Беременна в 17

      « Дорогой дневник, я даже не знаю, с чего мне начать. Прошло всего три дня, а у меня чувство, словно я уже на девятом месяце беременности и страдаю чёртову вечность, постоянно плачась в плечо Гошику на боль в спине и ногах. А это ведь ещё и живота толком не видно! Но вот токсикоз меня мучает просто ужасный. Каждое утро приходиться склоняться над унитазом и слушать причитания Астахова из-за двери. Видите ли, он не планировал, что в его жизни и квартире так скоро появится девушка, да ещё и беременная, так что с уверенностью начал делать ремонт во второй ванной комнате. Теперь каждый день я просыпаюсь от шума дрели и будильника моего ненаглядного. И кто бы мог подумать, что богачи и правда так заняты! В фильмах они вечно находят время на всё, что только можно, кроме работы. А в реальности… Гоша за эти три дня толком дома не был. Когда он возвращался – я уже спала. Лишь чувствовала прикосновение его холодных губ к своей щеке. Наутро этот паршивец говорил, что я роняю слюни на подушку во время сна, так что целовать меня не стал бы даже под дулом пистолета. Ух, как я в эти моменты убить его хотела! Будто этот мешок с костями ночью мне грациозного лебедя напоминает с причёской девушек из рекламы! Тьфу! Да когда я ночью встаю в туалет, то нахожу Гошика развалившегося на кровати и придавившего меня своими худыми, но чертовски сильными ногами. Я за эти три дня себе руки накачала, и кубики на животе скоро появятся! И откуда только столько мышц в ходячем трупе?!       Ладно. Ладно, всё, я спокойна. Дневник, тебе так повезло, что ты не являешься человеком. Ты… Ты даже не пробовал жить с кем-то и делить кровать! Я никогда не была из стеснительных, да и к совместной жизни с мужчиной относилась спокойно, но теперь откуда-то из воздуха комплексы появились. Я по двадцать раз использую освежитель воздуха даже после мытья рук. Это же ненормально, да? Да. То есть, мне было нормально, когда мы с Гошиком сексом занимались на моей грязной кровати, на которой крошек от еды больше, чем песка на пляже. Мне вообще охуенно было. А тут вот совесть проснулась! Стыд! Стыд и Виктория Скворцова… Они так далеко друг от друга, что мне смешно становится. Неужели становлюсь настоящей женщиной? Или это гормоны? Я где-то слышала, что беременность – это затяжные критические дни. Вот более точного определения этому состоянию я не встречала. Какие медицинские термины? Да они только для Артёмов Астаховых всяких нужны.       Что касается Даши… Ох, тут всё настолько сложно, что моего словарного запаса не хватит для описания чувств и эмоций моей безутешной сестрёнки, которая внезапно превратилась в вдову и облачилась во всё чёрное. В моей жизни так мало экстрима, что два дня назад, когда Гоша ушёл на работу, я сбежала из квартиры и отправилась на поиски Даши, чтобы поговорить с ней. Поступок, конечно, рискованный, но, мне кажется, что никто лучше меня не сможет ей ничего донести. Астахов после душещипательного с ней разговора теперь светит царапиной на щеке, словно его дома ревнующая к каждому столбу жена избивает. А я же… Ну, начнём с того, что я ростом меньше и более прыткая, да и сноровка с годами появилась, так что я смогу увернуться от любого объекта, что кинет в меня сестра-истеричка.       В общем, я подготовила себя к самым страшным исходам. Вот только совсем неожиданностью для меня было прийти к двери в нашу квартиру, увидеть вышедшую в чёрном платье Дашу с бутылкой дешёвого вина и улыбкой. Она пожелала мне всего хорошего и закрыла дверь прямо перед носом, включая на полную катушку что-то попсово-трагичное. Даже соседка какая-то, выносившая мусор, сказала мне, что сестрёнка моя в конец охренела и если не успокоиться сама – её успокоит полиция. Я на это заявление лишь пожала плечами. Пусть прозвучит цинично и эгоистично, но вот мне сейчас абсолютно плевать, какие зверства будет вытворять Дашка. Конечно, мне жалко её, да и себя я не оправдываю, но, если продолжать на себя чан с помоями лить ежедневно, то легче сигануть в окно прямо сейчас. Тем более Гошик живёт на двадцать шестом этаже. Я чуть не хрюкала от смеха, когда осознала, количество ступеней, которые мне придётся преодолеть, если лифт внезапно сломается. Даже в таких хоромах техника не самая надёжная и уж далеко не вечная.       Но, если эта махина и сломается, то я предпочту сидеть в ней и вопить о помощи. Всяко лучше, чем ползти по лестнице. Да у меня сердце с лёгкими быстрее откажут, чем у Гошика. Этот Кощей, оказывается, очень резвый и активный, хоть и дымит сильнее паровоза. Я даже нашла в его квартире беговую дорожку! Я попыталась встать на неё и тут же улетела, стукнувшись подбородком об мраморный пол. Какой теперь зато красивый синяк моё лицо украшает! И без того была на помятого алкаша похожа, а теперь ещё и избитого! В верном направлении двигаюсь!       Но ещё большим открытием для меня стало умение Астахова готовить. Нет, конечно, я уже поняла, что встречаюсь с настоящим эстетом-гурманом, которому все мои эксперименты с Дошираком чужды, но вот… Готовить… До последнего не верила, что Гошик на такое способен. Я думала, что он в ресторане все яства покупает и дома поглощает под музыку или новости, которые постоянно включает по утрам. Либо я наслаждаюсь шедеврами Depeche Mode, либо историями из бизнеса и политики.       Сегодня же мне нужно, наконец, сходить в школу и с радостной лыбой сообщить, что я перехожу на домашнее обучение по причине беременности. Я уже вижу лицо своего классного руководителя и одноклассников, с которыми хоть немного общалась. Смирновы так вообще уже оборвали мне весь ВКонтакте сообщениями, Киру подключили и даже Лаврова. Тот решил бомбить мне комментарии под аватаркой. Кажется, их там уже около сотни собралось, но мне так лень было рассказывать, что происходит. Думаю, что сегодня всё выплесну одной огромной волной. И убегу. Так убегу, что пятки сверкать будут. Стоит мне только подумать о собственной беременности, как я вспоминаю ту Оксану и разговор с Олегом. Тогда он спросил, не повторю ли я судьбу этой залетевшей, а я… А я только рассмеялась и посчитала его параноиком. Ага. Параноик. Уж лучше трястись из-за каждого стечения обстоятельств, чем залетать в семнадцать. Просто победа… Да и…»       - Что строчишь? – я чуть не закричала, когда услышала хриплый голос прямо над своим ухом. Руки чисто интуитивно захлопнули дневник, а я испепеляющим взглядом посмотрела на Гошика. Один день ему выпала возможность прийти на работу позже обычного, и именно сейчас мне нужно было сесть за дневник! Чёртов сталкер! – Господи, да не читаю я твои секретные записи. А то не знаю, что там подростки в своей голове прокручивают, - Астахов опёрся на стол и внимательно посмотрел мне, протягивая яблоко, - ешь давай. Самое лучшее откопал в магазине.       - Да чего тебе стоит откопать что-то с такими пальцами длинными? – фыркнула я и забрала яблоко, надкусывая. Кисло-сладкое! Отличное начало дня! Блевать не потянет! – да и не можешь ты знать, что подростки в своих ржавых мозгах стараются прокручивать. Или от тебя так часто девочки семнадцатилетние залетали? – я с прищуром посмотрела на своего ненаглядного и хмыкнула, убирая дневник в ящик стола. Гоша точно его читать не будет, так что и прятать нужды не было, - мне тогда такси заказать после школы или ты заедешь?       - Не знаю пока, - Астахов пожал плечами, - завал на работе я разгрёб, так что могу отдохнуть, пока другие не напортачат. Скорее всего, заеду. Но возьми деньги, на всякий случай. Не хочу, чтобы ты в общественном транспорте толкалась с воинственно настроенными бабушками.       - Да ты сама забота, Гошик, - почти промурчала я, уткнувшись щекой в свою ладонь, - и за какие это заслуги я тебя получила?       - Иди одевайся давай, - усмехнулся Астахов и встал со стола, расстегнув две верхние пуговицы на рубашке, - что с твоими родителями? Раз они ещё не примчались в Москву – Даша ничего растрепать не успела?       