Сказочные чудаки

      Это чем-то напомнило Маришке её садовый забег: Чеширский Кот, подобно Белому Кролику, летел вперёд, даже не оглядываясь, чтобы проверить, успевает ли за ним девушка. А она как раз не успевала. Лихорадочно размахивая руками, чтобы никакая ветка не ударила её по лицу, Резникова бежала за маячившим впереди пушистым хвостом, чудом уворачиваясь от всех препятствий.        — Ник! — кричала она, периодически останавливаясь, чтобы восстановить дыхание.       Но её голос терялся среди звуков леса: щебета птиц, хруста веток под ногами и уханья старых сов, недовольных тем, что в их тихом лесу кто-то шумел. Одна даже швырнула в девушку большую шишку и метко попала в макушку, мол, хватить голосить. Маришка потёрла место удара и не увидела впереди себя светящегося маячка, до этого вилявшего из стороны в сторону.        — Ник! Ник! Вернись! Я, кажется, потерялась… — тихо закончила она.       Наглый кот и не собирался возвращаться. Резникова ни увидела его шерсти, ни услышала протяжного «мяу».        — Сама виновата. Зачасовала на свою голову, — ругалась Маришка, присев на поваленное дерево. — Сколько лет это было назад? Мог бы и простить, что уж тут…       Эх, глупенькая, разве можно простить человека, попытавшегося целенаправленно убить тебя? Вот и Лазарев не смог. Резникова для него была, можно сказать, врагом номер один. Сколько нервов она испортила всем членам Ордена Дружбы, начиная от Василисы и заканчивая им, Ником! А ведь нервные клетки не восстанавливаются даже в часовом мире.       О да, месть сладка. Так думал Лазарев, свернувшись в клубок на ветви высокого дерева и сквозь полузакрытые веки смотря на растерянную девушку. Ник намеренно быстро улетел вперёд, чтобы заставить свою давнюю обидчицу немного пострадать, ведь в этом лесу заблудиться было проще простого. Оставалось только спрятаться где-нибудь, чтобы светящаяся шерсть не бросалась в глаза, и всё, бесхитростный план вступил в действие. Одной из способностей его героя была возможность стать невидимым, чем он и воспользовался. Можно было наслаждаться зрелищем. Но кот даже не предполагал, каким именно.       Маришка всё продолжала сидеть мокрой коре, даже не заботясь о том, что её светлое платье испачкается. Оно и так было всё заляпано грязью, облеплено паутиной и сухими хвоинками. Разве кого-то волнует внешний вид в подобных ситуациях? Нет. Скорее всего, человек задумывается о том, как выбраться из едва знакомого леса, не заплутав там ещё больше. Девушка обхватила руками голову. Вокруг темнота, отовсюду раздаются страшные звуки… Даже самый храбрый мужчина испугался бы, если бы его поставили на её место. Хрупкая девичья психика не выдержала. Маришка искренне заплакала, растирая по лицу остатки лёгкого макияжа. В кармане она нащупала тот пряник, который она нашла в комнате с дверями. «Терять больше нечего,» — подумала девушка и откусила от него небольшой кусочек. Знакомые ощущения — и все деревья, окружавшие её, стали уменьшаться, а платье — не просто облегать, а сильно сдавливать её тело.        — Почему именно я должна страдать? — шептала она, захлёбываясь слезами. — Предательство людей, некогда бывших моими друзьями, нападение животного, жестокость Марка, многочисленные падения… Джон, почему ты не рядом со мной?       