Наваждение.

Всё отлично, теперь я готов. Я не собираюсь отступать сейчас. Всё отлично, я возьму всё на себя, Я беру это на себя, малышка. Я спрашиваю лишь о том, Хочешь ли ты стать моей возлюбленной Этой ночью и испытать это вместе со мной?

***

Ветер усилился единым порывом, а мои руки начало потряхивать, пока они были вложены в ладони Чонгука. Он смирно стоял на коленях передо мной, дожидаясь ответа на свой вопрос. Я, кажется, и не дышала вовсе: всё вокруг дышало за меня. Сердце ударами отзывалось по всему телу, гоняло кровь, которая пульсировала под тонкой кожей на шее, а я по-прежнему не могла оправиться от шока, который преподнёс мне Чон Чонгук. - Женой?.. – сдавленно прошептала я, глядя в его озабоченные всем на свете глаза. Он словно жаждал моего ответа. Жаждал, как воздуха требуют лёгкие, когда душит отдышка. Чонгук и сам боялся слово произнести. Весь мир замер на этом моменте: ничто и никто не двигался. Так я думала до определённых пор. - Господи, ты посмотри!.. – послышался позади женский голос, - Это так романтично! Я по неволе обернулась и увидела двух девушек, выходящих из подъезда. Тут же я заметила кучу любопытных глаз, выглядывающих из окон и прохожих, которые больше не могли двигаться из-за нас. Я почувствовала смущение и схватила Чонгука за руки, притягивая его к себе. - Идём, Чонгук, - парень озарился по сторонам и растерянно взглянул на меня, - Вставай, поговорим внутри, - я спешно тянула его на себя, а когда он поднялся, я повела его за собой в подъезд, суетливо и со злобой посматривая на тех, кто разинул рты. Я крепко держала Чонгука за руку, а моя ладонь едва ли не выскальзывала. Я настолько разволновалась, что больше не могла контролировать себя, но пыталась изо всех сил. Парень молча шёл за мной, пока мы поднимались по лестнице к квартире Юнги. Я не знала, что будет дальше. Я не знала, что будет через месяц, через год. Я даже не знала, что будет через пять минут, потому что больше ни в чём не могла быть уверена. Я широко распахнула дверь, влетела внутрь, волоча за собой Чонгука, отчего и столкнулась с Юнги в коридоре. - Амая?.. – сначала друг заметил только меня и мои испуганные, бешеные глаза, но мигом в его поле зрения возник Чонгук, закрывающий за собой дверь. Он был не в меньшем недоумении. - Юнги, это… - я отпустила руку Чонгука и, глотнув воздуха, произнесла. - Я понял, - спокойно кивнул Юнги, - Тебе пришло письмо от Yesterday. Думаю, стоит проверить, - мой друг насторожился. Конечно! Какого чёрта я притащила с собой Чонгука… - О, Господи… - я стянула с себя обувь и «отделилась» от Чонгука, оставив его позади. Чонгук громко выдохнул и его взгляд столкнулся с взглядом Юнги, который смотрел на него уже целую минуту. Он изучал его, осматривал с головы до ног. Боюсь, если бы Чонгук это заметил с самого начала, то словил бы мощное недовольство. Это бы знатно покоробило его. - Мин Юнги, - мой друг первым протянул ладонь в сторону Чонгука, который томился на чёрном коврике и понятия не имел, что происходит. Его словно из воды на сушу выбросило. - Чон Чонгук, - но реакция его была незамедлительна. Парни пожали друг другу руки, задержавшись. Они не спускали глаз с против стоящего: каждый высматривал что-то своё, и если глаза Чонгука были полны смятения, то глаза Юнги, почему-то, налились затаившейся злобой, которая оттенялась налётом подозрения. Однако у меня не было времени всё это разбирать. - Я сейчас, подождите меня… - я скинула шарф на пол и полубегом устремилась в гостиную, где стоял мой ноутбук. Я понимала, что складывается крайне неловкая ситуация, и оставлять Чонгука наедине с Юнги довольно-таки рано – это опрометчиво, но я должна была узнать ответ «Yesterday» до того, как начну по-настоящему серьёзный разговор с тем, кто каким-то непостижимым образом решился взять меня в жёны.

***

POV Чонгук. Амая сбросила шарф на бегу и кинулась в другую комнату. Судя по её реакции, что-то действительно важное произошло, раз она ушла. Её друг, уже собранный и одетый, приблизился к упавшему шарфу и с необъяснимым, но заметным чувством поднял лёгкую ткань. В эту секунду я глубоко задумался… Этот парень не выглядит дружелюбным, даже отдалённо. Амая рассказала ему о нашей ссоре? Он знает подробности? Поэтому он готов превратить меня в пепел? Буду честен, я заслужил этого, тем не менее, это дело касается только меня и Амаи, и, если этот парень вздумает вмешаться, я не позволю ему лезть в чужой монастырь со своими правилами. Рамки необходимы в любой ситуации, пусть и в такой сумбурной. Таким придурком я себя ещё не чувствовал: сделал девушке предложение, а теперь дожидаюсь её ответа, стоя на чужом пороге, и ловлю недовольные взгляды её друга. Куда ещё хуже, чёрт возьми? - Чонгук… - парень откашлялся. Он сжимал в правой руке выкинутый шарф Амаи и перебирал его пальцами, не смотря на меня. Это выглядит жутко и… очень трепетно, но кто без греха, - Мне меньше всего хотелось говорить об этом, но придётся. Я сунул руки в карманы джинс и выпрямился. Мне, если честно, глубоко плевать на отсутствие формальности в разговоре – не то положение, но его прямота ничего хорошего не предвещает. - Амая мне не рассказывала, что конкретно у вас там произошло, и я допытываться не стану, ведь я уважаю её личное пространство, - начал объяснение он. Только не говорите, что это очередная сцена, где друг девчушки говорит плохому парню о том, что сломает ему челюсть, если тот будет выпендриваться, - Но раз она пришла ко мне, потому что больше ей некуда было идти, значит случилось нечто очень неприятное, - он взглянул на меня исподлобья, отчего я на автомате вскинул бровью, - Просто знай, что Амая не одна. Нашёлся бы у меня ответ, да вот только я ни о чём, кроме Амаи и ребёнка, сейчас думать не мог и не хотел. Не считаю, что молчание задело бы моё мужское достоинство, и мне не кажется, что Мин Юнги решил унизить меня таким образом. Может, он действительно переживает за свою подругу, и никто его в этом винить не станет. Пусть парень самоутвердиться и успокоиться таким образом хотя бы на минуту. Мне и не пришлось давать ответа на однозначные слова: Амая появилась в коридоре через доли секунды и, естественно, она же умная девочка, уловила абсолютное напряжение между нами. Конец POV Чонгука.