И тут я впервые за эти дни серьёзно задумалась о маме с папой. Нет, конечно, о подобном стоит сообщать своим родителям, но вот… Но вот сделать это крайне сложно. Я даже представить не могу, как они воспримут эту информацию. Семья ожидала, что Дашка забеременеет, но никак не их семнадцатилетняя Вика, у которой и парня не было. Да я сама до сих пор в происходящее слабо верю… Совсем не ощущаю себя будущей мамой. Да и беременность проявляется исключительно в токсикозе. Не удивлюсь, если ребёнок уже внутри меня курить начал. Дурная наследственность от его сумасшедшего папаши. Точно на один год Гошик подарит нашему чаду портсигар или же кальян для самых маленьких. Я тогда заржу и умру.       - Видимо, ничего, - выдохнула я и встала со стула, открывая шкаф. Пожитки мои, на удивление, ущемили даже количество рубашек и брюк Гоши. Мне казалось, что у такого пижона с немытой головой барахла на несколько показов мод хватит, а нет. Всё очень цивильно и однотонно. Лишь яркий, зелёный свитер нарушает эту идиллию. Но я уже подумываю о том, чтобы стырить его у моего ненаглядного и носить дома. Всё же зима уже на пороге, а я мёрзнуть сильно начала последнее время. Даже сквозь сон чувствую, как немеют пальцы ног от холода.       - Лучше бы сказала. Ненавижу тянуть с такими новостями, - Гоша опёрся на стену и с интересом наблюдал, как я пытаюсь выбрать что-нибудь из одежды, чтобы не так стыдно было в школу любимую явиться. Школьную форму я сейчас даже под дулом пистолета не стала бы надевать, да и тем более осталась она в корзине с грязным бельём у Дашки. Прям тонкий намёк, что больше не придётся пытаться застегнуть юбку после ночной трапезы с дошираком и чипсами, - у тебя вещи нормальные есть вообще в гардеробе? Я думал, что ты одеваешься, как бомж-путешественник только дома, а теперь, оказывается, это твой стиль.       - Уж кто бы про стиль говорил, - фыркнула я и остановила свой выбор на широких джинсах, которые я покупала на случай, если потолстею и всё другое барахло на меня не налезет, и на тёплом, цвета мокрого асфальта, свитере. В самый раз, чтобы радостно оповестить учителей и одноклассников, что я залетела и теперь буду просиживать жопу дома, - несмотря на мои дешманские прикиды – ты ведь заделал мне ребёнка, - я показала Гошику язык и стянула домашние шорты, тут же поправляя падающие следом трусы. И чем я думала, когда покупала их? Проветривание, конечно, ещё никому не вредило, но не до такой степени, - кстати, документы где, которые твой юрист прекрасный оформил? Что мне в рожу директора тыкать?       - Мои сперматозоиды испугались тебя и выбежали не в тот проём, - руки так и чесались зарядить Гошику чем-то тяжёлым по голове, но я лишь сжала в руках ширинку и резко потянула её вверх, каким-то чудом не разодрав себе на две половинки лобок вместе с трусами. Обожаю китайские молнии, твою мать! – вот, держи, - спустя полминуты Астахов уже протянул мне чёрную папку с какими-то бумажками, испачканными сложными для моего иссохшего мозга словами. Этим и занимаются юристы? Пойду лучше в Макдональдс работать, - просто отдай эту папку директору и все вопросы сами отпадут. Сама старайся рот не открывать. Я знаю, как у тебя язык подвешен, когда это не нужно.       Гоша улыбнулся и потрепал меня по волосам, а сам вышел из спальни, направляясь, видимо, в кабинет или на кухню. Мест для посещений в квартире было не так уж и много: спальня, кухня, кабинет, два туалета и пустующая комната, которую, думаю, можно отдать нашему маленькому курильщику. Ещё Гошик заикался, что хочет планировку гостиной немного поменять, чтобы ребёнку места больше было. В общем, с ремонтом ещё придётся пострадать. Благо хоть спальню менять никто не намеревается. Мне очень нравится широкая кровать, письменный стол и большой шкаф, растянувшийся во всю стену. Даже думать не хочу, сколько денег в это было вбухано. Я столько и в руках никогда не держала, и вряд ли удосужусь подержать. Если только в мою голову не придёт чудная мысль ограбить Астахова и уехать куда-нибудь в Амстердам. А там я накурюсь и умру в окружении шлюх. Если бы я родилась мужиком, то, без шуток, выбрала бы именно такую смерть.       Одевшись и спрятав документы в рюкзак, я вышла из спальни и наткнулась на Гошика, просиживающего диван своей тощей пяткой точкой и что-то изучающего на своём телефоне с включенными по телевизору новостями из мира бизнеса. Боже, у меня скоро будет аллергия на этого прилизанного ведущего с вечно грустным выражением лица, словно ему уголки губ перед съёмкой прилепляют к подбородку. А то, ишь, улыбаться он будет во время рассказов про коррупцию и прочие радости жизни! Путин найдёт и плёткой ещё отхлестает создателей канала.       - Я поползу, наверное, - пробормотала я и направилась в коридор, силясь пригладить выбивающуюся из моего профессионального хвостика прядь волос. Вот не люблю поэтому мыть голову! Такое чувство, словно мои волосы просто с ума сходят от шампуня и сговариваются между собой, чтобы разбегаться в разные стороны. Вот Астахову хорошо живётся! Что с чистой головой, что с сальной – первостепенный красавец с мешками под глазами, которые меня так зацепили. Сама до сих пор не поняла, почему то, что обычно вызывает у девушек отвращение, мне так пришлось по душе. Извращенка я, получается? А… Ну и ладно!       - Такси я уже вызвал, так что ждёт внизу. Серебряный Volvo, номер П121ИГ. Адрес указан, так что тебе не придётся утруждать себя открывать рот и что-то говорить, - я уже хотела ответить что-нибудь колкое моему ненаглядному, но Гошик сам подошёл ко мне и встал рядом с комодом, ожидая, пока я, наконец, завяжу шнурки на ботинках, - планируешь куда-то заехать после школы?       Я даже призадумалась. Хм… Вообще, беременным, вроде, стоит гулять как можно чаще, если мне мои великие познание, взявшиеся из неоткуда, не врут. Хотя в такую погоду меня максимум хватит на короткую перебежку от дома до магазина. Да и то это не точно. Может, в кино сходить? Или пойти учебники посмотреть для занятий на дому? Всё же пора точно определиться, что я сдавать буду и на кого поступать придётся. Мне всё-таки чертовски повезло, что Гоша – ответственный и обеспеченный мужчина. Такой точно не даст мне превратиться в необъятный кусок сала, который белого света без ребёнка на руках не видит.       - Может быть, в Книжный заскочу, но это не точно, - я пожала плечами и застегнула куртку, вешая рюкзак на плечи, - ладненько. Не скучай тут без меня, дедок!       - А ну стоять, - я даже удивилась. Что на этот раз я сделала? Или забыла сказать что-то? Или Гоша не те бумажки мне дал? – повернись, - ещё лучше. Значит точно что-то важное забыла. Хоть Гошика я пока знаю очень плохо, но вот эти укоризненные нотки в его голосе улавливаю за несколько километров. Пусть мой ненаглядный дедок редко показывает свои эмоции, но я стараюсь собирать этот странный, мутный образ по кусочкам, которые мне позволено было увидеть.       Я ожидала всего, что угодно, но только не того, что Гошик пригладит мои волосы и наденет на голову шапку, а затем ещё и шарф вокруг шеи обмотает, завязав какой-то мудрёный узел, который я никогда не смогу повторить. Мне казалось, что я сейчас получу поцелуй в губы или же какое-нибудь замечание, но никак не это. Господи, Астахов, из чего ты, твою мать, сделан?! Я не успеваю за сменой твоих чувств и эмоций! Только я начинаю смиряться с тем, что испытываю сильную симпатию к самому настоящему куску льда – и тут ты проявляешь иную сторону своего характера, которую, видимо, никто толком и не видел. Я даже теряюсь в такие моменты. И как мне вести себя с тобой? Алло, люди, даёшь инструкцию к Георгию Астахову! Мои семнадцатилетние мозги не догоняют, что нужно делать!       - Заболеть так сильно хочешь? – фыркнул Гоша и положил руки мне на плечи, - видимо, не врут люди, говоря, что у беременных инстинкты самосохранения, - он щёлкнул пальцами и улыбнулся, - выключаются. Будь добра, старайся не забывать шапку в декабре.       - С каких пор мы такие заботливые? – я сложила руки на груди и подняла взгляд на Гошика, прищурившись. Точно ведь что-то задумал. Знаю я этого хитрющего дедка, у которого ирония по отношению к Виктории Скворцовой родилась даже раньше, чем Гошика вообще зачали. Мы никогда и не говорили серьёзно толком. Всё шутим да задираем друг друга, а потом целуемся и ложимся спать. Неловко признаваться даже самой себе, но мне хотелось бы хоть раз поговорить с Гошей по душам, понять, что вообще за человек, от которого я полюбила и к которому испытываю такие странные чувства, охарактеризовать которые не могу до сих пор.       