Неожиданно чьи-то тёплые ладони легли на её плечи. Девушка вздрогнула, испугавшись, что Марк снова нашёл её и продолжит издеваться. Но, распахнув глаза, красные от слёз, Маришка увидела, что перед ней на корточках сидел Шляпник и ободряюще улыбался. На нём был всё тот же костюм безумного, в котором он впервые появился перед ребятами. Щелчок — и в воздухе появился светящийся шар. Теперь Резникова могла разглядеть каждую морщинку на его лице, тщательно замазанную белым гримом. Невольно её взгляд остановился на губах, ставших родными за то время, что они были вместе, и девушка не смогла отказать себе. Поцелуй без языка, нежный и робкий. Именно подобная близость должна цениться парами, ведь только такой поцелуй является прямым доказательством чистой любви, в основе которой лежит не желание удовлетворить свою естественную потребность, а высокие чувства.        — Давно не виделись… — выдохнула Маришка, вытерев последние слёзы.        — Наоборот. Мы только недавно расстались, — беззаботно рассмеялся мужчина. — Заблудилась, путница?        — Эй, не называй меня так, — шутливо толкнула его Резникова, счастливо улыбнувшись. — Да, кот убежал куда-то, а меня не подождал.        — И ты сразу в слёзы, — с укором произнёс Шляпник и сжал её тонкую ладошку. — Какие у тебя холодные пальцы. Паниковала? Конечно, неловко это говорить девушке, но… Ох, ну и видок у тебя.       Мужчина придирчиво осмотрел смутившуюся Маришку и неодобрительно покачал головой. Из внутреннего кармана плаща он достал маленький пузырёк, подобный тому, что Резникова выпила в комнате с дверьми, чтобы уменьшиться. Но на этот раз там была другая жидкость — густая, ультрамаринового цвета, приятно пахнущая чем-то, отдалённо напоминавшим корицу. Одной капли оказалось достаточно, чтобы ссадина, бледнея, начала затягиваться. Девушка прикрыла глаза буквально на мгновение, но, взглянув на повреждённое колено, не обнаружила там ничего, кроме гладкой кожи.        — Нравится? Прихватил с собой из другой сказки, — улыбнулся Шляпник и вылечил второе колено. — А порезы, оставленные Брандашмыгом, я, увы, не уберу. Они тебе ещё понадобятся.        — Кем-кем? — переспросила Резникова.        — Брандашмыгом, — услужливо повторил мужчина, оборачивая тонкой прохладной тканью поражённый участок руки. — Потерпишь?        — Придётся, — кивнула Маришка и наклонилась к сосредоточенному мужчине.       Джон почувствовал её тёплое дыхание, которое опаляло его лоб, и поднял голову, чтобы встретиться с ней взглядами. Искусно отделанная шляпа не удержалась на его голове и отлетела в ближайшие кусты. Но Шляпнику было на это всё равно. Он всматривался в ярко-голубые глаза, обладательница которых влюблённо смотрела на него. Мужчина протянул пальцы к её лицу и смахнул одинокую слезинку, блестящую при свете луны. «Испугалась, наверное, когда потерялась. Глупенькая, я бы бросил все дела и отдал бы всё, чтобы спасти тебя…» — Джон хотел это произнести вслух, но слова затерялись в потоке его мыслей. Он не выдержал первым. Его ладони обхватили голову девушки, а губы накрыли её губы.       «Какие кадры…» — ахал Ник, вытягивая шею, чтобы увидеть больше подробностей. Он делал это непроизвольно. Лазарев не был в восторге от того, что попал на эдакое «шоу романтиков». Но почему бы не воспользоваться моментом и не накопить чуть-чуть опыта? «А он её… А она его… Хи-хи-хи…» — тихо хихикал парень, прикрыв свою фирменную улыбку лапкой. Ему даже и не приходило в голову, что можно так увлечённо целоваться.       Но коту стало не до смеха, когда Шляпник, разорвав поцелуй, взглянул на ветку, где расположился случайный зритель, и недовольно нахмурил брови. Щелчок пальцев (о, после этого звука можно было ожидать всё, что угодно) — и раздался хруст ломающейся древесины. По лесу пронеслось громкое «МЯУ!», прекратившееся после глухого удара о землю. Маришка с недоумением взглянула на Джона.        — Что это было?        — Да так, нужно было проучить кое-кого, — ухмыльнулся мужчина и встал на ноги. — А тебя нужно принарядить. Не представляю, что ты делала с этим платьем…       Шляпник, как истинный джентльмен, подал руку девушке и помог ей встать с поваленного дерева. Щелчок, ставший привычным для неё, — и на ней было уже другое платье. Светло-голубая ткань не облегала её фигуру, но пышные складки, образуемые поблёскивающей материей, выглядели нарядно и довольно современно. Среди них был запрятан потайной карман. Резникова, засунув туда руку, обнаружила пирожок, прихваченный в комнате с дверями. Она всё ещё была уверена в том, что он когда-нибудь пригодится.        — Готова идти на чаепитие? Обещаю, там будет много вкусных угощений, — подмигнул ей повеселевший мужчина и повёл Маришку через страшный лес.       Девушка чувствовала себя в безопасности, находясь рядом с Джоном. Он, в отличии от Рока и Ника, шёл медленно и постоянно оглядывался, контролируя каждый её шаг, ведь вокруг них было очень много опасностей: глубокие ямы, в которых не было видно дна; корни деревьев, наполовину торчавшие из-под земли; ловушки для зверей, наставленные неизвестно когда и кем. Удивительно, что Маришка не угодила в них, когда гналась за Лазаревым. Но теперь лес не пугал её, потому что рядом находился тот, кто смог бы защитить её.       Раздвинув ветви старой ели, мужчина вышел из чащи и потянул за собой Резникову. Было очень туманно. Они вышли на поляну. Там стояла одинокая мельница. Её лопасти были поломаны. Вся атмосфера этого места наводило тоску. Не прибавлял радости и большой стол, накрытый светлой скатертью. На нём стояла старая, побитая, потрёпанная временем посуда. От сладостей осталось только название: они не были пригодны к употреблению. С первого взгляда Маришке показалось, что время на поляне остановилось. Не было ни звука. Даже ветер словно огибал место для чаепития. Но как только Резникова ступила на мягкую траву, ещё влажную от утренней росы, ей в лицо подул поток чистого полевого воздуха, наполненного ароматами душистых трав. Шляпник достал часы из нагрудного кармана и с удовольствием произнёс:        — Ты вернулась, Алиса. Добро пожаловать.       Мужчина подал Маришке руку и повёл к столу. За ним уже кто-то сидел. Первым ей бросился в глаза заяц или существо, чем-то похожее на него. Его жёлтые глаза были выпучены и смотрели в разные стороны. Два кривых зуба торчали из полуоткрытого рта. При виде Резниковой он схватился за свои уши и потянул их вниз, став ещё страшнее, чем был. Девушка крепко вцепилась в рукав Шляпника.        — Боишься? — улыбнулся Джон и нежно провёл свободной ладонью по её напряжённой руке. — Успокойся, это мои друзья. Знакомься: Мартовский Заяц и мышь Соня. Пока что только они. Скоро придёт ещё один. Подлый предатель…       Последние слова он процедил сквозь зубы. Маришке даже не могло прийти в голову, что её добродушный Джон может быть настолько зол. «А где Захарра?» — Резникова осмотрела все стулья. На одним из них лежала огромная стопка книг. На её вершине прыгала мышь в розовом платье и размахивала острой шпагой. На её поясе висело что-то круглое, обёрнутое в сетку. Когда девушка поняла, что именно там было, её передёрнуло от отвращения. Это был чей-то глаз…        — Фи… — лишь тихо протянула она, подавив рвотный рефлекс.        — Какая она Алиса? Ты чего, с ума сошёл? — мышь покрутила лапой у виска. — Забыл, что ли, что это наша Резникова? Ну, как наша…        — Я всё помню, а кто-то забыл, как правильно нужно себя вести, — парировал Джон, бросив недовольный взгляд в её сторону. — Давай сверим часы, зай.       