Лишь у но́г Твоих я счастлив (Когда Твоя нежность просит боли)

      Прошло чуть больше часа, но Дин уже успел соскучиться. Он стоит на балконе и вглядывается в проезжающие мимо машины, мечтая о том, как встретит и обнимет Джона.       «А, может, отец снова поцелует меня, — с улыбкой думает он. И, в то же время, находит лёгкое беспокойство: — А вдруг он не вернётся?». Его мысли вышибает резкий визг тормозов, въехавшей во двор машины: Отец выходит злой как черт и, заметив сверху Дина, машет ему: — Спускайся!       Дин тут же развернулся, чтобы выйти из дома на улицу. Поэтому он не заметил парня, что вышел из машины вслед за отцом. Выбежав из дома, Дин бросается отцу на шею и обнимает его так, словно прошло два года, а не два часа. — Папочка, я соскучился… — он прерывается, завидев уже знакомого парня. Внутри всё сжимается при виде этого человека, и он по инерции сильнее прижимается к Джону, ища защиты… — Малыш, я, — отец немного отстраняется, — Я хотел спросить… — затем он оборачивается на Тома и исправляется: — Нет я… Хотел сказать… Том! — обращается он и подходит к парню, любовно приобняв его за талию: — Ты больше не нужен ему как подстилка! — заканчивает за него Том. — Солнышко, ты слишком груб с ним. Не стоит так… Дин, прости… Просто… Это не может больше продолжаться. На самом деле… — На самом деле он любит меня. Просто не знал, как сказать… А с тобой так… От недотраха, — Том лучисто улыбается и целует охотника прямо в губы, на глазах у оторопевшего Дина.       Дин чувствует, как внутри всё медленно обмирает. Катастрофически не хватает воздуха. Жгуче-горький ком перекрывает горло, и он тщетно пытается вдохнуть открытым ртом. Через пару секунд он понимает, глядя на новоиспеченную пару: то, что душит — это слезы. Слезы разочарования, обиды, непонимания… «Если это шутка, то она очень страшная» — думает он. И в то же время понимает, что человек, вроде Джона, не станет так тупо шутить. Ему кажется, что сердце сейчас просто лопнет… В голове резко пошатнулся мир, и он падает… Прямо на руки вовремя успевшего брата: — Дин! — Сэм бьет его по щекам, пытаясь привести в чувства, когда замечает, что он не может вдохнуть нормально, — Черт! — он обхватывает рукой его горло, сдавливая, — Вдыхай! — приказывает, — Дин, дыши! — наконец, брат открывает глаза и судорожно втягивает воздух… — Что, черт возьми, здесь случилось?! — спрашивает Сэм, прижимая к себе брата, который от слез не может этого объяснить. И только сейчас замечает, что отец стоит и спокойно обнимает Тома, который злорадно улыбается, глядя, как задыхается Дин. — Я просто… Нужно было его подготовить, — слегка виновато говорит отец и, подойдя, непринужденно поглаживает сына по спине: — Малыш, прости… Но ты всё ещё мой сын и… Я просто могу быть твоим папой, а… О том, что было, давай просто забудем? Мы все делали ошибки и… — Что?! — слегка шокировано недоумевает Сэм. — Мы с Томом… Решили пожениться, — счастливо улыбаясь, говорит отец и, возвращаясь к парню, нежно целует того в щеку. — Вы что?! Ты с ним…?! Когда это ты успел? — отвлекаясь на содрогающегося в слезах брата, который прячет мокрое от слез лицо у него на груди, ухватившись за отворот его куртки, чтобы не упасть. — Сегодня мы встретились случайно… — отец сияет от счастья, закусывает нижнюю губу и, улыбаясь, продолжает, — Я просто понял, что все эти годы я очень скучал по нему, и что он тоже любит меня, как и я. Так что… Не стоит терять времени. И мы решили пожениться… — на этих словах он обнимает парня за талию, притянув к себе. Выражение лица младшего сына говорит, что сейчас он сожжет отца одними глазами. — Дин. Зайди в дом, — сухо говорит он. — Но… — всхлипывает брат, крепче ухватившись за него. — Дин. В дом, — строго повторяет Сэм таким тоном, что брат не смеет больше пререкаться, и быстро скрывается за дверью. — Мне стоило с ним попрощаться… — говорит отец. — Пожениться?! Соскучился?! Черт, как я мог подумать, что ты приехал к Дину! Ты…?! — Сэм даже не находит слов, чтобы описать данную подлость, — Пожениться с ним?! Да его трахнул каждый, кто не считал себя ленивым! — Сэм, ты обижаешь моего будущего мужа, — делает замечание Джон. — Будущего мужа?! — обращаясь к Тому, — Парень, а не ты ли мне говорил, что не можешь остановиться на ком-то определенном?! Потому что тебе вечно мало хуев! — Прости… — говорит молодой человек Джону, — Просто после тебя… — поняв, о чем он, отец гордо усмехается: — Том, подожди пожалуйста, в машине, — говорит он, и, согласно кивнув, парень садится в его «сиеру». — Ты хоть понимаешь, что мы можем потерять его после такого заявления?! — продолжает сын. — Он справится, — серьезно отвечает Джон, — Два года назад справился… — Да?! А какого мне было видеть его таким?! Ты представить себе не можешь, что я почувствовал, когда Дин сломался, когда просил сделать ему больно! Зачем?! Зачем ты поманил, зачем дал надежду?! Ты! Нарушишь все законы нашей семьи, приведя в нее чужого. Если ты с ним поженишься. И ты даже не думай, что я хоть когда-нибудь позволю тебе подойти к нашему Дину! А ты все равно соскучишься. — Законы нашей семьи? — Джон скептически улыбается, — Это ты об этом говоришь?! Ты! Тот, кто сам позволил, чтобы этот «чужой» прикоснулся к твоему любимому-брату?! Да ещё и трахнул его! А ты смотрел. Это такой у тебя закон против чужих в нашей семье?! — Ты… — Да. Я знаю, — предупредив следующий вопрос, — И я не держу зла на Тома. Он просто наивный, глупенький мальчик. Но ты… — Не держу зла?! — Сэм чувствует, как злость буквально горит внутри, — Если ты не любишь Дина, как говорил, то… Он всё равно твой сын! Да я бы… Убирайтесь, — Сэму резко приходит мысль, что после услышанного брат в доме один. И, не медля, он быстро направляется в дом.