***

Я вышла в коридор со странными ощущениями. «Yesterday» ответили утвердительно, и они готовы видеть меня в своём издательстве уже через пару дней. И теперь насущное тревожило меня больше: между Чонгуком и Юнги молнии сверкали. Мой напарник выглядел крайне мрачно и хмуро, а Чонгук как всегда уверенно держал «удар» и сейчас смотрел только на меня, словно до беспокойства и настроения Юнги ему вообще никакого дела не было. Оно и неудивительно. - Юнги, ты на работу? – я отвела взгляд от Чонгука и прикусила губу. - Да, уже ухожу, - я заметила в руках друга собственный шарф, а моё сердце сжалось сильнее. Я отсюда вижу, что с ним творится. Он на измене находится, а поговорить мы сейчас ну никак не можем. Юнги аккуратно положил мой уже сложенный шарф на полку, закинул фотоаппарат на плечо и стащил с табурета ключи от машины. Я никогда его таким не видела... Он казался обозлённым и разочарованным. - Пока, Амая, - он помахал мне рукой, не оглядываясь, и прошёл мимо Чонгука, который освободил ему путь, - До скорого, Чон Чонгук, - он кивнул в ответ, а мой напарник хлопнул дверью и ушёл прочь. Чонгук проследил за закрывшейся дверью, откашлялся и заметил: - У тебя очень добродушный друг. - Можешь не разуваться, - добавила я и вскинула руками. Я понятия не имела, о чём сейчас с ним разговаривать, хотя я долго думала о том, что сказать ему, как сказать и с какой целью сказать, ведь я предвидела, что нам в любом случае придётся разобраться во всём произошедшем, но сейчас я растерялась. В голове – пустота, я буду рада, если удастся хоть что-нибудь вспомнить из того, что я там себе понапридумывала. Но Чонгук всё равно разулся и, даже несмотря на свои привычки, даже снял кожаную куртку. Я первая зашла на кухню, а Чонгук последовал за мной. Запахло им… Этой свежестью, бушующим морем и бризом, раздувающим остатки облаков по голубому небу… Запахло настоящим Чонгуком. Я хотела вдохнуть поглубже, быть поближе… - Присаживайся, - я указала на белоснежные стулья с бежевыми подушками, а Чонгук послушно присел, - Что будешь: чай или кофе? - Будет ли это правильным… - заговорил Чонгук. - Распивать кофе? Брось, Чонгуки, это не преступление, - я улыбнулась сама себе и заметила, как парень вздрогнул. Он уже второй раз отвлекается на моё «Чонгуки». Похоже, это многое для него значит, - Ну так? – я склонила голову. - Кофе. - Молоко, сахар? - Ничего, - парень выложил на стол свои сигареты и телефон. Я привыкла к стандартному набору его карманов, поэтому просто включила чайник и вернулась к нему, сев напротив. Чонгук молча взглянул на меня, и я понимала, чего он ждёт, но мне требовалось немного поразмыслить. Совсем чуть-чуть. - Ты выглядишь замученным… - нежно проговорила я, попытавшись оттянуть время. - Амая… - парень отвёл взгляд в сторону и облизал губы, - Я понимаю, что всё произошло неожиданно, однако это ничего не отменяет. Мне нужен ответ. Я хотела было что-то сказать, но чайник щёлкнул в стороне, и я резко обернулась на него. Поднявшись с места, ничего толком не поняв, я забрала кружку из сушилки и добавила туда добротную ложку растворимого кофе. Как-то вспомнилось, что Чонгук при мне всегда пил крепкий кофе. Залив всё кипятком и подала Чонгуку кружку. И да, разбавлять всё холодной водой или льдом я тоже не стала, так как Чонгук любитель добивать свой кофе только тогда, когда он вовсе остыл. - Осторожнее, он горячий, - я вновь присела на место, - Чонгук… - тихим голосом его окликнула я, - Почему ты… Почему ты сделал это?.. – мой настрой не был яростным или несчастным, скорее, я очень хотела всё исправить, но внутренних сил было так недостаточно… Парень отпил горячий кофе, не моргнув. Он придвинулся поближе к столу и положил на него руки. Уже хорошо, что он очень избирателен в позах, которые принимает. Сейчас он открыт, он готов к разговору со мной. Чувствуется, он сходил там с ума, если я не преувеличиваю. - Почему я сделал что? – карий накрыл меня с головой. Действительно, здесь два «почему»: почему он тогда привёл в дом ту девчонку и почему он сделал мне предложение, в конце-то концов. Хотя второй вопрос был глупым по своему соображению. Любому будет понятно, что он женится не по любви, и я выйду замуж не за любимого. Всё совершаемое нами – это ради ребёнка. Он наш магнит, который притягивает нас друг к другу. - Почему та девушка из эскорта была с тобой в тот день? Почему ты решился пойти на это? – вспыхнувший стыд в его глазах позволил мне притормозить. И без моего давления видно, что он сожалеет, - Господи… - я вдохнула и опустила голову, - Я понимаю, что тебя это успокаивает. Секс приводит тебя в порядок, - я взглянула на парня. - В смысле? – он искренне изумился и расширил глаза. Откуда он возьмёт, что я знаю о его семье и о всём том, что в ней случилось. Эту «тайну» не он мне доверил. - В том смысле, что… - я собралась с мыслями, - Мне так кажется. Ты становишься другим человеком, твой гнев будто улетучивается. Разве я ошибаюсь? Тема была неприятна для обоих, но нам было необходим этот разбор «полётов». - Только слепой и глухой не заметит, что у меня бывают скачки настроения, что у меня сложный характер и не всегда здоровая реакция, но я правда пытаюсь бороться с этим, - эти слова были как исповедь, - Порой я не в состоянии контролировать сам себя, и меня всегда пугает это до одурения. Мне страшно, что я могу создавать большие проблемы, сам того не понимая. - Чонгук, я знаю, - понимающе кивнула я. То, что рассказала мне Тэру, теперь не даёт моей персоне никакого права на постоянной основе осуждать Чонгука. Я обязана пойти ему навстречу, - И я не хочу воспринимать ту ситуацию, как козырь в рукаве и упоминать всё её при каждой ссоре или любом удобном случае. - Именно, - он потупил взгляд где-то около моего края стола, - И ещё тебе нужно понимать, что дело не в штанах, Амая, а в голове, - его указательный палец стукнул о тёмный висок и замер, - И вина за то, что я так отвратительно поступил с тобой, полностью на мне, - его взгляд пронзил меня, а я сглотнула, - Я искренне извиняюсь перед тобой, раскаиваюсь за твою боль и желаю исправиться, как бы ни было трудно. Тебе будет нелегко снова довериться мне, ведь доверие строится на предсказуемости, надёжности и уверенности. Последний раз я перечеркнул всё это в единый момент, кто бы мог подумать… - Чонгук печально ухмыльнулся и цокнул в никуда. Мы оба поняли друг друга, но пропасть между нами всё ещё виднелась, как бельмо на глазу, и так надоедала, что хотелось просто сорвать её, словно плакат со стены. Без всех этих разборок, без проблем… - Ты хочешь, чтобы я дала ответ сегодня?.. - Я не стану требовать от тебя этого. Я не вгоняю тебя во временные рамки, всё будет так, как захочешь ты. Буду ждать, сколько скажешь. Но я… - красные глаза Чонгука забегали по помещению, и он запрокинул голову, - Я скучал по тебе. Ты и ребёнок…вы мне необходимы. На этих словах я сломалась. Сейчас нет ничего важнее ребёнка. Никогда и ничего не будет важнее НАШЕГО ребёнка. - Тогда… Я согласна, Чонгук. Я стану твоей женой, - шёпотом произнесла, но казалось, будто я кричу на всю квартиру, срывая голос. Парень резко опустил голову и мокрыми глазами метнулся в мою сторону. В нём появилась сверкающая благодарность, а губы дрожали, как лепестки на ветру… - Амая… - Чонгук поднялся с места и приблизился ко мне, немного склонившись, - Я обещаю, что больше подобного никогда не повторится. Я даю тебе слово. Слово отца. Я и сама прослезилась. Моя ладонь по наитию настигла губ, и я закрыла половину лица. Я очень хотела взглянуть на Чонгука, но больше не могла допустить того, чтобы он видел мои слёзы, поэтому я опустила голову и еле слышно всхлипнула. Моё состояние в последнее время крайне шаткое, и я понимаю, что беременность и все произошедшие события тесно взаимосвязаны между собой. Всё скопилось в единое целое. - Иди сюда… - парень взял меня за плечи, заставив встать. Чонгук притянул меня к себе, а я прижалась к нему, как проклятая. Я больше не хотела, чтобы он вгонял меня в угол, чтобы я уходила от него и искала дом, где меня будут ждать и любить. МЫ должны были построить его сами, - Девочка… - он поцеловал меня в макушку, а я сильнее прижалась к нему, обхватив руками широкую спину, - Ты никогда не будешь жалеть о том, что осталась со мной. Эта сцена… внутри всё перевернулось, словно кто-то разгромил квартиру, раскидал все вещи, попортил мебель… Всё раздербанили, оставили беспорядок. Теперь мне было спокойно с Чонгуком. И гиблую причину этого я не могла отыскать… По квартире раздался звонок. Это был мой сотовый. Я отодвинулась от Чонгука и утёрла слёзы тыльной стороной ладони так, чтобы он не обращал на это внимание. Я мигом ушла в комнату, оставив Чонгка одного. - Да, Юнги, - я прокашлялась перед разговором. Юнги не стоит знать, что я снова плакала, - Что-то случилось? Только не говори, что звонишь по причине беспокойства за меня. Всё в порядке. - Не сомневаюсь, - как-то не свойственно именно этому человеку Юнги протянул, - Я по другому поводу… Ты уезжаешь вместе с Чонгуком? - Почему ты спрашиваешь?.. – я старалась говорить не громко, постоянно глядя за спину. - Я забыл ключи дома. Если бы ты смогла остаться до завтра, то я был бы очень благодарен. Я всё ещё не знаю, когда смогу вернуться. - Я… - прикусив губу, я замолкла. Ведь я и Чонгук могли бы завести ключи на работу Юнги, но вдруг я осознала, что мне нужна ночь, прежде чем вернуться назад. Прежде чем вернуться к Чонгуку, - Я останусь, конечно. Может быть… тебе что-нибудь приготовить? Ты голодный, наверное… - Я поем на работе. Не волнуйся, ложись спать. Отдыхай, Амая, - более мирным тоном завершил напарник. Положив трубку и поставив на беззвучный режим, я вернулась к Чонгуку на кухню, который по-прежнему стоял около моего стула и глядел в пустоту. Моё появление удостоилось его отвлечённого внимания, и я заговорила: - Сегодня я останусь здесь. Нужно расставить всё по полочкам, а завтра утром я вернусь. - Я заеду за тобой, - безоговорочно отозвался парень, - Позвони как проснёшься, и я приеду. - Хорошо, - я едва кивнула головой и провалилась куда-то, пока Чонгук не подошёл ко мне. - Спасибо, Амая. Я усмехнулась и положила ладонь на мужское плечо. - Мы с тобой такие кадры, если говорить откровенно… Мы рассмеялись в унисон, но смех этот не содержал в себе счастья. Ни единой капли. Мы смеялись от того, что, к сожалению, бессильны перед обстоятельствами, и теперь нам приходится творить со своими жизнями невесть что: я не даю жить Чонгуку так, как он всегда жил, а Чонгук не даёт мне жить так, как я могла бы…