Маришка подумала, что он обратился к ней и хотела уже поинтересоваться, откуда ей знать, который час, но потом заметила, что взгляд мужчины был устремлён совсем не на неё. Он внимательно глядел на зайца, который своими трясущимися лапами разгребал битые чашки, осколки которых валялись по всему столу. Остатки съедобных пирожных были перевёрнуты и выглядели совсем не аппетитно. Шляпник достал из нагрудного кармана часы и довольно произнёс:        — Пошли, родимые, — а потом вполголоса кинул растерянному зайцу, который так и не нашёл их. — Сколько раз ещё повторять: в чайнике.        — Спасибо, о всевидящий, — знакомым голосом съязвил он и засунул лапу в душистый напиток. — Так, где же они… Нашёл! Я нашёл их! Тикают!       Маришка попыталась вспомнить, где же она слышала его. Внезапная догадка заставила девушку улыбнуться, ведь этого сумасшедшего зайца играл Маар — ученик Чёрной Королевы и по совместительству главный шутник в Ордене Дружбы. Почему же улыбнуться? Всё просто. В памяти Резниковой всплыло множество смешных моментов, связанных с ним. Броннер был чуть ли не причиной каждого интересного происшествия, когда компании (ОД и Марка) пересекались. Чего стоили только подарки, вручённые им и Василисой на празднике Огневым. Конечно, Маришке пришлось изобразить злость и сочувствовать своим друзьям, но вид Норта, визжащего от ужаса и бегущего от стаи летучих мышей в одних лишь шортах, вызвал у неё смех. Пусть Маар и не входил в круг её общения, а являлся одним из врагов, девушка порой восхищалась его изобретательностью.       В этой сказке ему достался Мартовский Заяц. Парень вжился в эту роль и всяко старался изобразить из себя безумца. Даже изменял свой голос: то говорил очень высоко, переходя на ультразвук, то низко. Шляпник был им доволен: вот он, лучший актёр из всей компании эфларцев, попавших в его книгу.        — Миледи, не поделитесь несколькими кубиками сахара? — игриво улыбнувшись, Маар протянул чашку Захарре. Из-за кривых зубов это было больше похоже на дьявольский оскал.        — Перестань так страшно ухмыляться, я сама чуть вместо сахара туда не упала, — недовольно проворчала девушка, но закинула в подставленную чашку пару кусочков.        — О, я уверяю тебя, чай бы был всё равно сладким, — открыто флиртовал Броннер, наливая себе горячую жидкость, откуда недавно достал часы.        — Да брось, — мгновенно повеселела Драгоций, мило хихикая.        — И ты вправду собираешься это пить? — с отвращением произнесла Маришка, указывая на его чашку. — Твои лапы побывали там…       Маар махнул облезшей лапой и сделал глоток. На его морде появилась удовлетворённая улыбка. Видимо, ничего не смогло испортить чудесный вкус сладкого чая с мятой и пряностями.        — А мне найдётся чашечка? Броннер уж больно соблазнительно его пьёт, — из пустоты раздался тихий голос.        — Найдётся, но только не для тебя, вредный пушистый мерзавец, — Шляпник стукнул кулаком по столу и вскочил на ноги. Его глаза горели, и это не предвещало ничего хорошего.       Неизвестно, что бы разъярённый Джон сделал бы с Ником, так нагло предавшем Маришку, если бы не топот копыт, раздавшийся вдалеке. Маар сжался в комок и закрыл глаза ушами, пробормотав: «Беда-а-а…». Захарра с вызовом взглянула в сторону, откуда шёл звук, сжав в маленькой лапке саблю. Маришка знала, что с минуты на минуту на этой поляне появится Марк, который, наверное, желал завершить начатое. Но что ей нужно было сделать?        — Джон. Джо-о-он! — девушка пыталась докричаться до мужчины, но тот ей не отвечал.       Он делал глубокие вздохи и долго выдыхал, пытаясь успокоиться. Ему не нужны были проблемы, а неконтролируемая злость могла привести к неприятным последствиям. Например, к смерти непослушных эфларцев или к сильным побоям. Поэтому Шляпник не успел спрятать девушку, уменьшив её до размера маленькой куклы. А Марк в сопровождении карт уже подошёл к столу и хищно смотрел на растерянную Маришку.