Наваждение.

Кто-то стремится использовать тебя, А кому-то нужно, чтобы использовали их. Кто-то хочет оскорбить тебя, А кто-то жаждет быть оскорблённым.

***

Непонятные вскрики раздробили мой сон в пух и прах. Я широко распахнула глаза, пальцами провела по волосам и наконец поняла, что странные звуки издавал Чонгук слева от меня. Приподнявшись на руках я повернулась в его сторону и сию же минуту пришла в ужас: парень лежал на спине, в очень беспокойной мимике отражались страх и несчастье. На горестно сдвинутые брови струйками стекал пот: ворот его серой футболки уже впитал больше половины - тёмными кругами влага разошлась неравномерно; а закрытые глаза то сжимались, то едва уловимо разжимались. Его лицо напоминало лицо маленького до жути перепуганного ребёнка. Чонгук почти плакал, но, если в начале моего пробуждения он бормотал какие-то нечленораздельные слова и прикрикивал, словно икая, то сейчас он начал крайне громко кричать, практически завывая: - Тэхён, нет! Не надо, остановись! Тэхён! ТЭХЁН! – с мольбой орал он во всё горло так, что происходящее казалось настолько настоящим, будто сон его переносился прямо сюда, в нашу спальню. Я подскочила и уселась, принявшись неразборчиво касаться Чонгука. Его тело пылало, как сам огонь, и тогда я стала трясти его со всеми своими силами, продолжив вглядываться в полное обречённости лицо молодого мужчины. Он дрожал, вертелся под моими ладонями и безостановочно кричал. Это точно была какая-то содомия. POV Чонгук. В определённый момент я почувствовал, что меня просто выбрасывает из сна, что всё моё тело ходуном, а в голове нарастает женский голос. Это была Амая. Я открыл глаза, которые безбожно защипало, отчего я в темпе поднялся со спины и начал тяжело и судорожно, перебиваясь отдышкой, глотать воздух. Пот стекал с меня обильными каплями, попадая на губы, в глаза, поэтому-то они и слезились без пощады. Всю спальню заполнили мои дикие вдохи и выдохи, я не мог опомниться. Рукой коснувшись лица, я понял, что моя ладонь соскальзывает: я промок насквозь. А ещё я дрожал. Дрожал так, как будто побывал в котле у самого Дьявола, и только через несколько минут удосужился обернуться на Амаю. - Чонгук?.. – оробело произнесла она. Я как будто прозрел в темноте, когда увидел её полное оцепенение и лишь позже понял, что она включила прикроватный торшер, но я не был способен разобрать даже этого. Амая неуверенно положила ладонь на моё мокрое плечо, короткий рукав футболки мгновенно прилип к телу намертво, а прикосновение это казалось всё равно что пролитым кипятком. Я вздрогнул, поёжившись. - Ты кричал, - отозвалась она снова и попыталась заглянуть в мои глаза, - Как ты?.. Сейчас лучше?.. Мысли назойливо роились в голове, а я отчаянно глядел по сторонам в надежде, что я правда проснулся, и тот сон больше не имеет власти над моим разумом. Ночной кошмар вытряс из меня дух. - Прости… - сдавленно прошептал я, до сих пор пребывая в попытках устаканиться, - Прости, что напугал тебя. Всё нормально, - я задел рукой ладонь Амаи и сжал её дрожащими пальцами. Если Амая и её прикосновения были реальны, значит я действительно проснулся. Сглотнув, я слетел с кровати, наспех скинув ладонь девушки. - Принести тебе воды? – она оторопело скинула с себя светлое одеяло и уже принялась подниматься с места, как я остановил её, выставив ладонь перед собой. - Нет, я сам, - я встряхнул головой, чтобы прилипшие волосы больше не мешали моему обзору, - Ложись спать, я скоро вернусь, - довольно холодно произнёс я, но до тона моему мозгу не было никакого дела. Я просто должен был покурить и успокоиться. Конец POV Чонгук. Одарив меня едва ли не грозным рыком, Чонгук вышел вон из комнаты. Я заново накрылась одеялом и скрестила руки на груди. У меня самой сердце норовило выпрыгнуть наружу, но я не могла объяснить, почему боялась незнакомого мне сна Чонгука также, как боялся его он. Тревога заполнила меня сомнениями и мне не сиделось на месте, но вставать и бродить по дому тоже не входило в мои планы. Если я буду маячить перед Чонгуком, то он навряд ли придёт в себя - я только раззадорю его. Что ему такого приснилось? И кто такой этот Тэхён? Помнится, Тэру говорила, что этот человек «дебильный дружок» Чонгука из университета, но если это так, если он был его другом, то почему Чонгук на срыв кричал, почему испугался?.. Я глубоко задумалась и попыталась полноценно улечься на бок, подложив руки под голову, но перед глазами не просыхало огромное пятно на половине Чонгука. Когда он встал с кровати, я не обратила внимание на его спину, но теперь мне думается, что всё его тело пострадало в неравной схватке с ночным кошмаром. Выудив из-под себя сложенные ладони, я встала с кровати и сорвала бежевое постельное бельё, чтобы заменить его на свежее. Будет ли позже Чонгук объясняться? Расскажет о сне или, как всегда, отдаст предпочтение молчанию?

