Кодекс экзорциста

Он скользил по мраморному полу тёмных дворцовых коридоров, каждый шаг — безупречная насмешка над этикетом. Губы изогнуты в язвительной усмешке, ловя отравленные презрением взгляды словно коллекционер — редкие экземпляры бабочек. Коротко обрезанные волосы торчали дерзким вызовом порядку, а мантия болталась на его худощавой фигуре как на вешалке — намеренно небрежно, будто демонстрируя, насколько плевать ему на происходящее. Охрана навесила на него с полдюжины обездвиживающих заклинаний, тонкая паутина чар оцепенения окутывала каждый дюйм его тела, готовая сработать от малейшего резкого движения. Излишняя предосторожность, граничащая с паранойей — он никуда не собирался бежать. В тронном зале душный воздух был пропитан предрешённостью. Театральная постановка с заранее написанным финалом. Кто из этих окаменевших в своих убеждениях стариков станет слушать демона кровавого типа? Что для них голос того, кто даже среди демонов считается сродни *человеку*? Кто снизойдёт до мнения того, кто мог быть — о, святотатство! — когда-то человеком?! Достаточно уже того, что они смогли сбросить с себя рабское право благодаря своей силе. После той демонстрации их наделили иными правами... уже не рабы, но и не равные... Солдаты. Слуги. Телохранители. Инструменты. Слова чтецов доносились до него словно сквозь толщу воды. Он не тешил себя иллюзиями, что кого-то из присутствующих может волновать его мнение или просто правда о произошедшем. Будь он даже обычным демоном, ему и то дали бы право голоса, но таких как он, эти ублюдочные лорды ставили на одну планку с вурдалаками — низшими демонами, вынужденными пожирать плоть живых существ лишь для того, чтобы поддерживать своё жалкое существование. — Итак, Демон кровавого круга Альрим Веровэрс, — вдохновенно начал один из чтецов, каждое слово — отточенный клинок, — вы обвиняетесь в самовольной вылазке в мир людей, повлекшей за собой серьезное ранение одного из огненных лордов. Также вы дали свою силу человеку и при этом оставили его в мире людей! Вампир насмешливо хмыкнул, прекрасно понимая, чем ему это грозит, и — что самое странное — ни капли не жалея. — Всего этого достаточно, чтобы лишить вас жизни... — продолжали чтецы, голос звенел фальшивым сожалением, — но мы переговорили с родственниками погибшего. Они возьмут вас к себе в клан, дабы вы могли лично отработать нанесённый им ущерб и компенсировать потерю. Мужчина едва не разразился истеричным хохотом. Горьким, как полынь. Он *прекрасно* понимал, о чём сейчас твердят эти лицемеры. Ему не дали даже призрачного шанса на спасение! Его даже не судили — его приговорили. Просто решили всё за него, словно его воля ничего не значила. И плевать всем, насколько он силён! Плевать, что он третий в своём клане. Плевать, что по мощи он равен демонам класса лордов. Имеет значение лишь то, что он носферату — демон, зависимый от крови жителей внешнего мира, от их энергии... от их тепла... С этих бездушных тварей сталось бы заморить его голодом, бросить в ледяную гробницу, и всё! Но то, что уготовили ему родственники того никчёмного подобия лорда, которого убил мальчик-хадэ, было в разы хуже смерти. Подобное он чувствовал безошибочно... Достаточно было увидеть зверские усмешки демонов Покровителей Черного Пламени. Уже это давало ему понять, что его битва с тем светловолосым юнцом превращалась в несбыточную мечту... *** Камера ожидания — такое элегантное название для темницы. Здесь, в полумраке, его окликнул высокий беловолосый демон в ажурной тонкой броне. Она напоминала морозные узоры, выгравированные прямо на обнажённом торсе, контрастируя с чёрными штанами низкой посадки. Вампир внутренне присвистнул, осознавая, какая важная персона снизошла до его внимания... — Приветствую Вас, Третий Лорд Ледяного Пламени! — сказал брюнет с нарочитой вежливостью, коротко кивая высшему демону. — Полно вам, господин Альрим, — устало вздохнул высший, заходя в камеру и подавая стражникам знак убраться подальше. — Я не настолько закостенел в дурацких правилах, чтоб считать, что вы обязаны предо мной пресмыкаться... — Хоо? И что бы вам могло от меня понадобиться? — В голосе вампира звучала опасная заинтересованность. — В своём отчете вы указали, что лорд был убит