Сказочные чудаки

      Маришка, перепрыгивая через ступеньку, бежала летела вниз. На высоких каблуках это было небезопасно: она пару раз оступалась, падала на колени, больно ударяясь о каменный пол замка. Почему же девушка так торопилась? Дело в том, что цилиндр Шляпника был оставлен у ворот, ведущих к выходу из зелёного парка Королевы. Любое существо могло его украсть, даже не почувствовав угрызений совести. Конечно, можно было попросить самого обладателя шляпы щёлкнуть пару раз пальцами, и проблем бы не было. Но Маришка хотела принести её сама, без посторонней помощи.       И вот она, запыхавшись, вышла в небольшой королевский сад, где Ирацибета любила играть в крокет. Сейчас он был абсолютно пуст. Невысокие деревья тихо шелестели листвой. На лепестках алых роз, так горячо любимых Красной Королевой, блестели капельки росы. Вышедшее из-за туч солнце своими тёплыми лучами согревало остывшую землю. Маришка остановилась и, блаженно прикрыв глаза, присела на мягкую траву. После постоянного мрака, тумана и холода она так мечтала об этом. Но удовольствие продлилось лишь пару мгновений: кто бы что ни говорил, девушка была очень ответственной. Резникова, попрощавшись с гостеприимным местом, продолжила свой путь.       Создавалось ощущение, словно солнце светило только над дворцом: стоило только Маришке выйти за ворота, как стало в разы холоднее и темнее. Подняв голову вверх, она взглянула на небо. Так всё и было. Как раз над заострёнными шпилями в форме сердец был просвет в серых тучах. «Интересно, как можно управлять погодой?» — мысленно спросила Маришка у невидимого собеседника, понимая, что ответа она не получит.       Пройдя чуть дальше, Резникова радостно захлопала в ладоши: цилиндр Шляпника лежал ровно там, где его оставили — в корнях низенького колючего куста. Неудивительно, что никто не позарился на него: вряд ли нашёлся бы любитель чего поострее, и я говорю сейчас не про перец чили. Длинные шипы, которые покрывали все ветви растения, выглядели очень устрашающе и были окрашены в алый цвет. Возможно, это был намёк на то, что стоит только сделать одно неловкое движение — и красные капли крови окропят его ярко-зелёную листву.       Маришка не знала выражения «Риск — благородное дело», но в её голове пронеслось что-то похожее. Она затаила дыхание и резким движением вытащила шляпу из-под растения. «Скоростная» стратегия была проигрышной: в следующую же секунду девушка взвизгнула от боли и свободной рукой сжала указательный палец другой. Неглубокий прокол кожи. Вроде бы ничего страшного, верно? Но куст был ядовит. Даже простое прикосновение к блестящему на солнце листу могло бы привести к смерти или к сильному отравлению.

***

      Шляпник послушно стоял в одном из коридоров замка, привалившись спиной к стене. Он не знал, за чем убежала девушка. «Может, что-то забыла? Например, букетик цветов, который составила по пути», — хмыкнул Джон, скрестив руки на груди.       Секунды бежали, складываясь в минуты. Полчаса. Маришка до сих пор не пришла. Тут даже самый эгоистичный и бессердечный человек начнёт переживать или хотя бы задумается о причине долгого отсутствия. Что уж и говорить о Шляпнике. Мужчина мерил шагами коридор. Алые обои, ковёр и шторы уже начинали его раздражать.        — Где же она? — рассерженно пробормотал мужчина и выглянул из окна.       Никого не было видно. Словно Маришка… испарилась?