***

На следующее утро, в воскресенье, я встала очень рано. Ночью Чонгук скурил добрую половину пачки сигарет и, когда я чутко задремала на новой наволочке, он просто свалился на кровать, не укрывшись, и мгновенно провалился в сон. Сначала он немного сбивчиво дышал, а табачный перегар чувствовался уж слишком явно, что мне пришлось перевернуться на другой бок, но позже Чонгук задышал размеренно и выдержано. Естественно, он расслабился, но надолго ли?.. Дом, с непривычки, казался огромным. Комнаты были уютными, ванная манила своей потрясающей сантехникой и сияющим кафелем, а я дурела от такого количества пространства. На кухне сияли новенькие кофеварка, микроволновка, печь и прочее, и прочее, и прочее. Я не стала бы описывать всё слишком подробно, ибо «обыкновенный (по своим меркам) загородный дом, созданный с ранимым чувством прекрасного». Вот так бы я и сказала, будь я риелтором. Из-за Чонгука я спала беспокойно, а малыш внутри меня был источником тошноты и нагонял головную боль, но и таблетки пить я больше не могла. Ясное дело, что доктор прописал мне безвредные для беременных лекарства, но ГДЕ, чёрт возьми, вы видели ПОЛЕЗНЫЕ лекарства? Сущий бред, ведь таблетки – временная передержка для фактора беспокойства, и срок её, пожалуй, окончился. Я, спасибо, обойдусь ромашкой и мятой. А кофе теперь много не попьёшь… Я развязала атласный халат и поставила чайник. Ночная сорочка выгодно обтягивала маленький животик, который немного спал после визита к врачу, и теперь-то я точно уверенна, что это абсолютная норма. На сотовом не было пропущенных и смс, а на почте новых писем, кроме тех от Yesterday, которые были помечены красным флажком. Я расположилась напротив окна, закинув ногу на ногу и взяв на штурм большую кружку чёрного чая. Именно в этот момент, как бы странно ни звучало, меня волновало всё и ничего. Начинался третий месяц беременности, а я пока что не до конца осознала, что через каких-то сто восемьдесят дней, с погрешностью в один-два дня, я стану мамочкой. От этой мысли здорово потряхивало, но сама её суть будоражила и трогала до самой души. Посреди моих раздумий о жизни бренной, позади послышались тяжёлые шаги. Да уж, этот парень не умел тихо появляться, когда не включал режим «обольщение». А Юнги, вот, всегда обладал лёгкой походкой при всём своём деловом виде… Ему бы в дипломаты. Много международных сердец мой напарник смог бы покорить? Я от души посмеялась про себя. - Проснулся? – я тут же встала с места, поставив полную кружку на стол и схватив стул за спинку, поволочила его за собой. Я постаралась улыбнуться Чонгуку, но вид его оставлял желать лучшего: растрёпанные волосы были отлёжаны, по-видимому, когда я ушла, Чонгук откинул подушку и спал без неё; круги под глазами приобрели бледно-сиреневый оттенок на светлой коже, а губы пересохли и потрескались в уголках. Этому человеку была необходима ещё одна ночь в запасе, чтобы он всего лишь мог поспать, не мучаясь. Чонгук молча подошёл к моей наполненной кружке и сделал жадный глоток горячего чая. - Проснулся, - выдохнув, ответил он, пока я аккуратно ставила свой стул обратно, - Но не выспался, - парень до конца застегнул толстовку, под которой временами светился голый торс, - Хорошо, что сегодня выходной. Я не в состоянии работать… - парень обессилено плюхнулся на отодвинутый стул и потёр шею. - Тебе приготовить что-нибудь? – я старалась оставаться независимой от его предстоящего дурного настроения, да и Чонгук не подавал признаков, предсказывающих разборки со швырянием вещей направо и налево. Угомонись, Амая. Он просто-напросто не выспался, - Чего хочешь? – с энтузиазмом добавила я. - Ничего конкретного, Амая, - обмякши Чонгук откинулся на спинку стула и запрокинул голову, - Главное набить желудок, чтобы он больше не доставал меня, - хрипотца в мужском голосе выдавала среднего уровня расположение духа, и я уже знала, чего не стоит делать. Надоедать, например. Хотя, с учётом того, что Чонгук гарантировал свою более-менее адекватную реакцию и восприимчивость, мне стоило потихоньку менять точку зрения. - Хорошо, тогда придумаю что-нибудь, - я откашлялась и начала рыскать по тумбочкам, - Да у нас даже еда есть… - негромко прошипела я. - Спасибо, Амая, - я замерла, - Правда, спасибо. Ночь дурной выдалась… Ты, из-за меня, наверное, вообще не спала, да? – обеспокоился он. - Да нет, - я пожала плечами, но на самом деле я и сама была не прочь проваляться целый день в тёплой постели… - Так «да» или «нет»? – хихикнул Чонгук за моей спиной. Похоже, всё не так худо, как я думала ранее. - По-моему, я выгляжу слишком живо для той, которая не спала всю ночь, - я скрестила руки и с широкой улыбкой обернулась на Чонгука, - Разве нет? – я подмигнула. - И то верно, - он убедился в моей правдивости и сел ровно, всмотревшись в окно. Послышалось, как Чонгук протяжно зевнул. - Слушай… - скромно начала я, выключив чайник из розетки и потеребив пояс халата, - Что тебе, всё-таки, снилось? Ты помнишь?.. - Снилось… - Чонгук почесал затылок и сделал неестественную паузу. Такое я чувствовала за версту. Значит – помнил, - Толком и не вспомнить. Какие-то непонятные обрывки, которые и объяснить внятно я не смогу, - вот как. - Да, страшные сны лучше не запоминать, - я ухмыльнулась скрытности Чонгука. Следовательно, раз он скрывает всё, то сон тот не для чужих ушей, - А кто такой Тэхён? – я подошла к своей кружки и отпила уже тёплого чая. Чонгук едва ли не врос в землю. Он резко поднял растерянные глаза, в которых вспухла паника, и приоткрыл бледные губы. - Что?.. – звук словно вывалился из него без разбора, - Откуда… - он попытался привести голос в порядок, - Откуда ты знаешь об этом имени? - Во сне ты выкрикивал его. Из-за этого я и проснулась, поэтому и спрашиваю. Ну так что? – давить на него, может быть, бесполезно, но пока эта утренняя беседа не вышла за рамки «обыденного» разговора. Я лишь пытаюсь понять, в чём на самом деле закрылась суть, - Ты знаешь этого парня? – и, о слава небесам, благодаря Тэру я знала правду. - Да, знаю, - понуро высказался он, - Я и Тэхён учились на одном факультете. Он был старше меня на два года, но учился наравне со мной, - после моего ответа Чонгук на глазах расслабился и принял прежнюю позу, без всякого напряга, - В общем, оба получили красные дипломы. - Ого, - я довольно протянула. Чонгук мне не соврал, - Вы дружили? - Было дело, - складывалось впечатление, что Чонгуку не то что неудобно говорить об этом Тэхёне, но и само его существование не особенно льстило. - А сейчас? Не общаетесь? - Не-а. После университета, знаешь, не до этого было. Всё сводилось к одному: работа, дом. Некогда было со старыми друзьями водиться. - С Тиграми намного интереснее? – я изогнула бровь. - С Тиграми намного комфортнее. Тигры, в конце концов, моя семья, а Тэхён, так… дружок, с которым было весело – ничего более, - постепенно замял тему парень. - Да, твоя связь с Тиграми крепка… - под нос пролепетала я. - Крепка? – хорош так светиться, Амая. - Ну, раз ты их семьёй называешь, - вот и повод для ухищрения. Прикусив нижнюю губу и открыв обзор на родинку под ней, Чонгук опустил взгляд и затяжным движением кивнул. Порой совершенно опасно знать о каких-то событиях человека, произошедших в его жизни, от третьего лица. Такой расклад может выдать с потрохами, ведь это не журналистика. Это личное. Мои усиленные