Обнажив твои желания...
4 апреля 2020 г., 09:42
…
Когда на тумблере щёлкает «шесть», Дин открывает глаза. Прислушавшись к своему телу, он понимает, что ему невыносимо жарко, он просто задохнётся сейчас, если не устранит это чувство. Вынув руки из-под одеяла, Дин понимает, что кто-то укрыл его ещё одним, что и послужило причиной такого пробуждения.
Сэм приподнялся на локте, наблюдая, как брат хаотично сбрасывает на пол оба одеяла, словно они его обжигают. Дин вскакивает с кровати, чтобы избавиться от этого чувства пожара по всему телу. Его останавливает схвативший за руку отец, через которого он перепрыгнул, даже не осознав того:
— Сын? — Джон смотрит с беспокойством.
Обернувшись, Дин несколько раз непонимающе моргнул, затем перевёл взгляд на Сэма, медленно вспоминая то, что происходило здесь ночью. Дин радостно улыбнулся, вспомнив, что, судя по всему, уснул он вчера между двух любимых мужчин. Только вот почему-то припомнить, как и когда именно он уснул, Дин так и не смог.
— Мне… Нужно в душ, — озвучил сын, ощущая, насколько липкое от пота всё тело, и это крайне неприятно.
— Как… Ты себя чувствуешь? — с заботой спросил отец, удивляясь столь оживлённому поведению после того, что было.
— Прекрасно, — улыбнулся Дин, — Только мне нужно в душ. Срочно.
— Дин, ты… — Сэм тоже встал. Подойдя, он положил руку на лоб брата, отметив, что температура пришла в норму, — Ты помнишь, что вчера… Ночью здесь было?
Дин призадумался на несколько секунд. Вспомнив всё, он бессознательно положил руку на живот, ниже пупка, где вчера чувствовал адски разрывавшую боль. С удивлением парень отметил, что от тех ощущений не осталось и следа. Сейчас Дин не чувствовал ни малейшего дискомфорта. Даже наоборот: сейчас он ощущал какую-то светлую лёгкость, какой-то внезапно накативший прилив энергии и счастья.
— Помню, — с улыбкой ответил он и, дотянувшись, тепло поцеловал Сэма в щёку.
— С тобой точно всё нормально? — недоверчиво спросил брат.
— Точно. Всё хорошо. Мне… Мне уже не больно. Если ты об этом. Всё прошло. Совсем.
— Мне сходить с тобой? — всё же переживал брат.
— Нет, — как-то слишком резко ответил Дин, что заставило младшего усомниться в том, что всё так легко прошло.
— Ди-ин?
— Сэм, правда. У меня правда больше ничего не болит, я прекрасно себя чувствую, — с нежностью ответил Дин, положив правую ладонь на щёку брата. И тут же её одёрнул, удивлённо уставившись на перстень из белого золота, непонятно как оказавшийся снова на безымянном пальце, — Вы надели это, когда я спал? — в непонятках спросил Дин.
— Что? Нет. Зачем бы я…? — ответил не менее удивлённый Сэм. Он точно помнил, что брат так и не надел колечко на палец… «Истинное желание… — вспомнились наставления демонессы, — То, чего он больше всего желает»… — Сэм взял руку брата в свои, просияв запредельной радостью: — Это подсказка, — сияя улыбкой, сказал он.
— Что? Подсказка? — приоткрыл рот в изумлении Дин.
— Подсказка, что оно должно там остаться, — взглядом указав на вещь.
— Но…
— Пошли для начала в душ. — для уверенности, хозяин решил всё-таки сопроводить Дина.
Брат сделал недовольное лицо, чем удивил Сэма, ведь обычно, он был только за, принять водные процедуры вместе, но прирекаться не посмел.
— Не надо сильно тёплую, — попросил шатен, когда брат регулировал температуру воды, — Я и так чуть не сгорел! — капризно заявил он.
Сэм сделал душ едва тёплым, принявшись омывать своё тело. Дин отчего-то повернулся к нему спиной, молча наслаждаясь тем, что, наконец, избавился от липкого пота. Сэм не проявил особой реакции на странное поведение брата. Глядя, как напрягаются упругие ягодицы, когда Дин переступает с ноги на ногу, наблюдая за скользящими по его коже струями, Сэм начал возбуждаться. Его член заинтересованно приподнялся, обращая на себя внимание.
— Сэм? — Дин позвал, не оборачиваясь.
— Да?
— Подай, пожалуйста, бритву.
Сэм молча протянул руку к полочке справа от себя и, взяв оттуда станок, коснулся руки брата, побуждая взять вещь. К его удивлению, Дин не глядя нащупал в его руке то, что нужно и забрал, даже не повернувшись.
Поставив одну ногу на порожек у стенки, Дин наклонился, привычными действиями избавляясь от не успевших даже проявиться волосков, на ногах. Нагибаясь, парень вынудил член Сэма прийти в полную боевую готовность, прижавшись к животу его владельца. Младший обнял пальцами орган, лениво блуждая рукой по стволу и терпеливо ожидая, когда брат закончит. Чтобы не способствовать бытовым травмам своим вмешательством.
