Ева

POV Шудзыро

      Как я уже говорила, я пошла к другому выходу. Но там меня ожидал высокий рыжеволосый сюрприз с неуравновешенным братом в придачу. В последнюю секунду я успела развернуться и пойти в другую сторону, но меня заметили. Во мне горела надежда, что Аято не узнает меня со спины. Я даже слегка изменила походку и пошла спокойным шагом от бедра.       Старалась идти не спеша, чтобы не вызвать подозрения у мальчиков. Казалось, они почти дышат мне в спину, но я совладала собой и, словно одинокий самурай, шла на встречу своей возможной гибели. Расстояние между нами было весьма незначительное, примерно шагов пять. Если бы Аято ускорил шаг, то непременно раскрыл бы мой план побега. Но маленькое расстояние давало возможность подслушать разговор между братьями.       — Субару, глянь, какая попка! — сказал Аято.       — Нормальная, но мне больше Каина нравится, — ответил красноглазый.       — Фигурка точеная, — продолжал рыжеволосый бабник, не обращая внимания на слова брата. — А посмотри, какая у нее походка…м-м-м… Может подойти и познакомиться?       У меня наступил шок. Но даже не знаю, от чего больше. От того, что меня сейчас разоблачат, или же от того, что Аято засматривался на других девушек. Вот кобель! Блин, даже убегать не хотелось. Интересно, чем закончится похождение моего благоверного?       — Аято, тебе что, Дзыро мало? — спокойным тоном спросил Субару. — Кажется, она довольно милая и, похоже, такая, как тебе нравится.       Молодец Субару! Плюсик тебе в карму. Вижу, что Кае повезло с возлюбленным. Он хотя бы не кидается на первую попавшуюся аппетитную попку, пусть даже и мою.       — Я над этим не задумывался, — честно ответил рыжеволосый кобель. — Не, ну она вроде нормальная, но мне искорки не хватает что ли.       Искорки тебе не хватает? Да я сейчас с размаху тебе ногой между глаз заеду. Там не только искорки, там целый фейерверк у тебя будет…       — По-моему, она просто тебя боится, — предположил Субару.       — Боится — значит уважает. Люблю, знаешь, уважение, — самодовольно сказал Аято.       Блин. Да пофиг на встречу, пофиг на то, что у меня не будет больше возможности убежать и встретиться с Мейнхо, пофиг на последствия, но я сейчас развернусь и заеду этому уроду между глаз.       — Братец, я решил. Сейчас подойду и познакомлюсь. Уж больно нравится мне её фигурка.       — А как же отец? — возразил Субару.       — Да у него вечно семь пятниц на неделе. Возможно, он уже даже и забыл, что прислал к нам невест. Да и кто мне мешает встречаться с обоими? Я всегда смогу выбрать кого-то из них.       Всё! Моё терпение лопнуло. Я готова была голыми руками потрошить эту скотину и слушать, как он молит о пощаде. Нервы были на пределе. Я сжала кулаки, но продолжала медленно идти дальше. Через несколько секунд я ощутила, что Аято подошел вплотную.       — Красавица, давай знакомиться, — сказал придурок года и положил мне правую руку на плечо.       Я собрала в себе все силы и мужество и с разворота зарядила кулаком ему в нос. Он явно не ожидал этого, так как упал на пятую точку. Я резко развернулась и начала бежать. За своей спиной я услышала громкий смех Субару:       — Ты, Аято, ещё тот придурок. Она, наверное, всё слышала и сильно на тебя разозлилась.       — Я сейчас её урою, — сказал кислотноглазый и ладонью вытер кровь из носа.       — Успокойся, — сказал Субару, продолжая смеяться, — она все правильно сделала. Это ты себя вел как последний дурак. Ну кто девушке практически в глаза говорит, что у него есть другая и он собирается повстречаться с обеими и потом уже сделать выбор? Ты сам виноват. Расслабься. Она, наверное, уже далеко убежала, а нам пора к нашим невестам в магазин, — сказал пепельноволосый и подал руку зеленоглазому звездному дебилу.       Я наблюдала за происходящим из-за угла. Хорошо, что Субару образумил Аято, а то мне было бы несдобровать. Слегка переведя дух, я, очень довольная от проделанной работы, пошла на парковку. Мой черно-белый мотоцикл Suzuki ожидал меня на своем месте. Хорошо, что у меня в этом торговом центре есть свой оплаченный мини-гаражик. Я открыла дверь гаража и увидела моего красавчика. Он был укрыт от пыли черным чехлом. Я сняла его, и передо мной показался мой красивый железный конь. Ещё секунду я любовалась, а потом надела шлем и умчалась на встречу с Мейнхо.       Дорога улетала у меня из-под колес. Я неслась как можно скорее навстречу своему прошлому, то есть последней его крупинке. Приятно было слушать гул мотора. Я уже больше года была лишена такого удовольствия.       