Вместо ожидаемого ответа, Гоша просто наклонился и нежно поцеловал меня в лоб, на несколько секунд прижав к себе. Это стало настоящим ударом в спину. Я настолько сильно опешила, что даже не успела обнять этого старичка в ответ, но ему, видимо, и не требовалось это. Я… Я окончательно потеряла связь с реальностью. С чего такие порывы?! Или Гоша втайне от меня смотрит по ночам бразильские сериалы?! Чёрт возьми… Как себя вести?! Я настолько привыкла к тому, что обнимаемся мы исключительно в машине или же на прощание.       - Постарайся телефон не разрядить. И позвони мне, когда закончишь все дела в школе, - тихо сказал Гошик и отстранился, направляясь прямиком в свой кабинет, - твой дедок постарается не забросать себя со всех сторон делами и забрать тебя.       - Ты!..       Я уже хотела сказать что-нибудь, но дверь кабинета захлопнулась, и я осталась в недоумении стоять на месте, хлопая глазами, как умственно отсталая. Какого чёрта сейчас произошло? Нет, всему ведь должен быть предел! У Гошика раздвоение личности и он не счёл нужным предупредить меня об этом?! Что это за резкие переходы от безразличного ко всему происходящему холодильника к заботливому и любящему парню?! Или он решил на живом человеке провести эксперимент по поведению девушки, у которой вагина в голове заменяет мозг, а три складки жира превратились в какой-то едва заметный круг?!       - Ладно, - пробурчала я самой себе под нос и резко повернулась, чуть не врезавшись прямо в дверной косяк, - пора ехать в школу. Надо чем-то занять свою пустую головешку. Какое же счастье, что таксист не оказался очень нервным и не терпящим опозданий занудой! Просто сказал, чтобы я передала своему парню, что цена за поездку увеличилась за время ожидания. Я, конечно, закивала, как самая порядочная, и сделала вид, что пишу Гошику, но, на самом деле, отважилась зайти в ВК и насладиться извержением вулкана и текущей прямо к моим ногам лавой. Я понимаю, что поступать подобным образом – это просто вершина неуважения и безразличия к собственным друзьям, но не каждый день я беременею, чтобы вести себя, будто ничего и не случилось. Подумаешь, всю жизнь теперь придётся посвятить совершенно нежданному чаду! Да с кем не бывает?! Пройдёт! Ага, если бы… К сожалению, принять лекарство от такого недуга – означает заработать букет новых болезней, которые проявят себя в будущем, когда я буду взрослым и сознательным человеком. Уж лучше рожу, воспитаю вместе с моим курящим старичком, да и доучусь заодно. Никогда не перестану благодарить фортуну за то, что я встретила именно Гошу. С ним моё будущее обречено на успех.       - Ох, - выдохнула я, открывая страницу с личными сообщениями. Наверное, впервые за всю мою жизнь я увидела десять непрочитанных. Да и какие люди пишут! Ну, про братьев я молчу, да и Киру с Лавровым нет смысла упоминать, но вот заинтересованность других личностей, имён которых я и не помню точно, а в ВК они все липовые, меня удивила. Даже в беседе класса мои косточки успели перемолоть! Неужели в нашей школе закончились скандалы? Кажется, пора второй обход гинеколога устроить. Читать про болезни вульвы занимательнее, чем о собственной персоне.       Вздохнув, я закрыла приложение и с лёгкой улыбкой потеребила помпон на шапке. Думаю, нет смысла сейчас отвечать на сообщения. Всё равно через несколько минут приеду в школу, а там уже могут забросать меня всевозможными вопросами, наложить цыганские проклятия, а потом ещё и в спину на прощание плюнуть. Некрасиво, конечно, получилось, но… Но обстоятельства обязали вести себя подобным образом. Я ведь никогда не была эгоистичной мразью! Вот только прошедшие три дня выбили меня из привычной колеи. Чёрт, да встреча с Астаховым вообще все колышки из-под моей ветхой хижины выбила! Вот и пришлось переехать в его роскошный дворец, вот только половина комнат там занята, а ключ мой Гошик прячет в такие закромах собственной души, что, даже я, не смогу к ним подобраться. Угораздило же глаз положить на такой экземпляр! Чёрт, да он и юриста смог нанять, который обеспечил мне переход на домашнее обучение без согласия родителей! Бесстрашный. Холоднокровный.       - Приехали, - хриплым голосом оповестил меня водитель и показал мне планшет со счётчиком. Ох, ну, всё не так печально. Денег прилично осталось. Благо, Гоша мне карманных не жалеет. Да и я не из тех, кто потратит их на ненужные побрякушки. Во-первых, я лучше поем, а во-вторых, я буду есть, сыпля крошки на страницы нового учебника. А потом ещё нужно послюнявить палец и собрать остатки кунжута или же хлеба, засунуть себе в рот и отряхнуть руки прямо на идеально чистый паркет Гоши. Ох, даже в моих мыслях звучит прекрасно!       Отдав деньги мрачному таксисту, я вышла из машины и замерла перед воротами школы, нервно переминаясь с ноги на ногу. Отлично. Большую часть дороги я преодолела, но оставшийся отрезок пути напоминает настоящую полосу препятствий. Чёрт, как же меня трясёт… Чувствую себя отличницей, у которой золотая медаль и аттестат с отличием не за горами, а она не вызубрила материал для контрольной работы. И ведь не сбежишь даже! Родители тщательно следят за тобой через телефон. Так что путь только один – вперёд. Только легче от этого не становится! Гоша, лучше бы ты вместо меня сюда сходил! Если бы тебя и разорвали на части Олег с Кириллом, то я бы собрала по кусочкам! А ты… Кайфуешь там в гордом одиночестве! Приду домой и сразу же ударю тапком по твоей костлявой заднице!       - Ладно, - я вдохнула полной грудью и медленно выдохнула, стиснув в руках лямки рюкзака, - и не через такое проходили, да, Вика?       Едва не хрюкнув от нервного напряжения, я сделала шаг вперёд и открыла ворота, входя на территорию школы. На меня словно тысячи пар заинтересованных глаз уставились, но вот поблизости никого не было видно. Лишь на футбольном поле мать с сыном пытаются слепить из грязного и рыхлого снега нечто похожее на снеговика. И ведь мне тоже придётся заниматься таким… Улыбаться идиотским шуткам, делиться едой, менять подгузники, а потом выгуливать своё чадо по несколько раз за день, чтобы не ныло и не превратилось в затворника. Хватит нашей семейке одного любителя четырёх стен и доширака.       Нервно кусая губу, я зашла в школу и сразу же нервно хихикнула, услышав звонок. Как я вовремя! Сейчас ещё и, если память не изменяет, большая перемена. Жизнь, да ты та ещё стерва! Мало того, что фертильность высокую мне сделала, так ещё и решила засунуть в самую гущу событий школьной жизни! Просто супер. Господи, как же мне сейчас Астахова не хватает! А желательно – двух! Два брата-акробата, чёрт бы их побрал. Ещё и умники, каких свет не видывал. Вот сейчас бы их ум и умение красиво говорить! Вот только успокаивать человека явно не их конёк.       Охранника на посту снова не было, так что я спокойно прошла и сразу же направилась в раздевалку. По дороге я встретила девчонок, кажется, из нашего класса. Ох, точно… Сейчас же физкультура! А это значит, что от светских разговоров мне точно не увильнуть. Представлять даже не хочу, как физрук будет троллить меня, когда узнает, что ленивая и толстожопая Виктория Скворцова теперь ребёнка ждёт. Ну ничего! Жир – показатель того, что у меня есть деньги на еду. Да и сам Георгий Астахов обратил внимание на такую толстушку! И ребёнка заделал. Опять хрюкать со смеху хочется.       Раздевшись, я нервно поправила хвост на голове, заправила за ухо выбившиеся пряди волос и, сглотнув ком в горле, на несгибающихся ногах поплелась к спортзалу. Всё плохо. Всё хуже некуда. У меня сердце в голове колотиться так сильно, словно сейчас пробьёт грудную клетку и просто сбежит от такой хозяйки к ближайшей свободолюбивой девчонке. У них любовные тяжбы и беременность решаются так легко, что мне остаётся лишь позавидовать. Где мой аборт и способность на всё забивать?       