старания привели к этому наблюдению. - Схожу-ка я в душ, может освежусь, - новоиспечённый жених забарабанил пальцами по столу, - Ванная комната у нас теперь королевская, - он по-доброму ухмыльнулся. - Точнее слова я бы не подобрала, - я выставила указательный палец в его сторону и прищурилась. Чонгук не нарочно прочёл мои мысли. Изнеможённо встав и зашагав в обратную от окна сторону, лишённый сил Чонгук не проронил и слова, а одиноко удалился. Он находился весь в себе, и ничто, казалось, не могло пробить его каменную стену размышлений. Да я и не пыталась. - К херам эту привычку всё расспрашивать, - я распахнула дверцу холодильника и окинула взглядом обилие продуктов питания, - Всё равно он никогда не расскажет мне чего-то определённого. Все переживания и проблемы держит в себе. С таким долго не живут, - я схватила пачку молока и несколько яиц с боковой полки, недовольно захлопнув дверцу. Я разбила яйца и взбила их с молоком. Омлет – самое то, чем можно подкрепиться с утра и получить должную энергию. Раз уж кто-то, неизвестно кто, постарался обогатить НАШ холодильник таким количеством продуктов, то я и апельсиновый сок по стаканам на завтрак разолью! От процесса готовки меня отвлёк телефонный звонок. Я наспех обтёрла влажные руки о себя и устремилась к сотовому. Господи, как я надеялась, что звонит мне Мин Юнги, которому я готова надрать задницу за своё волнение, и плевать на то, что между нами произошло. Нельзя так пугать и заставлять сидеть на измене. Никакие ругани подобного не стоят. Неужто он думает, что престанет быть моим другом после всего? Я таких мыслей ему не позволю. Но я также быстро огорчилась, как и обрадовалась: звонил мне не Юнги, а СуБин. - Утречка, СуБин. Чем заслужила такую честь? – я зажала трубку между ухом и плечом, в глубине души расстроившись, что позвонил мне далеко не Мин Юнги, чёртов засранец. - Привет, Амая, - послышался знакомый нежный голосок, который, почему-то, так нестерпимо мне нравился! СуБин ни в коей мере не казалась мне слащавой и наигранной натурой, поэтому-то она и вызвала самые положительные эмоции, даже если и была временами пугливой. Нет – осторожной, - Извини, что так рано звоню, да ещё и в выходной, но я должна была поставить тебя в известность. Ты вся трясёшься за это дело. Да я отпрянула от плиты. - Господи, что произошло?.. – нет, так дело не пойдёт. Если всем знакомые события будут продолжать направляться в прежнем русле, то скоро часть Пусана построится на крови. Серьёзно. - Хвачжин забрали из больницы вчера вечером. Была не моя смена, поэтому я не могла помешать этому, а девушка ещё слишком слаба, и ей требуется терапия, - в первую очередь, психологическая помощь. Я мгновенно словила серьёзный настрой и встала спиной к печке. Какого чёрта понадобилось забирать Хвачжин, если преждевременная выписка могла спровоцировать её слабый организм на, своего рода, рецидив? - И кто вчера дежурил? – злобно спросила я. - МинСо, - с сожалением ответила девушка. - Ох долбанная дура, чтоб её, - я с психом громко шикнула и ударила ладонью по новой столешнице. Ненависть к этой сволочи просто не могла исчезнуть, - Конечно, она её выписала!.. – я нахмурила брови и почувствовала, как к щекам приливает кровь и обжигает кожу изнутри, - На зло мне, например. Вот сука. - У вас что, война?.. – тихо отозвалась СуБин. Я вполне могла её напугать, а я теперь была невменяемой и готовой на то, чтобы свернуть этой стерве шею, как вариант. МинСо заходила слишком далеко в чащу моей ненависти. Но если она лукавая лиса, то это не значит, что её в этой самой чаще кто-нибудь не подстрелит. Ну, я образно, образно. Стрелять бы я ни в кого не стала. - До того, как я встретила и обратилась за помощью к тебе, я сначала созвонилась с МинСо, и она обещала помочь мне, за деньги, естественно, ибо меркантильную сущность ни под одной одёжкой не скроешь. И я ей поверила, - с возмущением мой голос набирал обороты, а я живо взмахивала руками, будто меня в магазине обдурили, - Понадеялась, деньги, в конце концов, перевела, но эта… - о дайте мне сил, чтобы больше не искать обзывательств, подходящих ей, - В общем, она просто сказала охране, что совсем не знает меня, из-за чего меня и выставили за порог больницы. Осталась я ни с чем. - Она никогда мне не нравилась. Ты не одна в своей ненависти, как бы громко это ни звучало, - более расслаблено заговорила Су. - Да уж не громко! – я похлопала себя по щеке и подумала, что впервые за долгое время излила душу кому-то новому: человеку, который по самому минимуму владеет информацией о моей жизни. Разговоры с такими людьми намного легче, знаете. Их вы, по крайне мере, не обидите и душу их не перетопчите, - Я бы, при возможности, её за волосы оттаскала. Такое устроить можно? Ну, чтоб никто из персонала зря не глядел на то, как я шандарахну эту мерзость во плоти о первую попавшуюся мусорку. - Ты не думаешь, что это слишком? – Су впервые посмеялась. - Слишком будет, возможно, когда из её носа пойдёт кровь, а она сама сплюнет. А так – всё в порядке, - я подпитала своего внутреннего демона и обрела здоровый настрой на весь день. - В принципе, хорошо сказано, - девушка немного отстранилась от динамика, но позже вернулась, - Держать тебя в курсе всего, я так понимаю? - Да, пожалуйста. А я пока буду думать, как связаться с Хвачжин. Или она сама позвонит, если возможность появится. Как пойдёт, - я выудила сковородку из духовки, в которой она находилась, - Спасибо, что предупредила. Хотя бы кто-то осознал, что мои беспокойство и настырность – не пустой звук… - Тебе спасибо. Умеешь же ты людям глаза открывать, Амая. До встречи. - И тебе всего хорошего, - с улыбкой я сбросила и отложила телефон в сторону. Юнги ещё молчал. Я допила остатки чая и поставила пустую кружку в глубокую раковину. Да, дело дрянь, хотя, с какой стороны посмотреть. Может, Хвачжин избранная, и ей повезёт больше, чем всем остальным девочкам. Я очень на это надеюсь. Эта девушка далеко не глупа и не наивна. Больше любовь не слепит её глаза. - Ты на кого грозно ругалась? – голос Чонгука возник за моей спиной из ниоткуда, напугав меня. - Я? - неловко хихикнув и схватившись за ручки плиты, я развернулась к нему лицом и натянула ухмылку, - А, это я с печкой. Обожглась. - Обожглась? – парень, уже со смиренным тоном, подошёл к холодильнику и оглядел плиту позади меня, - Ты ведь даже не включала конфорку. - Ты всегда такой наблюдательный? – я поджала губы и запахнула халат, намереваясь продолжить готовку. - Просто я вижу, что она отключена, а датчик температуры, который обычно ещё горит, пока плита остывает, не подаёт признаков жизни. Не особо наблюдательно, конечно, но спасибо за неосознанный комплимент, - Чонгук достал запотевшую бутылку воды и с треском, характерным для железных крышек, открыл её. Мне оставалось только вздохнуть и включить конфорку, чтобы этот парень больше не выпендривался за моей спиной. Почему я не сказала ему правду? А зачем?.. Что ему будет от этой информации? Полезна ли она для него? Это – моя работа. А Чонгук, если вдруг я спрошу про мастерскую, уж точно не станет мне объяснять, какие гайки и винтики он сегодня вкрутил в днище машины. Всё довольно справедливо и закономерно. И в это время мы с Чонгуком уже были похоже на тех двух, кто живут вместе долгое время, кропотливо стараясь не перегибать палку. Оба и очень усилено.

