — прозрачного, как стекло, едва видимого в полумраке. Она сжала пальцы, чувствуя ледяное прикосновение рукояти, но в следующее мгновение меч рассыпался мириадами искр и исчез. — Ого... — выдохнула Люси, глядя на пустую ладонь. — Это... это было. Пусть слабо, но было. Значит, крупица силы Короля осталась во мне. Значит, если тренироваться, если научиться... — Она усмехнулась, несмотря на усталость. — Надо будет над этим поработать. Когда-нибудь, когда весь этот ад закончится. Она повернулась к Джувии, проверила пульс — тот был слабым, но ровным. Чёрные прожилки не расползались дальше, но и не исчезали. — Держись, подруга, — прошептала Люси. — Скоро всё закончится. Я обещаю. И вдруг она услышала шаги. Тяжёлые, неровные, хрустящие по обломкам. Кто-то приближался со стороны тёмного проёма в руинах. Люси мгновенно вскочила, заслоняя собой Джувию, сжав кулаки. Магии почти не осталось, но она будет драться. До последнего. Из темноты вышли две фигуры. Люси не поверила своим глазам. Стинг. Роуг. Они были в ужасном состоянии. Стинг, весь в крови, его белые волосы слиплись от пота и грязи, на лице — огромный кровоподтёк, правая рука висела плетью, явно сломанная. Роуг выглядел немногим лучше — тёмная одежда изорвана, на боку зияла глубокая рана, через которую сочилась кровь, он прихрамывал. — Стинг?! Роуг?! — Люси рванула к ним, забыв о собственной боли. — Что вы здесь делаете?! Вы ранены! У вас кровь! Зачем вы пришли?! Это не ваша битва! Стинг попытался ухмыльнуться — вышло криво, через разбитую губу. — Не наша битва? — переспросил он хрипло. — Люси, тут вся магия Фиора под угрозой. Какая, к чёрту, не наша? — Ты посмотри на себя! — Люси ткнула пальцем в его сломанную руку, потом перевела взгляд на Роуга. — На вас обоих смотреть жалко! Вы едва стоите! Роуг поднял на неё глаза — тёмные, усталые. — А ты? — тихо спросил он. — Люси, на тебе лица нет. Ты вся в ожогах, в крови, едва держишься на ногах. Мы пришли, потому что ожидали теплый прием у тебя дома, писала же письмо. А вообще следом за ним пришло письмо Эрзы. — Мы сражались с Мор де Гиром, — добавил Стинг, морщась от боли. — Думали, что сможем... но он оказался слишком силён. Он размазал нас, как котят. — Он сплюнул кровь. — Мы проиграли. — Вы идиоты, — выдохнула Люси, и слёзы потекли по щекам. — Бестолочи. Самоубийцы. — Зато красавцы, — криво усмехнулся Стинг. Люси рассмеялась сквозь слёзы и вдруг, не сдерживаясь больше, бросилась к ним, обнимая обоих сразу, прижимая к себе, чувствуя, как они вздрагивают от боли, но не отстраняются. — Глупые... глупые мальчишки... — шептала она, уткнувшись лицом в плечо Стинга. — Я так рада, что вы живы. Так рада. — Эй, полегче, — прохрипел Стинг, но свободной рукой обнял её в ответ. — Ребра сломаешь. — Люси, — тихо сказал Роуг, прижимаясь щекой к её макушке. — Мы здесь. Мы с тобой. Они стояли так несколько секунд — трое израненных, измотанных, но живых. А потом Люси отстранилась, вытирая слёзы. — Ладно, хватит соплей, — сказала она, шмыгнув носом. — Нам нужно в безопасное место. Джувия отравлена, если наткнемся на вражков, нас быстро размажут. Стинг кивнул, морщась. — Конечно. Куда? — Там, за теми руинами, я видела относительно целое помещение. Если... Она не договорила. Земля под ногами дрогнула. Сначала слабо, потом сильнее, потом так, что все трое пошатнулись, едва удержавшись на ногах. Где-то вдалеке раздался оглушительный грохот — рухнуло ещё одно здание. — Что это? — выдохнул Стинг, озираясь. Люси подняла голову к небу — и затряслась. Там, в разрывах дыма и туч, проступил силуэт. Огромный, чёрный, закрывающий полнеба. Крылья, расправленные так широко, что, казалось, они накрывают собой весь город. Глаза, горящие алым огнём ненависти и разрушения. Акнология. — Нет... — прошептала Люси, и голос её сорвался. — Нет, только не он... только не снова... Воспоминания нахлынули лавиной — остров Тенрю, тот рёв, тот ужас, когда мир рухнул, когда она думала, что умрёт, когда потеряла семь лет жизни. Тот же самый дракон. Тот же самый кошмар. Стинг и Роуг замерли, глядя в небо. По их лицам было видно — они тоже помнят. Тот день, когда она исчезла. Когда их мир рухнул. — Акнология, — выдохнул Роуг, и в его голосе впервые за долгое время прозвучал настоящий страх. Акнология взревел. Этот рёв разнёсся над городом, снося всё на своём пути — стены, башни, обломки. Люси зажала уши, но это не помогало — звук проникал сквозь кожу, сквозь кости, сквозь саму душу, вымораживая всё внутри. Она почувствовала, как ноги подкашиваются, как сознание начинает меркнуть от ужаса. Руки сами собой вцепились в ладонь Стинга — судорожно, отчаянно. Он тоже дрожал — она чувствовала это через его пальцы. — Это конец... — прошептала Люси, глядя в небо, где чёрная тень уже начала опускаться, изрыгая пламя. — Настоящий конец. В её глазах стояли слёзы — от бессилия. Семь лет назад она уже видела это. Семь лет назад этот дракон отнял у неё всё. А теперь он вернулся, чтобы закончить начатое. — Мы не справимся, — выдохнула она, сжимая руки парней так, что костяшки побелели. — Мы не сможем... он сильнее... он всегда сильнее... Стинг стиснул её ладонь в ответ. — Люси... Роуг прижался к ней плечом. — Мы с тобой. Но даже их присутствие не могло разогнать тот ледяной ужас, что сковал её сердце. Акнология был здесь. И на этот раз спасения не будет.