Беременна в 17

      Много нужно сказать или сделать, чтобы разрушить жизнь подростку? Нет. Все мы такие «ранимые», что аж блевать тянет. Одна лишь ссора с родителями может привести к самоубийству или совершению преступления. И даже самые непоколебимые люди сдаются под напором определённых страстей, смешанных с бурлящими гормонами. Но они продолжают думать, что переходный возраст их минует. Да, он может пройти стороной в стандартные тринадцать-шестнадцать, но, как оказалось, настигает он всех. Я много мнила о себе. Считала, что все мои одноклассницы, которые щебечут о парнях – конченные идиотки, но теперь я ничем от них и не отличаюсь. Я даже хуже. Что мне дала моя девственность и отсутствие отношений с парнями до семнадцати лет? Горделивые слова директора? И толк с них? В итоге я залетела от парня, который на десять лет старше меня. Я оказалась глупее тех, кого и презирала. Какая ирония.       И вот, я весь день сижу в больнице, бездумно смотря в одну точку и попивая кофе с пятью ложками сахара, который мне заботливо притащил Артём. Гоша наказал брату, чтобы тот не выпускал меня из своего чуткого надзора. Да я и не против была. Засела в свободной палате, из которой неделю назад как раз выписалась молодая мама. Ко мне претензий никто предъявить не смел. Подружка Астаховых, ясное дело, кто здесь рот рискнёт открыть? Если верить перешёптываниям медсестёр, вслушиваться в словесный понос Артёма, то ясно одно – Гоша приобрёл здесь определённую репутацию, которая стала неким клеймом и для брата. Правда, Артём, как мне показалось, особо не страдает. Восседает на кожаном кресле в своём просторном кабинете, вертя в руках именную ручку. Впервые за полтора месяца мне стало интересно узнать о жизни Астаховых. Врач и бизнесмен – чем не сладкая парочка богатых родителей? Хотя если верить Гоше, то их мать живёт близ моего района – а это далеко не первосортные джунгли.       В общем, вопросов только прибавилось после этого дня.       Масла в огонь подливала ещё и Даша, Смирновы и Кира, которые звонили и писали мне почти одновременно. Ещё и Карина, с которой после вечеринки мы общались всего пару дней. Скорее ей все уши прожужжала Кира, на сообщения которой просто желания не было отвечать. Я еле заставила себя написать Даше, что потом ей всё объясню. Хорошо, что сестра меня поняла и более не изводила бессмысленными вопросами. Сейчас мне меньше всего хочется общаться с кем-то и пытаться объясниться. Меня на слёзы пробивает каждый час. Заебалась уже салфетки вымаливать у персонала. Скоро начну туалетную бумагу красть, как та самая… Не помню, как её зовут. Короче, баба, с которой я ехала в лифте. Вот только помимо Даши есть ещё два человека, которых без ответа оставить будет просто уродством. Но что я должна ответить Смирновым? Заболела? Семейные обстоятельства? Да они потом изведут меня вопросами. И ведь не отвяжешься. Но и о беременности я не могу им сказать. Чем быстрее я сделаю аборт – тем лучше. Надеюсь, что Гоша и Артём сделают всё грамотно и никто не узнает про эту случайность. Ребёнка я точно оставлять не собираюсь. Больно надо портить себе всю жизнь орущим монстром и горой подгузников. Да и Астахов ещё не готов к подобному дерьму. Пусть детей заводит со своей женой или девушкой. Даша так вообще всегда открыта для подобного.       В общем, часы упорно показывают восемь часов вечера, а я уже заколебалась дожидаться Гошу. Он звонил полчаса назад и сказал, что приехал в Москву и скоро будет. Видимо, пробки как обычно тянутся от самого аэропорта. Не завидую я Гоше. Выдернули с работы, заставили тащиться в ночи к залетевшей школьнице. Тут даже две пачки сигарет не спасут. Ох, если честно, то я немного волнуюсь перед встречей с Гошей. Впервые со мной такое. Странное очень чувство.       - Вика, - я подняла взгляд и посмотрела на дверь. Артём уже снял свой халат и поспешно застёгивал пуговицы на рукавах рубашки, - как ты?       - Всё также, - я выдохнула и потянулась, надевая обратно свои ботинки. Кровать здесь чертовски удобная. Нужно было поспать. Но я напилась кофе на месяц вперёд, - вообще не представляю встречу с твоим братом и дальнейшие действия. Всё в такой пизде.       - Да ладно тебе, - Артём сел рядом, ободряюще похлопав по спине, - ко мне ежедневно приходят забеременевшие девушки младше двадцати лет. Ничего. Рожают или делают аборты, а потом живут дальше.       - Мне просто смешно, Артём. Вот честно. Смех сквозь слёзы. Ещё недавно ты приходил на осмотр в нашу школу, и я была девственницей, а теперь… Я беременна. Пиздец.       - Подумаешь, - Астахов рассмеялся, поправляя очки, - я пребываю в больше шоке от того факта, что ты забеременела от Гоши. Мне казалось, что его сперматозоиды давно загнили вместе с лёгкими. Этот паршивец с пятнадцати лет курит.       - Ничего себе, - я искренне удивилась. Как Гошан жив вообще? Или ему лёгкие пересадили? – а чего это он так рано начал?       - Влился в ряды «золотой молодёжи», - Артём пожал плечами, подняв на меня взгляд, - мы учились в неплохой гимназии, где был строгий порядок, но при этом наркотики и прочую ересь проносили спокойно. Братец начал общаться с девчонкой, чьи родители были очень богаты, а затем и вся компания богатеньких детишек его поглотила. Едва вытащить с отцом успели. Этот придурок много плохого творил, всего и не припомнить. Но в итоге Гоша повзрослел, а из старых привычек осталось лишь курение. Сколько просил его бросить – не слушает.       - Гимназия… - задумчиво протянула я. Врач, бизнесмен и гимназия… Что-то совсем не сходится. Или это я такая узколобая, - что-то ваши профессии совсем нестандартные для подобного учреждения.       - Неудивительно, - в комнате на мгновение повисла тишина, когда Астахов кому-то поспешно ответил на сообщение, - мы с братом сменили школу в девятом классе. Наши родители – филологи, причём фанатичные. Мама мечтала, чтобы Гоша стал лингвистом, а я переводчиком древнерусской литературы. Но мы с самого детства больше в математике смыслили, чем в скучных произведениях и многочисленным правилась правописания.       - Забавно, - я улыбнулась, - мы с твоим братом особо о жизни не говорили. Лишь о Даше сплетничать любили.       - Сестра у тебя неплохая, - Артём покачал головой, - немного навязчивая, но искренняя. Чем-то мою жену напоминает. Наверное, поэтому Гоша избегает подобных женщин. С Алисой отношения у него не сложились сразу.       - Ты женат? – я пыталась вспомнить хоть что-то об Артёме. Гоша мало говорил о нём, - вроде Гоша намекал на это.       - У меня и дочь есть, - Артём широко улыбнулся, - я женился в двадцать пять ещё, а через год и жена родила. Это Гоша весь в работе и сигаретах. Не помню его с девушкой. Мама всё боится, что не увидит внуков от второго сына.       - Какие страсти кипят.       - А ты думала, Вика, - дверь скрипнула, и я вздрогнула, резко оборачиваясь, - о, а вот и Гоша пожаловал. Привет, братец.       Гоша выглядел запыхавшимся. Кажется, что синяки под его глазами стали темнее и больше. Даже немного загорелая кожа не спасла положения. Передо мной стоял тот же самый Астахов Георгий, словно и не проходил этот месяц вовсе. Те же сухие губы, бледные и худые руки с длинными пальцами, сигареты, небрежно торчащие из кармана пальто, серые глаза, вечно выражающие вселенскую усталость, апатию и его тёмные волосы, которые, видимо, он помыл сегодня. Больно пушистые и не сальные. Я даже невольно улыбнулась. Есть вещи, которые никогда не изменятся.       - Привет, Артём, - даже голос не изменился. Всё тот же хриплый, но при этом не менее соблазнительный, - Вика, - он резко перевёл взгляд на меня, и я поспешно встала, словно бравый солдат по приказу командира.       - При… - Гоша в два шага сократил расстояние между нами и крепко обнял меня, - вет…       Я сглотнула, прикрыв глаза и обняв его в ответ. Неизменный запах сигарет и дорогого одеколона… Всё же мне страшно не хватало Астахова этот месяц. Не знаю, норма это или нет. Я вообще ничего уже не знаю и знать не хочу. Ясно только одно – я очень скучала по этому саркастичному и холодному идиоту. Обидно только, что встретились мы при таких обстоятельствах. Я хотела устроить отменный вечер с сексом и сигаретами, а в итоге… Мы обнимаемся в больничной палате, ошарашенные новостью о моей беременности. Хуже и быть не могло.       - Артём, - через минуту, которая показалась мне вечностью, Гоша оторвался от меня и посмотрел на брата, - она точно беременна?       - Сомнений быть не может. – Артём закивал головой, - что вы планируете делать дальше?       - Мне плевать, - Гоша пожал плечами и внимательно посмотрел на меня, приобняв за плечи, - Вика, чего ты хочешь?       - Аборт, конечно, - меня немного удивил вопрос моего недолюбовника. Видимо, ему плевать даже на собственного народившегося ребёнка. Больше похуиста я не встречала, - мне учиться нужно, а не за детьми бегать.       - Понял, - Артём опёрся на стену, прикрыв на пару секунд глаза. Его молчанье показалось мне совсем не праздным, и я невольном прижалась к Гоше, исподлобья посмотрев на него. Всё же несмотря на внешнее безразличие – я впервые увидела растерянность в его глаза и тень непонимания, смешанного со страхом, - значит так, Вика, - Артём резко открыл глаза и посмотрел на меня, - я тебе дам направление на анализы, постараюсь найти твою медицинскую карту. Нужно узнать резус и прочее. Потом я уже смогу сказать – сможешь ты делать аборт или нет. Надеюсь, что деньги моего брата здесь пригодятся.       - Без проблем. Не нужно, чтобы Даша или родители Вики узнали о её беременности. Поэтому сделаем всё побыстрее.       - Отлично, - Артём обворожительно улыбнулся и выпрямился, готовясь выйти из палаты, - тогда завтра я разберусь с картой, изучу её, а потом будем думать о дальнейших действиях. Я в кабинете, если что.       Вот же… Бони и Клайд, чёрт бы их побрал. Зато теперь я поняла медицину в России. Если у тебя нет денег – ты в жопе. Причём в огромной и безвылазной. Это повезло мне залететь от Гоши. Уверенна, что он на кризис не жалуется. Чего только одна его машина стоит. Блять. Вика, какая же ты идиотка! Не рожаешь от такого богатого парня! Даша завидовала бы! Ага… А я рыдала.       - Вика, - я подняла взгляд на Гошу. Тот продолжал смотреть на дверь, словно стараясь пробить в несчастной дырку, - прости, что всё так вышло.       - Чего уж говорить, - понемногу ко мне начало приходить смирение. Сделаю аборт – всё снова будет нормально. Только надо как-то протянуть эти дни, да ещё и не спалиться, - оба виноваты. У меня тоже своя голова на плечах есть.       - Хех, но мне всё же двадцать семь, а тебе семнадцать. У кого мозгов должно быть больше?       - У меня, - а чего скрывать? Мне посчастливилось стать ребёнком очень странного поколения, которое держится на борту с помощью интернета и секса, - на моих глазах недавно разворачивалась история с залетевшей одиннадцатиклассницей, которая в итоге покончила с собой. Самой надо переживать за собственное здоровье.       - Надеюсь, что ты на такие кардинальные меры не пойдёшь, - Гоша улыбнулся и щёлкнул меня по носу, - возвращаться к твоей сестре после тебя совершенно не хочется.       - Кстати, Гош, - я немного покраснела. Идиотский вопрос, но он имеет право на существование, - а если бы я решила рожать, то… Что тогда?       - Знаешь, я никогда о детях не задумывался. Это мать с отцом плешь проели, тыкая Артёмом и его дочерью. Мне всегда как-то плевать на потомство было, - Гоша неуверенно пожал плечами, доставая из кармана ключи от машины, - если бы ты решила рожать, то моя семья, наконец, успокоилась, а я не мучился бы с мерзкой мне женщиной.       - Вот оно как… - протянула я. А моя беременность и впрямь выгодна для Гоши, хоть и не очень желанна. Если бы я обожала детей, то точно бы оставила ребёнка и свалила от сестры к Астахову. Неплохая перспектива. Жаль, что я слишком самостоятельная и хочу хоть чего-нибудь в жизни добиться, - кстати, можешь подвезти меня домой? Нет желания в автобусе толкаться.       - Без проблем, - Гоша кивнул и открыл дверь, пропуская меня вперёд, - голодна? Можем по дороге в ресторан заехать.       - Да я бы слона съела, только… - я на несколько секунд замолчала. И как сказать парню, что ты хочешь жареную капусту с ореховой пастой и рыбными котлетами? Ох… - у меня немного специфичные предпочтения в еде и… Ресторанная пища вряд ли утолит мой голод.       - Понял, - Астахов ухмыльнулся и повертел ключи на пальце, ожидая лифт, - тогда можем заехать в кафе и закажешь себе всё самое странное, что захочешь. Мне просто хочется мяса и вина или коньяка.       - Алкаш, - пропела я, ткнув Гошика локтем в бок, - вспоминаешь лихие годы юного гимназиста?       - Когда-нибудь я выжгу язык Артёма своими же сигаретами, - мой алкаш как-то совсем плохо улыбнулся, и мы вошли в лифт, - порой он слишком болтлив.       - Ты многое скрываешь, а? – я хитро посмотрела на Гошу, а затем совершенно невинно сцепила руки за спиной, переводя взгляд на раскрывшиеся двери лифта, - как же не стыдно, Гошечка. Я тут от тебя залетела, а ты ещё и тайны хранишь.       - Твоё настроение всегда так скакало или это тоже с беременностью связано? – я лишь продолжала невинно и глупо улыбаться. Настроение и впрямь скакало похлеще злого коня. То меня в слёзы бросало, то уныние нагнетало, то радость переполняла. Ох, всё же ранние сроки беременности – это кромешный ад и пиздец, - так, ладно, Вика, ты куда хочешь? Может вообще суши с мороженым хочешь?       - Какой ты извращенец, - я по-хозяйски залезла в машину Астахова, - хочу жареную капусту с ореховой пастой и рыбными котлетками. Ну, ещё можно мороженое с картошкой фри. Ах, вкуснятина, - я широко заулыбалась. Блять, как всё плохо. Я впервые хочу есть нечто подобное. Но самое страшное – я осознаю, что капуста и ореховая паста – эта та ещё гадость, но при этом я страшно хочу это дерьмо попробовать, - мм, точно! Ещё дай закурить!       Я потянулась за сигаретами, но Гоша сначала опешил, а потом резко вытащил пачку, перекладывая в другой карман. Не поняла… Это он… Он… Он что, блять, решил на здоровый образ жизни меня посадить? Блять, это же жестоко. Я месяц не курила вместе с ним! Как же хочется треснуть по этой харе. Ох…       - Прости, но пока придётся тебе повременить с сигаретами. На всякий случай, - заметив, как я хмурю брови и готовлюсь послать Астахова последними словами, он примирительно поднял руки вверх, - я тоже курить рядом с тобой не буду.       - Изверг, - пробурчала я, открывая окно в машине. Сигарет нет, вино теперь тоже временно пить нельзя. Одни страдания. И как девушки живут в подобном ритме почти год? Я бы лучше в запое год сидела, - кстати, - резко мне пришла в голову достаточно дебильная, но показавшаяся дельной мысль, - а почему ты меня не поцеловал? Мы месяц не виделись, а ты решил объятиями отделаться. Фу.       - Ох, Вика, надо было тебе кляп из Чикаго привезти, - Гоша завёл машину и повернулся ко мне, - а поцелуй… Да, забыл немного.       - Ну и…       Договорить он мне не дал. Да и правильно сделал. Всё равно сейчас ничего дельного я сказать просто не могу. Мои мозги превратились в кашу после всех событий этого дня и в данный момент я просто наслаждалась компанией Гоши, опасаясь его следующей командировки. Я еле месяц без него прожила, а на больше меня не хватит. Как же мне быть без халявных сигарет и этих губ, которые лишь сильнее возбуждают меня своим горьким привкусом. Представить уже не могу и дня без Гоши. Когда я успела так низко пасть? За один его поцелуй я готова покорить самую высокую гору, продать душу Дьяволу, а потом ещё и добровольно жариться в аду. Могла ли я предположить, чем обернётся наша невинная игра? Нет. Однозначно. Ещё несколько недель назад я списывала всё происходящее на мою манию к экспериментам, а теперь… Теперь я и не знаю, что думать. Ещё утром я проклинала Астахова, а теперь сгораю в его руках. И как здесь трезво мыслить?       - Довольна? – Гоша отпрянул от меня, проведя пальцем по подбородку, - или тебе мало?       - Есть хочу, - лишь смогла выпалить я, поспешно облизывая губы. Впервые горькие губы Гоши показались мне такими вкусными, - кстати, где мой подарок из Чикаго?       - Тебе пока он не пригодится, - Астахов уже хотел поехать, но не выдержал моего взгляда, - ох, ладно, посмотрим в бардачке.       - Так бы сразу.       Понятия не имею что может мне подарить Гоша. Хм, чем славится Чикаго? А чёрт его знает, даже не интересовалась никогда. Только знаю, что раньше там было много забавных историй, связанных с мафией. Может Астахов привёз мне труп бравого преступника? Хотя нет… В бардачке бы не поместился. Но я согласна на золотой зуб или глаз. Очень странный подарок, но идеально вписывается в наши отношения.       Но подарок оказался куда круче всех черепов и прочей ереси. Блять… Это же сраный портсигар из натуральной кожи и с инициалами моего имени. Ещё и сигареты внутри. Ебать… Сука, аж до слёз. Этот козёл официально принял меня в свои ряды курильщиков с синяками под глазами. Я и впрямь сейчас расплачусь. Вика, ну ты чего? Конечно, это приятно, когда парень что-то дарит тебе, но… Но не рыдать же! Хотя… Кого я обманываю? Моё настроение граничит с безумием и сдержать слёзы я просто не в силах.       - Я так и знал, что подарок придётся тебе по душе, - я внимательно посмотрела на Гошу, шмыгнув носом, - только не надо рыдать. Моя машина потоп не переживёт.       - Гоша! – я налетела на него, крепко обняв за шею. Ремень безопасности с огромной силой потянул меня назад, но я настойчиво обнимала своего алкаша-курильщика, вытирая слёзы о его пальто. Господи, как же мне стыдно за своё поведение, но просто не могу сдержаться, - ты самый лучший парень на всём блядском свете!       - Вика, аккуратнее, я же за рулём, - Гоша остановился на светофоре и улыбнулся, нежно и медленно выбираясь из моих крепких объятий, - тебе идёт эмоциональность. Но немного непривычно.       - Надеюсь, что она скоро пройдёт, - усмехнулась я и поудобнее уселась на сиденье, не сводя взгляда с Гоши, - а почему ты до сих пор детей не решился завести? Часики тикают, старичок. Скоро твой детородный орган загнётся и придётся выкачивать сперму оттуда.       - У меня нет времени на детей, - спокойно ответил Гошик, пожав плечами, - я хочу наслаждаться жизнью, брать из неё всё по максимуму, а не обременять себя семьёй. Это удел мужчин типа моего брата. Тот детей всю жизнь любил, - я сморщилась. Вот откуда ноги участников «Пусть говорят» растут, - ты только представь силу его обаяния и убеждения, если свою жену, детоненавистинцу, он уломал на естественные роды и беременность. Я поражаюсь Артёму.       - Да ты не лучше, - Гоша бросил удивлённый взгляд на меня, а затем резко вернулся к рассматриванию дороги, - моя сестра грезит семьёй с тобой уже столько времени. Ты покорил её своими мешками и синяками под глазами, Казанова, - я шутливо зарычала, едва сдерживая смех, - ты случайно раньше кровь девственниц не пил? Может ты вампир?       - Это кто ещё кровь пьёт, - хмыкнул Гоша, перестраиваясь в другой ряд, - ты меня постоянно кусаешь, когда целуешь. Мало мне синяков под глазами, так ещё и кровавые пятна на губах. Скоро на работе решат, что их босса по ночам розгами избивают по лицу.       Я лишь махнула рукой и слегка покраснела. Гоша продолжил внимательно следить за дорогой, крепко держась за руль. Костяшки на пальцах аж побелели. Кажется, без сигарет Астахов водить спокойно не может. Интересно, он и впрямь курить начал, будучи подростком или же родился с трубкой во рту. Пока ему пуповину обрезали – Гошик успел выкурить весь табак, переходя к пачкам. Интересно, как его лёгкие поживают? Они живы вообще?       