***

В понедельник я проводила Чонгука на работу, а сама осталась изучать дом. К новому приходится привыкать: и к людям, и к обстановке. Я долго возилась в нашей комнате, с которой бывшая даже рядом не лежала. Перебрав все вещи и развесив их в шкафу, я привела в порядок ванную и расставила по нужным полочкам средства гигиены, сложила чистые полотенца на стиральной машинке. Уборка в квартире приводила в порядок и меня саму. Я не была ленивой и безынициативной. Мне всегда нравилась чистота и домашний уют. В личных вещах Чонгука я старалась не рыться. Это неправильный подход – трогать чужое... Не во всех случаях, конечно... Но пускай со своим разбирается самостоятельно, тем более, он у нас не сентиментальный, так что за сохранность каких-то определённых вещей я могла не переживать. Но на одну деталь я всё же обратила внимание: таблетки в спальне, на прикроватной тумбе. Без этикеток и надписей: обыкновенная синяя полупрозрачная тара с белыми капсулами внутри. И, по старой схеме, в моей голове возникли вопросы. Пока не стану говорить, какие именно. Это всё ещё сомнительно, и лучше оставить мысли при себе на какое-то время. Важно помнить о том, что Чонгук остаётся для меня загадкой, и переезд в этот дом, и предложение мне только прибавили сомнений. Когда я с выдохом наконец разогнулась после попыток всего лишь протереть пол в углу, то услышала, что МОЙ мобильный затрезвонил в соседней комнате. Если быть максимально откровенной, я всеми фибрами души хотела услышать родной голос: будь то сестра или мой милый друг. Я набегалась, замоталась и растерялась в этом круговороте событий, которые абсолютно разрывают голову на части. Сейчас моя душа требовала людей, которым я всецело доверяю, которых люблю и за которых готова держаться до последнего. Только они всегда прибавляли мне сил и вселяли надежду. Высвеченное на экране имя на ноги меня поставило. Клянусь. - Юнги… - с ликующим счастьем я поднесла телефон к уху и отозвалась. - Привет, Амая, - приведённый в норму голос, который я каждый божий день слышала и слушала в Чекмейт… Вернуть бы те времена – за них бы я отдала, что угодно, - Как дела? – замявшись, спросил друг. - Я… я прекрасно, - моей радости не было предела. Я не могла поверить, что напарник подал признаки жизни, пусть и через несколько дней. Мне было трудно сдерживаться и не писать, и не звонить ему, но раз он в ту ночь скоропостижно сбежал, значит ему это было необходимо. Я была способна на понимание, и не могла, как подметил Юнги, отказать ему и тревожить каждый час, лишь бы узнать: «Слушай, а ты там, случаем, не обиделся»? Каждый по очереди не такой, насколько это вообще, в нашем случае, возможно, - Как ты? - Супер, - мгновенно ответил он, но я-то знала, что в потайных уголках его черепной коробки кроется множество вопросов, которые требуют ответов немедленно, - Я подумал, что мы могли бы встретиться. Я вздрогнула и метнула взгляд куда-то в сторону окна. - Встретиться?.. - Да, где-нибудь в хорошем ресторане или уютном кафе. Ты и Чонгук, я и Союн. В среду, в часов так семь? Так вот каким образом он всё придумал. Юнги пытается избежать неловкости между нами, и теперь это очевидно, ведь если на ужине будет и Чонгук, и Союн, то мы навряд ли станем обсуждать наши с напарником проблемы. Неплохой и тактичный ход, сказала бы я. Однако смиряться ли с друг другом эти двое? Я имею в виду Чонгука и Юнги, потому что их последняя встреча не блистала счастьем и радостью нового знакомства. - О… ты об этом, - замялась я. По началу я-то думала, что Юнги решится встретиться со мной один на один, но, похоже, всё куда сложнее. После его слов в ту ночь нельзя было думать, что ему будет легко разговаривать со мной об этом, - А ты знаешь, звучит здорово! – с голым энтузиазмом заговорила я, словно загорелась, как фитилёк, - Я поговорю с Чонгуком, но не думаю, что стоит переживать. Поэтому мы скорее сходим, чем нет, - улыбнулась я сквозь раздумья. - Но ты всё равно предупреди меня, ладно? – усмехнулся Юнги в динамик, - А то неловко выйдет, если вдруг всё рухнет прямо перед «мероприятием». - Позвоню тебе как только спрошу. Постараюсь поскорее, может даже сегодня вечером, - с определённого момента я могла более свободно болтать о собственном женихе со своим напарником, и это придавало уверенности в моём нынешнем выборе. - Ты лучше пришли мне смс, - замычал Юнги, а я тут же нахмурилась. Теперь разговоры со мной ему не по душе? – Сегодня в Чекмейт большая пресс-конференция. Навряд ли я смогу ответить на твой звонок. - Нет проблем. Отошлю смс, - тон Юнги был довольно компрометирующим, но я бы не стала заострять на этом внимание. Душевные раны моего друга для меня глубокий и беспросветный колодец. Стоит ли мне сейчас выныривать из своего, чтобы попасть в ту пропасть? - А что там с Yesterday? Ты уже согласовала с ними что-нибудь? - Да, - метнуть стрелу разговора никогда не поздно, - Завтра выхожу на работу. Буду знакомиться с начальником и коллективом. Они предлагают мне должность младшего редактора, тогда как старшего у них и в помине нет. Похоже, придётся заслужить, но я не против какого-либо соревнования. Хватку я ещё не утеряла. - Очень уж надоели страсти в Чекмейт? – заинтересовался напарник. - Ты знаешь, да. Вроде, «Чекмейт» означает: «шах и мат», что подразумевает под собой строгость, короткий разговор, рационально принятые решения, но эти сладострастные драмы в чёрно-белых стенах показывают всю немощность нынешнего Чекмейт. Расстраивает, - подвела черту я. - Вау, - выдохнул Юнги, - Ёмко. Всё также сильно переживаешь по поводу увольнения? - Я переживала, а потом поняла: всё что ни делается – к лучшему. И мне сразу стало всё равно. Я не могу сделать того, чего не могу. Могу сделать то, что должна, и я сделала. Во благо всем, я считаю. Никому худо от моего ухода не стало, ровно как и мне. Ну, правда, ты-то явно страдал, - я усмехнулась и повела бровью. - Что есть, то есть, - рассмеялся друг, - Ладно, Амая. Я рад был тебя слышать. Свяжемся позже. Я лишь кивнула сама себе головой и сбросила вызов. Я задумалась над нашими неоднозначными отношениями с Юнги. Но трудно размышлять над чем-то, когда туманные думы окружающих никогда не конкретизируются. Людям стоит больше разговаривать и делиться своими чувствами. Это нас спасёт. По крайней мере, на какое-то время. Было бы глупо отказываться от этой встречи, ведь она может сблизить нас, хоть мы и будем со «вторыми половинками». Я и Чонгук… мы теперь вместе. Серьёзно, почти официально, но ещё словно чужие друг другу. Не то чтобы это странно, однако это чувство внутри, где-то в душе, совсем на её поверхности. Оно каждый день шепчет мне, что я и Чонгук вовсе не должны были встретиться. Никогда.

