Сказочные чудаки

      Марк спрыгнул с коня и небрежно кинул поводья картам. Десятка червей схватила их на лету. Её движения напоминали движения робота — такие же чёткие и ровные. Маришка впилась ногтями в плечо Шляпника и сжалась насколько могла, чтобы казаться меньше и незаметнее. Джон не почувствовал прикосновений девушки, но потихоньку начал остывать. Его блуждающие глаза наткнулись на Ляхтича, который хищно глядел на испуганную Маришку.       Казалось, встреча не сулила ей ничего хорошего. Но ведь рядом находился её мужчина, который был способен на всё ради неё.        — Сейчас мы ему покажем! — Захарра нетерпеливо прыгала на стопке книг, размахивая саблей. — Маар, ты с нами?        — Я бы с удовольствием, но ты посмотри на это, — заяц показал ей свои лапы, которые тряслись, словно он отмахивался от пчёл. — Я прячусь.       Броннер схватил чашку и закрыл ею свою перекошенную от страха морду. Теперь были видны только ходившие ходуном уши. Захарра хихикнула, пробормотав: «Трусишка ты у меня», но после этого вновь насупилась и подготовилась держать оборону печенья, сложенного кучкой на краю стола. Почему она не захотела защищать Маришку? Всё элементарно: теперь Резникова находилась под крылом самого могущественного человека в этой сказке, ведь именно он контролировал всё и являлся хранителем книги, в которую они попали по вине Норта.        — Обманули меня, значит? — Марк взял единственную уцелевшую чашку и повертел её в руках. — Мышка напала, а малышка пропала?        — Кр-р-расиво сказал, — из воздуха раздалось довольное мурлыканье. — Словно по книжке прочитал.        — Хватит слов, ведь чай готов, — Заяц отнял от себя чашку и швырнул её на стол. — Осколки полетели и Марка задели.        — Болтать прекращай, наливай-ка лучше чай, — включилась в игру слов Захарра, кидая кубик сахара в чашку, которую держал в руках Ляхтич.       Маришка молчала. Она с испугом наблюдала за тем, как вокруг глаз Шляпника вместо ярко-персиковых теней стали появляться серые круги. Новый приступ злости?        — Джон… Джонни… — шептала она, касаясь его небрежно уложенных рыжих волос, торчащих из-под шляпы. — Всё в порядке, это только сказка…        — Хватит, — мужчина оттолкнул её руки от себя и вскочил на ноги. — Ребята, я о чём вас просил? Строго следовать сю-же-ту. Мне хотелось, чтобы всё было идеально, но вы всё испортили. Это вас касается, Маркус и Ник. Появись только, пушистый мерзавец, рядом — останешься без хвоста. А вы, молодой человек, вообще не думаете? Есть у вас голова на плечах? Намеренно поранить девушку? Не стыдно? Дам обижают только слабаки, которые ни на что больше не способны. Не хочешь извиниться перед ней?       Джон силой вытянул вперёд себя упиравшуюся Маришку, которая спряталась у него за его спиной в надежде избежать этого. Марк ничуть не смутился. Лишь его руки сжались в кулаки.       Со стороны сцена на поляне выглядела так, словно они собирались драться, чтобы заполучить девушку, как это делали в старину. Впрочем, всё было примерно так, только одному она нужна была целой и невредимой, а другой желал причинить ей боль. Захарра, Маар и невидимый Ник никак не могли вмешаться в их разборки, как и Маришка.        — Ты опоздал, старик. Она принадлежит мне, — нагло ухмыльнулся Марк, радуясь тому, что сумел задеть Шляпника. — Малыш, иди ко мне, иначе госпожа Мортинова и мама будут недовольны. Ну же, не стесняйся.       Парень протянул руки к Резниковой. На его лице сияла самодовольная улыбка. Сюсюкающий голос и противная ухмылка — что может быть неприятнее? Маришка, не раздумывая ни секунды, со всей силы ударила по ладоням Ляхтича. Парень резво их отдёрнул, словно обжёгся.        — Я не твоя вещь, — чётко произнесла она, отступая к Джону, — и не собираюсь идти на поводу у Елены и матери. Твои извинения мне не нужны.        — Хочешь сказать, что ты не вернёшься на Эфлару и останешься наедине с этим безумцем? Это же полнейшая чушь, — рассмеялся парень, откидывая светлую чёлку назад. — Какой смысл в том, чтобы всю свою жизнь провести в пыльной, рваной, испорченной временем книге?       Раньше Маришка и сама бы произнесла подобную речь: всё-таки они с Марком росли при одних условиях и находились под покровительством Елены Мортиновой. Внезапно вспыхнувшее чувство, которое она испытала впервые, кардинально поменяло девушку. Люди, кого она раньше с уверенностью называла нежным словом «друзья», оказались совершенно не теми, с кем Резникова хотела общаться и делить тягости жизни. Её идеалом стал Шляпник. Пусть мужчина временами носит странную одежду и притворяется сумасшедшим, но зато он настоящий, добрый и заботливый. Словом, обладает всеми качествами, которых так не хватает золотому ключнику и его компании.        — Лучше уж провести её так, а не в страхе и боли, — без дрожи в голосе ответила девушка и ещё крепче сжала тёплую ладонь Джона.       Девушка почувствовала знакомый холод. Так происходило всегда, когда останавливалось время. В воздухе повисла тишина, нарушаемая лишь тихим дыханием Шляпника. Мужчина притянул к себе Маришку и, взяв её голову за подбородок, долго и внимательно всматривался в голубые глаза.        — Ты действительно согласна остаться со мной? — после длительной паузы он задал вопрос. — Именно здесь, в книге. Я не смогу покинуть её.        — Да, я согласна. Мне будет сложно проститься с привычным миром, но…       Требовательный поцелуй прервал начатую фразу Резниковой. И на этот раз Шляпник не решился зайти дальше. В его голове крутилось только одно слово. Рано. Маришка же так не считала. Её руки снова попытались пробраться под рубашку мужчины, но опять встретили сопротивление. Джон не позволил ей. Он сжал её запястья и отстранился.        — Нет, — тихо произнёс Шляпник, облизывая губы, пробуя на вкус алый блеск, который каких-то несколько секунд назад ещё был частью макияжа девушки.        — Что «нет»? Почему ты постоянно одёргиваешь меня? — искренне не понимала Резникова.        — Какая же ты ещё глупенькая, Мариша, — улыбнулся ей мужчина, наслаждаясь вишнёвым послевкусием. — Не хочу возвращаться к этой теме. Мне кажется, я недавно всё тебе объяснил.       Девушка надулась и замолчала. Он снова заставил её подчиниться. «Ты умеешь только дразнить… Как будто сложно понять, что я готова? Что мне уже мало поцелуев? Что хочется большего?», — подумала Резникова. Хранитель книги лишь усмехнулся и коснулся губами её лба.        — Когда же ты запомнишь, что я умею читать мысли? Мне нравится твой настрой, — Шляпник подмигнул смутившейся девушке. — И да, я не дразню тебя, Мариша. Просто мне нравится тебя целовать.