***

      Первым, что увидел Ярис, открыв глаза, были две довольно симпатичные собачьи лапы. Парень раздосадовано промычал, но у него получился скулёж волка, который ночью пришёл к обрыву, чтобы найти успокоение в разговоре с луной. С героем, который достался, ему не повезло третий раз подряд: крыса, роза, собака… Что хорошего в том, что ты изображаешь старого пса, которого к тому же одолевают блохи?       Вдали кто-то тихо говорил. Чаклош, услышав человеческую речь, подкрался ближе и спрятался за пышным зелёным кустом. «Снова Марк ругается с Маришкой… Стоп, а почему она такая маленькая?» — удивился парень. Ляхтич и девушка отошли в сторону, поэтому дальше Ярис ничего не видел из-за густой листвы.       Когда раздался топот лошадиных копыт, парень выглянул из своего прикрытия. Поляна была пуста.        — А где Маришка? Шляпник же говорил, что я встречу её здесь. Или Марк опять нарушает правила? — пробормотал Чаклош, вставая на задние лапы, чтобы осмотреться. Для очистки совести он прокричал: — Резникова? Ты здесь?       Никто не отозвался. Парень сделал логичный вывод о том, что её увёз с собой Марк. Получается, из-за того, что Ляхтич изменил эту ветку сюжета, Ярису придётся импровизировать?       Вы когда-нибудь видели милую собаку с длинными ушами, которая ругается отборным матом? Нет? Тогда сожалею о том, что вы пропустили это необычное зрелище, длившееся несколько секунд. Вечно спокойный Чаклош ещё не простил своего друга (а друга ли теперь?) за крысиную битву, произошедшую в сказке про Огнежарушку, вот и не смог скрыть свои эмоции и дал Марку несколько красочных определений. Все инструкции, которые Джон давал ему, потеряли всякий смысл. Что ему теперь нужно было делать?

***

      Кто-то мягко дотронулся до ладони Дианы. Девушка машинально отдёрнула руку и приоткрыла один глаз. Её окружала знакомая обстановка: придворные фрейлины с обеспокоенными лицами смотрели на неё, как на самое дорогое, что у них было.        — Что-то случилось? — спросила их Диана, потягиваясь. Сложный день дал о себе знать: девушка только сейчас почувствовала, как сильно устала.        — Ваше Величество, мы очень испугались за вас, — пролепетала одна из дам, обмахивая веером Фрезер.        — Величество? Получается, я королева? — сначала удивилась фея, но потом вспомнила «инструктаж», проведённый Хранителем. — Ах, да, Шляпник же что-то такое говорил…       Диана с самого детства находилась при дворе. Она училась у Диары Делш. Опытная фея преподавала не только основы часодейства, но и этикет. Девушке очень нравилась учительница. Их отношения были скорее дружескими, чем деловыми. Госпожа Делш в своё время заменила Диане мать, заботилась о ней, и фея была очень ей благодарна.       Фрезер любила все придворные дела. Ей нравилось присутствовать на встречах, которые организовывала Лисса, слушать её мягкую речь и выполнять приказы. И вот она сама стала Королевой. Что же девушка чувствовала? Очень большую ответственность за своих подданных.       Чрезмерное внимание фрейлин Диане не очень нравилось. Она мечтала о том, чтобы кто-то или что-то её спасло. Девушка стряхнула невидимые пылинки с белоснежного платья, усыпанного бриллиантами, в очередной раз восхитившись тонкой работой и невзначай подумав, во сколько бы обошёлся такой наряд на Эфларе. Придворные суетились вокруг неё, предлагали мягкий платок, чтобы смахнуть со лба ещё не выступивший пот, белые перчатки, чтобы согреть ещё не замерзшие ладони.        — Нет, что вы, мне не нужно… — постоянно повторяла фея.        — Королева, стало ветрено. Может, вы накинете платок, чтобы не простыть? — очередная придворная дама приблизилась к Диане, держа в руках тёплую шаль.       Но ответить Фрезер не успела. Вдали показалась тёмная точка, которая, увеличиваясь, быстро приближалась. Девушка мгновенно воспрянула духом и побежала навстречу неизвестному существу, совершенно забыв про высокие каблуки, которыми наградил её Шляпник. Обернувшись, она помахала рукой недоумевающим фрейлинам:        — Идите во дворец, я скоро приду.       Диана уже смогла различить, что за существо к ней приближалось. Его выдавали длинные уши и виляющий хвост. К девушке вприпрыжку мчалась милая собака. Фрезер обожала животных, поэтому, совершенно не задумываясь о полюбившемся платье, упала на колени рядом с запыхавшимся псом и запустила ладонь в его жёсткую шерсть.        — Какая прекрасная собака, — прошептала фея и оставила тёплый поцелуй на влажном носу пса.        — М-м-м, как приятно… — Диана вздрогнула, услышав голос, обладателя которого ненавидела больше всего на свете.        — Где ты? — всё тело девушки напряглось, кулаки сжались: она была готова дать отпор. — Выходи.       Собака встала на задние лапы и, весело виляя хвостом, довольным голосом Яриса произнесла:        — Погладь меня ещё, моя Королева, доставь мне удовольствие, вуф-вуф.        — Плохо у тебя получается изображать собачий лай… — недовольно пробормотала фея, стараясь не замечать пошлых намёков.       Она была очень зла на Шляпника за то, что он снова попытался сблизить их, дав персонажей, которые обязательно должны тесно взаимодействовать. Как Хранитель не может понять, что человека очень сложно простить даже после грубых слов. А если речь идёт о зачасовании и желании убить… Допустим, Ярис встал бы на колени и целовал руки Дианы, чтобы она его извинила. Но ответ девушки был бы категоричен — нет.        — Ди, может, перестанешь дуться на меня? - примирительным тоном сказал Чаклош и растянулся у ног девушки. - Лучше отбрось ненависть и почеши моё пузико.        — Нет. Нет. И ещё раз нет, — жёстко сказала Фрезер и отвернулась от собаки с висячими ушами. — Я пойду во дворец. А ты не смей идти за мной.