Когда Дин выпрямился, сосредоточенно осматривая свои ноги на предмет гладкости кожи, Сэм подошёл сзади и обнял поперёк груди, плотно притираясь излюбленным братом членом.
Дин нервно замер:
— Сэм…
— Да-а? — игриво отозвался хозяин и прикусил его кожу на шее у кромки волос.
— Можно… Пожалуйста, можно не надо? — с опасением разозлить брата попросил он.
— Ди-ин? — настороженно протянул хозяин…
Вот это было уже очень странно. За всё время, что они вместе, Сэм помнил только просьбы об обратном, ну иногда молчаливое согласие… Но слова «Не надо» он слышит от Дина в первый раз. Сэм скользнул рукой вниз по животу Дина и, вопреки своим ожиданиям, он совсем не нашёл там интереса к себе: в его руку легла не привычная твёрдость возбуждения, а мягкий, спокойно отдыхающий пенис… На несколько секунд застыв, понимая, что ему не показалось, хозяин развернул Дина к себе, встретившись с виноватым взглядом:
— Прости… — почему-то шёпотом произнёс тот, — Я просто… Я не знаю, можно ли мне попросить… Можно мы не… Не будем?..
— Что случилось? — серьёзно спросил хозяин, взглянув на «ситуацию», — Это из-за… Тебе до сих пор больно?
— Нет, — правдиво ответил парень. — Нет. Честно, мне совсем не больно. Я просто… Просто не хочу.
— Не хочешь? — изумился Сэм.
Дин не хочет его? Это выбило хозяина из колеи. Что-то явно не в порядке. Ибо Дин, который отказывается от секса, это скорее из области фантастики!
— Не хочу. Я… Да, я понимаю, Вам нужно… — словно очнулся Дин, вспомнив, что не в праве отказать хозяину, в чём бы то ни было. Он опустился на колени с просьбой:
— Пожалуйста, можно мы сделаем так? — ему сейчас совершенно не хотелось постороннего вторжения на «интимные территории». Причём почему-то именно сейчас эти территории стали казаться ему более личными, чем обычно.
— Дин, встань! — строго приказал Сэм. И, когда брат снова оказался на ногах, решил уточнить: — Дин, ты… Не хочешь или боишься именно меня?
— Нет. Я просто не хочу секса вообще. Я не знаю причины, — Дину и самому казалось очень странным такое поведение его организма. — Но… Да. Прошу прощения, — Исправился он и, снова повернувшись задом, положил руки на поручень и прогнулся в спине, покорно подставляя своё тело.
Сэм тяжело вздохнул, умыл ладонями лицо и приблизился к брату. Он скользнул большой ладонью ему между ног, сминая в руке мягкий бархат спокойных сейчас яичек. Дин упрямо зажмурился, приготовившись выполнить свою обычную функцию.
— Тебе так нравится? — прошептал брат нечитаемым тоном, склонившись над самим ухом.
— Да, — сделав усилие над собой, ответил Дин то, что брат привык от него слышать.
Хозяин, конечно, не оценил наглую ложь, сказанную, чтобы не разочаровать его́. Сэм развёл руками поджарые половинки, коснувшись головкой члена всё ещё податливых мышц ануса. Конечно, он не собирался вторгаться без разрешения в самоотверженно предоставленное ему тело. Но он решил преподать брату урок самоуважения. От прикосновения Дин дёрнулся вперёд раньше, чем осмыслил это действие:
— Прости, прости, прости, — скороговоркой выпалил он, пытаясь контролировать непонятно почему начавшее защищаться тело.
Сэм проехался стояком вверх между половинок, почувствовав, как брат весь подобрался. И с силой ударил раскрытой ладонью о стену перед лицом Дина, расплескав брызги от запотевшего кафеля:
— Дин, повернись, — резко сказал хозяин, отступив на шаг. Вновь встав лицом к лицу, брат растерянно посмотрел. — Это что сейчас было? — сурово вопросил Сэм.
— Я… Пытался не расстраивать Вас, — испуганно оправдывался Дин.
— У тебя не получилось это, — серьёзно заявил Сэм.
— Но… В «комнату»? — сокрушённо вздохнув, предположил худшее парень.
— Ты закончил принимать душ? — внезапно перевёл тему Сэм, посчитав, что обстановка для подобной темы не лучшая. Да и от напряжения лучше бы избавиться, хоть и в коем-то веке это придётся делать вручную.
— Да, — озадаченно проморгавшись, ответил Дин.
— Можешь идти. И, если ты правда нормально себя чувствуешь, займись своими делами.
— Да, — склонив голову, ответил старший и, обернувшись полотенцем, покинул помещение.
Вытирая волосы по пути к кухне, Дин пребывал в смешанных чувствах. Он не мог понять, что именно не понравилось хозяину. Но он всё же догадывался, что скоро ему это объяснят. «И только бы не в «комнате» — напряжённо думал он. Войдя в кухню, он привычным жестом сбросил с бёдер полотенце и потянулся за фартуком. Дин относительно давно не принимал этот вид. Потому что до сих пор не знал, можно ли считать отца частью их повседневной жизни, и даже не мог предположить его реакцию на это.