***

Чонгук почти сразу уехал, а я осталась в полном одиночестве с раздраем в душе. Я испытываю потерянность, невозможность сказать и сделать то, чего хочет моя.. душа? А разве не хочет она, чтобы мой ребёнок был счастлив? Не разделится ли она на двоих?.. Не утопит ли эту проклятую боль в болоте из воспоминаний и прошлого?.. Она не сможет? Почему всё не может быть… так просто, как было раньше?.. Я прощаю Чонгука. После разговора с Тэру всё перестало быть таким однобоким, и я знаю, что отец моего ребёнка несчастен, что его душа болит. В семье ли, созданной им, его спасение?.. МЫ его спасательный круг или всё это насмешливая иллюзия?.. На часах половина третьего ночи, и только сейчас я услышала, что дверь открывается. Юнги наконец вернулся, не включив свет. Я слышу, как он медленно поставил что-то на тумбочку, как его вещи осторожно легли на табурет и как он разулся. - Почему ты не спишь?.. – парень замер на пороге. Он принёс с собой прохладу надвигающейся осени, которая не должна была так рано начаться… Запах Юнги всегда был таким… терпким и вкусным? Всегда или только сейчас я смогла заметить?.. - Не спится. Сон в мою голову не стучится… - я прошлась взглядом по фигуре Юнги, которую освещал свет полной луны в окне, - А ты чего так поздно? – я тихо приподнялась с места и включила торшер на тумбе около дивана. Так другу, должно быть, будет легче, а то атмосфера вышла уж очень таинственной и не совсем уютной. - Кто-то в Чекмейт натворил плохих дел, у которых будут последствия, - друг протяжно выдохнул, надув щёки, и потрепал смольные волосы правой ладонью, - Все папки в хранилище пораскидали. Там полнейший погром: всё валяется на полу, фотографии смяты, а некоторые и вовсе порваны, причём видно, что вышло абсолютно случайно, ну, с фотографиями, по крайней мере, - усталый голос, обличающий глубокую хрипотцу, наполнил гостиную. Напарник присел на диван и упёрся локтями в острые колени. - Что? – мой тон походит больше на возмущение, словно это у меня дома рылись, а не в издательстве, - Кто это был?.. - Пока выясняем, - без заинтересованности ответил Юнги, пока его пальцы смыкались замочком на белом матовом подбородке. Цвет его кожи всегда казался мне фарфоровым, ведь по сравнению с моей, да даже с оттенком кожи Соры, он выглядел просто неимоверно белоснежной! Порой я завидовала, ибо это смотрится невероятно благородно в сочетании с чёрными волосами и алыми губами. - А зачем ты-то понадобился? – я вопросительно искривилась и уселась подле друга. - Чтобы сделать снимки, дабы зафиксировать сам факт беспорядка, - пожал плечами он, уставившись перед собой. С ним явно что-то не в порядке. Для понимания этого особые навыки не требуются. Или я сама себе что-то придумываю? Может, так на мне сказалась неоднозначная встреча Юнги и Чонгука в коридоре? - Что-нибудь пропало? – я не могла остановиться. Хотелось знать все подробности случившегося в хранилище. - Нет. Разве что придётся заново бумаги и фотографии по папкам сортировать. Это явно кто-то из своих, - парень убрал руки от лица и посмотрел на меня боковым зрением, ведь чтобы взглянуть прямиком в мои глаза, пришлось бы менять положение тела, Юнги наверняка было невмоготу двигаться, - Поэтому мы полицию не вызвали, да и зачем. Дверь не вскрыта, не выбита с петель. Просто кому-то насолили, вот он и взбесился. Такой неуравновешенный быстро себя покажет, так что причин для волнения нет. - Хм, - промычала я, поднеся палец к губам, - Возможно ты прав. У многих в Чекмейт с головой не в порядке. - Угу, - коротко ответил Юнги, - Я схожу в душ, пожалуй, - парень поднялся без сил и что-то пропел под нос. Крайне странно, что он даже не спросил, как прошёл разговор с Чонгуком. Юнги после той неожиданной встречи в коридоре, он знатно поменялся в настроении и лице. Что послужило этому причиной? Я не особо следила за тем, что было, пока я отсутствовала. О чём они, чёрт подери, разговаривали? Не стояли же они молча всё то время, что я читала письмо от Yesterday?.. - Разогреть тебе еды? Ну, может, хотя бы рамён сварить? У меня получается очень вкусный бульон! – с энтузиазмом заметила я и весело улыбнулась. Мне так хотелось сделать что-нибудь приятное для друга. - Нет, спасибо, Амая, - через спину проговорил томно парень, - Я правда не особо голоден, - послышалась ухмылка. - Ладно… - я поняла, что лучше не лезть к напарнику. Похоже, он и правда здорово вымотался. Когда Юнги настиг порога, а произошло это быстро, он замер, ладонью упёрся о косяк и спросил: - Амая? - Да, Юнги, - опомнилась я и с надеждой взглянула на тёмную спину. - Можно кое-что спросить у тебя насчёт дневника? – показался размыто очерченный профиль. - Конечно. Спрашивай, - я легко кивнула головой и не стала настаивать на том, чтобы друг полноценно развернулся ко мне. - На последних страницах, которые я прочёл, присутствует довольно красочное описание девушки по имени Евон. Ты сейчас общаешься с ней? Я вздрогнула после этого имени. Как бы там ни было, ни казалось кому-либо, это имя каждый раз всплывает тёплой памятью в моей голове. С Евон многое связано. Она всегда была как отражением, как частью моей юности, и с этим, особенно теперь, трудно поспорить. В конце концов, мы здорово цеплялись каждый раз, но, согласитесь, это же было весело! Если бы не так печально… если бы всё не было покрыто слоем чувств, которые переполняли нас обеих в моменты ругани. Один единственный, который неосознанно поселил между нами раздор, объединял нас сильнее всего. Мы питали, как мне думалось, идентичные чувства, самые ранимые и сентиментальные. Какой бы девушка ни казалась грубой снаружи, она всегда будет хрупкой внутри. Да это же как вечная истина! - Нет… - с тоской ответила я на дружески вопрос, - Читай дальше. Я там всё написала. Ты поймёшь… - жалость переполнила меня, и я как-то чудно и мгновенно погрузилась в старые времена. Самое запоминающееся в наших жизнях происходит в юности. Я не права?.. Моя юность изменила меня, став моим переломным моментом, моей трещиной в скорлупе, которая сползла с меня, с мелкого цыплёнка, живущего и, порой, прячущегося в белоснежном домике. Но тогда… Тогда я чётко осознала, что ничто не вечно. Что жизнь течёт и меняется, что она устанавливает свои правила, делая тебя главным игроком, не забывая упоминать, что таких, как ты, ещё целое поле, и они без тебя ничего не потеряют. Она такая разная, но на всех одна… Одна, которая больше не повторится. - Как скажешь, - поникши отляпил он. Я сощурилась и пригляделась: Юнги был неподвижен некоторое время. Затаив дыхание, я решила ничего больше не говорить, поэтому схватилась за пульт и включила телевизор. Он заглаголил достаточно громко для того, чтобы Юнги просто молча покинул порог и ушёл в ванную. Я оглянулась на проход ещё раз, хмуро прикусила губу, закинув ногу на ногу, и откинулась на диван. - Да уж, малыш… - вдохнула я растаивающий приятный запах друга, - Кто ж разберёт этих мужиков… - я погладила животик и принялась разглядывать яркие картинки на экране, которые сменяли друг друга одна за одной.

