Глава 6 "Необычный монах, и рутинные дела"
6 сентября 2016 г., 16:13
На следующий после продажи захваченных моряков день кэп решил выпить эля. Как раз бармен обещал, что завезли северохэнсийский эль со Старого Света, который был в разы лучше местной бурды. Музыка играла прекрасная и чувственная, были скрипки, лютни и аккордеон, которые переплетали звуки, которые по отдельности не такие приятные, в великолепные композиции, за столом, помимо Гриневича сидел Хэттер, который после четырех кружек пива совсем не был замелевшим, был Зерлан, который потягивал из бокала через соломинку какой-то замысловатый коктейль, и был так же рыжий и усатый, как таракан, Ларс Филсон, который пил из медной кружки ароматный ром. Ребята говорили на разные темы, пили, не чокаясь, так как поминали старого кэпа Харвиссона, и тут к столику подошел человек. Он был одет в балахон с капюшоном, в руке он держал посох, на вид ему было около трех десятков лет, на подбородке красовалась козлиная бородка, черная как смоль, а из капюшона выглядывали такие же черные волосы, взгляд зеленых глаз, как казалось, мог проникнуть прямо в душу.
— Здравствуйте, добрые моряки! — поднял в приветственном жесте руку этот человек, которые либо был монахом, либо хотел походить на него, — Во имя Великого Целителя, не могли бы вы помочь добраться бедному целителю до одного места? Это место паломничества, — поняв, что просто так моряки не будут везти его, этот святоша достал из глубокого кармана балахона солидный большой кошель, весом примерно в полтора фунта, в котором, судя по всему, была солидная сумма, — Церковь выделяет паломникам деньги на путешествия, и я ими с вами поделюсь. По рукам, господа?
— Почему бы и нет? — сказал молодой кэп, — Лишние деньги нам не помешают. Куда плыть?
Закончив импровизированные поминки, кэп со своими офицерами вернулся на Вествинд, выйдя на улицу, где погода из душной стала такой, от которой прямо душа отдыхала после духоты. Монах тихо шел сзади, и ему было не так приятно, в его то рясе.
Взойдя на корабль, монах ходил, и что-то тихо шептал себе под нос.
— Молится, наверное, — бросил Зерлан на замечания кэпа, что его пассажир странно себя ведет.
Место для паломничества этого святоши было выбрано скверное… Ибо там была эльдоррская колония и форт с многочисленными орудиями, который мог разнести Вествинд в мелкие щепки одним-единственным залпом. Но монах нашел выход:
— В северо-западной стороне острова есть тихая бухта под названием Клюв Совы, она достаточно отдалена от форта и ваш пароход не заденут, Чума в виде орудий форта, обойдет судно стороной.
Не забыв закупить медикаментов, провианта и прочих припасов, которые пригодятся в пути, экипаж отправился в морское путешествие, которое, как пророчил штурман, займет, в лучшем случае, десять скучных суток.
Первые восемь дней прошли монотонно, и скучно, если бы не уроки фехтования с Морионом, и уроки стрельбы с Зерланом, то кэп сошел бы с ума. Штурман пару раз давал Грину штурвал, чтобы он усваивал собственноручное управление кораблем.
На девятый день, ближе к закату, дозорный увидел вдали судно с эльдоррским флагом, и готовился, было, объявить тревогу и готовиться к обороне. Но это оказался мирный торговец, который шел своим курсом либо к одному из эльдоррских городов, либо к нейтральной Торговой Республике Сентро, эти торговцы не враги кэпу и его команде, Гриневич, как он думает сейчас, не опустится до грабежей.
К вечеру десятых суток Вествинд причалил у берега эльдоррского острова Санто-Вирго, в бухте Клюв Совы. Стояла сильнейший, почти непроглядный, туман. Спустив шлюпку на воду, и отправив священника на берег, кэп вместе с командой потеряли его во мгле. Стоя на палубе, капитан переговаривался с Зерланом.
— Как думаешь, что нужно святоше в этих, Чумой проклятых, землях? — смотря во мглу, в сторону, куда поплыл монах, говорил главный стрелок корабля.
— Не знаю, — ответил Зерлану кэп, — Святоши странные люди. Я слышал об обычае сидеть в соляной пещере в течении трех недель, если грешил, или мыться солевым раствором. Странные люди.
— И так что ему могло тут понадобиться? Странно все это
— Кэп! У нас гости! — крикнул дозорный, которым был назначен здоровяк Хэттер, как обладатель самого лучшего зрения, — Свет фонаря по правому борту! А флаг… — он снова пригляделся в подзорную трубу, — Это эльдоррцы! К бою!