Мы условились встретиться на вокзале. Я подъехала туда и оставила мотоцикл на парковке, а сама направилась на перрон. Поезд отошёл примерно пять минут назад, и провожающие разошлись по своим делам. На скамейке сидел мужчина с желтым зонтом. Он был больше похож на бедного художника. На голове у него был берет, сам он был одет в потертый костюм и в руках держал черный, очень длинный тубус. Я подошла и села возле него.       — Продолжаете рисовать дождь? — спросила я.       — Только когда светит солнце, — ответил мужчина и улыбнулся. — Госпожа Дзыро?       — Да, Мейнхо. Но теперь меня зовут Шудзыро.       — Как давно я Вас не видел. Вы повзрослели и стали ещё прекрасней.       — Спасибо, — слегка засмущалась я. — Ты принёс его?       — Да, как и обещал. Вот, — и он протянул мне тубус. — Я решил, что это будет наилучшим способом его спрятать.       — Молодец! Очень разумно, — подтвердила я.       — И вот я старый странствующий художник, ищущий свою музу. Но, кажется, она сама меня нашла, — улыбнулся старик.       — Я скучала по тебе. Как ты жил всё это время?       — Весьма спокойно. Вернулся в родную деревню к своей родне. После того, как Вы убежали в Киото, я решил раздобыть меч, подаренный Вам отцом. Но за день до того, как собирался к Вам приехать, в новостях увидел страшный пожар. Журналисты сказали, что на пепелище были обнаружены кости девочки. Я тогда сильно горевал.       — Помнишь, дедушка принёс однажды к себе домой скелет, ведь он был археологом. После его смерти никто за экспонатом так и не пришёл, а папа не хотел ничего менять в родительском доме. Вот эта девушка так и лежала у дедушки в кабинете. Наверное журналисты имели в виду её, — слегка улыбнулась я.       — Скорее всего. Я так обрадовался, когда Вы мне позвонили. Сначала я думал, что кто-то меня разыгрывает, но потом понял, что это Вы.       — Спасибо, что сохранил эту вещь для меня. Теперь она единственное, что связывает меня с моим прошлым, — я слегка задумалась. — А у тебя есть деньги?       — Спасибо, что печётесь обо мне, госпожа. Ваш отец очень хорошо мне платил, и я смог накопить достаточно сбережений. Мне ещё не так долго блуждать по этой земле. Думаю, этого будет достаточно.       — Обещаю, когда я отомщу за родителей и верну себе все отнятое, я приду за тобой, и мы снова будем жить вместе.       — Мечтаю об этом, — с легкой улыбкой, но как-то горько ответил Мейнхо. — Я болен раком, госпожа. Врачи дают мне не больше трех месяцев. Но я счастлив, что успел вновь повидаться с Вами. Вы — моя искорка света в темном небе.       Я посмотрела на него и поняла, что сейчас расплачусь. Последний дорогой мне человек скоро уйдет из этого мира, а я даже не буду иметь возможности проводить его в мир иной. Я молчала и только смотрела на него. Горькие слезы начали катиться из моих глаз и капать на руки.       — Не печальтесь, моя милая. Дождь не должен идти, пока светит солнце, — сказал Мейнхо и вытер мои слезы своими старыми, но нежными руками. — Я довольно прожил в этом мире и даже уже сам хочу на покой. Моя последняя мечта — увидеть Вас вновь — сбылась. Теперь я полностью готов уйти.       Я обняла моего единственного родного человека так крепко, как только могла. «Не покидай меня», — хотелось мне закричать, но я не хочу, чтобы он видел меня грустной. Пусть лучше запомнит меня веселой и жизнерадостной. Такой, какой я была всегда. Я отстранилась и улыбнулась ему.       — Жди меня в лучшем мире. Я обязательно к тебе приду.       — Не спешите, моя милая госпожа. Вам ещё нужно долго прожить и многое повидать, — тихо ответил Мейнхо. — А сейчас Вам пора идти. Оставьте старика одного. Скоро приедет новый поезд, и он хочет понаблюдать за суетливыми пассажирами.       — До встречи, Мейнхо, — сказала я и поцеловала старика в лоб.       Потом поднялась, взяла тубус и пошла в сторону выхода. Я остаюсь совсем одна. Пока знала, что он жив, я не чувствовала себя настолько одинокой, как сейчас. Теперь отчётливо понимала, что я остаюсь одна, совсем одна…       При входе в здание вокзала я ещё раз обернулась. Старик сидел на месте в той же позе, что я его оставила. Плачет ли он? Не знаю. Прибыл поезд. Его двери открылись, и на перрон хлынул разноцветный поток людей. Этой волной смыло моего последнего, но верного друга. Он растаял в суматохе. Пропало последнее звено, что связывало меня с Дзыро Мимиякими.       — Прощай, мой друг, — сказала я и вошла в здание вокзала.