***

Я так и не смогла поговорить с Чонгуком насчёт того, что предлагает мне напарник. Чон просто завалился домой быстро перекусил и без сил рухнул, развалившись, между прочим, на половину кровати. Конечно, я могла бы подумать, что он не в себе, выпил, но учитывая бурную ночь, я не позволяю себе иной мысли, кроме той, что он просто не выспался, да ещё и проработал допоздна. Я сделаю попытку поговорить с ним утром.

***

Светлая гостиная с круглым деревянным столом посреди. Прямо напротив огромный серый камин, внутри которого только разгорается ярко-красный огонь, не спеша поедая брёвна. На камине множество фотографий, обрамлённых рамками, но одна единственная приковывала всё внимание: смуглая девушка со светлыми волосами, которые похожи на свежие молодые колосья пшеницы. Она довольно сдержанно улыбается, но её медовые глаза не скрывают счастья, переживаемое ею. Молодую девушку обнимает парень, который выше неё от силы на половину головы. Чёрные, как раздробленный уголь, волосы развились на макушке в момент, когда был сделан снимок. Глаза мужчины едва ли видны, из-за того, что его улыбка заполнила своей широтой светлое лицо ровно наполовину, а белоснежные передние зубы пытались не касаться нижней губы. Сильная рука крепко обвила плечи светловолосой девушки, а вторая словно показывала: «не фотографируйте именно сейчас! Мы не приготовились»! Но именно в такие случайные моменты получаются самые лучшие и живые снимки. На обратной стороне тёплой фотографии были написаны инициалы пары: «С.А. и Ч.Ч». Вы, право, догадались, кем являются главные герои снимка?.. На других фотографиях изображение, лица и фигуры размылись. Ничего толком не разглядеть, но на минуту показалось, что рядом с парой, справа, стоит рамка фиолетового цвета, а среди белоснежного полотна находится что-то крошечное. На секунду привиделось, что это младенец, однако никто не знал наверняка. Даже Амая, сверлившая счастливый снимок, на котором она улыбалась объективу камеры, а подле был Чон Чонгук, да настолько возбуждённый и оживлённый, что он будто был миражом. Точно не существующим. - Милая, почему ты не ешь? – прозвучал звонкий и тонкий знакомый с самого рождения голос. Это была мать Амаи. Девушка обернулась на источник и увидела радостную улыбку матери, которая ставила кристально чистые стаканы на стол. Амая не нашлась, что ответить, и лишь со сдавленной улыбкой опустила голову на свою тарелку, где красовался кусочек сочного вишнёвого пирога, без которого не проходили счастливые выходные совсем юной Амаи. - Мама так старалась, попробуй, - теперь совершенно незнакомый, но такой приятный слуху мужской голос заставил девушку поднять голову, - Как же потрясающе ты держишься. Ты невероятно стрессоустойчива и сильна, солнышко. Перед собой Амая смутно увидела лицо мужчины, которого совершенно не знала. Она никогда его не встречала, никогда с ним не разговаривала, но глубоко внутри её сидело чувство словно она связана с ним прочной связью. Такой она не ощущала и с собственной матерью. Лицо против сидящего до сих пор оставалось мутным, а Амая всё же не пугалась подобного. И его неожиданного замечания тоже. - Любимая, я кажется потерял ключи от машины… - озадаченный Чонгук, который развеял своим появлением обстановку, похлопал себя по передним карманам джинсов, поцеловал Амаю в лоб и положил прохладную ладонь на её оголённое плечо, - А, чёрт с ними, - он со вздохом махнул свободной рукой, - Потом найду, - он ухмыльнулся и присел на соседний стул, улыбнувшись Амае. В тот момент она слегка оторопела, потому что Чонгук не был способен улыбаться именно таким образом: словно он в жизни не испытывал горя потери, не чувствовал боли. Амая откашлялась. Она уже осознала, что всё ненастоящее, но тщетно глядела на Чонгука, который напоминал ей, что он рядом, что не оставит её одну. Этим она успокаивала себя, что само по себе казалось нонсенсом. Все одновременно принялись распивать чай и пробовать фирменный пирог, но позади растерянной Амаи послышался отголосок: - Мама! Амая обернулась. Но ничего не увидела. Потому что проснулась.