Корабль, как вскоре выяснилось, был довольно маленький, с экипажем в десять человек, но достаточно быстрый, и вооружен двумя пулеметами, но опасность представляли далеко не пулеметы, а то, что они могли послать сигнал, и сюда прибудет огромный корабль, как броненосец, или стопушечный «Боец».
Тут же канониры сели за пулеметы и пушки, и открыли огонь. Плотным потоком в эльдоррцев полетела смерть в свинцовой ипостаси, дульные вспышки озаряли палубу Вествинда, и стоял рокот пулемета, который мог оглушить салагу, которые ни разу не стрелял, но на корабле Гриневича все были привычны к грохоту орудий, даже сам кэп, который стрелял с бортового орудия всего раз, во время нападения пиратов. Схватив из оружейного помещения винтовку рычажного действия, Рэй готовился стрелять в супостатов, но пулеметы, и выстрел пушки сделали свое дело, корабль врага был разгромлен. Но только Вествинд успокоился, как в небо, подобно рукотворной звезде, взлетела, озаряя окрестности ярчайшим светом, сигнальная ракета красного цвета.
— Чума побери! — кэп заметно нервничал, — Скоро тут будет весь имперский флот эльдоррцев!
— Успокойся! Крупные корабли, как правило, медлительны, — вглядываясь в сторону берега, сквозь туман, он заметил лодку с монахом, — Вот и святоша! Подберем его, и сваливаем. Угля предостаточно, в случае чего проплывем на парусе, если попутный ветер будет.
Монаху, тем временем спустили веревочную лестницу, которая была составлена из очень старой и потертой, но все же надежной веревки. Стоило священнослужителю подняться на борт, как к к нему, громко, чеканным шагом, как солдат, подошел бывший казначей, и серьезным тоном вопрошал:
— И что вы делали на острове, господин святоша? — кэп осматривал монаха, и заметил на рукаве пятно крови, — Вы поранились?
— Вы об этом? — он демонстративно показал рукав, заляпанный кровью, — Просто напал Вирессский Зубоклюв, молодая и неопытная особь, налетел прямо с пальмы, но я прогнал его посохом. А теперь… Везите меня в город сентросских торговцев под названием Хаббс, — доставая еще один кошель, чуть поменьше первого, но тоже солидный, он добавил, — Церковь не обидит деньгами!
— Что-то я сомневаюсь, что ты из церкви, — вдруг, ко всеобщему удивлению, кэп распахнул мантию этого «священника», и увидел там перевязь предназначенную для пяти метательных ножей, где не хватало одного орудия, и кинжал со следами крови на поясе, заметив замешательство монаха, и удивленные лица своих моряков, Гриневич полюбопытствовал, — И что значит это снаряжение?
— Это не ваше дело, — вдруг тон монаха сменился с радостно-набожного, на мрачно-деловой, — Ваше дело — получить деньги, и довести до нужного места. Ясно? Я плачу немало денег, больше, чем средний пассажир. Везите в Хаббс, и точка. Денег предостаточно заплачено уже, и будет заплачено по прибытии в Хаббс.
Путь до Хаббса, города Сенторской Торговой Республики, занял около шести дней. Все это время кэп решил посвятить чтению книг, как художественных, так и различных учебников, от истории различных орудий. Там было написано об изобретенных пару лет назад Хазрийцами Магнитно-разгонных мушкетах первого поколения, которые завались РМР-1, и было даже показано, как ими пользоваться, но устройство этого чудо-орудия держалось хазрийкими властями в строжайшем секрете.
Было немало учебников по навигации, устройство паровых двигателей, и про парусное дело. Например, Рэймон узнал что косые паруса хорошо приспособлены, чтобы идти в бейдевинд и галфвинд, а те паруса, которые использует «Вествинд», то есть прямые, хорошо гонят корабль вперед в фордевинд, было прочитано немало про типы оружейных систем, используемых на кораблях, как тот-же пулемет Веревела, или пушка стреляющая 67-миллиметровыми снарядами, были так же расписаны преимущества пневматического гарпуна, которым можно как охотиться на китовых, или отбиваться от кракенов, так и захватывать вражеские корабли.
К слову о кракене, этот полумифический монстр, по рассказам моряков, почти весь год в спячке, и активно плавает по морям только в декабре, и к январю снова впадает в свою годовую спячку.
Так, за чтением книг, кэп и встретил прибытие в город торговцев. Не смотря на то, что эта республика происходила из земель Южного Хэнса, там во многом чувствовался колорит Центрального Румаре. Этот колорит выражался в одежде жителей, и отчасти в архитектуре.