***

Я задремала, но, когда из коридора послышался звук открывающейся двери, мой некрепкий сон нарушился. В нос заплыл аромат мужского геля для душа и будто пар из ванной навис надо мной. Я взглянула на электронные часы, где цифры показывали двадцать минут четвёртого. Прошло совсем ничего, наша беседа с другом больше не занимала много времени. Я сонно приподнялась и, вытянув руки, потянулась. Спина затекла, а плечи забились, отчего я шустро поднялась с дивана и стала разминать тело. Я почувствовала лёгкую бодрость, поэтому спохватилась и решила заварить себе чашку белого чая. Юнги любит белый чай, и дома у него целая полка с разными «вкусами», а от бросающихся в глаза коробочек голова кругом. Мой напарник был подозрительно шумным. Мало того, что телевизор болтал, не переставая, так Юнги ещё и решил, что самое время высушить волосы, которые вполне могли бы и сами это сделать, но квартира принадлежит ему, и он вообще может хоть на ушах здесь стоять – меня это волновать не должно, но почему-то волнует. Внутри нечто неприятное закралось, что нагоняло на меня некие сомнение, и они знатно нервировали. «Время покажет», - прошептала я себе, но не всегда стоит возлагать на время большие надежды. Они могут оказаться гиблыми. Провозившись на кухне около пятнадцати минут (да, я слишком много думаю, в большинстве своём ночью), я вдохнула аромат чая, нотки мандарина защипали в носу и только разыгрывали мои рецепторы. И тут я вспомнила о том важном, что вылетело из моей головы совершенно: я не рассказала Юнги, что Yesterday готовы принять меня в свои ряды. Он в любом случае будет рад, может это и поднимет ему настроение. - Господин Мин Юнги! – воскликнула я в коридоре, держа путь в его спальню. Надеюсь, он там уже переоделся, ну, или не лёг спать, - А вы знаете, что меня приняли на работу! Кто мог сомневаться в способностях Сомун Амаи!.. – я вошла в комнату, дверь в которую была нараспашку, - Вау… - я застыла на самом пороге, сделав лишь миллиметровый шаг на ковролин. Боком ко мне стоял сам Мин Юнги в чёрном отглаженном до идеала костюме и белой рубашке, которая была расстёгнута на две пуговицы сверху. В комнате пахло освежённым одеколоном, тем самым: терпким, которым пахнут самые дорогие, роскошные вещи и люди в это мире. Передо мной стоял статный мужчина, всматривающийся в своё отражение. - Никто… - тихо произнёс он. - Куды это ты собрался?.. – с недоумением заметила я. В комнате не горело ни единой лампочки. Видимо, моему дружку хватало света, что высвечивал лишь часть спальни, заглядывая из коридора. Парень вздохнул, поправил ворот рубашки так, чтобы он лёг аккуратно, но, вопреки этому, никто не собирался застёгивать две оставшиеся пуговицы. - Союн тоже не спится, - это он про свою девчушку заговорил, - Я подумал, что мы могли бы с ней съездить в тот ресторан, который работает до семи утра. Было бы прекрасно посидеть там и поговорить, распить бутылку вина на двоих. - О… - с восторгом я раскрыла рот и единожды хлопнула в ладоши, оставив руки в положении соприкосновения, - Это тот самый, что находится на другом конце города? - залепетала я, как маленькая, - И правда, там, говорят, очень здорово, да и музыка шикарная! – улыбнувшись во все тридцать два, я подошла ещё ближе к Юнги, - Раз уж вы оба, по счастливой случайности, словили бессонницу, то шанс упускать нельзя! – ух, Союн, не подведи и угоди как следует моему дорогому напраничку! Юнги качнул головой, едва улыбнувшись скромной улыбкой, сел на край кровати и выставил ноги, опустив голову слишком низко, будто уже согнулся в три погибели. - Юнги?.. – моего довольного выражения, как и не было. Я слегка нагнулась и ладонями упёрлась в коленки, выжидающе всматриваясь в профиль парня. Он меня пугал своим поведением и настроем, - Что произошло, ты не расскажешь?.. Почти сразу последовал мрачный ответ: - Кажется, я понимаю Евон, - тон голоса пронзительно глубоко вторгся, нет, въелся в самую мою душу, и я даже выпрямилась, врастая в пол от потрясения. - Что ты сказал?.. – я едва ли голос не потеряла, пока фраза давилась из меня. - Я… - он поджал губы, - Чувства Евон, они такие человеческие и… понятные, абсолютно простые и чистые, - как на десерт преподнёс парень. - Почему ты говоришь это?.. – я сглотнула. - Зачем Чонгук приходил к тебе сегодня? – встречный вопрос не заставил себя ждать. - Он попросил прощения и, - я отвела взгляд в сторону от тёмной макушки и уловила свою серую тень на стене, - Чонгук сделал мне предложение, и я согласилась, - твёрдо закончила я. - Согласилась… - смешок прошёлся звуковой волной по моему телу, как электрошок бьёт до рёбер под кожей. Я от непонимания ситуации пожала плечами и уставилась на Юнги, который в тот же момент резко поднялся с края кровати и встал передо мной. - Я пугаю тебя, да? Слишком непредсказуемо? – Юнги запустил руки в карманы брюк и расправил плечи. На половину его лица падала моя дрожащая тень, а другая половина была озарена тёплым светом, который раскрывал настоящий оттенок мужских глаз. - Что происходит? Как твоё cравнение связано с Евон? – я не могла оставить этот вопрос без ответа. В наши отношения вмешалась моя прошлая жизнь, точнее – человек оттуда. - Я тоже пытался понять это какое-то время, и когда Чонгук заявился на порог вместе с тобой, то всё стало на своим места. Я встряхнула головой и тонким потоком воздуха сдунула прядку с пылающего лица. Мне не в первой было так невразумительно, досадно и дискомфортно. Не впервые я чувствовала необъяснимый страх в закромах себя, который вибрировал изнутри, выталкивая сердце наружу. Парень повёл головой, словно не ждал от себя смелости начать этот разговор, но отпираться было поздно. - Я был неестественно зол на Чонгука, что казалось, будто пол под ногами плавился. В тот момент я хотел задушить его за тебя, лишь бы ты больше не плакала и не страдала. Разве ты мало вытерпела? – его брови свелись, а я непроизвольно коснулась губами раскрывшегося рта. Я была сражена наповал и боялась делать хоть какие-нибудь выводы из сказанного им. - Ты специально оставил ключи дома… - мои ноги сами собой засеменили назад, но я остановилась у самой стены, неотрывно глядя на Юнги, - Чтобы я не уехала с ним… Ты знал, что вторые ключи я потеряла, знал, что я не откажу тебе и дождусь тебя здесь, а Чонгук уедет не с чем, - я беззащитно проскулила. Нет, в моей голове не было какого-то осуждения в сторону поступков друга, меня тревожила причина такого поведения. Я вобрала воздуха побольше и опустила взгляд. - Знал. Потому что ты невероятно благодарная и чуткая. Ты бы никогда не отказала мне, особенно, в такой мелочи, как эта, - парень, вышедший из приветливой тени, направился ко мне, ладонь которой легла поверх груди, пропуская через всю себя биение сердца, - Зачем ты согласилась выйти за него? Останься со мной. Вы с Чонгуком друг другу совершенно чужие, - я сбито задышала, почувствовав скорое приближение Юнги ко мне, - Он смотрит на тебя, как на добычу, в надежде поймать. Он не понимает, что ты не являешься жертвой, что тобой невозможно манипулировать – ты неукротима. Ты не бойцовская собака, которую иногда надо бы спускать с поводка, чтобы она вдоволь порезвилась. Почему ты остаёшься с тем, который не имеет и малейшего понятия о том, кто ты такая? Это справедливо? - Вот именно, что да, - я не могла молчать, когда мой друг неприкрыто высказывался насчёт меня и Чонгука, просто потому, что я должна была отвечать, а не стоять в стороне загнанной овечкой, - Не забывай, что дело кроется не только во мне, но и в моём ребёнке. Обоюдный диалог был начат. Отсчёт пошёл. - Я никогда не забывал, и, пока ребёнок не родился, ты имеешь право решить его судьбу, - молебна выговорил парень. Я вскипела от единого слова «судьба». Моя ненависть к ней созрела ещё в юности, и я до сих пор не могла справиться со стойкой яростью, которая при любом упоминании вырывалась наружу. - Нет, не имею! – громко вскрикнула я, - Мой ребёнок будет расти в семье, где оба родители его любят и защищают, и Чонгук не позволит этому убеждению растаять, как туману после дождя. Он уже любит его, - я уверенно положила руку на животик и свела брови в злости. - И я буду любить его! – в ответ прокричал Юнги, - Амая, я дам тебе всё, что будет необходимо. Я воспитаю твоего ребёнка, я буду рядом тогда, когда понадобится. Ты понимаешь?.. – напарник настиг меня и поверх моей руки положил свою ледяную ладонь, поэтому я неуловимо вздрогнула и едва ли не вжалась лопатками в стену позади себя. - В одном ты прав… - я погрузилась в секундную обманчивую тишину и заглянула в добрые глаза друга, - Я действительно могу… - я прижала губы и тут же раскрыла, - Могу помочь начать ребёнку свой путь, - я сглотнула и смело продолжила, пока микродвижения стиснутых челюстей друга желваками расходились по скулам, - И я знаю, что он начнёт свой путь в доме своего отца, рядом с ним, - отрезала я и выдохнула последний воздух из лёгких через нос, - Ты понимаешь, насколько мне трудно, что словами выразить свои переживания я никогда не смогу?.. Почему ты ставишь меня, как женщину и мать, в скверное по всем меркам положение?.. Как ты себе всё тобою предложенное представляешь?.. – я оставалась неподвижной, пока взгляд Юнги дробил меня на мозаичные куски… - Как я буду смотреть в глаза ребёнку, когда он узнает, что его отец совершенно другой человек?.. Что я ему отвечу, когда он спросит: «Мама, а где же мой родной папа»? Скажу, что «твой папочка любит и ждёт тебя где-то там, но из-за твоей мамы, которая не представляла, к какому бы мужику ей припасть, ушла к чужому дяденьки и выдала его за твоего отца, потому что так было намного удобнее»!.. – я почувствовала, что мой голос вздрагивает на каждом слоге, и как горячая слеза скатилась по бархатной щеке, - Почему ты хочешь лишить меня возможности побыть хорошей женой и матерью?.. Я истязала себя мыслями о Чонгуке, о наших изуродованных с самого начала отношениях, и приняла решение остаться с ним, потому что чувствую, как мы ОБА в этом нуждаемся. Не выдержав моего словесного напора, Юнги непредвиденно увёл свою ладонь за мою голову и, со всей возможной осторожностью, схватил меня за шею и придвинул к себе. Мои солёные от скупых, но горьких, слёз губы накрыла неподдельная теплота. Жар разлился, словно каплями пролили карамель, которая от холода застывает, однако в этот раз властвовало исключение. Больная ласка сковала меня, пытаясь добиться ответа, но я могла лишь выдохнуть и всхлипнуть, чем и напугала Юнги, который медленно оторвался от моих губ. Через пелену я взглянула в глаза напротив, тогда как свои я ни на минуту не закрывала. Мужские ресницы дрогнули, а под ними блеснуло огорчение и вселенское сожаление. Ладонь Юнги продолжала меня сжимать, и позже я заметила, что плотно упираюсь руками в его торс, испытывая боль в побелевших костяшках. - Юнги… - с резью внутри прошептала я, - Я должна благодарить Бога за тебя… - слёзы кропотливо продолжали стекать к губам, отчего воспроизводимые мною звуки казались громче и чётче, - Но остановись, я умоляю тебя… - парень будто не в себе продолжал давить на мою шею, а я медленно лицом близилась к нему, - Ты же знаешь, как сильно я тебя люблю, как искренне к тебе отношусь. Ты сейчас ходишь по краю, волоча меня за собой… Послушай меня и дай протянуть тебе руку, которая вытащит обратно. Юнги, - парень впервые моргнул приоткрытыми глазами после поцелуя, - Сейчас или никогда. Когда я почти была у его алых губ, когда его ненормальное дыхание оставило ожог на моей коже, всякое движение прекратилось. Ладонь Юнги будто упала с меня, а он сам отошёл назад, пока его лицо выражало несчастье и извинение: оно стало выглядеть так, словно сию же минуту мужчина расплачется и сойдёт с ума от истерики… Юнги без сил, цепляясь за воздух, просто упал и сел на пол около кровати. Он не мог позволить себе выдавить ту самую слезу, эмоцию, которая бы помогла, из-за чего я заплакала пуще прежнего, словно выплёскивая все муки за двоих. Тыльной стороной ладони я остановила очередную слезу около подбородка и с трудом произнесла: - Это ничего не изменит, Юнги… - я запнулась… - Слышишь?.. Между нами ничего не изменится, я всегда буду с тобой и за тебя, клянусь… - я понимала, что эти слова необходимы другу, но его реакция показывала обратное: я его добила. Немыслимо быстро он подорвался и вылетел из комнаты, как пуля из дула пистолета. Кулаком ударив о дверной косяк, он оставил мне шлейф своего аромата, а я тщетно кричала: «Юнги, Юнги»!.. Но он ушёл прочь, пронзительно громко хлопнув входной дверью. Ударившись спиной о стену, я сползла на пол, заревев на всю квартиру истошным голосом мольбы. Я не верила, что всё это происходит со мной здесь и сейчас.