***

- Господи… - я подорвалась с места, жадно глотая свежий воздух. Незакрытое окно позволяло буйному ветру развивать новые шторы, которые взмывали в воздух, не успев коснуться пола. Влажную ладонь я приложила к левой стороне лица и облизала пересохшие губы, чтобы как-то расшевелить себя. Я не вспотела, мне не было страшно, но сердце колотилось настолько, что удар инфаркта мог хватить меня незамедлительно. С чего-то вдруг я оторвала ладонь от лица и хлопнула по той же стороне кровати. Только ударила я бедро крепко спящего Чонгука, который жалобно проскулил от моего удара, но не проснулся. Мне стало легче. Он рядом. Я погладила его по ужаленному месту и тут же спустила ноги с кровати. Это был сон, не кошмар… Но сон, который врос в сознание силиконовой долиной, не должен пугать за пределами воображения. А пугает. Я тихо вошла на кухню, включив яркий свет. Судорожно выудив из холодильника бутылку воды, я разлила её по двум стаканам и уселась за стол, проникая сквозь прозрачное стекло и толщу жидкости. Высушив первый стакан залпом, словно сымитировав алкогольный рывок, я откинулась на спинку стула и схватилась за голову. В ней крутились подлые мысли, голоса, фразы. Я смутно помнила, что происходило, но слова, вырванные из контекста усугубляли ситуацию и твердили мне, что я должна вспомнить всё до последней секунды. - Я… Чонгук… - я шептала под нос с закрытыми глазами, прижимая уши дрожащими пальцами, - Мама, вишнёвый пирог… - я шмыгнула носом, в котором защекотало, - И… - я мгновенно распахнула глаза и уставилась на пустующую белую стену, - «Как же потрясающе ты держишься. Ты невероятно стрессоустойчива и сильна», - я затаила дыхание, проиграв чужой тембр в голове, - Солнышко. Губы сомкнулись в прямую линию, и я ощутила слезу, катающуюся по внутреннему веку. - Солнышко, - я повторила ещё раз, а по вискам ударил молоточек, - Солнышко?.. – я повела подбородком и опустила руки, запрокинув голову, - Кто это был, чёрт возьми?.. С каких пор люди задаются вопросом, кто был в их сне?.. Не могу ответить, но я знала всех, кто там был, кроме одного единственного человека… Его лицо… Я никогда не смогу вспомнить черты туманного лица. Всё бурлит, как в котле. Мне больно вспоминать. Словно я коснулась чего-то запретного. Того, чего мне не положено. - Амая, - я скрестила руки и напыжилась сама себе, - Не думай об этом… Это лишнее, - выдавила я сама себе и взяла в руки стакан, к краю которого приложилась губами в следующую секунду, - Это всего лишь сон, - стекло запотело под моим дыханием, а я глаза продолжал слезиться. Что-то ранило меня. Вот только что?

***

Я уснула только под утро. Ворочалась постоянно, отчего пришлось отдать одеяло Чонгуку, ибо перетягивание каната не входило в мои планы. Но когда этот засранец встал ни свет, ни заря, не закрыв дверь в комнату, уронив что-то по дороге и включив напор в душе на полную, я уже была готова следующей ночью накрыть его подушкой и сказать, что так и было. - Доброе утро, - шаги донеслись со стороны коридора. - Ну как сказать, - я протяжно зевнула, наполнив кружку горячим кофе, - Будешь? – я потрясла чайник в котором на дне плескалась чёрная вода, - Я правда почти не умею пользоваться такими кофеварками, но вроде вышло, - я надула щёки, поставив чайник на стол. Чонгук вгляделся в меня и ухмыльнулся лишком громко для того, чтобы я не заметила. - Плохая ночь? – он встряхнул мокрые волосы на макушке и закинул влажное полотенце на плечо. - Просто не выспалась. Я же всё ещё беременна, - как упрекающе проговорила я и присела на стул, скрестив ноги. - И тебе всё ещё идёт это положение, - ой да ладно, началось, - У меня так бок болит. Я не могу понять, что случилось… - Чонгук потёр ладонью то место, по которому я ночью огрела его спросонья, едва задев край домашних штанов. - Неужели я так сильно звезданула? – пропыхтела я шёпотом, - Это… Это я виновата, - откашлявшись, я сделала небольшой глоток из кружки. - В смысле? – парень достал большую кружку и наполнил её наполовину. Я явно не рассчитала на двоих. - Ночью как-то проснулась и нечаянно ладонью ударила по тебе. Извини, - я виновато поджала губы, оторвав их от кружки. - Нихрена себе, - почти заскулил Чонгук и сдвинул брови, - Да у меня синяк появился, - пальцами он зачесал блестящие волосы назад, чтобы они не мешали ему наслаждаться крепким напитком. - Не будь неженкой, - отрезала я и потёрла кончик носа. - У тебя же сегодня работа, не так ли?.. – Чонгук приподнял бровь, и это явно означало, что он не забудет мой удар под дых. - Так точно, - я обратила взор на настенные часы, - Через… через часа два, - я глубоко вздохнула, - Я могла ещё долго спать, - я уставилась на Чонгука, который стал причиной моего раннего пробуждения. Но он лишь пожал плечами, отвёл взгляд и победно улыбнулся. - Чонгук… - я раскрыла рот, чтобы задать волнующий ни с того ни с сего меня вопрос. Вам же знакомо это самое чувство после пробуждения ото сна? Когда вы видите в своих грёзах кого-то знакомого, который ведёт себя совершенно иначе, нежели в реальности, а позже он стоит перед вами, что-нибудь рассказывает, а вы мешаете его личность с той, которая была представлена в параллельной «вселенной»? Причём подсознательно… Невзначай два человека сливаются в одного и дарят вам двоякие ощущения. Словно этот настоящий мог быть кем-нибудь другим. Тем, кого вы видели во сне, например?.. И ты уже не понимаешь, как к нему относиться… Но это проходит. Тает, как хлопья снега на ладони. Не сказала бы, что к Чонгуку у меня подобное чувство, но мне всё также было интересно, а что если бы… Если бы он был таким же, как там, в моём сне?.. - Да? – невинный взгляд вонзился в меня, а я отставила свой кофе в сторону. - Как ты думаешь, - я замялась последний раз и стала более уверенно смотреть в глаза Чонгука, - Мы когда-нибудь будем счастливы? - Что?.. – парень искренне удивился и поставил свою кружку на место, - А почему мы не должны?.. – он метнул взгляд на свою руку, но позже тот вернулся обратно. Я заметила, что Чон сглотнул и немного покосился на меня, но это не имело особого значения. - Я про другое, - я провела тёплым языком по нижней губе и закусила её. Пожалуй, сегодня я не готова разговаривать на тему любви с Чонгуком. А во сне мне показалось, что он меня любит… Поэтому я и засмеялась вслух. - Амая, что происходит? – парень прищурился, а его густые широкие брови немного опустились на большие глаза, затмив складку второго века. Взгляд становился глубже. - Ничего, - я помотала головой, продолжив улыбаться и не одарив зрительным контактом собеседника, - Я так… Знаешь, всё-таки ты жениться на мне собрался. Конечно, в нашем положении глупо говорить о каких-либо сожалениях, точнее – поздно, - я выпрямилась, почувствовав, что насторожила Чонгука до определённой метки, - Я просто подумала о том, что всё это нечестно. Ты ведь не обязан жениться на мне. - А ты не обязана выходить за меня замуж, - тут же выпалил он серьёзным тоном, а выражение его лица не менялось по-прежнему. - Верно, - я медленно кивнула, - Но мы намеренно себя обязываем. Как тебе такое? – я кивнула парню, подмигнув бровью, но выглядело это скорее печально. - Амая, ты права, - он наконец опустил свои почерневшие глаза и повёл указательный палец по поверхности стола, вырисовывая причудливые линия, - Жена ты мне или нет, твой я муж или чужой, но у нас теперь есть ребёнок. Он выбрал за нас. И мы оба не хотим лишать его возможности расти в полноценной семье. Погляди, - Чон улыбнулся и неожиданно взмахнул ладонями над столом, - Мы живём с тобой так, будто уже долгое время знаем друг друга. Будто прошло не три месяца, а три года. Остались только формальности, - он так легко сказал об этом. Мне бы не хватило смелости вести об этом утренние беседы, - Мне надо тебя уговаривать или ты согласна? – он искал во мне некую поддержку. А я лишь кивнула головой и неуклюже улыбнулась. Сейчас ему действительно будет достаточно только того, что у нас есть ребёнок. Уверена, позже он задумается и о чувствах, вот только крыть такие карты нам обоим будет нечем.