Я искусала губы в кровь, когда добрала до спортзала и сразу узрела всю дружную банду у его дверей. Кажется, физрук снова засиделся где-то и забыл, что ученикам переодеться для урока не помешает. Так, одна хорошая новость уже есть: я не вижу Олега с Кириллом, но, зато… Ох, нет, только не…       - Вика! – на весь коридор прокричала Кира и подбежала ко мне, открывая и закрывая рот подобно рыбе. Меня бы это даже позабавило, если бы вопли этого экземпляра не заставили обернуться всех присутствующих в коридоре, - ты где была?! Почему на сообщения не отвечала?! Боже, мы тут решили, что тебя убили, - я уже хотела ответить, но Кира резко обняла меня, прижимая к себе с такой силой, что я почувствовала, как мой кадык уже стремиться коснуться шеи сзади, - я Лаврову все мозги уже проела, а Смирновы ходят, как в воду опущенные! Вика! – едва ли не простонала вновь на весь этаж Кира. Меня, мягко говоря, смутила такая реакция. Нет, конечно, обмен мемами в ВКонтакте – это очень лично и обязывает на серьёзные отношения, но я совершенно не готова.       - Да жива я, жива, - буркнула я, кое-как отстранившись от Киры. Та продолжала улыбаться и смотреть прямо мне в глаза, заставляя жутко смущаться, - если помереть решу – тебе и Олегу с Кириллом первым приглашение на похороны пришлю. Можешь с собой Лаврова взять.       Внимание со стороны Киры вовсе меня не прельщало. Нет, я не называю её кучей говна лицемерной, которая мне противна. Просто, наверное, совершенно не мой это человек даже для простого «Привет-Пока» в школе. Когда я согласилась сходить с ней в тот караоке-бар, то, скорее, искала для себе возможность расслабиться, отвлечься от всего сумбура в голове и хоть немного почувствовать себя обычной школьницей, которая тащится не по взрослому мужику, а по однокласснику со смазливым личиком и одеколоном, который он вытащил из сумки собственного отца. Правда, я лишь отчётливее поняла, что сошла с ума после знакомства с Гошей, так что тот бар был просто забавным опытом в моей некогда серой жизни. Теперь же я хочу вновь стать неприметной Викой, с которой общаются лишь Смирновы. Конечно, быть такой же беспечной у меня не получится, но всё же. Никто ведь не запретил мне создать хотя бы образ жизни до встречи с Астаховым?       Вздохнув, я посмотрела за спину Киры, а затем оглянулась, нервно кусая губу. Где могут быть Олег с Кириллом? Я ведь пришла объясниться именно с ними, дать понять, что Вика жива и невредима, но беременна. Весёлые новости. Для некоторых они и похуже смерти будут. Да и меня не радуют до сих пор. Я скорее начинаю смиряться с тем, что стану матерью в восемнадцать лет. Хоть я и подросток, ребёнка своего не особо люблю, но и бросить на произвол судьбы не смогу. Это же глупо. Легче отказаться тогда после родов.       - Кирилла с Олегом ищешь? – спросила Кира, сняв зубами с руки резинку и завязав волосы в хвост, - они подойдут скоро. В столовую шли, когда мы в спортзал спускались. Ты, когда в следующий раз пропадёшь, то хоть предупреди их, - вздохнула Овсянникова, а я лишь стиснула зубы в ответ. Будто без неё не знаю, что должна была так поступить! Ах, ладно… С чёртовыми гормонами я становлюсь слишком вспыльчивой. Стоит наведаться к Артёму и потолковать с ним об успокоительных или ещё каком-нибудь заумном способе не воспламеняться даже по самой незначительной причине, - о, зал открыли! Идёшь? – я отрицательно мотнула головой, а Кира открыла рот, но, правда, в ту же секунду резко закрыла его, покачала головой и молча удалилась.       За считанные секунды я осталась стоять в гордом одиночестве. Лишь пятиклассники пробегали мимо, едва не врезаясь в меня. Я против воли рассматривала их счастливые взгляды, беззаботные, широкие улыбки. Они прятались за углами, резко останавливались, когда из классов выходили учителя и строго говорили им прекратить носиться по коридорам, а потом, оглянувшись по сторонам, продолжали свою игру. Против воли я вспоминала себя в их возрасте. Такая же весёлая, не думающая об учёбе и взрослой жизни вплоть до начала урока или же серьёзных разговоров учителей. Как-то я не заметила тот момент, когда преодолела отметку в четырнадцать лет и передо мной колом встал вопрос: «И что я буду делать в будущем?». Ещё недавно ты надевала короткие юбочки, распускала косичку перед мальчиком, который нравится, а уже сегодня сидишь перед заявлением о том, какие предметы будешь сдавать на ОГЭ. Также произошло и сейчас. Пару месяцев тому назад я была обычным хандрящим подростком, который пускает идиотские шуточки, собирает свою бригаду в классе и с нарочито грустным выражением лица говорит о том, что в будущем станет бомжом. Теперь же я семнадцатилетняя девушка, которая ждёт ребёнка, но в душе остаётся всё такой же ироничной Викторией Скворцовой. Вот только она уже не имеет права быть такой.       Вздохнув, я запрокинула голову и уткнулась ей в стену. Скоро должен прозвенеть звонок, а Олега с Кириллом не видать. Перед сном я прокручивала в голове наш разговор, готовила против воли некоторые фразы и представляла себе их реакцию, саму ситуацию. Вот только на деле всё оказалось совершенно иначе. Мой план прийти в школу и быстренько переговорить пал смертью храбрых. Ожидание убивает меня, словно мстит за те дни, когда я издевалась над своими лучшими и, пожалуй, единственными друзьями. Справедливо. Вот только легче на душе не стало.       Когда я услышала разговоры со стороны лестницы, тот сразу же выпрямилась и устремила свой взгляд в сторону широкого проёма, ведущего прямо в сторону зала. Сердце бешено билось в груди, а мне жутко захотелось пить, но бутылку с водой я благополучно забыла на кухне, как и контейнер с едой, которую сам Георгий Астахов соизволил приготовить. Братец моего ненаглядного выслал ему примерную диету для меня, чтобы ребёнок нормально развивался, а у меня ломка без Доширака с чипсами не началась. Не самое плохое питание, вот только побаловать себя мне никто не запрещал. Так что позволяю себе иногда сухариками с мороженым наслаждаться, пока Гоша на работе пропадает с утра до ночи.       Когда я увидела Кирилла и Олега, то сразу же хотела поздороваться с ними, но в горле словно образовался гигантский ком, не дающий мне вдохнуть полной грудью или же выдавить хоть какой-нибудь звук из своего рта. Грудь сдавили железными тисками, а ногти с такой силой впились в ладони, что я точно потом буду пару дней с царапинами ходить. Твою мать… Я так даже перед сексом не волновалась! Что говорить?! Что, блять, делать?! Куда бежать?!       Повезло, что за меня всё сделали сами Кирилл и Олег. Завидев меня, они резко остановились, и я увидела, как изумлённо и широко раскрылись глаза Кири, а Олег стиснул в руках сумку так сильно, что побелели костяшки пальцев. Отлично… Мне кажется, что они сейчас хотят стереть меня с лица земли. Ну, один из них точно… Боже, а ведь Киря ещё и Гошу видел… Всё совсем плохо. Думаю, что он мог вполне догадаться, почему меня нет, и почему на последнем уроке физры я выглядела такой потрёпанной, словно меня всю ночь стая собак сношала.       - Вика, - первым от шока отошёл менее вспыльчивый из двух Смирновых и в два шага сократил расстояния между нами, крепко обняв меня, - твою мать, Вика! Где ты пропадала?! Почему не отвечала на сообщения?! – а я даже сказать ничего не могла. Просто стояла на одном месте, не в силах отвести взгляд от Олега. Почему-то мне казалось, что ему было ещё хуже, чем Кире. Я никогда прежде не видела его таким… Потерянный, испуганный, злой и… Уставший. Синяки под глазами, едва заметные мешки… То, что я так люблю в Гоше, на Смирнове совершенно не смотрелось. И до чего паршиво было осознавать, что именно я стала причиной такого состояния, - что с тобой вообще происходит, Вика?! Кто был тот парень, который встретил тебя после школы?! Почему Даша сказала, что ты переехала?! Что творится?!       - Я… - тихо начала я, шумно выдохнув. Блять! Почему всё так сложно?! В моих фантазиях этот разговор был делом нескольких минут! Чёрт возьми! И где спасительный звонок на урок?! Хотя вряд ли бы он меня сейчас спас… - это… Это всё сложно, - я закусила губу и отстранилась от Кирилла, нервно озираясь по сторонам. Почему-то именно сейчас мне захотелось, чтобы рядом был Гоша и решил все проблемы за меня. Рассказал бы всё своим бесстрастным и холодным тоном, а потом увёл меня отсюда, чмокнув в губы, пока я тщетно пыталась согреть руки в машине. Астахов, почему тебя нет рядом, когда ты так нужен?! – для начала… Простите, что не отвечала. Просто… Не было времени, да и настроение было не то, - я криво улыбнулась. Отличное начало. Олег меня сейчас четвертует. Чувствую, - тот… Тот парень, о котором ты говоришь, - взгляд упал на Кирилла и я тщетно пыталась придумать, что сказать. Парень? Возлюбленный? Друг? Ага, залетела я от друга! От взрослого, сука, друга! Окей. Сделаю всё проще. Скажу прямо. Просто скажу и всё, - в общем… Тот парень – это отец моего ребёнка. Я беременна.       