Поставив на плиту турку, Дин прошёл наверх, в их спальню:
— Пап, поможешь кое в чём? — спросил он у отца, который задумчиво смотрел в потолок, всё ещё лёжа в кровати.
— Да. Что мне сделать? — с готовностью ответил Джон.
— Ты можешь принести мне с балкона посуду? Потому что… — указав глазами на свой прикид и нежелание одеваться.
— Да, сейчас, — встав на ноги, Винчестер надел бельё и выполнил просьбу сына. Сделав вид, что для него нет ничего нового в образе Дина. Разберётся потом, а сейчас нужен утренний туалет.
Дин вернулся к своему занятию:
— Дин, мой кофе готов? — спросил Сэм, вошедший на кухню.
Он тепло улыбнулся, увидев свою любимую попу обнажённой, со знакомой полоской пояса выше. Хозяин подошёл и огладил тёплой рукой ягодицы. Без какого-либо намёка на пошлость. Это было привычно и просто, как дышать.
— Да, — ответили ему, — Садитесь, сейчас… — Дин поставил на стол чашки, разливая напиток.
— Присядь, Дин, — консервативно начал хозяин, указав на место рядом с собой.
Дин нервно выдохнул, подумав, что сейчас ему объяснят, в чём состоит его наказание, не важно, за что.
Сэм долго смотрел на его лицо, словно заметил там что-то новое для себя. А затем спросил:
— Дин, ответь, пожалуйста, кем ты меня считаешь?
— Всем, — не задумываясь, ответил брат.
— Как для человека, которого считают «всем», ты слишком низкого обо мне мнения, — серьёзно сообщил Сэм.
— Что Вы!.. — поспешил заверить в обратном любимый.
— Дин, ты правда подумал, что я воспользуюсь своим положением и насильно отымею тебя, когда ты против? — с непониманием спросил Сэм.
— Я… Не могу быть против, — по привычке ответил брат.
— Тебе кто такое сказал? — начал разбираться хозяин.
Дин призадумался. Он реально не мог вспомнить ни одного эпизода, когда он явно был против, но его никто не спрашивал. Наверное, потому, что это был первый раз, когда он не хотел секса, вообще. Конечно, были двоякие ситуации, в которых он просто полагался на мнение родных, которые точно знали, что для него лучше. Вдруг Дин почувствовал, что его тошнит. Он удивлённо посмотрел на брата, стараясь не двигаться, чтобы это не усилилось. Но его попытки были тщетны. Неприятное чувство усилилось, подступая к горлу. И, сорвавшись с места, Винчестер побежал в ванную. Сэм почти сразу догадался, что послужило причиной. Непривыкший к сверхъестественному вмешательству организм брата снова отреагировал на применение магии к нему.
— Всё в порядке? — спросил он, когда брат вернулся.
— Да… Видимо, нужно привыкнуть, — ответил Дин, вновь садясь рядом.
— Ты помнишь вопрос? — продолжил Сэм, — Кто тебе сказал, что ты не можешь отказать в близости, когда тебе действительно не нужно?
— Я… Не знаю, не помню… — напрягая память ответил он.
— Потому что, видимо, этого не было, — Сэм притянул любимого к себе на колени, начав нежно поглаживать обнажённые бёдра. — Дин, я не собираюсь тебя насиловать, слышишь. И мне нужно, чтобы ты говорил правду, а не то, что я хочу услышать.
— Вы… Меня не накажете? — окончательно запутался Дин.
— За то, что соврал в ду́ше?
— Я не хотел.
— Знаю. Нет, не накажу. Конечно, нет, — ласково отозвался хозяин и тепло поцеловал в висок.
Дин, наконец, улыбнулся, поняв, в чём заблуждался из-за своей же ненасытности. Кстати, было интересно, куда она делась, но дискомфорта по этому поводу он не чувствовал. Дин ощущал непонятно откуда исходившее чувство какой-то светлой радости. Ему хотелось касаться и обнимать Сэма, целовать его, нежничать. Даже не подразумевая продолжения.
— Сэм, колечко… — вспомнил он неоконченный разговор в спальне, вновь взглянув на руку.
— Да, Дин… Спрошу снова, — вдохнув побольше воздуха, озвучил брат: — Ты станешь моим мужем? И прежде чем ты ответишь, скажу: это никак не отразится на твоих отношениях с Джоном.
— И я правда смогу…?
— Да…
Здесь Сэм поведал любимому о сути происходящего ночью. Дин с замиранием сердца слушал, на что хозяин решился ради него. Чтобы Дин был полностью счастлив. И Сэм даже не думал препятствовать их отношениям с отцом.
— Мистер Сэм Винчестер! — серьёзно заявил Дин, когда дослушал: — Да! Я стану Вашим мужем! — он лучезарно улыбнулся, обнажая зубы и счастливо поцеловал любимого, склонившись к его лицу.
