«Мои глаза в тебя не влюблены, —
Они твои пороки видят ясно.
А сердце ни одной твоей вины
Не видит и с глазами не согласно».
Уильям Шекспир. Сонет 141
***
— Астрид! — прокричала на весь коридор блондинка, подбегая вместе со своим братцем и обнимая меня
(да-да, вы всё правильно поняли: эту главу будет рассказывать Астрид. Эй! Нет! Только не по лицу! Да ухожу я, ухожу! Вот же нервная… Стой! Ауч!).
— Забияка! — радостно прокричала я, обнимая в ответ лучшую подругу, которая мне все эти два года писала письма со своим братом.
— Задушишь, — прокряхтела близняшка Торстон, после чего я, наконец, отпустила её. Она осмотрела меня со всех сторон и сказала: — Ты практически не изменилась, Хофферсон! Всё такая же красавица.
— А ты всё такая же опасная, да? — заметила я, после того как раздался взрыв из кабинета, из которого только что выбежали близнецы. Подруга снова улыбнулась и обняла меня.
— А меня, значит, никто не будет обнимать, да? Никому не нужен бедный Задирака! — трагичным голосом проговорил парень, отворачиваясь от нас и уже собираясь уходить.
— Ну иди ты сюда, Задирака, — проговорила я, обняв блондина и душа в своих крепких объятиях.
— Ладно-ладно, я передумал, — вырвался парень из объятий, начав тяжело дышать.
— Ты же знаешь, что желания приводит к ужасным последствиям, особенно если их выполняю я, — холодно и серьёзно сказала я, скрестив руки на груди.
— Узнаю прежнюю Хофферсон, а то я уже подумал, что ты на розовые сопли подсела, — сказал друг.
— Розовые сопли? Ха-ха-ха… Очень смешно, — ответила я сарказмом. — Задирака, дорогой, да за кого ты меня принимаешь?! Я тебе сейчас врежу, — холодным тоном произнесла я.
— Я сдаюсь! — поднял руки вверх парень в знак капитуляции, после чего мы дружно засмеялись.
Позволить вести себя открыто я могла только рядом с ними, потому что была уверена на все двести процентов, что они меня никогда не предадут, особенно моя дорогая и горячо любимая Забияка, поддерживающая меня в трудные минуты, дающая мне советы
(иногда они были очень глупыми, но даже это мне помогало) и выводящая меня из депрессий. При остальных же я вела себя серьёзно и холодно, не подпуская никого к своему разбитому сердцу.
Три года назад, когда только начался восьмой класс, один мальчик, с которым я встречалась и в которого была влюблена, изменил мне, сказав, что я не достойна его, что я всего лишь навязчивая дурочка, глупышка и не стою его.
И я решила измениться. Закрыла своё сердце ото всех, кроме тех, кого посчитала настоящими друзьями, изменила характер, поведение и неожиданно стала популярна среди одноклассников.
До сих пор не могу поверить, что парням нравятся холодные, бесчувственные девушки.
— Ладно, ребят, мне пора идти, а то ещё опоздаю. Ещё увидимся, — я развернулась и, опустив голову, быстрым шагом поспешила в сторону класса. Тут же в меня кто-то врезался.
— Эй! Смотри по сторонам! — зло крикнула я парню, врезавшемуся в меня, хотя сама была виновата не меньше, и постаралась быстрее скрыться в толпе. А в ответ мне прилетело лишь тихое «прости».
Подойдя к классу Истории, предмет который я не особо люблю, но хорошо знаю (поверьте, иногда и такое бывает), зашла в помещение и уселась за вторую парту первого ряда, пока на меня уставилась мужская часть класса, а остальная что-то шептала, иногда многозначительно посматривая в мою сторону. Я заскучала и, облокотившись на сложенные на парте руки, посмотрела в окно.
Небо.
Одно слово и так много смысла. Хмурое, безжизненное, но всегда прекрасное. То голубое, то серое, то чёрное или тёмно-синее.
Сколько оттенков голубого можно увидеть днём! В какие тона красит небо солнце на восходе и закате… Красный, розовый, бледно-жёлтый, ярко-оранжевый, кровавый, сиреневый, фиолетовый, охра… эти цвета можно перечислять бесконечно… И никогда краски неба сегодняшнего восхода и закат, не будут похожи на краски завтрашнего.
Небо живёт своей собственной возвышенной жизнью, творит свои необыкновенные пейзажи… А облака способствуют этому, придавая картине необычные индивидуальные и эксклюзивные фигуры, которые напоминают тебе о чём-то важном, самом ценном для тебя. Белые, серые, полупрозрачные… Кучевые, слоистые, перистые… Как много сочетаний можно составить, и столько же получится необычных облаков, которые гуляют по небу, движимые ветром.
Я облако.
Такое же невесомое, которое сдувает лёгким порывом ветра бурной жизни. И лишь в небе я ощущаю себя свободной от всего этого: от нитей, что так и тянут меня к земле. И когда я лечу, я ощущаю только одно…
Счастье…
— Эй, Ас, — ко мне подсел Задирака, отвлекая от мыслей.