Всё. Пиздец. Даже удивительно, что подобное признание далось мне так легко. Как бы только сейчас Олег с Кириллом в обморок прямо тут не грохнулись… Их молчание красноречивее любых слов. Даже поднимать взгляд не хочу. Я не хочу увидеть ужас и страх в их глазах. Ведь для одного из братьев я теперь точно превратилась в Оксану, покончившую жизнь самоубийством. Думаю, теперь я стала для него предательницей. Тот разговор на лестнице, мой смешок в сторону абсолютно серьёзно вопроса про беременность. Вот и посмеялась… Блять. Как же меня мутит теперь. Кажется, что всё содержимое желудка вырвется из меня прямо сейчас. Дерьмовое же ощущение… Пора таскать пакетики для блевотины.       - Бе-беременна? – наконец, подал голос Олег. Я лишь кивнула, нервно сминая в руках и без того растянутый свитер, - ты шутишь? – хотелось бы мне так пошутить… Вот только совсем сейчас не время для подобного, - кто он? – я вздрогнула, когда резко почувствовала холодные руки друга на своих плечах, - как его зовут?! Откуда он вообще взялся?! Когда?!       Я слышала, что Олег хочет закричать, но просто не может. Его голос звучал так хрипло и приглушённо, словно кто-то сдавил ему горло и отчаянно пытался задушить. Даже покойник и то бодрее звучит. Почему мне кажется, что я собственноручно сейчас убиваю своего лучшего друга? Ведь я не сделала ему ровным счётом ничего плохого. Конечно, на месте друга я бы тоже испугалась и была несколько обескуражена, услышав новости такого рода от девственницы, которой ещё недавно было лень лишний раз пятку поднять. Но всё же это… Это не повод так духом падать! В конце концов, школу я закончу, а общаться с Кириллом и Олегом я не собиралась прекращать. Просто теперь мне уже не поесть с ними острой курочки в KFC наперегонки. У меня своя диета и деликатесы на девять месяцев.       - Вика, - кажется, теперь Кирилл отвис. А вот его братец явно впал в какой-то обморок, продолжая крепко сжимать меня за плечи и пустым взглядом смотреть в глаза, - это тот…       - Смирновы! – ещё никогда в жизни я так не радовалась появлению учителя физкультуры. Святой Вы человек! Спасли меня от расспросов, ответы на которые я сейчас просто не готова дать. Да и, как бы эгоистично не прозвучала, объясниться я пришла лишь ради собственного успокоения в душе. Вряд ли я была бы счастлива, если бы встретила Смирновых на улице, отчаянно делая вид, что игнорирую. Они не заслужили такого отношения. Нет, только не они. В этом мире много плохих людей, я даже больше скажу – вагоны с ними тянутся по всей земле. Если наша планета в какой-то момент решит просто остановиться, то эти вагоны улетят в открытый космос, где заразят собой все близлежащие планеты. Нет болезни страшнее человека. С годами я всё отчётливее понимаю это. Никто из нас не идеален. Просто одни отчаянно делают из себя Архангелов воплоти, а другие же себе рога на лоб лепят с помощью клея, с пеной у рта убеждая каждого, что это им по наследству от самого Дьявола досталось. Трудно сохранять нейтральную позицию в таком обществе. И как это Астахову удаётся? Вроде как на общественное мнение становится всё равно лишь к сорока годам…       Шумно выдохнув, я быстро прошла к лестнице и спустилась по ней, быстрым шагом направляясь прямиком в кабинет директора. Стоит ли согласовывать заранее подобные встречи? Да и странно, что по сей день учителя не трубили моим родителям. Хотя… Они могли спокойно позвонить сестре, а та точно выдумала какую-нибудь глупую легенду, лишь бы не решать все проблемы, связанные с моими прогулами и беременностью. Думаю, что она и не скажет ничего маме с папой. Это уже придётся делать мне с Гошиком, или же молчать до конца своих дней. Хех, я даже представляю эту чудесную картину, когда они решат наведаться в Москву, а их старшая дочь в паранджу облачилась, пока младшая с ребёнком на руках и взрослым мужчиной рядом. Интересно, их сразу удар хватит?       - Уже родителей похоронить своих вздумала? – нервно хихикнула я себе под нос, замедлив шаг, когда уже смогла разглядеть табличку с золотыми буквами «Директор Лаврова Лариса Борисовна». Как не начать хрюкать от нервного напряжения? Моё дело – прийти и отдать документы, которые так щедро предоставил мне мой любитель сигарет. Думаю, что информации там предостаточно, чтобы ко мне вопросов не осталось. Вот только меня смущает какое-либо участие родителей в моём внезапном переходе на домашнее обучение… Если я ещё не совсем отупела, то, вроде, требуются какие-то документы на подпись, когда ребёнка переводят. Конечно, Астахову и его адвокату ничего не стоило подписи подделать. Но ведь подсудное это дело… Хотя… Кому какое дело? Главное, чтобы я в стенах школы с учителями не сношалась и не вешалась в туалете на собственных колготках. А остальное уже не в их компетенции!       Вдохнув в лёгкие побольше воздуха, я закусила губу и постучалась в дверь, а затем медленно открыла её, чувствуя, как сердце готово в любой момент пробить грудную клетку и потом перерезать мне вены осколками костей. А звучит не так уж и плохо! Особенно в моей ситуации…       - Здравствуйте, - тихо сказала я под удивлённый взгляд директора, - я Виктория Скворцова из 11 «Б». Мне… Мне нужно отдать вам кое-что.       - Виктория Скворцова? – Лариса Борисовна подняла бровь и опустила взгляд на стол, отодвинув документы и разглядывая что-то под стеклянной поверхностью, - ах да, точно. Тебя не было в школе три дня, да и не предупредил никто, - ох… Не могла она что-то другое на меня нарыть?! Я же ведь в олимпиаде по биологии успехов добилась! Хоть и незначительных… А тут сразу про прогулы. Пессимистичный маргинал в очках, - да и предупреждать о визитах своих нежданных нужно заранее. Я всё же директор, а не палатка с газетами.       - Мне… Мне просто нужно отдать Вам это, - я сглотнула и подошла к столу, протянув папку. Господи, Гоша, если меня и правда отпустят без лишних вопросов – я буду тебе пятки целовать. У меня ноги сейчас дрожат до такой степени, что любой мороз в – 30 и колготки в сеточку позавидуют. Никогда бы не подумала, что меня можно в такой ступор ввести! Всё хорохорилась и строила из себя первозданную похуистку. Да мне у Астахова учиться и учиться!       - Присядь, - директриса кивнула в сторону стула, стоявшего напротив стола, - ох уж эти проблемные подростки…       Уверена, она не думала, что я это услышу. Хах! Проблемные?! Вы серьёзно?! Конечно, я далеко не подарок, да и шлепок доширака на трусах до сих пор отстирать лень, но вот до статуса «проблемной» мне ещё далеко! Лучше бы на Киру внимание обратили! Ух, до чего же меня эта фраза разозлила! Моя нервная система со дня наступления беременности и без того на добром слове держится, а тут решили поджечь фитиль у динамита. Да ещё с какой ехидной улыбочкой это делают! Думают, спрячутся в своих окопах и я их не настигну? Ха! Пока Лариса Борисовна внимательно читала документы в папке, я принялась осматривать кабинет, нервно теребя между пальцами кофту. Никогда прежде не посещала кабинет директора в Москве. Только при приёме в школу, но тогда я слишком волновалась, чтобы понять, где я вообще нахожусь. Сейчас же представилась возможность даже быт местных вершителей детских судеб рассмотреть. Я искренне надеялась, что найду тут стену с головами несчастных подростков, которые превратили в чучел из воска. Настоящий ужастик! Не удивлюсь, если тут найдут лет через двадцать подвал, ведущий к огромному котлу, где варятся те, кто не удостоил директора должным уважением. Мне же остаётся молиться, что я сбегу раньше, чем меня поймают.       