В этот момент в комнату зашёл Джон. Он не стал прерывать детей и, радуясь, что у них всё налаживается, налил себе кофе и сел напротив.
— Мне что-то нужно знать? — улыбнувшись, спросил он, когда Сэм и Дин закончили целоваться.
— Мы поженимся! — радостно провозгласил Дин.
Отец улыбнулся, но лишь губами. В глазах его закралась едва заметная тень тоски.
— Дин… Что за форма одежды? — всё-таки спросил охотник, когда сын вновь встал к плите.
— Обычная, повседневная форма, — ответил Сэм, спокойно допивая свой кофе.
— Ты… Хочешь сказать, что Дин всегда так выглядит дома? — с недовольством спросил Джон.
— Мне так удобно, — пожал плечами Сэм, вроде «что хочу у себя дома, то и делаю».
— Сынок, подойди, — позвал Дина родитель. И, когда тот встал рядом, серьёзно спросил: — Тебе удобно ходить в таком виде?
— Тебе не нравится? — начиная нервничать, спросил сын.
— Мне? Я спрашиваю, нравится ли тебе? — отец серьёзно обеспокоился психическим состоянием сына. Ведь… Ну что должен чувствовать человек, которому даже непозволительно скрывать своё тело одеждой.
— Нормально, — нейтрально ответил Дин. — Я привык.
Джон многозначительно-понимающе кивнул, только ради сына подавив яркое желание высказать Сэму всё, что накипело. «И всё же здесь ему было в разы лучше, чем со мной» — со вздохом подумал отец.
— Дин, заказы принимаются? — обыденно спросил Сэм.
Спросил, потому что кухней и её меню полностью заведовал Дин, кормив Сэма тем, что считал полезным для него.
— Чего-то хотите? — кивнул согласно брат.
— Да. Сделаешь мне тот салат из яблок? Мне в прошлый раз понравилось. Если ты не против, конечно.
— Да, конечно.
Поблагодарив Дина, отец с младшим сыном покинули комнату.
Закончив с основными блюдами, Дин решил перейти к салату для Сэма. Он взял из фруктовницы на столе несколько яблок, собираясь их нарезать. Но как только он разрезал на несколько частей первый фрукт, от этого аромата он снова почувствовал тошноту. Дин, конечно, не сразу связал своё самочувствие с яблоками. Отойдя к мойке, он понял, что всё нормально… Но как только он снова подступил к столу, где витал этот запах, и снова его вдохнул… Парень ещё несколько раз отходил и возвращался к «очагу», проверяя, не сходит ли он с ума. «Да ну, фигня какая-то», — подумал он, заподозрив в своей тошноте эти фрукты. И даже кусочек съел, чтобы опровергнуть данные мысли. Но как только он это сделал, сразу же бросился опять в ванную, чтобы избавить противящийся организм от злосчастного кусочка. Сэм с Джоном, наблюдавшие этот молниеносный побег из кухни в ванную, озадаченно переглянулись. Сэм встал и решил проверить свою догадку:
— Дин? — с вопросом обратился брат к склонившемуся над унитазом Винчестеру.
— Сэм… — Дин встал, привёл себя в порядок и только потом ответил: — У меня появилась… Какая-то странная аллергия на яблоки, — сказал он, припоминая, что во время первого случая фруктовница тоже стояла рядом, на столе и, возможно, он ошибочно определил причину случившегося.
— Что? — ошарашенно посмотрел брат, — Аллергия на яблоки? Которая проявляется вот так?
— Ну… Аллергия по-разному может проявляться, — аргументировал Дин.
— Но у тебя никогда не было никакой аллергии раньше!
Дин только пожал плечами. Одно он знал наверняка: виноваты точно яблоки.
— Меня… Это… Связано с запахом…
— Ладно… Если, тебе сложно, можешь не делать салат, — сказал Сэм, задумавшись над происхождением такой аллергии.
— Нет-нет, я… Я сделаю, дело вовсе не в этом…
Дин вернулся на кухню.
Чтобы не провоцировать желудок, он измельчил несколько зёрен кофе и поставил перед собой, чтобы перебить запах. Реакция немного замедлилась, его всё ещё слегка подташнивало, но не настолько, чтобы прекратить готовку.
Когда после завтрака Сэм принялся за приготовленное ему, Дин просто вышел из кухни. Отец вопросительно посмотрел на Сэма, и сын рассказал ему причину, почему брат ушёл. Ничего не ответив, охотник встал и принялся мыть посуду, чтобы помочь старшему сыну.
— Спасибо, Дин, — поблагодарил Джон, когда вышел в гостиную, и вручил сыну чашку чая.
— Да не за что, — с улыбкой ответил парень. Джон развязал пояс на его спине и снял с сына единственную вещь, — Мне же ещё… — хотел было возразить Дин, но Джон перебил его:
— Я уже всё сделал.
— Пап, я люблю тебя, — сказал в ответ сын и, поставив чашку, обнял и чмокнул отца в щёку.
— Мгм… — промурлыкал Джон, легко подняв сына и усадив к себе на колени.
