Сказочные чудаки

       — Ну, с возвращением, — торжественно произнёс Шляпник, выстроив всех ребят по росту. Зачем? «Весело же!» — Как провели время? Понравилось?        — Очень, — буркнул Норт, почесывая кончик носа. Он мечтал об этом ещё с первой секунды пребывания в форме зеркала — рук-то не было, а чесалось невыносимо.       Счастливый хранитель с улыбкой пригрозил ему пальцем:        — А-а-а, твой вечный сарказм ничем хорошим для тебя не обернётся, мой дорогой. Детвора, ох и знатно же вы меня порадовали! Так убедительно и почти профессионально сыграли… Но это была только первая сказка, так что впереди вас ожидает много всего нового и захватывающего. И меня тоже, ведь за этим шоу очень интересно наблюдать.       Василиса, обрадованная прибытием друзей, стояла рядом с Фэшем, который мягко сжимал её ладонь, кончиком большого пальца поглаживая чувствительную кожу. Девушке было всё равно, где она находится, лишь бы рядом был её любимый человек. Она знала, что в последующих сказках их обязательно разлучат, и поэтому наслаждалась секундами близости с Драгоцием. Парень стоял совсем рядом, и его ровное дыхание, которое Огнева ощущала своей макушкой, успокаивало её. «Вот бы вернуться в Расколотый замок и погулять по парку…с ним», — мечтала Василиса, вглядываясь в сосредоточенное лицо Фэша. Он явно о чём-то серьёзно думал, но причину столь глубоких размышлений трудно было вычислить по его мимике.        — Ну-с, какая сказка будет следующей? Вы должны быть благодарны мне за то, что я даю вам право выбирать, — гордо вздёрнул нос Шляпник, поправив объёмный бант на шее.       Видимо, Норт не усвоил урок, данный ему «этим сумасшедшим чудиком», и захотел грубо ответить, но тут уже в дело вмешался Рок. Он без единой эмоции на лице опустил тяжёлую руку на плечо парня, тихо прошептав ему на ухо: «Молчи, Огнев, иначе оставим тебя здесь навсегда». Брат Василисы испуганно и быстро закивал. Он очень боялся остальских часовщиков, проживавших в Змиулане. Причина была проста — Астрагор успел обучить всех своих подопечных запретным эферам. Его ученикам достаточно было сказать лишь одно слово и сделать неуловимое движение часовой стрелой — всё, соперник мёртв. Именно мёртв, а не зачасован или выкинут из временного коридора. Спасение в таком случае не жди. Даже фею легче вытащить с поля Старочасов, чем воскресить человека, убитого ими.       Хранитель, весёлыми глазами наблюдая за происходящим, самодовольно ухмыльнулся. Ему определённо нравился этот уверенный в себе молодой человек. «Надо будет давать ему самые величественные роли в сказках, он очень хорош. А этот сорванец в следующий раз помучается ещё больше», — мысленно злорадствовал хранитель книги. Вслух он решил не угрожать парню, чтобы не вызвать новую волну негодований и проклятий с его стороны.        — Так вы будете выбирать? — повторил он свой вопрос. — Или мне самому решать? Может, будут какие-нибудь пожелания?       Фэш, до этого мирно стоявший в обнимку с Василисой, уверенно поднял руку вверх. Все с недоумением уставились на него: шутка ли, просить что-то у этого сумасшедшего.        — Мы должны быть вместе, — уверенно произнёс он, сжимая талию девушки крепче. — Мне надоело быть непонятно кем, да и за Огневу я боюсь, есть тут несколько завистников.       Парень многозначительно посмотрел на компанию Марка, что-то тихо обсуждающую в сторонке. Норт не участвовал в беседе друзей: видимо, он был обижен на Драгоция-старшего и на всех, кто не встал на его сторону. Это не в первый раз: сын хозяина Черновода с детства отличался склочным характером — постоянно ввязывался в драки, перечил всем вокруг и никого не слушался. Отец его буквально боготворил, исполнял все его прихоти и желания. Хочешь дракона на день рождения — пожалуйста, хочешь на несколько дней съездить на Осталу, чтобы развлечься со старыми друзьями, — пожалуйста. Слепая родительская любовь только лишь ещё больше испортила парня, что тут добавить.        — Твоя воля, — важно кивнул сказочник. — Так «Золушка»?       Никто не успел ответить. Тёмный туман окутал их всех, перемещая в сказку, навстречу новым приключениям.