Выдохнув, я потёрла свои плечи и с лёгким удивлением поняла, что обстановка кабинета директора в моей глуши и столице нашей Родины ничем не отличается. Разве что цена разнится, а качество всё такое же дерьмовое, как и интерьер. Откуда такая любовь берётся к идеально начищенному белому ковру и кожаному стулу, который скрипит от каждого движения? А эти бесконечные гранты и грамоты на стенах! Но больше всего меня посмешил большой комод прямо за спиной Ларисы Борисовны. На нём лежала открытая книга, а рядом упаковка печенья, с рассыпанными рядом крошками. Вот чем занимаются директора в свободное от работы время! Читают книжки и сорят печеньем! Зато потом поражаются, откуда берутся тараканы. Всё детвора поганая из своих халуп тащит! Вскрывает линолеум, щедро посыпает территорию кухни всевозможными помоями, а потом ловит в милый пакетик из-под маминой косметики таракашек, с широкой улыбкой таща их в школу. Я бы скорее под дверью насрала, чем так мелочилась. Если и быть аутистом, то так, чтобы тебя никто не мог заподозрить в обратном. Хотя, что психушка, что колония – один пиздец. Просто где-то тебя изобьют сокамерники, а где-то до состояния овоща врачи доведут.       Гадкое тиканье настенных часов с кукушкой действовало мне на нервы. Откуда только такой раритет нарыла? Из квартиры бабушки что ли вытащила? Хотя… Судя по внешнему виду нашей директрисы и количеству тонального крема – она времена Сталина ещё застала. А там такие часики не так уж и сложно достать было. Это в наше время подобную безделушку с видом знатока и эстета называют «антиквариат», а потом и цену повышают, словно я пришла купить кроссовки с лицом Oxxxymiron’а.       - Так, - я даже вздрогнула, услышав голос директрисы. Всё. Сейчас мне будет пиздец. Чую жопой, так страстно ищущей приключений, - Вика, удачного обучения! – Лариса Борисовна широко улыбнулась, вызвав у меня ещё больший шок, - ты у нас девочка умная и, уверена, не только ребёнка воспитаешь, но ещё и ЕГЭ сдашь на отлично! Иди домой отдыхать. А то в твоём положении нельзя столько на ногах быть! Да ещё и перемена скоро, сшибут тебя шибутные наши ученики.       - А, - я как-то на автомате встала и отступила назад, крепко схватившись за дверную ручку, - хо-хорошо, до свидания.       - До свидания! – эта широкая улыбка меня испугала до такой степени, что я едва ли не вылетела из кабинета, громко хлопнув дверью. Мать твою… Что там такое написано было?! Господи, Астахов, где ты прячешь свою волшебную палочку? Хотя я предпочту не думать об этом. Уже один раз узрела это чудо природы собственными глазами, а теперь из школы ухожу на домашнее обучение из-за беременности.       Так и не найдя в своей голове причину, по которой директриса проводила меня счастливой улыбкой, а не ошеломлённым взглядом, я направилась в раздевалку, стараясь как можно быстрее одеться и свалить из школы. Скоро звонок прозвенит, так что я точно не смогу избежать расспросов моих одноклассников во главе с Кириллом и Олегом. Я знаю, что Кире они ничего не рассказали, но вот мой классный руководитель уже завтра будет вещать про мою беременность и, брызжа слюной, доказывать, что это очень плохо. Будто здравомыслящие люди и без него этого не понимают! Ох… И как я с такими позициями в жизни планирую матерью становится? Времени прошло уже прилично, а я до сих пор не чувствую особой любви к ребёнку. Скорее просто смирилась и всё тут. Всяко лучше, чем в будущем резко потомство захотеть в неограниченном количестве, а твоя матка может только жалобный стон издать и послать тебя далеко и надолго. Да и перспектива родов в моём возрасте не так сильно пугает, когда у тебя парень горы свернуть может при желании. Без работы и образования я точно не останусь, а это самое важное. Сидеть на чьей-то шее весело конечно, но вот если тебя с этой шеи скинут – другие затопчут и фамилию не спросят.       Мне повезло выбежать из школы прямо вместе со звонком. Больше всего мне сейчас хотелось выпить чего-нибудь горячего и отвлечься от тяжких мыслей. И когда я окончательно пессимисткой стать успела? Вроде теперь рядом со мной Гоша, скандалы с Дашей теперь не будут играть на моих нервах, да и любые проблемы Астахов сможет уладить. Может на меня зимняя хандра напала? Очень надеюсь. Мысли о наших с Гошей отношениях я стараюсь даже не допускать. С каждым днём всё становятся только запутаннее. Я отчаянно гоню мысли о том, что могу влюбиться в своего заядлого курильщика. Хотя это можно считать закономерным. Обычно люди так и делают. Встречаются, влюбляются друг в друга… Это традиции, как бы я их не высмеивала. Вот только мне будет сложно принять отказ в своих чувствах. Вся броня Виктории Скворцовой рухнет в одночасье, оставив после себя лишь жалкие осколки. Не очень весело звучит.       Вдохнув полной грудью, я достала телефон и принялась сверлить взглядом номер Гоши и приложение для вызова такси. Конечно, логичнее всего будет позвонить моему ненаглядному и спросить, может ли он притащить сюда свой костлявый зад, но… Ох, что-то совсем я сейчас не настроена сейчас на разговоры с ним. Конечно, мне повезло, что с Астаховым и молчать можно – он не будет донимать или же злиться из-за моего молчания. Мне повезло попасться на крючок самому настоящему хладнокровному эгоисту. С одной стороны, я обеспечила себе спокойную и размеренную жизнь без вечных ссор и недомолвок, где от страсти ломятся кровати и соседи бьют по батарее, вызывая полицию. Но с другой стороны… Что будет, если один из нас влюбиться в человека на стороне? Такое часто случается. Да и отношения, возникшие из-за ребёнка, держатся на одном лишь страхе и… Ответственности, если таковая имеется. Я отчаянно старалась избегать подобных мыслей, но пора уже начинать взрослеть. Хотя бы поэтапно. Сколько бы я не отвергала любовь, какими бы ехидными фразочками не высмеивала в своей же голове эти чувства… Их не избежать. Даже если я спрячусь в бункере, закрою себя от внешнего мира вплоть до самой смерти – меня ждёт лишь одиночестве, полная и беспроглядная тьма в душе и мечты. Эти гадкие грёзы, которые вводят в заблуждения, а потом с гадким треском рушатся об острые камни реальности. И что делать, если я влюблюсь в Гошу? Куда бежать? Где скрыться? А ведь нет такого места. Сердцу не прикажешь, как и из головы не выбросишь. Наверное, я страшная пессимистка. Люди ведь привыкли радоваться чувствам, наслаждаются каждой секундой рядом с любимым человеком. А я? А я уже сижу и выбираю себе гроб, хотя могу просто жить. Ведь у меня всё не так плохо. Я даже больше скажу – моя нынешняя жизнь напоминает мечту большинства девочек лет тринадцати-четырнадцати. Что ещё может хотеть человек с обеспеченным молодым человеком рядом и уверенностью, что он тебя не бросит?       - Если бы всё было так просто, - пробормотала я, едва не соскользнув со скамейки, на которую попыталась сесть. Совершенно мне не нравятся собственные мысли последнее время. Копна из каких-то идиотских предрассудков и стереотипов, к которым я, внезапно, начала относиться со всей серьёзностью. Может, стоит мне навестить Артёма и попросить какие-нибудь успокоительные выписать? Не прельщает меня мысль стать конечной истеричкой. Параноидальных припадков с учебниками хватало. Жаль только, что невероятный братец моего Гошика занят на работе и явно не примет меня с распростёртыми объятиями. Но, всё же, стоит записаться на приём. Причём не хочу, чтобы Гоша знал об этом. Не знаю почему, но внутренний голос подсказывает мне, что ни к чему хорошему подобные новости не приведут.       - Сумасшедшая, - выдохнула я, снимая зубами перчатку с левой руки и задумчиво рыская в контактах в поиске номера Артёма. Как написать? Э-э… Когда я успела окружить себя взрослыми мужчинами?! С ними так сложно! Всё весело до того момента, когда беременеешь. Ох, верните мне те чудесные дни, когда мы с Гошиком дымили похлеще двух паровозов и ели кислые яблоки!       Вдохнув в лёгкие побольше воздуха, я открыла сообщения и, дрожащими от холода пальцами, принялась печатать сообщение. Оно не отличилось особой смысловой нагрузкой или же обилием умных слов, но, зато, сразу понятно, чего я хочу.       « Артём, всё плохо. Когда на приём можно попасть? Только Гоше не говори. Сердечко ещё откажет.»       Браво. Я не перестаю удивляться самой себе! Ну, теперь с чистой душой можно звонить моему сигаретному магнату и просить забрать отсюда. Всё же я начинаю замерзать, да и ребятня в скором времени повалит дружной оравой из школы, сшибая всех и вся на своём пути. А с моей координацией находится среди детей паршиво. И как я матерью планирую хорошей стать? А чёрт его знает!       - Так-с, - я принялась звонить Гоше и, на удивление, тот сразу ответил. Значит, дома сидит. Хорошая новость! Бизнес и прочие ужасы с цифрами подождут, а вот моя, уже покрывающаяся коркой льда матка, не сможет долго протянуть, - Гошан, я всё сделала. Забери, пожалуйста, а то я себе всё отморожу к чертям собачьим.       - Ни привета, ни вопроса, занят ли я, - я услышала смешок Астахова и закатила глаза, переступая с ноги на ногу. С каких пор в Москве такие зимы суровые?! Ещё осталось тонне снега выпасть за ночь, и я буду с лопатой в магазин за дош… Салатиком пробираться, - постоять в предбаннике не судьба? Я же всё равно не за минуту доеду, - я услышала шелест бумажек, а затем и шорох доставаемой моим ненаглядным одежды, - директриса не донимала? Вроде, всё составлено правильно.       - Я не знаю, что ты там со своим адвокатом напридумывал, но она даже рада была, что я на домашнее обучение перехожу, - прыснула я и пнула глыбу льда, - пожелала всех благ с напыщенно широкой улыбкой. Жутко даже стало.       - У твоего Гошика всегда есть козыри в рукаве, - м-да, с этим уж точно не поспоришь. Вот только хотелось бы мне хоть немного разбираться в голове этого странного человека, с которым меня угораздило связаться. Я более чем уверена, что Астахов читает меня, как открытую книгу с большим шрифтом, но вот я… Каждое его действия становится чем-то удивительным. Наша же совместная жизнь напоминает лезвие ножа, по которому я ещё умудряюсь ходить и даже не поцарапалась, - кстати, предугадывая твой следующий вопрос, не волнуйся, мне за подделку подписи твоих родителей ничего не будет.       - Твои слова меня слабо успокаивают, - я тоже была очень самоуверенной одно время. А потом встретила Гошу и залетела. Вот и вся история. Да и вообще, такие самодуры чаще всего и получают от жизни по лицу, это ещё повезёт, если она в чан с дерьмом макать не начнёт, - ладно, я жду тебя. Поторопись, Гошик.       Я сбросила звонок и устало уткнулась лбом в дерево, прикрыв глаза. Совсем быстро выматываюсь с этой беременностью. Будь моя воля – я бы легла спать прямо на этот грязный снег, который уже точно успели пометить собаки и бомжи. Это только снаружи всё выглядит красиво. На самом деле, под толстым снежным слоем, прячутся тонны замёрзших блох и фекалий. Только в кино можно спокойно валяться на полянках, сексом заниматься в речке-говнотечке какой-нибудь. Реальность бьёт своими тюленьими ластами по лицу. Максимум, что можно получить в московских речках – это труп рыбы в причинное место.       Когда я уже хотела пройтись немного, чтобы в сосульку не превратится, телефон завибрировал, оповещая меня о новом сообщении. Гоши я не вижу, значит, это Артём или же Смирновы готовятся разорвать меня на кусочки. На данный момент я совершенно не представляю дальнейшее общение с Кириллом и Олегом. Я чертовски скучаю по ним, но потребуется некоторое время, чтобы они приняли факт моей беременности и уложили в могилу раньше времени. Обидно, конечно, осознавать, что видят они во мне свою Оксану, но… Но что поделать? У каждого человека куча болевых точек, на которые смертельно опасно надавливать. Мне просто везёт, что никто и не интересуется моими страхами. Виктория Скворцова не потеряла броню! До семнадцати лет аж держусь! Надеюсь, что и дальше буду оставаться такой же ироничной и хладнокровной. Достаточно одному Гошику видеть меня уставшей и слабой, с грязными волосами, нелепо зачёсанными назад, в старых штанах, на которых живого места не осталось и с огромным прыщом прямо посреди лба. По мере взросления понимаешь, что в этом мире хватит одного человека, который может вынести тебя в любом виде. А для остальных и правда лучше быть обычной девчонкой, которая какает бабочками и пахнет фиалками.       «Артём: Воскресенье в два часа дня подойдёт? Надеюсь, что ничего серьезного, и я потом не буду выслушивать нудные нотации от своего брата».       - А ему лишь бы по заднице не получить, - хмыкнула я и принялась печатать ответ, поглядывая на дорогу. Ну где же ты, Гошан?! Я себе и правда сейчас матку всё отморожу!       «Вика: Не волнуйся, Гошанский с тебя потом шкуру не снимет. Я не помираю, но вот поговорить с тобой нужно. Я же могу надеяться на то, что ты за пару тысяч не раскроешь все секреты, как поступил после осмотра в моей школе?»       Интересно, что бы получил в наказание Артём, если бы нужные люди узнали не только о взятничестве, но и о раскрытие врачебной тайны без разрешения пациент? Думаю, простым штрафом он бы точно не отделался. У нас в России все любят восклицать о упразднении коррупции, жестоком наказании за взятки, но вот у самих рыльце в пушку похлеще чем у тех, кто свои грехи не скрывает. Это как с геями и лесбиянками. Те, кто выставляют себя самыми настоящими гомофобами, мечтают в своих влажных снах переубивать каждых обнимающихся в переулке парней, на самом деле, сами не прочь под хвост себя баловать. Умный человек уже понял, что своё мнение лучше до последнего держать при себе, чтобы не получить по шее.       «Артём: Ты сильно продешевила, Вика. Я стою далеко не две тысячи рублей. Но, честно говорю, я гарантирую тебе, что буду молчать, что бы ты там не выдала. В конце концов, ты девушка моего брата, частью нашей семьи можешь стать. А мы, может это и незаметно, но стоим друг за друга горой. И я хотел бы тебе помочь, если это в моих силах».       Вот это заявочки! Меня уже в чету Астаховых записывают? Мне плакать или визжать от счастья? Но, если честно, то Артём прав. Даже если пышной свадебки с тамадой в цветастой рубашке у меня не будет, я уже являюсь частью Астаховых из-за ребёнка. Уж фамилию я точно папаши ему или ей дам. Да я бы и сама себе фамилию сменила. Скворечником быть надоело за семнадцать лет.       «Вика: Не ожидала услышать от тебя подобное, но, признаюсь, рада. Тогда встретимся в воскресенье. Приготовь что-нибудь вкусненькое из еды. Я надолго засяду)0»       О, а вот и мой принц на своём чёрном коне скачет! Ну и долго он ехал! Неужели пробка такая большая? Или же стоял брюки двадцать минут подбирал? И зачем только? У Гоши не задница истинного качка, когда ягодицы напоминают два шарика обтянутых кожей, так что любые брюки подойдут моему дрыщу.       - Ну наконец-то! – воскликнула я, когда Гошик подъехал к воротам школы и остановил машину, - ты с другого конца Москвы что ли сюда мчался? Я уже ног не чувствую, - и кто бы сомневался, что на все мои недовольные высказывания Астахов лишь улыбнётся и будет внимательно смотреть на меня, постукивая пальцами по рулю. Да ещё… Да ещё и курил без меня! Я запах сигарет его вишнёвых за километр чувствую! Вот же свинина! Пока я тут страдаю – он дымит! Засунуть бы сигаретки ему в свинячий пятачок и заставить им смолить!       - Ох, прости своего старичка, - Гоша примирительно поднял руки и кивнул в сторону заднего сиденья, - я прикупил тебе еды по дороге сюда. Думаю, что ты проголодалась. Если обычно беременные за двоих едят, то ты за целый взвод.       Я тут же схватила с заднего сиденья пакет и принялась изучать содержимое, улыбаясь с каждой находкой всё шире. Господи, самый настоящий рай! Стейк из телятины с фасолью в томате, банка огурчиков и клубничное молоко! Твою мать! Ради этого стоило себе остатки влагалища отморозить!       - За такое – прощаю, - засмеялась я и подмигнула Гоше, подтянувшись к его щеке и быстро чмокнув в неё, - ты совсем бриться что ли перестал? – я сморщилась, когда щетина уколола меня прямо в губу, - раньше ты только голову неделями мыть ленился, а теперь и бритву не можешь взять?       - Считай, что я страшно мёрзну зимой, - Астахов взял меня за руку и быстро поцеловал запястье, выезжая на дорогу, - а вообще, у меня времени просто не было. Сегодня вечером побреюсь, клятвенно клянусь.       Подмигнув, Гоша погрузился в дорогу, а я принялась за еду, едва не уронив контейнер с прекрасно пахнущей фасолью и стейком. Господи, я живу ради еды! Не важно, что за беременность рекомендуется набирать не более двенадцати килограмм! Надеюсь, что ребёнок вдоволь наслаждается подобной пищей. Поскорее бы он вырос и познал всю мощь Доширака! Истинная пища Богов.       