***

Чонгук ушёл на работу раньше меня, перед этим попросив убрать какую-то его коробку в шкаф. Я понятия не имела, что там внутри, да и на вид она была маленькой неказистой и чёрной, слегка потрёпанной. Прямо как мой личный дневник, который я вручила Юнги. - Ого, - уже собранная и готовая к работе, я подняла коробку и понесла её к шкафу, - Увесистая же ты, - я схватилась за края коробки. И довольно неудачно. Она упала, но не перевернулась, поэтому ничего не вывалилось наружу, однако это и заставило меня заинтересоваться содержимым. Очень сильно. Я опустилась на пол и присела на колени. Подняв крышку, я поймала взглядом ткань, которой всё было накрыто. Аккуратно стянув её, на свету засверкали фотографии. Целая стопка. - И ты говоришь, что не сентиментальный… - я ухмыльнулась и взяла самое первое фото. На ней двое парней стояли около целого ряда байкерских мотоциклов, которые как гиганты почти достигали роста самого младшего, и им был Чонгук. Здесь ему лет семнадцать, он выглядит ещё совсем юным: волосы гладко уложены вперёд, глаза абсолютно невинны, но по-своему печальны, а лицо только-только приобретает взрослые мужские черты. Рядом с ним, положив большую руку на мальчишку, стоит высокий парень с широкими плечами. Он одет в чёрную кожанку с какими-то непонятными нашивками спереди. Парень широко улыбается… и улыбается совсем, как младший. Я немедля перевернула фотографию и прочла надпись, сделанную предельно красивым юношеским почерком: «Чон Чонгук и Чон Хён. Мне восемнадцать, а брату двадцать три. Наш первый заезд с Тиграми». - Чон Хён… - я произнесла имя, которое единым звуком растворилось в стенах этого дома, - Почти как две капли… - я улыбнулась, ещё раз взглянув на фото двух счастливых братьев и отложила её в сторону. Содержимое коробки выглядело так, словно никто давным-давно не притрагивался ко всему этому. Я не знаю, по каким причинам я это предположила, но следующая фотография дала мне взглянуть на ещё одну сторону Чонгука. Со второй фотографии мне улыбались двое: Чонгук, уже довольно повзрослевший, и кто-то незнакомый, скалящийся белыми зубами, которые чудно обрамляли пухлые губы. Чёлка лезла на глаза парня, но было непохоже, что русые крашенные волосы мешали ему целиться зрачками прямиком в объектив. - Выглядят… довольными, - я развела плечи назад и снова перевернула фотографию. «Первый курс Юридического. Я и Ким Тэхён, собственной персоной. Мне двадцать, а этому недоростку двадцать два». - Так вот ты какой, Ким Тэхён, - я удивлённо повертела фотографию в руках ещё немного. И правда, этот парень казался придурковатым, хоть и был красивым. Что-то выдавало в нём некую… неустойчивость или безразличие. Взгляд был не то холодным, не то горячим. Он был непонятным, мутным, а всё подобное либо притягивает, либо отталкивает напрочь. Мои ощущения я ещё не поняла, - Только вот фотографии забытых дружков в коробках не хранят, Чонгук. Телефонный трезвон дал мне невидимую пощёчину, и я опомнилась. Мне пришлось класть всё обратно – дальше лезть я не стала. Там было ещё много фотографий, какой-то конверт и что-то похожее на блокнот в кожаном обороте. Чонгуку бы точно не понравилось, что я залезла в его вещи, но уколов совести я не почувствовала. Было бы намного честнее с его стороны, если бы он сам допустил меня до своей жизни, но раз он ещё не готов, то я справлюсь в одиночку. В конце концов, пара фотографий никого не погубят – это не могилу раскопать.