— Что? — меланхолично спросила я, смотря на парня.
— Ты что, зависла? Ладно, неважно. Ты будешь участвовать в Гонке на драконах? — поинтересовался друг.
— А разве не должна? — ответила я вопросом на вопрос. — Почему бы и нет? Надо же узнать, на что я здесь способна, — я улыбнулась, и былое настроение вновь вернулось ко мне. Прозвенел звонок, и я добавила: — А теперь вали за свою парту!
— Оу, какие мы сегодня злые, — проговорил блондин, вставая со стула и идя к своему месту.
— Ты напрашиваешься, Зади, — ласково предупредила я.
— Я всё понял! Не буду мешать Вам, Ваше Королевское Высочество, — да уж, ничего не меняется в этой жизни.
Ой, кажется, у Задираки появится фингал под глазом…
Уроки шли медленно, даже медленнее, чем на острове Вестленд, но всё же последний урок меня удивил…
— Практика? — ещё раз переспросила я, прочтя название урока и посмотрела на близнецов. — Что это вообще за урок?
— О! Это просто замечательный урок! — воодушевлённо начала говорить подруга.
— Это точно! Мы там тренируемся с холодным оружием! Участвуем в поединках! — сказал Задирака, витая в облаках.
— Ещё занимаемся с драконами! Учим их трюкам! Соревнуемся! — взяла в свои руки инициативу блондинка, заканчивая рассказ. — В общем, тебе должно понравиться!
— Ну ладно… И… что же будет сегодня? — неуверенно спросила я.
— Сражение! — хором ответили радостные близнецы.
— Мило… — проговорила я, входя на Арену вместе с Торстонами. — И с кем меня поставят в пару?
— Наверное, с Хэддоком, — задумавшись, ответила подруга.
— С сыном мэра? — уточнила я.
— Ага, с Иккингом Хэддоком. Тот ещё тип, если честно, — сказал друг.
— В смысле? — не поняла я.
— Видишь парня? — спросила блондинка, указывая в конец Арены.
— Какого именно? — поинтересовалась я, пытаясь понять, на кого указывает близняшка.
— Да вон того шатена, — сказал парень.
— С зелёными глазами? — уточнила я, когда Хэддок повернулся к нам лицом.
«А он практически не изменился», — пронеслась в голове первая мысль о нём.
Мы встречались пару раз и ограничивались лишь приветствиями, если бы не наши родители, работающие вместе, мы вообще бы не знали имён друг друга. Я помню, что ещё два года назад часто встречала его в коридорах школы, его внешность, а особенно зелёные глаза, хорошо въелись в мою голову и остались там до сих пор.
— Ага, — в унисон сказали близнецы.
— И что же с ним не так? — спросила я, так как мне вдруг стало интересно.
— Ну, знаешь… — начал друг, почесав щёку и отведя взгляд, — во-первых, у него нет дракона.
— Ты
врёшь, — не веря близнецам, сказала я, улыбнувшись, но Торстоны были серьёзны. Редкое явление Вселенной, если честно. — Правда?! Это… действительно странно.
— А во-вторых, у него нет друзей, ни с кем не общается, — продолжил блондин.
— А ещё над ним издевается Сморкала, — добавила подруга.
— Я сразу поняла, что этот качок мускул не дружит с мозгами, — сказала я, и мы засмеялись.
— Подождёшь здесь? Нам надо кое-что сделать… — не договаривая всю правду и заговорщицки переглянувшись между собой, обратились блондины.
— Ну ладно, жду вас здесь, — ответила я, а близнецы дали пять друг другу и вновь взглянули на меня. — Ну, чего встали? Валите уже.
— Ладно, ладно, — сказал Зади и скрылся вместе с сестрой в толпе учеников.
— Эй, и почему такая красотка стоит одна да ещё скучает? — спросил чересчур сладко
Йоргенсон, приближаясь ко мне.
«О Боги Асгарда!» — взмолилась я, закатывая глаза и делая жест рука-лицо.
— Мои зрачки закатились в мозг, — прошептала я, смотря в небо сквозь пальцы рук.
— Слушай, может, сходим куда-нибудь? Как насчёт кафе? Я всё оплачиваю, — я не взглянула на качка и посмотрела вперёд, где стоял Хэддок, поглощённый своими мыслями. Я внимательно наблюдала за ним, вглядываясь в его расслабленные черты лица, пока Сморкала что-то говорил мне, жужжа словно муха.
— Сморкала, отстань, а? — повернувшись к качку, попросила я, как только заметила, что шатен взглянул на меня.
— Ну что же так холодно, Астрид? — таким сахарным голосом спросил меня Сморкала, что меня чуть не стошнило.
— Послушай, я тебе сейчас врежу, если не закроешь рот и не уйдёшь, куда подальше, — резко ответила я, пронзительно холодным взглядом смотря на парня.
— Да ладно тебе, Ас… — но качок не смог закончить предложение, так как я врезала ему и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, поспешила уйти от этого бугая, куда подальше.