Отец начал нежно, не настойчиво целовать парня в губы, оглаживая руками его обнажённое тело, перебирая сильными пальцами вдоль спины. Дину было немного неуютно из-за разницы в количестве одежды. Он смущённо гадал, стоит ли сразу сказать отцу, что зайти дальше приятной ласки ему бы не хотелось. Но, похоже, Джон, уже заметил это. Он трепетно прошёлся пальцами по вялой плоти сына, затем взял в руку его яички, нежно поглаживая большим пальцем мешочек. С тёплой улыбкой заглянув сыну в глаза, он уложил его на подушки.
— Пап, я… Не хочу, — разочарованно сказал Дин, ошибочно догадываясь, к чему всё идёт.
— Не хочешь чего? — заботливо уточнил Джон, — Полежать отдохнуть?
— Не хочу… Па-ап! — протянул Дин, типа «Ну догадайся», как всегда стесняясь произнести это вслух.
— А я тебе и не предлагаю, — шутливо ответил охотник и, закинув ноги сына к себе на колени, принялся разминать его стопы…
Дин даже прикрыл глаза от таких приятных ощущений. Он заложил руки за голову, наслаждаясь сильными папиными ладонями, что сладкой лаской проходились по всему телу. Сын льнул к его рукам и тихонько постанывал, подставляя бока, грудь, спину… Но когда отец приятными поглаживаниями спустился к ягодицам, то почувствовал, как Дин тут же напрягся, сильно сжимая мышцы.
— Дин, расслабься, — мягко попросил охотник. И, когда к нему не прислушались, добавил: — Дин, я не сделаю того, чего ты не хочешь.
Сын тут же расслабил мышцы, позволяя мужчине продолжить. Джон задумчиво кивнул каким-то своим мыслям, переходя руками на бёдра сына… Он вспомнил тот разговор на кухне, когда Дин выказал сожаление, что не может родить брату ребёнка:
— Знаешь, — начал он, — Когда твоя мать была беременна, оба раза… У неё тоже появлялись странные «аллергии».
— Что?! — резко развернувшись, Дин сел, ошарашенно посмотрев на Джона, — Беременна?! Пап, я, вообще-то, не дочь! Я сын! — провозгласил он.
— Я в курсе, — спокойно сказал отец, — Но, учитывая ритуал, нацеленный показать твои истинные желания… — многозначительно заметил охотник.
— Показать, а не осуществить их, — напомнил парень.
— А как ты решился сказать Сэму «да»?
— Ну… — Дин часто заморгал, не понимая суть вопроса, — Кольцо. Оно… Оказалось на пальце, когда я проснулся.
— Вот. Значит, показать путём осуществления их, желаний, — заключил Джон.
Дин бессознательно положил руку на живот:
— Что ты говоришь?! Я не могу быть беременным! — возмущался он. — Даже если и очень хочу… — и тихо добавил: — Анатомия…
— А у тебя было желание?.. — продолжал размышлять отец, — Испытать ту жуткую боль, от которой ты даже сознание потерял?
— Потерял сознание?.. — теперь сын понял, почему он не помнил, как уснул. Ему стало стыдно от того, что он посмел отключиться, когда хозяин ещё не закончил.
— Да. Ты отключился от боли, — подтвердил отец.
— Н-нет. Такого желания у меня не было… Ты хочешь сказать… — начал он улавливать мысль, — Что… Во мне могло что-то измениться?!
Охотник кивнул.
— Я позвоню своему старому другу… Он врач, — решительно сказал старший Винчестер, — Нужно это проверить, чтобы знать наверняка.
Дин спохватился:
— Папа, папа, прошу тебя, только не говори Сэму.
— Почему, сынок?
— Он… Он не хочет… Детей. И, возможно, не разрешит…
«…Оставить ребёнка», — хотел закончить сын, но замолчал, боясь, что всё окажется проще, и никакого ребёнка нет и быть не может, а он зря размечтался. А Дин и вправду размечтался: он выпал из реальности, счастливо поглаживая низ живота и представляя, как бы это было… Как бы он выглядел, если бы живот начал расти.
— Хорошо, не скажу, — отрезвил его голос Джона.
Дин тряхнул головой, приходя в себя, и с надеждой спросил:
— Ты думаешь, это возможно?
— Я уверен, — ответил отец. — И, кстати, это объясняет, почему ты не хочешь секса.
Дин начал тщательно внимать отцовским словам:
— Потому что в первую неделю твой организм усиленно защищает ещё не так сильно ухватившееся за жизнь создание. Но потом… Это пройдёт…
Отец вспомнил, какой ненасытной в постели становилась его Мэри во время беременности. Хотя в первые недели она точно так же была совсем равнодушной к этому. Джон чёртыхнулся. Было в этом моменте что-то больное и на дикость странное, вспомнить сейчас Мэри, которая родила их сыновей и сравнить её с Дином, которого он теперь… Да. Но было в этом одновременно и что-то тёплое… Что-то, чего точно никогда не будет ни у кого из других людей: Винчестеры подвинули границы. Джон теперь был уверен, что их любовь самая настоящая и чистая, если она смогла переступить законы Ада и Бога. Плоть от его плоти, сын… Не любить Дина — это как бесконечная война с собой, в которой только потери, и никогда невозможно одержать победу. И любящий отец будет только рад, если сын получит то, чего искренне желает всей душой, если сын будет счастлив.