Всю дорогу до дома мы с Гошиком молчали. Он наслаждался любимой последнее время песней «Personal Jesus», от которой меня воротило похлеще чем от рыбных котлет, а я с жадностью поглощала привезённую пищу, пару раз прикусив язык. Астахов широко улыбался на мои тихие стоны и ругательства, а мне хотелось его пристукнуть в этот момент, а после поцеловать и прилечь на плечо, чтобы выспаться. Мы ехали до дома всего минут тридцать, но вот погода явно располагала к тому, чтобы крепко и беспробудно дрыхнуть: снег, тёмно-серое небо, долбанные Depeche Mode и медленная езда. Ох, кстати, а когда должен ребёнок родиться? Если моя математика не совсем плоха, то… Июль или август? Ну, хоть не придётся справлять свой день рождения в школе. На каникулах можно и погулять сходить, и в кафе наесться до отвала, а потом и над папашкой до утра издеваться. Подсказывает мне чутьё, что ребёнок наш вберёт в себя самое плохое от обоих родителей. Самый настоящий ураган.       Когда Гоша открыл дверь квартиры, то я вбежала первая. Скинула ботинки, шнурки на которых успели развязаться, каким-то чудом повесила пальто на вешалку, а сверху прицепила ещё и шарф с шапкой. Кроватка! Где моя кроватка! Я сейчас с ног просто повалюсь на чёртов пол! Нельзя так над Викой издеваться! Я же мать блять! Ух, нужно попробовать сболтнуть такое, когда рожу и вынуждена буду стоять в очереди. Посмотрю на пылающие пердаки и посмеюсь, а потом ещё и найду пост в очередной группе про неадекватных мамок с невоспитанными чадами на руках.       - Даже не разденешься? – спросил Гоша, когда я уже плюхнулась на мягкую кроватку, а он вошёл в комнату и принялся медленно раздеваться, вытаскивая из шкафа домашнюю одежду. Она слабо отличалась от обычной. Гоша спал в лёгкой кофте и штанах. Говорит, что сильно мёрзнет по ночам, так что в трусах спит исключительно летом, причём в самые жаркие дни. На мою шутку, что у стариков тоже кости дрожат в холодную погоду, мой любимый курильщик щёлкнул меня по лбу и оттащил свою подушку на самый край кровати, тем самым совсем отдаляясь от своей Вики. Пришлось где-то полчаса просить прощения и всячески издеваться над Гошиком, пока тот в голос не засмеялся от щекотки. И кто бы мог подумать, что такой человек боится подобной глупости? Вот только мне это показалось жутко милым.       - Нет, мне лень, - я уткнулась носом в подушку, - укрой меня, пожалуйста, одеялком. Я замёрзла.       - Ох, ладно, я сам тебя раздену, горе, - я лишь хихикнула и перевернулась с живота на спину, выставив свои руки и ноги вперёд, - может тебе ещё и горшок в комнате поставить, чтобы лишний раз в туалет не вставала?       - Не, горшок вонять будет. Нанюхаешься ещё, когда ребёнок родиться, - Гоша улыбнулся и сел на край кровати, потянув рукава свитера и быстро снимая его с меня. Посмотрим, как он пижаму на меня нацепит. Я не собираюсь свою тушу с кроватки поднимать, - кстати, когда займёмся покупкой барахла для ребёнка? Там целый список, если я правильно форумы читала. Да и на кругленькую сумму выходит.       - Ну, когда тебе захочется, - Астахов принялся за джинсы, запутавшись в ширинке. Я едва сдержала смешок, когда он весь напрягся и нахмурился, силясь вытащить застрявший бантик трусов в молнии, - не думаю, что есть смысл делить вещи на синие или розовые. Купим что-то нейтральное по цвету.       - А ты когда-нибудь думал про то, кого хочешь? Ну, мальчика там или девочку, - Гошик, наконец, расправился с ширинкой и стянул с меня джинсы, относя всё добро в корзину с грязным бельём, - хоть ты и говорил, что о детях не задумывался, но всё же.       - Главное, чтобы он здоровый был, а остальное второстепенно, - с этим не поспоришь. Мне тоже как-то побоку на то, что будет между ног у нашего ребёнка. Пусть только не болеет. Ему уже с родителями чертовски повезло, пусть хоть соплями задыхаться не будет или прочей гадостью, - какую пижаму хочешь сегодня?       - Давай вчерашнюю, - я махнула рукой и стянула пальцами на ногах мокрые насквозь носки, - и захвати тёплые носочки. Кажется, моя обувь дала течь.       - Говорил я тебе купить нормальные ботинки, - ставлю голову на отсечение, что мой дедок сейчас закатил глаза, а потом, в очередной раз, обругал меня в своей голове на чём свет стоит, - ох, Вика, ну ты совсем с головой не дружишь? – Гошик потрогал мою пятку, от чего я захихикала и вновь перекатилась на живот. Щекотно же! – ноги ледяные, без шапки пойти хотела. Всё же иногда вспоминай, что беременна, - приподняв меня за талию, Гошик принялся надевать пижаму, а после ещё и носки натянул, сняв с волос резинку. Заботливый мой дедок. Компенсируют отсутствие романтичной натуры опекой. Меня это даже радует! Какой смысл в страстных поцелуях, букетах цветов, если от своих соплей и кашля шарахаться будут? – у меня сердце раньше времени откажет не из-за сигарет, а из-за тебя, Вика.       Гошик накрыл меня одеялом и заправил за ухо прядь волос, а после и сам решил переодеться. Спорить с тем, что я – далеко не подарок смысла не вижу, но вот нервы всё же я не до такой степени треплю. Привыкла как-то зимой ходить без шапки, если мороз совсем за щёки не кусает, так что сложно теперь перестроиться и помнить о том, что я должна держать своё тело в тепле и здравии, чтобы ребёнок не родился с осложнениями. Стоит и правда перестать быть до такой степени легкомысленной. Радует, что рядом со мной Гошик. Он точно не даст уйти из дома зимой без шарфа и шапки, да и в лёгких носках, которые мало чем от босых ног отличаются. Мозоль на ноге только меньше шансов натереть.       - Ты точно меня заразила. Только четыре часа, а я и сам выдохся, - Гоша плюхнулся рядом со мной на кровать и устало провёл ладонью по лицу, зачёсывая волосы назад, - и снова не побрился, - мой ненаглядный бросил в мою сторону ехидную улыбку, - стоит прикупить тебе верхнюю одежду на зиму. Точно ведь отморозишь себе всё.       - Да я не собираюсь путешествия совершать ближайшие девять месяцев, – я пожала плечами и придвинулась к Гошику, уткнувшись носом в его плечо, - все мои прогулки – это походы к твоему брату.       - А про меня забыла? – я удивлённо подняла взгляд на Гошика. Что это он имеет ввиду? Решил закопать меня под снегом? – походы в театры, рестораны, кино ещё никто не отменял. Конечно, подобные праздники я не смогу часто устраивать из-за занятости, но пару раз в месяц точно вытащу.       - Решил во мне культурное начало развить? – Виктория Скворцова в театре, а после прилично ест супчик, направляя ложку от себя… Ха-ха! Я скорее вспомню идиотскую шутку, засмеюсь и выплюну всё прямо в лицо Гошику, - валяй, только потом не говори, что пришлось краснеть за меня.       - Не буду, - Гоша кивнул и чмокнул меня в макушку, сильнее прижав к себе, - какая ты холодная. Стоит мне прикупить второе одеяло, - впервые я так отчётливо услышала негодование в голосе моего курильщика. Неужели так волнуется? Вот дурак! – никакого спокойствия с тобой.       - Как и с тобой, - я тепло улыбнулась и быстро поцеловала Гошу в губы, а после удобно расположила голову на его груди, - но причитать об этом потом будешь, старичок мой. Приятных снов.       - Спокойной ночи, мой гадкий утёнок, - я уже хотела возмутиться, но затем услышала тихий смех Гоши и не сдержала широкой улыбки, закрывая глаза. Стоит поспать, а потом уже вершить правосудия, избивая Астахова подушкой по голове.       И всё же каким ублюдком он не был порой – я многое готова отдать за такие тёплые моменты вместе. Ведь их так мало! Хоть и живём мы вместе всего три дня, но я остро ощущала нехватку этой свинки рядом. Я не знаю, когда успела так влипнуть, но без Гоши жизнь мне кажется совсем серой. Хоть он своим видом не может привнести в неё яркие краски, но его голос, слова, улыбка… Это дорого стоит. А ещё приятнее осознавать, что именно мне он так искренне и тепло улыбается, именно меня гладит по волосам, целует в затылок и крепко прижимает к себе, силясь согреть, хотя и сам вздрагивает от холода. Конечно, я жалею о ранней беременности, о том, что уже в восемнадцать лет буду обременена ребёнком, но… Но также я понимаю, что не останусь в одиночестве. Может, вывод это поспешный, но я успела составить в своей голове примерный портрет человека, с которым свяжу будущую жизнь. Может, мы не всегда будем вместе, но Гоша никогда не бросит меня без денег и образования. Уж не знаю, что играет тут главную роль: его воспитание или излишняя ответственность за собственные поступки. Я просто буду радоваться каждому дню рядом с ним. Ведь это и правда одни и самых счастливых мгновений в моей чёртовой жизни.       Гоша, имею ли я право однажды полюбить тебя?