Кодекс экзорциста

Год 1250 со времен прорыва ткани мира. Вокруг было шумно. Я лениво приоткрыл левый глаз. Шумно было до одури... Впрочем, едва ли существовало место или время, в котором мне не удавалось бы отрубиться. Ничего удивительного, что я задремал на скамье во время физ-ры... вот только внезапно обнаружился один досадный и доселе неочевидный нюанс, приближающийся ко мне на весьма впечатляющей скорости! Футбольный мяч, прилетевший мне прямо в лоб, срикошетил точнехонько в руки нашего физрука. Занятный у нас препод! Побольше бы таких чудаков, глядишь, и в школу тянулось бы больше народу! — Харе дрыхнуть, Бакаев! Если ты освобожден, то это еще не значит, что тебе позволено спать прямо на уроке! — вот он выговаривает, ругает, но видно же, блин, что волнуется! Помнится, когда на нас во время похода демоны напали, полез в рукопашную... а, ладно, не время сейчас вспоминать всякие гадости! — Да ладно Вам, Андрей Петрович! Ну устал я, с кем не бывает? — с ухмылкой ответил я, поднимаясь на ноги и потягиваясь всем своим тщедушным телом. Проходящие в раздевалку пацаны то и дело посмеивались над моими выходками... Раньше я бы за подобное им физиономии раскрасил... но теперь я даже круг пробежать толком не в состоянии! — Ты, это, малый... поосторожней там! — послышалось сзади добродушное напутствие. Настроение было удивительно хорошее. Так спокойно, никто не цепляется, в кои-то веки, я смог нормально и без издевок переодеться! Уже вылетая кувырком через порог раздевалки, я осознал, что радовался зря... Громовой ржач за моей спиной возвестил о том, что это с меня так изящно подшутили... Я попытался приподняться с пола, опираясь на руки... но эти чертовы хилые конечности подломились, и мой подбородок вновь встретился с давно нечищеным полом коридора. С усилием приподнимаю голову, и моему затуманенному взору предстают острые носы кожаных туфель... затем вижу ногу, обтянутую брючной тканью... а затем меня сгребают за шкирку, словно нашкодившего котенка. Моя тушка инстинктивно съежилась в предчувствии неприятностей, а глаза удивлённо уставились на бледное лицо, обрамленное солнечно-золотистыми волосами, словно сияющими и излучающими свет в полумраке школьного коридора. Старшеклассник, похоже. — И че это он так удивился? Мелкий, ты как сюда попал? Здесь вообще-то помещения для классов с седьмого по двенадцатый! — недоуменно протянул субъект, разглядывая меня словно диковинное насекомое... Я уже готов был разразиться тирадой, закатить скандал и пояснить, что я вообще-то уже два месяца как в восьмом. Новый взрыв тупого хрюкающего смеха за моей спиной выбил все мысли из и без того не особо гениальной головы. Началось! Ржут, блин, как недоумки... И им не надоело? Черт, мне это уже лет пять как осточертело! А они все лезут! — Эй, парни, может объясните, что все это значит? — поинтересовался державший меня тип, встряхивая мою несчастную тушку в воздухе на одной только руке... Вот это мощь! Я, конечно, мелкий и худосочный, но даже мои сорок с натяжкой килограмм одной рукой держать — это вам не шутки! — Да ладно тебе! Ему приносит удовольствие, когда над ним издеваются! — хохотнул Димка, выступая вперед. Я скрипнул зубами, задергавшись еще яростнее и добившись лишь того, что затрещала ткань рубашки. Ох ёпт! Тетка меня в землю зароет... С некоторых пор меня все время все колотят... и враги, и родня... Я понимаю, что я виноват, но такое ощущение, будто я разрушил целую гору далеко идущих планов моим родственничкам! — Пусти меня, дылда! — не выдержав, я сорвался на крик... Но меня настигла ещё одна неприятность... это произошло... тонкая ткань рубашки разошлась по швам, а я шлепнулся пятой точкой на ледяной мраморный пол. — Ой, — выдал я из себя жалобный писк обиженного котенка и попытался бы вскочить, если бы не нога в массивном ботинке с шипастой подошвой, безжалостно опустившаяся мне на грудь. Воздух из легких выбило мгновенно, не говоря уже о том, что от пронзительной боли в моих глазах потемнело... Димка... Мразь... И я должен был защищать таких, как он! Вот только... Достаточно было одного легкого взмаха мизинчиком (я не выпендриваюсь, но рукой пошевелить было мучительно, а мне ещё надо на цель указать!), чтобы тело одноклассника отшвырнуло мощным воздушным потоком. Подняться на ноги мне удалось только с третьей попытки и то исключительно потому, что мне помог встать тот самый парень, из-за которого я сейчас стою, демонстрируя голый торс и вздрагивая от пронизывающего сквозняка. — Ты как, мелкий? И что это было? — он хотел еще что-то у меня выпытать, но я лишь коротко буркнул «угу» и направился