***

      Маришка очнулась от сильной головной боли. Её ладони всё ещё сжимали шляпу. Девушка попыталась приподняться и осмотреться, желая увидеть обладателя цилиндра. Но сильные руки мягко толкнули её обратно на пружинящую кровать с алыми простынями.        — Не вставай, — послышался строгий голос.       Было видно, что Шляпник не в духе. Его жёлтые глаза имели красный оттенок и не по-хорошему блестели. Мужчина контролировал себя, чтобы не отчитать Резникову за опрометчивый поступок. Его останавливало только одно. Чтобы решиться на подобный риск, чувство любви должно быть сильнее страха и здравого смысла. Безусловно, ему, как и любому человеку, было очень приятно знать, что девушка так ценит его, но ведь и инстинкт самосохранения нужно тоже иметь.        — Это твоё, — слабым голосом произнесла Резникова и протянула шляпу её обладателю. — Извини, что так получилось, я…        — Тс-с, — приложил палец к губам мужчина. — Достаточно слов.       Он провёл по своим рыжим волосам ладонью, вернув выбившиеся прядки на место, и надел шляпу.        — Не оправдывайся. В следующий раз лучше подойди ко мне и всё расскажи, а не лезь туда, куда тебя не просят, — довольно жёстко начал Шляпник, но потом, заметив слёзы, выступившие на глазах покрасневшей девушки, мягко продолжил. — Ну же, Мариша… Ты же понимаешь, что я прав. Перестань реветь и соберись.       Мужчина нежно сжал холодную ладонь блондинки. Резникова не сдержалась. Несколько громких всхлипов разрушили идеальную тишину, повисшую в комнате. Шляпник шёпотом выругался, обозвав себя идиотом, и лёг рядом с девушкой.        — Малыш, ты не в чём не виновата, не плачь, — ласково произнёс он и прижал к себе дрожащую Маришку.       Женские слёзы... Нет оружия сильнее против мужской злости. Вот и Шляпник не стал исключением. Огонь, полыхавший внутри, погас, уступив место беспокойству. Резникова стиснула в руках края его плаща и уткнулась лицом в рубашку, от которой приятно пахло одеколоном. Её макияж потёк, и белая ткань местами окрасилась в серый. Девушка была эмоционально истощена. Несколько сказок, в которых она участвовала, и случай с ядовитым кустом сказались на её самочувствии. Нехорошие мысли прокрались в её голову, и Резникова решила поделиться ими с мужчиной. Но чуть позже.       В руках Шляпника появилось полотенце, смоченное тёплой водой. Мужчина мягко отстранил от себя Маришку и осторожными движениями начал убирать остатки туши и теней.        — Вот, так лучше, — прошептал он и напоследок провёл ладонью по влажной щеке и оставил лёгкий поцелуй на губах девушки.        — Спасибо, — улыбнулась ему Резникова. — Прости меня за испачканную рубашку…        — Который раз ты уже извиняешься за сегодня? — рассмеялся мужчина и одним щелчком пальца исправил это. — Видишь, это совсем не проблема. Как твоё самочувствие?        — Сильно болит голова… — протянула Маришка и снова расположилась на его груди. — Я подумала и решила... В общем, я не хочу больше быть Алисой. Я устала.