***

      Вторая сказка, а Василисе уже надоело примерять на себя чужие личины. В этот раз, открыв глаза, она обнаружила себя на низенькой табуретке. У неё в ногах лежали различные кастрюли, чугунки, рядом с которыми валялась щётка. «О боже, так я и предполагала. Золушка… », — горестно вздохнула девушка. Поднявшись на ноги, она осмотрела себя с ног до головы. Простенькое платьице, запачканное золой, красиво смотрелось на ней, огненно рыжие волосы были прикрыты серым платком. Всё бы ничего, но вот только на ногах — жёсткие туфли, безумно натирающие ступни.        — Что есть, то есть, — устало прошептала она, медленно опускаясь на солому, устилавшую пол. — Хранитель предлагает мне очистить всю эту утварь? Тут же работы на…       Василиса не успела закончить свой монолог, как дверь, ведущая на чердак, где находилась девушка, медленно приоткрылась. Из-за неё показались два перепуганных лица. Одно из них Огнева узнала сразу же — это была Дейла. Сестра внешне очень изменилась. Неудивительно, ведь одежда и макияж того времени очень разнится с тем, что принято в часодейном мире. На её лице было очень много пудры, что делало девушку похожей на мертвеца или призрака, по случайности нарядившегося в пышное бархатное платье.       Дейла, увидев сестру, к которой она не питала сильной любви, искривилась, но одновременно с этим и облегчённо выдохнула. Конечно, после такого-то плутания по незнакомому поместью, напоминавшему дом с привидениями, который она видела в Диснейленде, но только чуточку скромнее, встретить хоть кого-то из знакомых было приятно.        — Ах, это ты, — презрительно фыркнула Огнева-старшая, вальяжными шагами проходя мимо удивлённой Василисы. — Даже в этой дурацкой сказке ты хуже меня, что и говорить о настоящем мире… Братик, что ты застрял в дверях?       Рыжеволосая часовщица медленно повернула голову в сторону прохода и с громким хохотом упала на пол. Это зрелище нужно было видеть. В коридоре переминалось с ноги на ногу нечто, наряженное в кружевное платье с большим количеством юбок и подъюбников и размалёванное так ярко, что могло бы ловить незадачливых и похотливых водителей, стоя на трассе и кокетливо помахивая ручкой. Девушка предполагала, что Шляпник будет издеваться над ним, но она не подозревала, что это можно делать настолько изобретательно.       Смущённый Нортон был оскорблён смехом Василисы. Также он очень злился на хранителя книги ещё с их прошлого захода в сказочный мир: надо же, его взяли и сделали неодушевлённым предметом. Почти неодушевлённым. И в этот раз ему не повезло. Парень еле сдерживался, чтобы не прокричать во весь голос всё, что он думает насчёт «противного сумасшедшего», ведь он знал, что тот внимательно наблюдает за всем происходящим, посмеиваясь и злорадствуя. Но его терзали смутные сомнения. А что, если Шляпник придумает что-нибудь похлеще, чем женский облик?        — Могла бы и не унижать, — глухо пробормотал он, облокачиваясь на самую ближнюю стеночку. — Как будто не видишь, что и так мне не очень.        — А надо мной вы издевались, когда мне было «не очень»? — припомнила ему Василиса, желая ещё как-нибудь подшутить над парнем, но стушевалась под суровым взглядом сестры. — Ладно-ладно, не буду… Что сказать? С прибытием. Что делать намереваетесь?        — Мы думали, что ты нам всё расскажешь, — невинно поморгала глазками Дейла, про себя думая: «Вот стерва-то. Но она — наш единственный путь домой».       Василиса нахмурилась. Она прекрасно знала «Золушку» и могла бы сейчас вкратце им её рассказать. Но вдруг хранитель книги изменил сказку? Да её же съедят её собственные брат и сестра после этого! Но две пары глаз продолжали требовательно смотреть на неё, и девушке ничего не оставалось, кроме как изложить им вкратце классический вариант.        — Значит, так. Вы — две мои сводные сестрицы и… Хм, здесь кого-то не хватает, — задумалась Василиса. — Вы где мать потеряли? И не надо, Норт, на меня так зло смотреть, я про ту, которая должна быть в сказке.       