домой. Уроки, к счастью, уже завершились. Никого нет из преподавателей... потому-то бесчинство никто и не пресек! Но это хорошо еще и тем, что никто не узрел моей силы (точнее того, что от неё осталось), кроме этих парней... Так, а теперь надо торопиться, пока откат не нагрянул! Уже за оградой школы мне стало настолько паршиво, что я просто сполз на землю возле одного из парковых деревьев... Шершавая кора впилась в спину, оставляя мелкие царапины, а во рту разлился металлический привкус крови, который мне так давно и мучительно знаком. Раздались звуки шагов, хрустнула ветка. Ощущение чужого присутствия заставило меня напряженно замереть... Из-за дерева показался Димка. На наглой веснушчатой физиономии сверкала отнюдь не дружелюбная ухмылка... — Вот уж и не ожидал, что такой хлюпик, как ты, является магом! — лапища с обгрызенными ногтями и пятнами от пасты сгребла меня за волосы, заставляя встать на ноги. Я был ниже нашего школьного головореза почти на полторы головы... и это при том, что я на полгода его старше. Но он ошибается, я не маг и никогда не имел никакого отношения к этой напыщенной аристократии. Однако простые обыватели не осведомлены в таких тонкостях, их не переубедить. — Отпусти меня, придурок! — рыкнул я, демонстрируя клыки. Теперь это просто неправильный прикус, да и на моем заморыше-лице выглядит смехотворно... но тем не менее рука с моих волос была убрана, и мне удалось свободно вздохнуть. Повезло, откат получился не такой сокрушительный, и я умудряюсь даже различать окружающее и стоять на собственных ногах! А парень, видимо, опешил, он даже хотел что-то произнести. Наверняка опять какую-то мерзость... Но я заметил крошечное пятнышко крови на его запястье. Моя кровь... Черт! Только не это! Они же сейчас здесь материализуются! Мои глаза расширились от панического ужаса. Я с тревогой посмотрел на своего одноклассника, а тот только злорадно осклабился. — Дим, нужно отсюда сматываться! — нервно озираясь по сторонам, выпалил я. Наверняка он даже собирался что-то ответить, но затем... даже мое никудышное зрение сумело различить темный призрачный силуэт за его спиной. Но больше я ничего не успел предпринять... Блин! Средь бела дня! Да и посреди жилого квартала! А мне пришлось с бессильной яростью наблюдать за тем, как человеческое тело извивается от мучительной боли... Это неизменный процесс, и я прекрасно понимаю новоявленную жертву... вот только сам даже пошевелиться не в состоянии! И вдруг все прекратилось. Человеческое тело выпрямилось, расправило плечи и двинулось ко мне. Только вот это уже был не Димка... прежде голубые глаза, светящиеся наглостью и жаждой жизни, превратились в безжизненные провалы, в которых алым и безумным пламенем полыхала лишь одна эмоция — голод. Рука устремилась к моей шее, на тонких пальцах с разбитыми костяшками блеснули зловещие когти... но в последний миг, вместо того, чтобы пронзить меня насквозь, ладонь сжалась в кулак, и меня отбросило в сторону ударом сокрушительной мощи... Я приземлился где-то в пяти метрах от чудовища, причем мне повезло — угодил на кучу прелых листьев! Почти осень как-никак... Спасибо нашим заботливым дворникам за то, что они соорудили самую внушительную кучу именно в этом месте! Но ликование мое было недолгим... Морок, подслеповато щурясь, направился ко мне. Днем они плохо различают очертания и то, что один из них прорвался в мир людей сейчас... в этом виноват исключительно я... точнее, моя кровь на коже обычного человека. Я болезненно скривился, осторожно коснувшись места удара. Похоже, несколько ребер треснуло. Почему он меня не прикончил? Ведь люди, которыми овладевают Мороки, совершенно не способны влиять на свои действия... хотя... удар в фирменном стиле Макарова Димки... тут я затрудняюсь с объяснением! Снова попробовал шагнуть... и едва не рухнул... Одержимый почти настиг меня, сверкнули когти и лязгнули, столкнувшись с узкой полосой железного дерева. Прямо между нами, сдерживая яростный натиск когтей монстра, возник тот-самый-блондин-старшеклассник, который недавно испортил мою рубашку. Еще больший шок я испытал, заметив синюю повязку у него на предплечье. Вот это поворот! Так он из дисциплинарного комитета! А я с ним еще и пререкался... — Что это с ним? — не оборачиваясь ко мне, спросил старшеклассник, с видимым напряжением отражая атаки когтей. Зря он вмешался... Человеку, не владеющему хадэ или магией, не совладать с разъяренным Мороком... — Он одержим. Тебе лучше спасаться и уносить ноги! — странно, но я даже сумел прокричать, получив в ответ лишь короткое недоверчивое фырканье, и схватка продолжилась... Черт