Ева

POV Рейджи

      Я проснулся от страшной головной боли. Такого в жизни ещё не случалось. Это было моё первое и самое ужасное похмелье. Голова просто раскалывалась, в горле пересохло, слегка подташнивало, и во рту был привкус дешёвой бормотухи, сваренной какой-то деревенской ведьмой на змеиной моче. Моим глазам следовало бы навести резкость, поэтому я начал судорожно искать очки своей левой рукой. Кое-как нащупав их на прикроватном столике, взгромоздил сей атрибут себе на лицо.       В опочивальне было достаточно темно, ибо солнце только намеревались показать свой тёплый лучик и согреть землю нежным утренним поцелуем, но мои вампирские глаза давали возможность всё довольно отчётливо видеть. Лёжа на кровати, слегка расставил руки в стороны, намереваясь потянуться, но вдруг ощутил, что касаюсь чего-то очень тёплого и приятного на ощупь. Повернув голову направо, увидел лежащую подле меня девушку. Она была повёрнута спиной, и я, к сожалению, не мог видеть её лицо, однако отчётливо слышал милое сопение.       «Будучи пьяным в дрова, я ещё умудрился закадрить девушку?» — проносились в моей голове похмельные мысли. Я отвёл глаза от спящего комочка, каким тогда она мне представилась, и начал рассматривать белый потолок, параллельно размышляя о вчерашнем вечере, точнее стараясь его вспомнить. Мозг отказывался работать на сто процентов, чего и следовало ожидать. Однако из глубин своей памяти я достал размытое воспоминание о красивой красноволосой девушке, с которой я так и не вспомнил, где познакомился. Она была стройна и чертовски привлекательна, но полностью воссоздать лицо мне не удавалось. Единственное, что довольно отчётливо помню — её запах. И это был не какой-то дешёвый одеколон или дорогой парфюм. Так прелестно могла пахнуть только кожа девушки.       Я закрыл глаза, и на долю секунды мне показалось, что мой нос вновь уловил этот божественный аромат. Его явно распространяла спящая подле меня юная особа. «Неужели, это она?» — пронеслось в моей затуманенной голове, и на мгновение кольнуло в области сердца. Я подавил появившееся из ниоткуда волнение и слегка приспустил одеяло, оголяя плечо юного создания. Девушка всё так же крепко спала, а я любовался контурами женской ключицы. Её волосы слегка мне мешали, и я убрал их на подушку.       В следующий момент мой глаз уловил еле заметное подёргивание в области шеи. Это была её вена, которая, словно буддийская мантра, повторяла неизменный, присущий только ей ритм и манила меня своей доступностью. Я был очарован этим зрелищем, будто индийская кобра мелодией заклинателя змей. Через секунду осознал, что чертовски голоден. Во мне начали бороться чувство голода и совесть. С одной стороны хотелось познакомиться с прелестным созданием, обнять и страстно поцеловать, однако с другой неподдельный животный голод с каждой секундой тревожил моё обескураженное сознание. В конце концов инстинкт победил здравый смысл...       Я начал медленно приближаться к нежной, манящей своим ароматом шее. В нескольких сантиметрах от цели моё полное неподдельного волнения дыхание заставило кожу девушки слегка поёжиться, и в следующее мгновение она повернулась ко мне лицом.       — Нона? — от неожиданности выразил вслух я свои мысли.       Девушка продолжала мерно посапывать. «Но как такое может быть? — не прекращал я искренне удивляться. — Здесь ведь должна была бы лежать совсем другая, более прелестная особа». Мои мысли, словно рой диких пчёл, стремившихся проучить неосторожного, потревожившего их зверя, продолжали разрывать сознание. Потом я дошёл до логического умозаключения, что с той загадочной девушкой, скорее всего, познакомился в баре, но в номер вернулся один к своей «ненаглядной» невестушке. Это обстоятельство меня сильно разозлило, ведь если бы не катастрофически-провальный план отца и эта глупая женитьба, то я вполне бы смог развить отношение с понравившейся мне девушкой.       