***

Утренний блеск ударил в голову беспощадно, когда я разбито обернулась за себя. За окном царило пламенное солнце, а я слышала задорные взвизги детей и ворчания их родителей. Я заснула в спальне Юнги, на смятой кровати. У меня не было сил переодеваться, принимать душ, да и кому придёт в голову после душераздирающего откровения заботиться об этом? О каких-то там жалких бытовых вещах?.. В квартире царила полнейшая тишина, не считая, конечно же, чужих голосов за окном. Я чётко знала, что этой злополучной ночью Юнги не вернулся. И я бы на его месте возвращаться не стала. Почему-то я не сомневаюсь в том, что ему жутко стыдно и больно, точно так же, как и мне. Чтобы ни было с тобой, как бы ты ни уверовал в собственную невозмутимость, однако, когда дело касается сердца и души – накатывает геенна бесчестия, отбирая всё достоинство до последней капли. Так, словно тебя поймали на месте преступления с вещественными доказательствами под боком. Всё произошло как в страшном сне, после которого просыпаешься в холодном поту. Эта невозможность что-то изменить, когда всем существом желаешь… Этот чёртов эффект беспомощности, вездесущий и разрушающий, как торнадо из слов и истошных воплей. Для меня Юнги по-прежнему дорог, но вот только… Я всё ещё нужна ему?.. Не выстроит ли он около своего внутреннего замка врата, охваченные багряными розами с острыми, как новыми иглами, шипами?.. Потемнеет ли его душа из-за меня? Из-за моего выбора?.. Он принимает мою боль за свою собственную, но я до кипящей крови в венах не хочу, чтобы друг пострадал по вине моих проблем и систематических разборок. Он не заслужил этого!.. Юнги, он… любит меня? Я не дура и не слепая девчонка, и я прекрасно знаю, что современные мужчины только при большой любви с сердечным замиранием оберегают девушек, но я всегда была только одной ногой на стороне подобного суждения, ведь Юнги… Юнги такой человек: очень честный, ласковый, рассудительный, не наглый мужчина, который любит помогать другим, ради одной лишь выгоды - благодарности. Эти качества не делают из него безвольного мальчишку, а выводят напоказ здорового и умного мужчину, не попорченного чужим влиянием извне. Он прекрасный друг и человек, который непомерно внимателен к людям. Юнги воспитан и во многом сдержан, что позволяет сохранять спокойствие в ЛЮБОЙ ситуации, и именно по этой причине я сильно испугалась его вчерашнего состояния. Всё бывает впервые. Я больше не могу думать об этом… Мой разум отказывается принимать то, что Юнги любит меня как женщину. Я не представляю… это по-настоящему? Этого не может быть. Не может…