Дейла, до этого стоя у окна, вдруг резко обернулась к дверному проёму и радостно завизжала:        — Маришка! Ура, ты со мной!       И правда: в комнату с улыбкой на лице прошествовала Резникова. В руках она крутила небольшую сумочку, усыпанную драгоценными камнями. Видно было, что предмет очень приглянулся ей и был единственным утешением: девушке очень не нравилось притворятся персонажами каких-то «детских выдумок». Также ей нравилось её платье. Неудивительно, ведь узор на нём был вышит золотом и украшен всё теми же рубинами, сапфирами и изумрудами. Она с удовольствием покрутилась перед подругой, шурша юбками и притопывая ногой, обутой в кожаные сапожки.        — Не правда ли, что у этого сумасшедшего очень хороший вкус? Этот день обещает быть более интересным. О, Нортон… Чудесно выглядишь, — кивнула ему Маришка и хихикнула. — Огнева, ужасный образ. Ты — единственное недоразумение в этой комнате. Какое старое потрёпанное платье, кошмар-р-р…       Василиса сжала кулачки, чтобы не ответить этой неприятной особе, которая, как всегда, слишком много возомнила о себе. Она подумала: «Как же мне всё-таки не повезло — оказалась в компании, ужаснее которой невозможно вообразить. Надеюсь, Сказочник учёл пожелание Фэша, и мы встретимся с ним… Но мечты мечтами, а этих нужно вводить в курс дела, потому что блондинка вряд ли хоть что-то запомнила из того, что я читала ещё тогда, в библиотеке». Девушка собралась с мыслями и терпеливо продолжила начатую несколько минут назад мысль.        — Две сводные сестры и их мать. Вас должны пригласить на бал несколько раз. Потом к вам приедет принц с туфелькой, вы должны будете её примерить. Естественно, она вам не подойдёт. Вроде всё, что нужно знать конкретно вам, я рассказала.        — А какова твоя роль во всей этой истории? И почему моя настолько скудная? — насупилась Маришка, явно ожидая услышать ответ.        — Меня Шляпник одарил главной ролью, — с гордостью выпятила грудь Василиса. — Так что все ваши дорогущие платья ничего не значат. Расслабься, Резникова. Кстати, куда ты приглашение на бал дела?        — Мне никто его не давал, но на уровне подсознания я понимаю, что наша карета уже подъехала. Не груби мне, Огнева, с огнём играешь, Огнежарушка… А вот это хорошее прозвище! — хохотнула девушка, направляясь к выходу. — Адъёз, неудачница. И где твоя главная роль? Мы будем танцевать с красавчиками, а ты будешь гнить в этой пыли.       Когда все покинули дом, Василиса вздохнула с облегчением. Ей было очень тяжело ладить с этой компанией выскочек, думающих, что они — центр Вселенной и все должны им подчиняться. Наверное, это было их самым большим заблуждением, ведь все люди по-своему прекрасны и уникальны, свободны и вольны. Попытки тотального доминирования одних над другими всегда завершались грандиозным провалом. За аргументами не нужно далеко идти, стоит только вспомнить историю России: Наполеон, Гитлер и многие другие диктаторы, которые пытались подчинить страну, поставить её на колени, не преуспели в этом. Что и требовалось доказать.       Огнева решила приняться за работу: количество нечищенной кухонной утвари за время разговоров с недругами не уменьшилось. К тому же она предположила, что это необходимо для дальнейшего развития сюжета. Вооружившись щёткой и каким-то раствором, стоящим неподалёку в небольшой баночке, она стала усердно тереть ковшики, кастрюли и чугунки, чёрные от копоти, пригоревшего жира и нагара. Нежные руки, не привыкшие к такому усердному и тяжёлому труду, мгновенно устали и покраснели. Кое-где даже образовались небольшие мозоли, заставившие девушку бросить это дело.       Как только блестящий от чистоты предмет упал на пол, из переливающегося тумана вышла та, которая была способна отправить Василису на бал… на встречу с любимым…