Спустя несколько минут на Арену пришла миссис Коуэлл, но никто её не заметил, так что она подошла ко мне и, сказав, что я буду в паре с Хэддоком, поспешила начать урок.
Что ж, ничего другого не остаётся.
Я, глубоко вздохнув, поспешила к своему напарнику и попыталась вывести его из себя, что, кстати, не вышло. Впоследствии у нас завязалась настоящая война, которая, к сожалению, закончилась ничьей. Надо отдать должное, сражается он довольно-таки хорошо. В моей жизни, были такие случаи, но столь напряжённого боя — никогда.
Почему-то мне это даже понравилось, будто он был моим оппонентом не раз и не два. Иногда такое бывает, что только познакомившись с человеком, у тебя возникает ощущение, что ты знаешь его всю жизнь: тебе легко с ним общаться, ты понимаешь его с полуслова, знаешь его вдоль и поперёк.
Я улыбнулась.
— Ас… Ас! Астрид! — воскликнула обеспокоенно Заби.
— А? Что? — не понимающим взглядом уставившись на подругу, вынырнув из сегодняшних воспоминаний.
Сейчас я летела на Громгильде, близнецы — на Барсе и Вепре.
— Ас, с тобой всё в порядке? — побеспокоился Задирака.
— Со мной всегда всё в порядке, — ответила я, грозно смотря на близнеца.
— Ас, знаешь… Мы тут подумали… — начала из далека Забияка, переглянувшись с братом и обратив моё внимание на себя.
— О чём? — поинтересовалась я со счастливой улыбкой на губах, так как наслаждалась полётом, расставив руки в стороны. Ветер развивал мои волосы и обнимал невидимыми, но такими родными и приятными руками.
— В общем… Может, ты вступишь в «Ветер», — предложил мне Задирака.
— Ты о тех, что профессионально тренируются в Гонках, сольных и командных полётах и полосе препятствий, а потом выступают за честь школы? — задала я риторический вопрос.
— Ну да, — подтвердила подруга, как-то странно смотря на меня.
— Нет, — категорично ответила я, не желая продолжать этот разговор.
— Но может… — но я не дала блондину закончить предложение, сказав:
— Нет, и не просите.
— Но почему? — удивилась Задирака.
— Мне нравится летать, ощущать ветер на лице, чувствовать, как волосы развиваются из-за него, как по телу бегают мурашки. Но я совершенно не могу понять тех, кто вместо получения удовольствия убивает себя на тяжёлых тренировках, не получая никаких положительных эмоций. Может, я просто не понимаю этого… Может, для них эти тренировки в радость, но не для меня. Это словно меня заставляют делать всё насильно, не по своей воле. А эти командные полёты в Строю? Это всего лишь выученные движения, которые ты выполняешь на автомате, и ничего больше! Словно ты робот без каких-либо чувств!
— Ого, — удивился парень.
— Что? — не поняла я.
— Ты тут такую тираду развела, — сказала всё ещё поражённая подруга.
— Просто сказала, что думаю, — я пожала плечами и добавила: — Ладно, мне пора домой, а то, после того как вернулась сюда, родители постоянно пытаются провести со мной, как можно, больше времени и названивают мне. Это уже второй день, но так надоело.
— Ладно, пока, подруга. Напиши, как вернёшься с тренировки, — попросила блондинка.
— Обязательно, Заби.
— Ещё увидимся, Королева Ас, — продолжал шутить близнец, но было явно видно, что ему не хватало этого все два года.
— Конечно, мой преданный слуга, — и я улетела в сторону дома, оставшись наедине со своими мыслями.
Ну, Иккинг Вам уже рассказал, как мы попали в огромные неприятности тем вечером. И я действительно благодарна Богам Асгарда
(Ас, Богов не существует)… Не перебивай меня, Иккинг, а то…
(Стоп! Я всё понял! Ухожу). На чём мы остановились? Ах, да, Боги Асгарда… В общем, я благодарна им за наше удачное спасение
(удачное оно было бы, если бы ты не травмировала ногу). Иккинг
(я всё понял)!
Как Вы знаете, ничего интересного последние две недели тоже не было. Мы вернулись к обыденному распорядку дня. Единственное, наверное, что поменялось, так это то, что я сдружила близнецов с Хэддоком. Позже Торстоны признались, что Иккинг интересный и забавный. Ну, это я знала и без их заявлений.
Сейчас же мы снова находились на уроке Практики, который мне и Иккингу очень нравился, так как встречались мы только на нём…
— Ну ты влип, Хэддок! — прокричала я и побежала следом за парнем.
Итак, моё небольшое объяснение происходящего.
Этот наглый парень, по-другому я просто не могу сказать, ибо это самое приличное слово в моём словарном запасе, сделал обманный манёвр и выхватил из рук мою любимую секиру, убежав с ней в другой конец Арены.
Вот же тролль. Отродье Хель. Ну, я его сейчас прикончу…
— Иккинг, а ну верни мне мою секиру! — прокричала я на всю Арену, двигаясь в сторону парня.