Монах, распрощался со своим кошельком и с моряками Вествинда, и потерялся среди жителей этого прекрасного города.
***
Кэпу было немного грустно, что он стал соучастником каких-то темных дел, и что бы развеяться, он решил заняться торговой деятельностью. Для начала Гриневич заплатил некоторую сумму бармену, чтобы тот ему рассказал про уходящие и приходящие суда, записав в блокнот то, про что проболтались капитаны этих судов, про товары, он решил зайти к местному держателю торговой контры, он стоял за лавкой, и что-то записывал в толстую книгу учета, где отмечалось сколько товара пришло и ушло, подойдя к полноватому торговцу, который, по началу, не заметил Рэймона, вошедшего в помещение, и когда капитан подошел в упор, и кашлянул, чтобы привлечь внимание, торговец откликнулся. Поправив очки, державшиеся на крючковатом носу, он вежливо спросил: — Вам чего надо? — и продолжил уже не так вежливо, — Я занят. — Вас интересуют деньги? Не только за покупку товара, хотя и без этого не обойдется, но и за такую мелочь, как информация о выгодных путях… — выложив кошель, в котором покоилось семь сотен пейров серебром, счетовод добавил тихим голосом, будто шепча, — Ты же хочешь сбыть товар, которого у тебя много? И сбыть в то место, где его мало. Думай. — Ладно… — порывшись в бумагах пару минут, которые казались кэпу вечностью, он сообщил, — В Ромилийской колонии Рексаннис есть люди, которые хорошо заплатят заплатят за тростниковый сахар. Только идите не в главную торговую контору, а в ту, что напротив нее, там за сахар предложат отличные деньги. Сколько сахара брать — зависит от вас, капитан. Выложив кошель, на этот раз со смесью как серебряных, так и золотых монет, где валюты хватало, чтобы как пополнить припасы, так и сахара тонн десять загрузить, кэп сказал, что ему грузить, и двинулся к кораблю, где ждал погрузки.***
Прошло уже четыре дня, как корабль плыл в колонию Рексаннис, на пятый день, за два дня до прибытия им попалась старая бочка со ржавой окантовкой, подняв ее на борт, все были поражены. Там, в этой довольно большой бочке, лежал труп, который, скорее всего, болтался в море не один месяц. Тем, кто открывал бочку, в нос ударил смрад гниющей плоти и экскрементов вперемешку с морскими водорослями, и на свет они показалось тело. Конечности и брюшную область объедали черви, а на лбу большими буквами было выжжено «ПРЕДАТЕЛЬ». Как известно, пираты так поступали с теми, кто провинился действительно сильно, например испортил бортовое орудие, или заначил себе лично сверх пайка рома или еды. За что бросили в бочке этого бедолагу, оставалось только догадываться, решив не пачкать больше палубу, кэп и Зерлан, при поддержке стальных мышц Хэттера, выбросили труп и бочку за борт. Покончив с мерзким трупом, моряки стали напевать старую добрую песню: Кочегар этой ночью не спит, От жара топки сходит с ума, Под килем полмили до дна Под килем полмили до дна-а-а Даже айсберг в ночи Осветила луна Под килем, полмили… Командою Вествинда на сокровища Эльдорры Йо-хо-хо и бутылка рома Будут сторожить тот клад злые пикадоры Йо-хо-хо и бутылка рома Эй, приятель, кочегарь быстрее топку Йо-хо-хо мы быстры как черт Умер кочегар, задохнувшись в дыму, Йо-хо-хо, кидай за борт!***
Дальнейший путь до Рексанниса прошел спокойно, товар был сбыт через Ромилийских посредников Кратхийскому ханству, где этот сахар ценился на вес золота. Но Капитан Гриневич отметил, что люди в этом городе были поникшие, все они чихали и кашляли, у них были красные глаза и было заметно, что даже пальцы не до конца сгибались, кэп очень сочувствовал жителям. И спросив одного из них, он услышал следующее утверждение: — Во всем виноват шаман местного племени! - местный житель делал пассы руками, показывая, как именно колдовал шаман, но потом чихнул, закашлялся, и пошел по своим делам. Решив, что будет помогать жителям колонии, Рэй зашел в каюту, и начал готовиться. Смотрев через стекло иллюминатора, на небо, Гриневич думал об отце. «Отец… Надеюсь ты будешь гордиться мной, так как я собрался помогать людям! Бескорыстная помощь людям, вот что сделает род Гриневичей великим!»