Злость и даже некое чувство обиды начали одолевать мой разум. Приступ голода тоже никуда не делся, и я решил испить кровь своей суженой. Возможно, из-за переполняющего меня гнева, я очень сильно впился зубами в Нону. От резкого ощущения боли девушка проснулась, издала громкий крик и начала руками бить обидчика. Реагируя на такое поведение моей жертвы, я одной рукой крепко зажал ей рот, а второй придерживал правую руку. Акатори извивалась всем телом, стараясь избавиться от внезапного нападения, била меня по спине свободной рукой, но все её старания, в меру моего физического превосходства, оказались тщетными. Не знаю, не то от боли, не то от безысходности, по щекам девушки, словно горная река по весне, катились солёные ручейки. Я продолжал утолять свою жажду, понимая, какой сволочью являлся сейчас, но обида на всю сложившуюся ситуацию и на неё, в частности, не давала совести достучаться до моего разума.       Ещё некоторое время она продолжала бороться со своим обидчиком, но в конце концов от бессилия потеряла сознание. Только в этот момент я прекратил свои истязания. Если вы спросите, было ли мне стыдно, то я вам с чистой душой отвечу, что ни на долю секунды. В тот момент я считал, что она полностью заслуживает понесённое ею наказание. Я оставил бессознательное тело на кровати и подошёл к нашей романтичной ванне с намерениями принять утренний душ. Всё ещё ощущая некую усталость от похмелья, решил вернуться в кровать и прилечь.       Через несколько часов Нона начала приходить в себя. Вначале было видно, что она не совсем понимала, что произошло, ибо смотрела на меня каким-то мутным, озадаченный взглядом. Но через минуту, наверное, вспомнив недавнее происшествие, коснулась своей шеи и, ощутив там две небольшие, свежие раны, злобно на меня посмотрела, но ничего не сказала. Потом, всё так же молча, она надела свои очки, чем испортила мне и до того безвкусную картинку перед глазами. Моё лицо приобрело слегка недовольный вид, что не осталось без её внимания.       — Ты решил, что эта и так незабываемая ночь должна намертво запечатлеться в моей памяти? — ровным холодным тоном неожиданно спросила она.       Её слова заставили меня слегка поднапрячься. Что именно она имеет ввиду под «и так незабываемой ночью»? Что такого ещё я мог натворить? Не имеет ли она в виду... Я внезапно вспомнил, что проснулся абсолютно голым. Неужели мы с ней переспали? Я не мог поверить в собственные мысли. То есть я умудрился заниматься сексом с самой отвратительной девушкой на свете? Резкая головная боль заставила меня схватиться за голову и глухо простонать. Нона лишь улыбнулась кончиками губ, подтверждая мою страшную теорию.       — Разве ты не помнишь, любимый? — елейным голоском спросила она. — Нам так было хорошо этой ночью! Я просто не могу забыть все те ощущения, которые ты мне подарил.       Девушка просто резала меня без ножа. В тот момент я понял, что надо навсегда завязать с выпивкой, ибо это «зелье» когда-нибудь меня точно погубит. Я ещё никогда в жизни одновременно не ощущал себя так глупо и так мерзко, сделав «это» с той, кого в некоторой степени презирал из-за её внешнего вида и считал совсем пустым местом.       — Ты говорил мне, что я самая красивая девушка в мире. А когда я спросила, почему ты вначале так нехорошо себя вёл, ты ответил, что боялся самому себе признаться в собственных чувствах, ибо никогда никого не любил, — уже значительно шире улыбаясь, продолжила свой рассказ Акатори, вызывая в моём теле рвотный рефлекс. Я представил, как всё это выглядело ночью, и пулей рванул в ванную, издавая впоследствии не совсем приятные звуки похмельного синдрома.