побери! Ноги, шевелитесь! Я не могу бездейственно наблюдать за тем, как легко призрачные когти вонзаются в человеческую плоть! Он же меня защищает, безумец! У него уже вся левая рука залита кровью! А я столбом торчу! Я обязан помочь! Обязан совершить хоть что-нибудь! И тут Тьма вокруг Димки сгущается, а когти пронзают грудь моего неожиданного защитника... Удивительно, но внезапно ко мне вернулась способность двигаться, позволившая броситься к оседающему на землю человеческому телу... падаю рядом на колени, поддерживая за плечи и придерживая голову. Раны, оставленные когтями Морока, источают зловещую отрицательную энергию. — Зачем? — только и смог выдавить я, вглядываясь в изумрудные глаза, наполненные мучительной болью. Зачем совершенно постороннему человеку рисковать жизнью ради какого-то незнакомца?! — Сам не пойму... Захотелось побыть героем... — прошептал он, вдруг глаза закатились и тело резко обмякло... я чувствую, сердце еще бьется, но сейчас я абсолютно беспомощен! Резкий тошнотворный запах Морока заставил меня обернуться. Он возвышался прямо за моей спиной. Страх за собственную шкуру, старательно взращиваемый последние несколько лет, испарился без следа. Я снова стану тем, кем был прежде, и плевать, что силы почти не осталось! Я никогда не оставлю в беде тех, кто стал частью моей жизни! И вдруг когти, так легко пронзившие человеческую плоть, замирают в миллиметре от моей груди, наткнувшись на мерцающий, призрачно-голубоватый щит... это ведь... Додумать я не успеваю, погружаясь в непроглядную тьму... Вокруг царил кромешный мрак. Боль никуда не исчезла... но я определенно не в моем мире! Отчетливо помню, как создал духовный заслон второго уровня! Но каким образом это могло у меня получиться... ведь... Откат обрушился как всегда внезапно, я даже не осознал момент падения, но подняться точно не смог... В голове клубился туман, из глаз, ушей и носа сочилась теплая кровь... изо рта тоже приходилось ее отплевывать. Скверно, очень скверно, необходимо вернуться и спасти ребят! Я просто обязан! Иначе даже покоя после смерти не обрету! Опускаю взгляд на печать. Багровый круг на груди, словно заключающий в огненное кольцо мое сердце. Я ненавижу ее всеми фибрами души... и абсолютно бессилен что-либо изменить! Внезапно круг будто расширяется и... — Какого Морока?! — слова, произнесенные в этой непроницаемой тьме, кажутся мне неестественно громкими, но мне не до размышлений! Моя кожа начинает фосфоресцировать... она буквально светится, рассеивая тьму! Настолько ярко, что я даже различаю... невысокую худощавую фигуру в причудливой кожаной одежде. Сердце пропускает удар. Да это же я! Но... какой-то иной... У него длинные волосы, ниспадающие до колен, и пронзительный хищный взгляд ярко-алых глаз. От этого взгляда, исходящего словно из самых глубин преисподней, мое тело пробирает неконтролируемая дрожь. Внезапно пухлые губы искажает улыбка... странная, завораживающая улыбка... — Я так ждал тебя, мой свет... Сумерки не могут существовать без тебя! — Чего? — вот и всё, что я успеваю произнести, выпадая обратно в реальный мир... и обнаруживаю себя стоящим, опираясь о шершавый ствол дерева и буквально обнимая бесчувственного Димку. И морока в его теле больше не ощущается! Рядом застонал и зашевелился тот самый блондин из дисциплинарного комитета. А вокруг уже сгустились сумерки... Поворачиваю голову в сторону старшеклассника. Жив. А вокруг зияющей раны на груди мерцает до боли знакомая рунная вязь. Мой фирменный почерк! — Идти сможешь? — сам вздрагиваю от того, насколько жалко и надтреснуто звучит мой голос. Парень, поразмыслив, кивает. — Ага... а ты сам-то как? — с удивлением смотрит на меня этот странный тип. С трудом отстраняюсь от спасительного дерева, перекидывая через плечо безвольную руку пострадавшего недруга. Я никого не брошу! — Обо мне не беспокойся! Сваливать отсюда надо! — мрачно бросаю я, делая шаг вперед, едва переставляя онемевшие ноги... — Мой дом далеко... до темноты не доберемся, чёрт! Тяжеленный лось! — и вдруг ноша становится ощутимо легче, и я с изумлением гляжу на этого безрассудного парня, подхватившего Димку с противоположной стороны... — Мой дом через дорогу! Ты только не надорвись! — почти беззаботная добродушная улыбка... Меня неожиданно охватывает странное чувство легкости и умиротворения. И наплевать, что от пронизывающего холода колени подгибаются, а после тройного отката каждая клеточка тела кричит от боли! Главное ведь что? Что я наконец осознал - я ни капельки не изменился! Тот самый непобедимый хадэ! А на проклятую печать плевать! Еще выкарабкаюсь!