Мы ещё и умудрились встать в пробку, поэтому Гоша нервно стучал ногой и кусал губы, сигналя белому форду впереди. Я даже не решалась заговорить с Астаховым. Сейчас он точно крайне опасен для всего окружения. Не удивлюсь, если в багажнике он носит биту и целую кипу чёрных мусорных мешков. А, точно, ещё золотая цепочка нужна. Возвращение в лихие девяностые, о которых я в детстве любила фильмы смотреть.       - Да блять, - резко выдохнул Гоша, посигналив, - этот идиот вообще водить учился или права в переходе купил?       - Гош, может, закуришь, - я покосилась на Астахова, - мне кажется, что ещё немного и ты взорвёшься.       - Нормально всё, - фыркнул Гоша и завёл машину, желая проскочить на загорающийся жёлтый цвет. Жаль только, что белый форд решил соблюдать правила и остановился, дожидаясь зелёного света, который загорится лишь через полминуты,- блять, да он издевается?! – я вздрогнула. В следующий раз принесу икону и повешу в машину, - праведный, мать твою, водила. Ненавижу таких.       - Да успокойся ты, Гош, - я положила руку на плечо своего нервного курильщика и слегка погладила, - мы же никуда не спешим.       Астахова промолчал, терпеливо дожидаясь зелёного света. Стоило ему загореться – он посигналил что есть мочи, водитель форда, видимо, испугался, и вдавил педаль газа на полную сворачивая вправо. Ну, кажется, всё обошлось весьма неплохо. Хотя теперь и Гошик хочет покататься с ветерком. Кажется, ему вообще плевать на штрафы и прочее. Он даже не зебрах не останавливался, с иронией смотря на вопящих ему вслед бабок и женщин с детьми. М-да, вкус у меня в мужчинах тот ещё. И чем мне не любы парни из класса? Залетела от старичка. Хех.       Через пятнадцать минут мы, наконец, приехали. Гоша припарковал машину, вышел из машины и открыл мне дверь. Джентльмен прям. Но, признаться честно, такие мелочи приятны. Особенно, когда на улице скользко и я даже вылезти из машины нормально не могу. Благо мужественная рука Гоши крепко сжала мою и мы пошли в кафе. Он продолжал молчать, крепко сжимая мою ладонь, от чего его кожаные перчатки забавно скрипели. В голове невольно начала зарисовываться картина с Астаховым в кожаных штанах, плетью и шапкой из третьего рейха. Ох, Вика, вот что бывает, когда насмотришься фотографий нацистов и просто красивых парней в военной форме тех времён. Кира бы мне сейчас сказала: «Но деды воевали!». И ведь не поспоришь.       - В кафе посидим или с собой еду возьмём?       - Хм, - я задумалась. Стоит, наверное, взять с собой и поесть в машине. Не хочу надолго задерживаться в кафе. Даша точно мне устроит сегодня, - давай в твоей машине посидим.       - Хорошо.       Гоша обнял меня за плечо, и мы зашли в кафе, сразу подходя к кассе. Взгляд разбегался от обилия сладостей на витрине. Тортики, пирожные, кексы… И что выбрать? Конечно, я хотела мороженое с картошкой фри, но тогда точно заболею. Хм… Может взять ванильный кекс или клубничный торт? Макнуть тогда картошку и всё. Я сыта и довольна. Хотя нет, ещё не сыта, но довольна. А ещё стоит взять рыбные котлетки, капусту и попросить полить всё это ореховой пастой. Ох, я точно в раю.       Кассирша смотрела на нас, как на умалишённых, когда записывала заказ. Гоша ограничился сочным стейком с овощами и бутылкой коньяка, а я начала просить совместить между собой несовместимые вещи. Астахов стоял, едва сдерживая смех, а вот молодая девушка за прилавком старалась улыбаться и кивать, но против воли морщилась и косилась на нас. Ну, а что я могу поделать со своими больными пристрастиями? Пусть делает свою работу. Не ей же всё это есть.       Заказ нам отдали в двух больших пакетах, а потом ещё и дали фирменный пакет с моим кофе и виски Гоши. Я уже мечтала сесть в машину и поесть. Нет, даже не так. Я хочу нажраться до беспамятства, чтобы потом неделю лежать на кровати и с болью вспоминать эти треклятые рыбные котлеты.       - Как же я счастлив, что родился мужчиной, - усмехнулся Гоша, когда мы вышли из кафе, - мне достаточно стейка с выпивкой, а тебе придётся давиться тем, что ты заказала.       - Завидуй молча, - фыркнула я, доставая из пакета кофе. Еда ему моя не нравится. Гремит своими костяшками здесь, - тебе не познать всей прелести пищи Богов.       - Да куда мне.       Гоша открыл мне дверь машины и вручил пакет с едой. Мм, как же пахнет мой торт и ореховая паста! Сейчас просто умру от счастья. Как только сдерживаться дома от подобных соблазнов? Дашка тогда точно что-то заподозрит и всё. Мне пиздец. А если она узнает, что залетела я от её Гошика… Мне можно смело выбирать место на кладбище. Нет, не для собственных похорон. Я там спрячусь, пока сестра не успокоится. А потом и родители… Нет, видимо, придётся оформлять место на несколько лет вперёд.       Я достала контейнер с котлетами, капустой и ореховой пастой, потом картошку фри с тортиком, а остальное добро вручила Гоше, который сразу решил напиться. Опасный какой.       - Вождение в нетрезвом виде, Гошик, - я пригрозила пальцем, принимаясь за еду, - угробишь нас ещё. Шумахер.       - Тебе и не снилось, сколько раз я водил, попивая вискарик, - хмыкнул Астахов, заводя машину и включая печку, - без сигарет я могу успокоиться только так. Иначе прибью каждую мразь на дороге.       - Мм, - протянула, заглатывая разом почти всю котлету вместе с пастой. Какая же мерзкая вкуснятина! – какой ты дерзкий, оказывается. Может ещё у тебя в гараже гелик прячется?       - Если и заработаю на подобное, то лучше куплю себе золотой унитаз и ванну, - я хихикнула. Всё же мы оба с приветом. И как Даша могла общаться с Астаховым? Он совершенно ей не подходит. Хотя… Гоша умеет лицемерить. Так что Даше даже повезло. Получила отличный секс и лживые фразочки. Мне же приходится тягаться с настоящим Астаховым: холодным, ироничным, - как тебе еда, залетевшая моя?       - Выше всяких похвал, - пробурчала я, смешивая картошку с кремом из торта, - надеюсь, что после такого меня тошнить не будет. И так всё утро от унитаза не отходила.       - Я рад, - Гоша начал выезжать с парковки, нервно поглядывая на красный мерседес, за рулём которого была девушка, - чего же сегодня так на идиотов везёт?       - Просто ты не покурил, вот тебя все и бесят.       Кофе закончился слишком быстро, поэтому мне пришлось совершенно беспардонно вырвать виски из рук Гоши и отпить немного, сморщившись. И как он это пьёт? Просто какая-то горьковатая гадость. А это я ещё торт запить решила! Гоша, да ты извращенец во всех категориях. Но какой же ты охуенный. Каждая встреча с тобой – это прям дилемма для моего сердца и здравого смысла.       - Не пей ты, Вика, - Гоша забрал бутылку и выдохнул, - беременным же пить нельзя.       - Да не волнуйся ты за меня, - я махнула рукой, - я просто попробовала. Ничего от этого не будет.       Еда закончилась как-то слишком быстро. Мы только на главную дорогу выехали, а я всё съела. Жизнь – боль. Надо было всё же взять жареного цыплёнка. Он бы сейчас утолил голод окончательно. Вот я идиотка. Пока предлагают – бери, а не раздумывай десять минут. Надеюсь, что хоть дома осталось что-то съестное. Сомневаюсь, что мне сейчас можно доширак пачками есть, как я раньше это делала. Не хочется никаких осложнений перед абортом.       К концу дороги меня почему-то начало знобить, и голова немного заболела, а глаза начали закрываться. Слишком много всего за один день. Я страшно устала и теперь хочется только спать. Надеюсь, что Гоша меня разбудит, когда мы придем. Не тащить же меня на руках в квартиру. Даша тогда точно прямо на пороге свалиться с инсультом. Ох, какая же я поганая сестра. Увела парня, забеременела от него в семнадцать лет. Просто слов нет.       Но, чёрт возьми, что я могу с собой поделать? Ведь кажется я… Мне Гоша даже более, чем нравится.