— Я хочу знать, — решительно заявил Дин.
— Хорошо, сейчас я ему позвоню, — кивнул старший. И, встав с дивана, направился в свою комнату.
Через несколько минут Джон снова спустился:
— Если хотим выяснить быстрее, нужно ехать сегодня, — оповестил он. — Завтра Роберт улетает, возможно, надолго.
— Хорошо, — сразу согласился сын. — Нужно сказать хозяину.
— Он уснул, — сообщил охотник. — Всю ночь не спал. Скажем по дороге. Если позвонит.
Винчестеры быстро собрались в путь.
— Может, я поведу? — предложил Дин, когда они подошли к машине: — Ты, наверное, тоже ночью не спал.
— А «детка» не обидится, что ты ей изменяешь? — шутливо спросил отец, пропустив сына за руль «сиеры».
— Ну, мы же ей не скажем? — так же в шутку ответил сын.
— Не многовато ли секретов, сын? — заметил охотник, хлопнув пассажирской дверью изнутри.
— Куда ехать?
— Линкольн, Небраска.
Дин молча кивнул, и машина тронулась с места.
Отец предупредил сына, чтобы ехал быстрее, потому что, судя по разговору, его старый друг спешил покинуть штаты как можно быстрее. И это возбудило охотничью чуйку Винчестера. Сэм позвонил, когда они были уже на полпути, разбудив рингтоном уснувшего в дороге Джона:
— Вы где? — прозвучало в трубке крайне недовольное.
— Я решил показать Дина врачу, — спокойно ответил отец.
— Без моего ведома?
— Извини, не хотели тебя будить. Не волнуйся, доктор — мой старый знакомый, никаких больниц. У него частный кабинет.
— Где?
— В Небраске.
— Увёз Дина на двенадцать часов из дома? — негодовал Сэм, — Из-за какой-то фигни?
— Нужно убедиться, что ничего серьёзного, — приводил доводы Джон, в то время как Дин уже начал переживать о будущей схватке родных.
— Не дай бог… Ты понимаешь, что у нас есть конкуренты? — серьёзно беспокоился младший сын.
— Не волнуйся, у меня хватит сил защитить его, — после этих слов Сэм сбросил вызов.
***
Младший Винчестер начал нервно рыскать по всему дому, переживая за семью. Пока не вспомнил, что, кроме конкурентов, у него также есть и союзники. Он вновь схватился за телефон: — Алло, Сара? — Слушаю. — Нужно чтобы ты подстраховала в Линкольне, Небраска. — Хорошо. Но туда ехать минимум четыре часа, это если превысить скорость в два раза… — Нет. Долго, — нервно возразил Сэм. — Просто выйди из своего тела и запрыгни в кого-то на месте! — Ладно. Но что случилось? Сэм объяснил ситуацию и понадеялся на благоразумие демонессы.***
Когда отец с сыном прибыли на место, Джон, выйдя из машины, взял Дина за руку. Дин дёргано улыбнулся, гадая о том, что ему предстоит узнать, и пошёл за отцом на второй этаж здания. Поднявшись по лестнице, они увидели жуткую картину: пять трупов, валявшихся вдоль длинного коридора. Из-под тел растекались лужи липнувшей к ногам крови. Среди убитых было две женщины, и ещё одна с криками боролась за жизнь с тёмнокожим мужчиной с ножом в руке. Протянув руку, Джон, не касаясь их, пригвоздил к стене обоих. Автоматически спрятав сына за своей спиной. — Мистер Винчестер, сэр, — обратился тёмнокожий. — Я… Они все демоны, сэр. Я готовила путь для вас по приказу хозяина Сэма! — охотник скептически сощурил глаза. — Я… Сара. Я друг, — демону было тяжело говорить под прессом такой силы, — Вы можете проверить: в кармане телефон… Сэм звонил… Винчестер кивнул Дину, чтобы проверил, сказав: — Не бойся. Они не рыпнутся. Сын подошёл и достал из её внутреннего кармана мобильный. Действительно обнаружив там звонок брата, Дин кивнул отцу: — Отпусти. Сэму дорога́ эта шлюха. Протянув другую руку, охотник перехватил второго демона, освобождая Сару: — А это? — кивнул он. — Эта шваль — шпионы, — сдала коллегу демон. Джон тут же сделал наклон кисти вперёд, глядя, как сгорает черноглазый внутри девушки. — Я надеюсь, с моим приятелем всё в порядке? — Да, сэр, — исправно ответил темнокожий: — Я успела первой. — Приберёшь здесь, — приказал Джон, проходя к двери кабинета. Дин, насмехаясь над новой внешностью Сары, шагнул вслед за ним, не заметив, как демон удивлённо втянула носом воздух, глядя ему в спину. — Привет, — Джон бросился обнять старого друга, который не раз латал его после неудачной охоты. — Джон, привет! — Роберт обнял охотника тоже. Док был каким-то дёрганным. Винчестеры догадались, что те, в коридоре, приходили по его душу. И, судя по всему, поэтому он и собрался свалить из страны. — Роберт, если ты бежишь из-за… — Винчестер махнул рукой