***

- Соберись, - я сжала кулачки около здания, в котором находился офис Yesterday. Да, именно офис. Чекмейт наскребли себе на целое здание, а вот остальные довольствуются тем, что есть, хотя и в районе они обосновались шикарном, - Это… это считай даже и не собеседование, - я пожимала плечами и продолжала ходить из стороны в сторону, - Чего же я так нервничаю, - положив руку на животик, я расслабилась и выдохнула, - Малыш, твоя мама должна получить эту работу. Мой общий счёт далеко не ноль, - я выпрямила спину и шагнула к дверям. Поднявшись на нужный этаж, я вышла из лифта и замерла перед длинным коридором, над проходом в который висела огромной жёлтая вывеска «YESTERDAY». Нервно застучав каблуком правой ноги, я было двинулась вперёд, как из дверей вырвалась парочка человек: - Ну ты и придурок! – высокая девушка размахивала стопкой бумаг, чуть ли не раздавая пощёчины парню, - Ты грёбанный репортёр! РЕПОРТЁР! ПОЧЕМУ ТЫ МЕШАЕШЬ НОВОСТНИКУ? – она кричала, не стесняясь. Похоже, у них тут частенько бывает весело. Я продолжала стоять около закрытых дверей лифта и наблюдать за руганью. - Чем это, интересно, я тебе мешаю? – разозлился парень в белой рубашке, рукава которой он закатал до локтей. Юнги тоже часто так грешит, - Я ДЕЛАЮ СВОЮ РАБОТУ, КТО ВИНОВАТ, ЧТО ТЫ СО СВОЕЙ СПРАВИТЬСЯ НЕ В СОСТОЯНИИ? - ЭТО ТЫ СЕЙЧАС НА МЕНЯ ОРЁШЬ?! -девушка взвизгнула, отчего я прищурилась и скривила рот. Мне уши заложило от такого резонанса. - ДА! - АЛЛО! – из соседней двери выглянула невысокая девчушка с короткой стрижкой и чёрными волосами, которые отливали фиолетовым. Её фарфоровое личико слилось бы с покраской двери, если бы не яркие румяна прямо под нижними веками. Сейчас это модно, - У нас вообще-то рабочий день, и люди во время него работают! – она повысила голос, - Вы оба вот тут мне уже сидите! – она сжала ладонью собственное горло и подёргала руку так, словно душит сама себя, - Как босс вас ещё не выпер, идиотов… - она закатила глаза, протяжно выдохнула и повернула голову в мою сторону. Завидев меня, она дёрнулась, пока парочка подле её головы продолжала брюзжать на друг дружку. - Здравствуйте… - я натянуто улыбнулась. - Здравствуйте, - девушка улыбнулась в ответ, вышла из-за дверей и хлопнула по пояснице парня, чтобы тот заткнулся, загородив тем самым взбучку от моего взгляда, - Чем я могу помочь? - Мне нужен ваш начальник – Мистер Ким. Могу ли я увидеть его? – я поправила небольшую сумку на плече, но даже и не думала расстёгивать пиджак. - Конечно, - она кивнула мне и указала на дверь позади неё. Кабинет начальника находится в самом конце коридора, а эти двое вздумали устраивать разборки прямо перед порогом? Мне это уже нравится, - Проходите. В этот момент я окончательно прекратила нервничать. В этой редакции моя обстановочка.

***

- Итак, Сомун Амая, - подтянутый мужчины лет сорока прошёл к своему столу, но так и не сел за него. Его свежая стрижка, уложенная волосок к волоску, дорогие очки стальной оправы и часы на смуглом запястье выдавали человека, который доволен собой, потому что ухаживает за внешностью с должным вниманием. - Всё верно, - я закрыла за собой дверь и решила присесть на стул для посетителей. Мне было уютно находится в этом офисе, хоть и была я здесь впервые. Шестое чувство подсказывало мне, что события идут своим неплохим ходом. - Вас напугала стычка моих сотрудников в коридоре? – и начальник мне не показался выскочкой или педантом. Для своего положения он довольно простоват в плане общения, словно пытается быть на одной волне с подчинёнными. - Не напугала, но удивила, - я едва поправила оправу на переносице, - Не каждый день такое встретишь. - Действительно, - он хихикнул и опустил взгляд на какие-то бумаги, - В Чекмейт, наверное, такого не позволяют, - переливающиеся глаза вновь оказались на мне. Я немного опешила, не успев ответить, - Я позже познакомлю тебя со всеми, - и я даже была не против его «ты»! Пусть это и неудивительно для менталитета нашей страны, - А теперь расскажи мне, почему ты ушла из Чекмейт и пришла к нам? – он присел за стол, положив ладони на стол и на все те бумаги, что неразборчиво там сложились. Заметив, что мужчина сделал акцент на своём издательстве, я откашлялась, но настроя не растеряла. Вроде как этот нюанс «ушла оттуда и оказалась у нас» означал, что я в некоторой степени спустилась вниз по лестнице, а не наоборот. - Мистер Ким, я не ушла, - сдержанно начала я, боясь допустить ошибку, - Меня уволили, - мужчина одобрительно кивнул и продолжил слушать меня, - Начальству не понравилась моя настойчивость в некоторых делах… - Знаю, знаю, - мягко добавил он, - Наслышан. Ты ведь не пустой звук, Сомун! – с воодушевлением возразил он моей опечаленной физиономии, - Первоклассный репортёр. Единственный журналист в Чекмейт, который может похвастаться отличным слогом, потрясающими статьями и такими же заметками. Я изучал твои работы, - как бы случайно Ким дотронулся до стопки газет от Чекмейт, который он, видно, скупал постоянно, - Да мои ребята даже и половины слов не знают, которые ты в своём обороте используешь! Я кротко улыбнулась. - Ну, краткость – сестра таланта. Возможно, ваши ребята не любят воды, а у меня с этим проблемы… - вот именно, что я всегда подробно описывала даже то, что может и описывать не нужно было. - Краткость извилин – это плохо, иначе-то они не закручиваются, и какие из них тогда извилины? – философски продолжил начальник, - Нет, конечно, у меня смышлёные ребята, поэтому-то они и здесь, но всем чего-то не хватает. Каждому из нас, - он подмигнул мне. - Человек и создан для того, чтобы учиться всю жизнь, - подхватив весёлость этого человека, я решилась ответить. - Именно! – он резко поднялся с места, - Поэтому я и вдохновился твоей работой, Сомун! Такому журналисту любые двери открыты, в том числе и двери Yesterday. Я ошарашенно обернулась на начальника: - Это значит…? - Это значит: «Конечно да»! – он единожды хлопнул в ладоши и широко заулыбался, - Кто станет отказывать второй Лойс Лейн? Вы же так похожи, верно? - Возможно, - я об этом даже никогда не задумывалась, если быть честной. - У тебя есть собственный Супермен? – добродушно спросил Мистер Ким. - Если его так можно назвать… - я невольно рассмеялась, вспомнив Чонгука. Ещё я представила его в красно-синем костюме, но мне кажется – это было лишним, - Спасибо вам, Мистер Ким. - Ой, к чему нам теперь формальности. Просто: Босс Ким, - мужчина развёл руками. Никаких формальностей. - Идём, Амая. Я познакомлю тебя со своими ребятами. Они тебе понравятся. Босс повернулся ко мне спиной, а я прошептала про себя тысячу и тысячу «спасибо». Мне дали шанс, который поднимает меня на ноги, ведь… «Ты невероятно стрессоустойчива и сильна. Солнышко».