***

*** - Что с тобой? – Чонгук, который размеренно ехал по полупустой дороге, поглядывал на меня каждые две минуты, пытаясь добиться вменяемого представления о моём настроении. Я испуганно взглянула на него и тут же отвела взгляд, продолжая смотреть на дорогу. Всё нервно перебирая в руках мобильник, я решилась оставить его в покое, ибо мои ладони уже настолько вспотели, что он вовсе мог вывалиться из рук на пол. - Да так, - я беззаботно мотнула головой, - Плохо ночью спала. Может из-за погоды так себя чувствую… - сделала предположение я и ещё раз взглянула на экран сотового. - Ты ждёшь звонка? – сегодня Чонгук был намного разговорчивее прошлых раз. Либо он так пытался загладить вину, потому что совесть до сих пор его мучала, либо он по-настоящему волновался. - Я уехала, не попрощавшись с Юнги. Он вернулся около половины третьего и потом снова ушёл, на свидание. Наверное, у девушки остался, - потерявшая интерес от бесполезной занятости рук, я просунула телефон в карман джинсов и сложила ладони на скрещенных коленях. Я бы и не смогла дождаться Юнги. Просто-напросто не набралась бы смелости вновь встретиться с его кричащими о нечто большем глазами. Я собрала свои вещи, погасила везде свет, выключи воду, навела порядок в квартире. Ключи я бросила в почтовый ящик, который находится на электронном замке, и отправила напарнику смс о том, что уехала. Он не отвечал, что было не похоже на него, хотя пора забыть о стандартах или, на время, оставить их в сторону и наблюдать за настоящим. Не думаю, что с ним что-то случилось, а не отвечает он потому, что не хочет и не будет отвечать, и никто его за это не проклянёт. - И он не предупредил? – с недоверием спросил Чонгук, - Я думал, что вы близки. - Он очень устал. Спит ещё, скорее всего, - я натянуто улыбнулась лобовому стеклу и устало откинулась на кресло полностью, головы коснувшись мягкой обивки.

***

День 15. «Всё хорошо. Мы с Сэмом стали видеться каждый день с прошлой, кхм… страстной встречи. Правда, мне всё не давала покоя ссора с Евон, но Сэм всё уладил, как казалось мне. Они вернулись не особо счастливыми после разговора «по душам», хотя Намджун во всю смеялся и весело проводил время со своими друзьями, и, наверное, впервые с того момента, как вернулся в Корею. А вот Евон… да вижу я, что ей нравится Сэм. Вижу! Но что я могу сделать? Не мне лезть в их отношения, да и дураку было понятно, что Сэм разобрался, к чему тогда закатывать скандалы мне?.. Я-то в чём провинилась?.. Лишь только попадаю под её постоянную горячую руку». - Да быть не может! – Амая звонко хохотала, а причиной тому была забавная история, которую Сэм ей только что поведал. Они ехали на его машине, держа путь в дом Хана. Нет, там не было какой-то очередной супер безумной вечеринки с идиотами-извращенцами-парнями и полуголыми девчонками. Просто их общий друг, который без ума от пива и не прочь обручиться с ним, пожалуй, решил устроить всем приятный вечер. Только в кругу близких друзей, только для избранных и самых зажигательных. - Я не вру! – Намджун широко улыбался, а ямочки на его щеках углублялись всё больше, сотворяя с его лицом чудеса: оно уже не казалось таким серьёзным, а приобретало милый оттенок подростковой искренности. Амая каждый раз таяла, глядя на эту картину с разинутым ртом. Образно, конечно, но сути не избежать, - Это был первый поход Хана в горы. Ну, ему пришлось пойти со мной, ведь я уговаривал его около двух недель. Я мечтал взобраться на ту скалу… Оттуда весь Пусан видно, - в девушке проснулось острое желание тоже сходить туда. Сэм всегда очень выразительно, лестно и мечтательно отзывался о природе, будто она была самой царицей Земли, и ведь трудно было с ним поспорить! – Но когда он сорвался, то, болтаясь на НЕБОЛЬШОЙ высоте, визжал, как девчонка, - Амая захохотала ещё громче. Она могла бы догадаться, что Хан тот ещё трусишка, но не до такой же степени, - Трос бы ни за что не порвался, я его сотни раз на себе проверял, но разве Хану было до моих объяснений, - Сэм пожал плечами и свернул направо. Его платиновые волосы были уложены назад. Поблёскивая на редком свету, они напоминали собрания ночных звёзд, и это так отвлекало от всего окружающего, - Только ему не говори, а то мне в этот раз телесных разборок не избежать, - парень взглянул на девушку, притормозив на светофоре. Она глядела на него безнадёжно влюблёнными и преданными глазами и без единого слова лелеяла само его существование. На неё он смотрел – и сразу жить хотелось. Ничего не было страшно, никто не волновал парня больше, чем эта смуглая, светловолосая красавица, которая словно сбежала из дальних неведомых краёв, недоступных для глаз обычных людей. Она виделась Сэму неземной, непостижимой и такой невероятной девушкой, что он был готов просто забрать её и увезти далеко-далеко, чтобы никто на белом свете не знал о паре, сошедшейся случайным образом. - Я буду стойко молчать, - Амая кивнула, прикрыв глаза, и поднесла тонкий указательный палец к пухлым медовым губкам, немного причмокнув. Честное, самое, чёрт его возьми, честное слово, Сэм был готов сорваться и поцеловать её настолько крепко, что воздуха в салоне ни за что бы не хватило на «отдышаться после». Ну что ещё могло быть прелестнее Амаи и её губ?.. Сэм с приветливой ухмылкой откинулся, потому что для автомобилистов ещё горел красный свет. Он провёл ладонью по волосам и спустился к шее, немного размяв её. Татуировка с инициалами скукожилась под его пальцами, а позже кожа медленно выровнялась, и чернила вновь приобрели товарный вид. - Ты устал? – беспокойно спросила Амая. Она даже была готова пропустить очередную, будем называть, «тусовку», лишь бы только Сэм смог выспаться. Они и так целыми днями колесят по городу, делая фотографии живописного морского Пусана. Им это доставляло огромное удовольствие. - Нет, Амая, - ласково проговорил парень, - Иногда бывает, что шея затекает, - как маленькому ребёнку просюсюкал Сэм. - Да ладно… - демонстративно шикнула Амая, потому что уловила иронию парня, и немного вскипятилась, но она же знала одну простую истину: он по-доброму. Внезапно по салону разошлась мелодия звонка. Намджун заглушил музыку на сенсорной панели и достал телефон из переднего кармана чёрных джинсов. На экране ярко высвечивалось «Хан», и Сэм мигом ответил. - Да, Хан. Мы уже скоро будем. Что-нибудь купить? – учтиво поинтересовался он. Но повисла тишина. Лицо Намджуна поменяло своё выражение в доли секунды: его брови строго сдвинулись к центру, образовав маленькую ложбинку, а губы сошлись в ровную линию. Амая и сама насторожилась, заподозрив неладное, но она послушно ждала, пока Сэм окончит разговор. Динамик не пропускал голоса Хана, поэтому даже обрывки фраз было совсем не уловить. Парень просто отшвырнул телефон в ноги и ударил по педали газа. Он развернулся с визгом колёс прямо на пешеходном переходе, к слову, не дождавшись зелёного света. Амая тряхнуло не по-детски: она ударилась плечом о дверь, но виду не подала, хотя звук удара был гулок и громок. Намджун, краем уха уловив это, положил ладонь на колено девушки и погладил. На его лице пылал ужас. - Намджун, что случилось?.. – неуверенно спросила Амая, сжавшая руку Сэма. Она не понимала, что происходит, пока на спидометре стремительно возрастали цифры. - Евон стало плохо. Она почти без сознания, - наспех выпалил Джун. Сердце застучало бешено у обоих, а у Амаи больше не оставалось вопросов. Она понимала, что они должны поспешить.