мальчишкой-экзорцистом... — на лице высшего светился неподдельный интерес, словно у коллекционера, обнаружившего редкий экземпляр. — Всё верно. Это был хадэ. Совсем ребёнок и проклятый хуже некуда... — произнёс демон типа носферату почти с жалостью, инстинктивно касаясь своей шеи, где ещё ощущался призрачный след давней встречи. — Отлично... это всё что я хотел слышать, — с холодным удовлетворением кивнул демон и удалился прочь, шурша ледяной мантией, оставляя после себя морозное дыхание и тысячу невысказанных вопросов. Альрим не успел даже опуститься на узкую каменную лавку, когда в дверь его камеры забарабанили с яростной настойчивостью. Для него не осталось ничего, кроме как подойти к дверям и узнать, кто ещё решил почтить его своим присутствием. Уже поднимая голову, чтобы увидеть высокого бледного юношу с волосами цвета воронова крыла, стянутыми в тугой хвост, вампир моментально понял, почему посетителя к нему не пустили. — Аль! Как ты мог?! — с места в карьер начал парень, задыхаясь от переполняющих его эмоций. — Я понимаю, что ты не стал помогать этому идиоту, но дать свою кровь человеку! Заключенный поморщился, глядя на этого излишне эмоционального мальца. Для своих сорока лет — возраста более чем смехотворного по меркам их вида — юнец был невероятно силён и талантлив, но эта чуждая кровавым демонам горячность всё портила... А ещё этот мальчишка приходился несчастному заключенному единственным младшим братом, и от этого на душе становилось совсем паршиво... — Не кипешуй, малыш... я ведь не умру там... — рассеянно улыбнулся демон, мысленно содрогаясь при мысли о том, что быть игрушкой этих тварей намного ужаснее казни на солнечных лучах... Красные глаза юного вампира полыхнули несдерживаемой яростью — раскалённая лава, готовая прожечь камень. Он вылетел прочь из застенков дома заключения с единственной мыслью — он *должен* увидеть этого человека, ради которого его брат пожертвовал своей кровью... Слабое и ничтожное существо внешнего мира, по вине которого его единственный брат обречен умереть в муках. Пусть по меркам демонов Каэль считался ребёнком, понять, зачем Лордам понадобился далеко не обычный носферату в качестве обычного раба, труда не составило. Достаточно было просто вспомнить взгляды, которыми одаривали его старшего брата некоторые представители их кланов на каждой межклановой встрече или фестивале... Каэль прекрасно понимал смысл тех взглядов. Для лордов всех мастей Альрим, демон кровавого типа, не занимавший в своём клане никакой важной должности, но обладающий боевыми и энергетическими показателями на уровне средних лордов... для них он был живой насмешкой. А уж его энергичный характер и хамство, с которыми он демонстрировал своё пренебрежение ко всем высшим... Это приводило их в бешенство. Особенно выходило из себя племя Чёрного Пламени. И неудивительно, что несколько раз тамошние лорды пытались напасть на него толпой. С какой целью были совершены те нападения, младший вампир не знал, но Альриму, которому раз за разом с трудом удавалось унести ноги, всё было предельно ясно. День за днём в родных глазах Каэль видел всё больше того, что было так похоже на обречённость. И теперь эти выродки воспользовались промахом его брата и решили вернуть ему рабское право. Для такого, как Аль, судьбы ужаснее и не придумать. От ярости хотелось трансформироваться и пойти убивать направо и налево. Сдерживало лишь слово, данное родителям. Но он не был настолько глуп, чтобы действовать очертя голову. В своих покоях он наскоро собрал вещи и, выйдя, запер двери на все мыслимые и немыслимые чары — те, что доставили бы уйму проблем даже главам кланов высших демонов... Очень много очень *идиотских* проблем. Разлом, достаточный для прохода во внешний мир, нашёлся не сразу. Каэлю пришлось понизить свою силу до необходимого минимума, чтобы сойти для энергетического разлома за низкоуровневую шушеру. И, уже теряя сознание в энергетическом вихре, он вдруг задумался: вот увидит он того обращённого, ну врежет пару раз... и что дальше? Не убивать же того, кто принял кровь его брата... Но думать уже было некогда, и парень просто отрубился, уповая на Госпожу Фортуну и на то, чтобы она наконец повернулась к нему лицом, а не безусловно привлекательной филейной частью...