***

      Поляна, на которой проходило чаепитие, осталась далеко позади. Ко всем, кто находился за столом, вернулось их время. Марк, запрыгнув на коня, отправился со своими картами в замок Красной Королевы, ругаясь сквозь зубы. Остальные продолжили пить чай, наслаждаясь его ароматом и беседуя обо всём.       Шляпник и Маришка шли, держась за руки. Их окружал лес, а вернее то, что от него осталось. У девушки появилось ощущение, словно они попали в царство мёртвых. Сухие деревья, раскинув свои голые ветви, скрипели от любого дуновения ветра, даже самого слабого. Казалось, стоит только подойти к любому из них и коснуться коры мизинцем — оно упадёт с громким треском. Из-за густого тумана можно было видеть объекты лишь на расстоянии вытянутой руки.       Но во всём были свои плюсы. Опавшая листва под их ногами тихо шуршала, никого из эфларцев не было ни видно, ни слышно. Поэтому можно было спокойно поговорить по душам и не переживать из-за того, что кто-то может подслушивать.        — Тебе нравится жить в этой книге? — после молчания, которое длилось долгое время, спросила Маришка.        — Да. Никто не обзывает, не дёргает. Сиди и наслаждайся жизнью, — протянул Шляпник, прикрыв глаза. Да, ему определённо нравилось быть Хранителем книги. Нет ни забот, ни работы.        — Ты никогда не задумывался о том, чтобы покинуть её и перейти в… другой мир? — Резникова остановилась, ожидая услышать ответ. Ей он был очень важен.       Джон замер и обернулся к девушке. Она прятала замёрзшие от волнения руки в складках платья и озадаченно смотрела на него. Мужчина протянул ей свои ладони, которые почему-то всегда были очень тёплыми, предлагая согреть её. Маришка с благодарностью приняла его предложение.        — Задумывался. И много раз. После того, как я стал Хранителем этой книги сказок, многое поменялось во мне. Я осознал, что жизнь среди людей не так уж и плоха, если найти хороших друзей. Но если бы было так просто вернуться на Землю… Осталу, — внёс поправку мужчина, заметив вопросительный взгляд Маришки. — То волшебное животное, которое и сделало меня Шляпником, просто испарилось. Я звал его, просил вернуть меня назад, но безуспешно. В мою голову приходили способы, как выбраться из книги самостоятельно, но ни один из них не сработал. Мне не хватало общения с настоящими людьми, вот тогда я и придумал эту игру, аттракцион, постановку… Называй, как хочешь. Вы не первые, кто попал ко мне. До этого здесь гостили несколько маленьких детей с Осталы, молодые часовщики с Эфлары, которые тоже нашли мою книгу в библиотеке.       Джон впервые кому-то рассказал эту историю. До того, как эфларцы угодили в его ловушку, мужчина ни с кем не общался так тесно, как с Резниковой. Он доверился ей, хотя они были знакомы всего пару дней.        — И, Мариша, я хотел бы извиниться за то, что довёл тебя до слёз перед тем, как вернуть всех, — Джон провёл тыльной стороной ладони по щеке девушки, заметив, как та порозовела. — Я был не прав. Возможно, у нас с тобой и есть надежда на будущее. Прости, что сомневался в тебе.       Блондинка улыбнулась и, встав на носочки, чтобы приблизиться к лицу мужчины, прошептала:        — Извинения приняты, — и потом с милой улыбкой, на которую способны только девушки, прошептала: — Я замёрзла.       Шляпник заключил её в нежные объятия. Вот оно, счастье. И им ничего больше не было нужно, как вдруг за их спинами раздалось конское ржание и такой знакомый лязг доспехов…