***

Я протяжно зевнула, но, когда заметила, что поворот к дому Чонгука мы шустро проехали, меня аж передёрнуло. Я резко выпрямилась и принялась провожать взглядом дорогу, махавшую ручкой в зеркало бокового вида. - Чонгук, ты… - заторможено заметила я и увела указательный палец за себя, - По-моему, ты поворот к дому пропустил. - Не пропустил, - парень обернулся, показались белоснежные передние зубы, и вся лучезарность на его лице так и кричала о том, что афера удалась, - Теперь МЫ, Амая, живём в другом месте. - Это, блин, в каком? – недовольно пролепетала я. Сюрпризы я всю жизнь терпеть не могла, так как непредсказуемость пугала меня больше, чем визит к стоматологу. - О-о-о, - довольно протянул парень, хлопнув себя по отставленному в сторону, насколько это было возможно за рулём, колену, - Скоро увидишь. - Тебя всё-таки попёрли из квартиры? – изогнув брови, я почесала затылок и вздохнула. - Смешно, - вежливо добавил тот, - Но нет. Я сам съехал, и ни разу об этом не жалею. Надеюсь, и ты оценишь всё по достоинству. Меня жутко нервировал его настрой, но ничего значительного я сделать не могла. Раз Чонгук так воодушевлён, что в принципе само по себе поразительно, значит там впереди что-то поистине превосходное ждёт.

***

Наша машина притормозила около каменной тропинки, которая вела к ЧАСТНОМУ дому с НАСТОЯЩИМ газоном. Газон? Серьёзно?.. Это было первое, что бросилось в глаза, отчего я чуть ли не завопила от неожиданности. Я вышла из машины быстрее Чонгука, оставив дверь открытой, ошалев от шикарного вида дома, стоящего передо мной. В последнее время, мне всё кажется несуществующим. Будто я впала во временную прострацию. - Охренеть… - не своим голосом выдавила я, - Это… - я сглотнула и ненадёжно встала посреди тропинки, пока Чонгук следом за мной выходил из машины, - Он наш?.. – я моргала в сторону только отстроенного дома. - Так точно, - прямо за моим плечом послышался довольный голос, который патокой растягивался и лился из уст моего будущего муженька, - Тебе нравится?.. – с бьющими через край любопытством и самодовольством, Чонгук наклонился к моему уху и спросил, - Амая? – звук вышел довольно звонким, и было чувство, что Чонгук произнёс моё имя и не сомкнул губ. Я закрыла глаза, сосчитала до трёх и широко распахнула их, ресницами оттолкнув воздух. Дом никуда не исчезал. Каменная кладка была отполирована и блестела, переливалась на солнце, будто кто-то недавно усыпал всю тропинку – от начала до конца – дроблёнными стразами. Я представила, как удобно и легко будет ступать по ней каждый день. Короткая трава образовала небольшие поляны газона, который совсем недавно был доведён до совершенства: и травинка не торчала – каждая одна к одной! Справа от меня возвышалось деревце, снизу обрамлённое овальными камнями небольшого размера, а внутри своеобразного круга насыпанная земля разгоралась каштановым и казалась притоптанной, но лишь слегка – так, для эстетической красоты. Сам дом был одноэтажным. Выкрашен в сливочный цвет полностью, но декорирован в некоторых местах брусочками сероватого камня, который больше походил на плитку, но, спорю на миллионы, он был выпуклым, почему и создавался приятный объём, представляющий дом в недурном свете: он казался величественным. Мой взгляд зацепился за массивную двухстворчатую дверь, дерево которой отливало ивово-коричневым, если не бурым. На первой её части встроено витражное стекло, защищающее пространство и обстановку внутри дома, а поверх двери огромное прямоугольное окно открывало вид лишь на исполинскую люстру, но при дневном свете её с трудом удалось бы разглядеть. Тропа кончалась у невысоких колон, которые уже и вели, непосредственно, к самой двери. Было пространство, где развернуться и, возможно, выпить горячий кофе или какао, когда на улице непогода. Коврик на пороге добавлял в общий вид дома свои собственные шик и очарование. Я громко ахнула и неосознанно подняла руку, которая оказалась на уровне лица Чонгука. Он заботливо взял мою ладонь и поднёс к горячим губам. О мою кожу ударилось тёплое дыхание, а через доли секунды знакомые ощущение сосредоточились в одном месте. Чонгук чувственно поцеловал мою руку и вложил в свою, крепко сжав. - Можешь не отвечать, - рассмеялся он и поддался вперёд по тропе, притянув меня за собой.

***

Через узкие дворы, не предназначенные не что для пикапа, но и вообще для машин, Сэм и Амая значительно срезали путь к дому Хана. Парень жил в классическом, традиционном для Кореи едва ли не деревенском доме, но места внутри было пруд пруди. Сэм неразборчиво съехал на обочину, диском зацепив бордюр. Амая первая вышла из машины, тогда как Сэм вылетел из салона и, схватив растерянную девушку, побежал в дом, не позаботившись о том, чтобы поставить автомобиль на сигнализацию. Да кому он был нужен… Пара вбежала в дом, с треском распахнув дверь. Намджун отпустил руку Амаи и быстрым шагом устремился в гостиную, пока перепуганная девушка поспевала за ним. Картина представилась далеко не самой радужной: на небольшом зелёном диванчике пластом лежала Евон, под голову которой были подложены пару подушек. Девушка еле дышала: её грудь вздымалась смертельно медленно. За спинкой дивана столпились ребята, а над Евон смиренно пыхтел Хан, который пытался привести её в чувства, брызгая на девушку водой, а на полу валялись уже истраченные пластиковые бутылки. Сэм скинул лёгкую ветровку на пол и подлетел к Евон. Амая держала расстояние и предпочла не жаться ко всем зевакам, а обошла диван и встала прямо перед ним, наблюдая со стороны. - Скорую вызвал? – грубо задал вопрос Сэм тревожному Хану. - Нет ещё, - дрожащим голосом протараторил тот. Руки парня тряслись и не слушались, - Я пытался помочь ей, Сэм… - жалобно прошептал Хан. - Так звони, твою мать!.. – выкрикнул Джун. Его, кажется, и самого знатно потряхивало от происходящего. Он честно не знал, куда деваться, - ВСЕ ЗВОНИТЕ! БЫСТРО! – его голос бил по ушным перепонкам и наводил суету. Все тут же похватались за сотовые и принялись набирать номер скорой помощи, - Что с ней произошло? – немного приведя себя в порядок, Намджун коснулся холодными пальцами лица стонущей Евон, которая не могла полноценно открыть глаза, а зрачки её, как в замедленном кадре, пытались изучить лицо перед собой, - ХАН, ПОЖАЛУЙСТА, ОТВЕЧАЙ НА МОИ ВОПРОСЫ! – горловой вопль не давал никому спуску. - Она много пила… Очень много, одна за одной… - Хан экая пытался отвечать. - Сколько она выпила? – Сэм гладил девушку по щекам, убирал мокрые волосы с вспотевшего лба, дул на измученное лицо потоком воздуха, не жалея лёгких. - Я не знаю!.. – истерически прокричал Хан, - Я не считал, не знаю! – он точно был на грани срыва, - Сэм, если скорая приедет и увидит здесь алкоголь… О чёрт… Блять! - Прекрати! – Намджун резко обернулся на друга и метнул осаждающий взгляд в его сторону, - Сколько здесь несовершеннолетних? – спросил он у толпы позади дивана. Никто не смог разборчиво ответить, что только накаляло обстановку, и парень не стал дожидаться: - Кому нет двадцати одного – вышли вон, - Джун приказным тоном продолжал разгребать всё то, что натворили здесь ребята, - БЫСТРО УХОДИТЕ НА ЗАДНИЙ ДВОР И ОТТУДА - ДОМОЙ! ВЫ ПОНЯЛИ?! - если бы он не кричал на шокированных людей, они бы ни за что не смогли и с места сдвинуться. Несколько человек направились в конец гостиной, постоянно оглядываясь за себя, на бедную Евон, которой в полуобморочном состоянии еле дышать удавалось. - Евон, ты слышишь меня?.. – нежно спросил парень, продолжив держать в руках лицо подруги, - Взгляни на меня, если слышишь, - его голос был единственной вещью, которая могла вернуть девушку обратно. Евон сдавленно простонала и повела головой. Она слабо ухватилась за руки Намджуна и прижала их ещё ближе к своим щекам. Ей было невыносимо, её тошнило, а в голове плыла обстановка, однако лицо Сэма оставалось ясным до последнего. - Намджун, - побелевшими губами произнесла Евон, и голоса на фоне утихли, - Мне очень больно… Помоги мне… - девушка выдохнула. Её руки просто упали, как с обрыва падают люди. Глаза закрылись, а с губ больше и слова не сорвалось. Она окончательно потеряла сознание. - Евон! – дурным голосом позвал Сэм, - ЕВОН! – уже во всё горло кричал он, не имея способности остановиться. За окном уже слышались сирены, а Сэм всё пытался добиться ответа, хотя знал, что слишком поздно. Он щупал пульс на белой тонкой шее, но не мог почувствовать хоть какое-нибудь движение. Он не верил сам себе, своим глазам, своему телу. Он больше не доверял реальности, которая подставляла его так нагло и бесчувственно. Сэм прекратил двигаться. Он замер над бездыханной Евон, заметив слезу, стекающую с уголка её глаза. Потрясённый неизвестным, парень еле-еле встал на ноги и сделал шаткий шаг назад. Намджун громко вдохнул и выдохнул, обернулся на Амаю, которая вовсе находилась в параллельной вселенной, отказываясь во всё это верить. - Уходи, Амаи. Беги в мою машину и не сиди, пока я не вернусь, - девушка приоткрыла рот, прожжённая убитым взглядом Намджуна. Его глаза остекленели и покраснели, он почти плакал. У него не было сил сейчас бороться с обстоятельствами, но Амаю он мог уберечь, и никогда бы не позволил ей попасть в неприятность, - Живо, Амая! Прошу тебя, быстрее! – его голос вторгся в самую её душу. Обронив пару противных слёз, она сорвалась с места и, прошмыгнув мимо медработников, влетела в машину и заорала навзрыд. В это день Амая познала настоящий ужас. В этот день Намджун лишился друга. В этот день умерла Евон.