на дверь, — То можешь не беспокоиться, мы приставим к тебе наших. Роб, ты нам нужен. — Что-то серьёзное, Джон? — внимательно взглянув на друга, док не заметил явных повреждений на нём. — Да. Мне нужно, чтобы ты осмотрел моего сына. У него вчера настолько болел живот, что он отключился. Упал в обморок, понимаешь? — дружески положив руку на плечо мужчины в халате. Естественно, о причинах этой боли Джон умолчал. — Хорошо, — без лишних вопросов кивнул доктор. Зная, как Винчестеры относятся к больницам и врачам в целом, Роберт предположил, что всё серьёзно, если они приехали: — Сынок, какого характера, были боли? — обратился он к Дину. — Я почувствовал, будто там, — Дин показал рукой, где именно… — Будто что-то рвётся. В буквальном смысле. Вчера. Но сегодня уже было всё хорошо утром. — А, скажи… Дин, да? — Да, сэр. — Скажи, а малую нужду ты справляешь безболезненно? С этим никаких проблем? — Нет. С этим всё в порядке, — честно ответил парень, подсознательно напрягаясь при виде людей в подобной форме. — Хорошо. Я предполагаю… Что могут быть камни в почках… Были ещё какие-то симптомы? — Да… Сегодня утром меня стошнило пару раз. — Ясно. Что ж, я попрошу тебя раздеться до пояса и лечь на кушетку. Когда Дин сделал, как его просили, доктор подошёл и, приспустив его штаны, начал повсеместно нажимать руками на низ живота, периодически спрашивая, где может быть больно. Не вызвав никакой реакции, он заинтересованно хмыкнул: — Что ж, эта зараза умеет иногда быть незаметной. Нужно сделать узи… — он вопросительно посмотрел на Джона и… когда тот кивнул, подтащил тележку с аппаратом. Включив прибор, док взял в руки бутылочку с гелем: — Сейчас будет немного прохладно, — предупредил он, перед тем как намазать сбоку на живот парня эту противную слизь. Дин ненавидяще смотрел на всю эту медицинскую хрень. И отец, сидевший с другой стороны от него, взял сына за руку, чтобы немного успокоить. — Что за чёрт? — потрясённо озвучил Роберт, проведя несколько раз датчиком аппарата по его телу. — Что, Роберт? — обеспокоенно спросил Джон. — Этого не может быть… — проводя ещё немного ниже. — Сейчас… — он проделал то же с другой стороны Динова живота, — Это… Это похоже на… — На что? — нетерпеливо спросил охотник. — Сейчас, — неверяще всматриваясь в экран компьютера, он продолжил путь датчика до середины живота. — Отсюда не видно, но там ещё что-то… Это похоже на… Женские репродуктивные органы! — наконец сказал он, сняв очки и вытирая платком вспотевший лоб… — Проще говоря, яичники. Смотри, — указал он на экран, повернув компьютер к Джону: — Видишь, это почка, а это… — Указывая чуть ниже и в сторону. — Я знаю, что это, — кивнул отец. Джон совсем не выглядел удивлённым. О чём-то подобном он догадывался. «Разрывает? — думал Винчестер. — Конечно, нужно было что-то разорвать, чтобы вместить туда ещё что-то», — нашёл он ответ на суть желаний Дина, и почему они так болезненно давались сыну. — Это что-то сверхъестественное? — догадался друг. — Неудачная охота, проклятие? — Вроде того, — Джон дал понять, что подробностей ему знать не обязательно. — Ты сказал, ещё что-то? — Да, вроде… — Док уже предположил, как и Винчестер, что может идти в комплекте с яичниками… — Отсюда доступа у меня нет. Всё расположено необычно. Нужно зайти с другой стороны… Изнутри. — Нет! — возмутился Дин. — Делай, — уверенно произнес старший Винчестер. Дин ни за что не раздвинет ноги перед посторонним человеком. А отец, который, более-менее доверяет врачам, особенно дружественным, решил за него. — Папа! — обиженно воскликнул сын, — Ты!.. — он красноречиво посмотрел вроде «ты готов показать кому-то свои же секреты?» — Сын, ты же сам хотел знать, что изменилось. Для этого необходима такая процедура, — словно ребенку объяснял Джон, — Не бойся. Это не больно. Правда, док? — Абсолютно безболезненная процедура, — подтвердил Роберт, не скрывая свой научный интерес к данной «аномалии». — Л-ладно, — едва не заплакав от стыда, согласился парень. Джон помог сыну снять штаны и бельё, затем Дин притянул отца к своему изголовью и положил его ладонь себе на глаза, решив таким образом укрыться от посторонних глаз. Такое совершенно детское поведение заставило доктора улыбнуться. — Мне нужно выйти за лубрикантом, — поднявшись, сообщил доктор. — Не надо, — сказал Дин, не снимая с лица отцовской руки. — Но… — Там