Долгая дорога домой

      После поражения под Остагаром цены взлетели до небес. Повозки стоили так, будто они золотые, а лошадь купить было невозможно. Наш банн ушел с Логейном, взяв с собой весь гарнизон и даже не попытавшись защитить мирное население. Своя задница ему всяко дороже. Как из ниоткуда появились разбойники и беженцы с дальних ферм. Там еще с начала весны было неспокойно, но пока армия защищала нас, люди крепились. Теперь они потеряли надежду и спешили спрятаться за стенами города. Во всей этой дерьмовой ситуации только храмовники остались защищать деревню. Вот не ожидал от них.       Я пошел на рынок закупиться всякой мелочевкой перед осадой. Гаррет говорил, что Полкан уже добрался до Карвера, и они двигаются к нам. Они должны были подойти в течение недели.       У мерзавца Гэлла опять собрался народ под предводительством сестры Мэйв, дуры возвышенной. Гэлл, конечно, та еще сволочь, но если его раскулачить, по Лотерингу прокатится волна погромов. Я встряхнулся и быстро двинулся к эпицентру ссоры, пока не полыхнуло. Около торговца обнаружились парень в добротном доспехе (как пить дать, охранник), чокнутый кунари (какой больной ублюдок выпустил его из клетки?!), сестра Лелиана и хасиндка. Нет, не так: девица в хасинском прикиде, на ее одежде были вышиты взаимоисключающие знаки. Гаррет стоял перед торговцем и что-то тихо втолковывал ему.       — Брат, чего ты хочешь от этого мешка с дерьмом? — я обнял его за плечи, перевел взгляд на Гэлла и угрожающе ему улыбнулся. — Зубы во рту лишние?       — Да Создатель меня убережет связываться с Хоуками! — открестился Гэлл, отступая на шаг. — Парень, ты бы сразу сказал, что ты с ними!       И только тут я заглянул в лицо «Гаррету». Это был совершенно незнакомый мне парень — черные волосы как у старшего торчали во все стороны, но лицом больше похожий на Карвера. И это вежливое удивление на лице…       — Проблемы, Диркан? — а вот и сам Гаррет.       — Нет. Пойдем-ка, — все также обнимая парня за плечи, я повел его подальше от толпы. Он нервным жестом передернул плечами, сбрасывая руку. «Хасиндка», кунари, Лелиана и неплохо вооруженный парень двинулись за нами.       — Ты кто такой? — мы остановились в переулке. Гаррет за их спинами чуть заметно кивнул мне. Прекрасно, он меня прикрывает.       — Мое имя Дайлен Амелл, — донельзя официальным тоном сказал он, одергивая одежду. — Позвольте поинтересоваться вашим именем и званием?       Амелл. А ведь это девичья фамилия тетушки. М-да, ситуация.       Бытующее в Ферелдене и Вольной Марке — а дядя и тетя были единодушны в этом вопросе — отношение к родной крови требовало оказать всестороннюю помощь и поддержку даже «вашей семиюродной бабушке троюродному племяннику» — и тетя Лиандра очень расстроится, если я не приволоку домой на опознание этого «Амелла».       Я смерил парня сомневающимся взглядом.       Не-а. Не поймет меня тетя, если я это чудо в перьях домой не приведу. Вот совершенно точно — не поймет и обидится.       Ладно, чего уж там, не объест же он нас, на самом-то деле!       — Это ты красиво закрутил. Я Диркан Хоук. А скажи-ка, друг, у тебя мама в Вольной Марке не была случаем?       Парень растерялся.       — Совершенно верно, там место ее рождения. Настоящее место ее пребывания я не имею возможности узнать, если вас это интересует.       Я повел головой, переводя сказанное на нормальный язык. Что же он так фразочки-то заворачивает?       — А ну-ка повернись! — подал голос Гаррет.       Амелл послушно развернулся. Брат секунд пять придирчиво изучал его. Потом посмотрел мне в глаза.       — Думаешь, родня?       Я пожал плечами.       — Я его за тебя со спины принял. Давай узнаем у, — я кинул взгляд на внимательно слушающего предполагаемого родственника, — мамы. Ее зовут Лиандра Амелл.       И тут Амелл аж подскочил.       — Лиандру? Дочь Аристида Амелла? — и такая надежда прозвучала в голосе…       Я улыбнулся и хлопнул его по плечу.       — А вот сейчас и спросим. Я настолько семейной историей не увлекался.       Дайлен Амелл действительно оказался нам родней. Троюродным братом, если быть точным. У парня в возрасте пяти лет проснулся магический дар, и его сдали в Круг. Еще и денег, видимо, приплатили, чтобы в родном городе не мелькал. Своих спутников он представил скупо: по именам. Псевдохасиндку звали Морриган, рыжего воина — Алистер, а кунари — Стэн.       Амелл сидел за столом и взирал на тетю Лиандру с таким благоговением, как храмовник на возрожденную Андрасте. Тетя Лиандра смотрела на него с умилением.       — Ты так похож на Дамиана. Это твой родной дядя, — пояснила она. Дайлен светло улыбнулся. — Как ты… хотя и так понятно. Маги же участвовали в битве. Ты возвращаешься в Круг?       Морриган ехидно фыркнула, но промолчала. У Дайлена в глазах появилось затравленно-потерянное выражение.       — Настоятельно рекомендую вам покинуть Лотеринг, — тихо попросил он. Его тон абсолютно не вязался с казенным слогом, которым изъяснялся новоиспеченный кузен. Впрочем, из всей их компании нормально говорили только Алистер и Лелиана. — Порождения тьмы в скором времени закончат принимать в пищу трупы королевской армии и прибудут в поселок. Будет много жертв.       — Думаешь, город не выстоит? — почесал щетину Гаррет.       — Я абсолютно в этом уверен. На Остагаре лежала семилевельная плетенка с уровневыми закладками по кладке камня и все равно эмиссары срывали цепь, — судя по всему, эта белиберда имела какой-то смысл.       Гаррет задумался.       — Семилевельная это такая… слоями?       Дайлен с сомнением покачал головой.       — Это очень неточное определение… Остановись! Ты маг?       Брат фыркнул и зажег на ладони огонек.       — Пойдем поговорим об этом.       Дайлен просиял.       — Эй, не забудьте меня! — Бетани улыбнулась и тоже зажгла огонек.       Господа маги встали и, радостно трындя о полях, связях, нитях и прочем, поднялись наверх. Я проводил их взглядом.       — Он всегда такой? — обратился я к Алистеру.       — О, это ты еще не видел, как он удивлялся, что на его одежде грязь не исчезает!       Я склонил голову набок.       — А должна? — демоны Тени, какая богатая идея — непачкающаяся одежда!       — Нет. Им в Кругу каждую неделю новые мантии выдавали.       — Жаль.       — Думал ты, одежда пачкаться не может? — подала голос Морриган.       Я внимательно посмотрел на нее. Красавица. Черноволосая, белокожая, с истинно кошачьей грацией и грудным голосом. На лицо та же Лелиана лучше, но в Морриган есть что-то завораживающее. Повезло Дайлену — такие цыпочки вокруг него вертятся. А Алистер, по лицу видно, тот еще валенок.       — Я лелеял на это надежду. А ты что, разбираешься?       Морриган наклонилась ко мне над столом и, смотря в глаза, раздельно сказала:       — Я Ведьма Диких Земель.       Тон голоса и потрясающий вид на ее грудь заставил меня чуток подвиснуть. Поэтому я ляпнул первое, что пришло в голову:       — Так это за тобой Таруи хотел подсматривать в полнолуние!       Морриган зашипела, как облитая водой кошка, Лелиана мелодично рассмеялась, а я вспомнил, что мы не одни. И если на спутников Дайлена мне было наплевать, то присутствие тетушки меня смущало. Я поднялся из-за стола.       — До заката времени полно. Вам устроить экскурсию по городу?       Алистер, красный, как спелый помидор, покачал головой.       — Слушай, я понимаю, что Дайлен иногда чуднό говорит, но порождения тьмы скоро будут здесь и не пощадят никого. Вам надо бежать, как можно быстрее!       Я мрачно глянул на него.       — Ты серьезно думаешь, что Лотеринг не устоит?       Алистер покивал головой.       — Я как-то не наблюдаю здесь большой армии, а королевская была огромна…       — И разбита она под Остагаром. И тьмы порождения пируют ею, — почти пропела Морриган. Судя по всему, издеваться над Алистером было ее любимым занятием.       — Если бы не предательство Логейна, Кайлан был бы жив! — мгновенно вскипел воин. — И Дункан тоже, — добавил он тише и шмыгнул носом.       Брата, что ли, потерял?       — Хорош спорить. По-вашему, отсюда надо уходить, так? — я переводил взгляд с кунари на Морриган.       — Воины должны сражаться, — бесстрастно заявил великан. — Если ты не воин, ты должен уйти.       — Морриган?       — И так понятно, что оставаться — лишь погибнуть зазря. Зачем же спрашивать еще?       Я растянул губы в улыбке. Она начинала меня подбешивать.       — Для порядка, парадоксальная ты моя. Чтобы не было недопонимания. Твое мнение я услышал только сейчас, например.       — «Парадоксальная ты моя»? — с отвращением протянул Алистер.       Я ткнул пальцем в орнамент на морригановском балахоне.       — Здесь говорится, что она девственница и мать семерых детей.       Ведьма удивленно посмотрела на вышитый ворот.       — Ха!       Я оставил сладкую парочку собачиться дальше и пошел собирать вещи. Ферма по-любому не защитит от порождений тьмы, а оставаться в Лотеринге или действительно уходить — мы еще не решили.       Рано утром Дайлен и его друзья уходили по Имперскому Тракту. Амелл со слезами на глазах просил нас бежать из Лотеринга. Мы не могли. Мы ждали Карвера.