***

- Здесь очень красиво, Чонгук, - я держала обеими руками кружку с чуть тёплым чаем и разглядывала интерьер кухни. Парень одобрительно кивнул и с удовольствием дрогнул веками, расположившись за огромным обеденным столом, который накрывать бы пришлось день напролёт, - Только вот… откуда ты взял деньги? И да – здесь я тоже не избавлялась от Госпожи Журналист. Недавно мы не могли квартплату несчастную погасить, а сейчас в частном доме воркуем! Чёрт возьми, в Корее ЛЮБАЯ недвижимость баснословные деньги стоит, но чтобы свой дом приобрести… Да я местный Билл Гейтс на пару живущий с Полом Алленом. - Я предвидел этот вопрос, - теперь уже менее счастливый парень основательно поднялся с места, уперевшись о поверхность стола, - И я даже отвечу на него, - я закатила глаза и повиляла бёдрами, пока Чонгук обходил стол, приближаясь ко мне, - Я думаю, ты должна знать, какие у меня друзья, - многозначительно бархатным голосом начал Чонгук. - Дай угадаю… - прищурилась я, - Те, которые имеют свой собственный эскорт и поставляют его на дом? – ну, я нарывалась, согласна. - Амая, - тут же насупился парень, а я акстилась и закрыла рот, - Я продал квартиру, а Тигры добавили немного к конечной сумме. - Немного? – смешок вылетел из меня почти сразу, - И сколько столетий мы будем им должны? - Нисколько, - Чонгук скрестил руки на груди, а мышцы на бицепсах сжались, поэтому чёрные рукава футболки мгновенно натянулись, - Это подарок. - Чонгук… - я с подозрением поставила кружку на стол и отодвинула с характерным звуком её подальше от края, - Это не безвозмездный подарок. ТАКИЕ подарки от нечего делать не преподносят, - я ни в какую не хотела убеждаться в правдивости слов Чонгука, точнее - в щедрости байкерского клуба. - Ты можешь хотя бы на некоторое время перестать быть ханжой и выключить режим «журналист»? – Чонгук облизал губы и сглотнул, - Зачем делать выводы, когда ты совершенно не имеешь представления, какие у меня с ними отношения? Оставь этот вопрос мне и порадуйся. У нас теперь есть прекрасный дом, где мы построим семью и воспитаем ребёнка. Ты в Раю, Амая, чего ещё ты хочешь? Я в смятении опустила голову и приняла тот факт, что Чонгук прав. Я должна быть благодарна за столь широкий жест со стороны обеих сторон, но всё же от этого было как-то не по себе… Это ж насколько они близки, что так легко огромными деньгами разбрасываются?..

***

POV Чонгук. Развалившись, я сидел в кресле с выставленной вперёд рукой. До сгиба локтя была закатана рубашка винного цвета, ткань которой в существе своём довольно неподатлива. В моих ногах на карачках стояла девушка, одетая в ажурное чёрное бельё. Её чулки, которые до недавнего соблазнительно обтягивали тонкие ноги, практически сползи до самых пяток. Я видел, что острые колени дрожали: ей уже предельно давно больно стоять в одном положении. Прогиб в спине теперь не казался изящным, но костлявый зад она по-прежнему выпирала так высоко, словно напрашиваясь, пытаясь заманить и привлечь внимание к своей жалкой фигуре. Одна бретель бюстгальтера спала на бледное плечо, однако поправить его не представлялось возможным: я бы поставил эту девку на место. Девчонка смотрела на меня жалобными и молящими глазами, хлопая накладными ресницами в надежде перейти к более интересному процессу, а я не собирался уступать ей. - Слизывай, - устало проговорил я. Уже двадцать пять минут эта сука не могла сделать того, чего от неё хотели. Неужели, я многого прошу? Звук капающей крови порядком поднадоел, но я держался. Порезанный намеренно палец ныл, а рану неприятно щипало и жгло. Алая струя стекала на пол по креслу, издавая колкий запах железа, заполняющий небольшую комнату с каждой минутой всё больше. Я мог терпеть и не хотел терпеть. От неё всего лишь требовалось слизать кровь с пальца, а после мы бы смогли порезвиться вдоволь. Прелюдия имеет значение, даже если она настолько извращена. - Ты ведь знаешь, чем это закончится, если ты продолжишь строить из себя саму невинность? – я изогнул тёмную бровь и провёл влажным языком по краю рта. Никакого сексуального напряжения я не испытывал, разве только тело затекло, и я почти не чувствовал половины себя, но это ерунда – бывало похуже. Девчонка охотно кивнула, как собачка на поводке. О, да, данное сравнение подходило ей невероятно, потому этот блядский бархатный чокер стягивал её шею весьма-весьма туго. Я бы подёргал за него, чтобы не портить эти длинные вороньи волосы, но, если она не перестанет меня испытывать, то я оттаскаю её за каждую прядку, чтобы она визжала до срыва в голосе. Чтобы её связки порвались, и она не смогла никому рассказать, как славно я её отымел. - Тогда слизывай, - повторил я. Действий никаких не последовало. Я уже прикрыл ладонью глаза, собиравшийся встать, но мой друг решил всё сделать за меня. - Ты совсем дура или у тебя кинк такой? – глубина мужского голоса этого парня любую бабу вгоняла в экстаз на пожизненный срок. Девчонки заранее кончали от одного только тембра, - Ты посмотри, Чонгук, эта шлюха совсем страх потеряла. Я лениво приоткрыл глаза и заметил, что друг мой, одетый в брендовый платиново-серый костюм, пиджак которого был нараспашку, просунул обе руки в карманы и приблизился к нашей дилемме. - Ну ты и дрянь похотливая, - рассмеялся тот, - Сколько тебя морозить надо, чтобы оттрахать как следует? – он взмахнул густой чёлкой, но это, скорее, было сделано для образа, нежели для удобства. Его приличной длины волосы и так были разделены пробором напополам. - Тэхён, не кипятись. Ни она первая, ни она последняя, - а такое положение дел входит в привычку. Надо бы что-то менять, вот только что… - Да я бы давно просто задушил её собственным ремнём и выбросил в окно к херам, но платить ведь придётся, - парень непринуждённо пожал плечами, - Лежи уже. Но девушка не отзывалась, и очень зря. Тэхён резко высунул руки из карманов, нагнулся к девушке и со всей своей мужской силы схватил девчонку за волосы, оттянув назад. - Ты, блять, меня достала, - прошипел он, - Тебе член в рот брать приятнее, чем кровь слизать, или я вообще ничего в этой жизни не понимаю?.. – он стягивал её всё сильнее, - Ох ты ж… - Тэхён запрокинул голову и протяжно выдохнул, - Знаешь, а иди-ка ты на хуй. В следующую минуту Тэхён поволок девчонку за волосы через всю комнату и нечеловеческим рывком кинул тонкое тело на кровать. Из кармана он достал походный нож, отделанный кожей, и нажал кнопочку, чтобы тот разложился. - Такое теперь понравится?.. – широкая улыбка словно возникла в моей голове. Послышался звук разошедшейся кожи. Человеческой кожи. Я закричал, но не помню, что именно.