его хватает, — прокомментировал Дин. — Оу, — удивился доктор. Он даже подумать не мог, что сын Джона Винчестера может быть нетрадиционной ориентации. — Это его дело, — кивнул Джон на немой вопрос. Двэнтон поменял датчик на тонкий и длинный, как палец. И надев на него презерватив, попросил раздвинуть ноги пошире. Ещё крепче зажмурив глаза, Дин сделал и это. Затем он почувствовал, как в него легко проникает что-то несоразмерное тому, к чему он привык. Двэнтон старался делать всё как можно быстрее, чтобы причинить парню меньше неудобств. — Да… — сказал он, указав Джону на экран, — Так я и думал. — Это?.. — Матка. Женский детородный орган, — введя датчик чуть глубже, — Расположение не свойственно обычному… — он снова удивлённо замер, продвинув штуковину ещё глубже, — орган расположен наоборот — шейкой вверх. И выходит… Да, к прямой кишке. Орган половозрелого человека. И, я думаю… Если это не устранить, твой сын может забеременеть. Хотя… Ты вспоминал про тошноту?.. — обратился он к парню. — Да. — Да… Если этого не случилось уже. — Роберт, а если это случилось только вчера, — уточнил Джон, — В смысле, он приобрёл эти… Функции. Это разве возможно? — Я же говорю, — повторил док, — Органы половозрелые, так что да. — Но сейчас ты сказать не можешь? — Нет, сейчас ничего не вижу. Если ты говоришь вчера, то ещё очень рано пытаться определить. К слову, то есть ты хочешь сказать, что вы не собираетесь устранить эту «аномалию». — Нет! — чётко произнес Дин, всё так же из-под руки отца. — Ну, думаю, вреда это не принесёт точно. Так что… На твоё усмотрение, — Роберт достал из Дина, наконец, эту штуку и сказал: — Всё, парень, истязания окончены. Можешь одеться. Дин быстро натянул одежду и поспешил уточнить: — Мистер Двэнтон, а скажите, моя тошнота может означать, что… Ну, что… — у него никак не получалось произнести это вслух. Одно дело предположить, и совсем другое, когда это оказывается правдой, в чем Дин почти уверен. — Беременность? — Да. — Может. Особенно, если это связано с каким-нибудь конкретным запахом или вкусом. Но у тебя же не от чего-то конкретного возник этот симптом? — Вообще-то… Да, — вспомнил Дин, — Яблоки. Я делал салат и… — Ну, тогда всё ясно, — Двэнтон уже немного свыкся с мыслью, что, если ты знаком с Винчестерами, нет ничего невозможного, — Через неделю сделаешь обычный тест, и, скорее всего, он будет положительным, — серьёзно сказал доктор, — И, если передумаешь… Хотя, в любом случае, вы можете на меня рассчитывать. — Спасибо, друг, — Джон снова обнял Роберта, — Может, ты всё-таки останешься. — Знаешь… Не хотелось бы бросать дело всей жизни. Особенно теперь, когда у меня появилась возможность наблюдать такой феномен. — Я тебя понял, — кивнул охотник, — Скажу младшему сыну приставить к тебе несколько его шавок. Не беспокойся. Ты нам нужен, так что… — Хорошо. Я останусь. Друзья попрощались, и Винчестеры пустились в обратный путь. В машине Дин тихонько улыбался от того, что ему пришлось узнать. Подумать только, он беременный. В этом Дин уже не сомневался. Теперь он понял, откуда исходил источник той нахлынувшей утром неожиданной радости. У него внутри находится маленькое счастье. Его и Сэма. Стоп. Сэма? Дин внезапно посерьёзнел, посмотрев на отца с вопросом: — Говори, сын, — на мгновение оторвавшись от дороги, спросил отец. — Пап, а… А ребёнок, он… Он может быть не Сэма? — неожиданно спросил сын. — Не Сэма? — Джон не сразу понял, о чём речь, — Это как? — Ну, пап. Ты там тоже… Был, — осторожно намекнул Дин. — Ах, это… — Джон малость загрустил, не отрывая взгляд от дороги, — Нет. Он не может быть не Сэма, — уверенно ответил он. И пояснил: — Ритуал был нацелен на осуществление желания, связанного с твоим хозяином, и, проводив его, он дал тебе свою кровь, связав с собой напрямую… Так что я не причём, — как-то мрачно подытожил Джон. Дину сразу стало обидно. Что он даже ни разу не подумал о возможных чувствах отца. О том, что, может быть, он хотел бы… — Пап, а ты хотел бы? — просто спросил парень. — Чего? — бросив мимолётный взгляд на сына, — Чтобы мой ребёнок родил мне ребёнка? — Ну… Да, — не смутившись такой формулировкой, кивнул Дин. — Это сейчас не важно, — неопределённо ответил старший. И позволил себе пристальный взгляд на сына, пока трасса впереди была пустой, — Не важно… — повторил он сам для себя, возвращаясь к дороге.
