Разделить с тобой вечность

Неделю спустя Мария привыкала к замку.   Это звучало странно даже в её собственной голове – как можно привыкнуть к месту, где тебя убили и превратили в чудовище? Но дни шли, сменяя друг друга в бесконечной череде, и она ловила себя на том, что перестала вздрагивать при виде бесшумно скользящих по коридорам стражников.   Аро появлялся редко, но его присутствие чувствовалось всегда.   Он приходил без предупреждения – застывал в дверях библиотеки, наблюдал за её тренировками, задавал короткие вопросы о самочувствии и даре. Никогда не прикасался. Никогда не говорил лишнего. Но его взгляд... Этот взгляд, скользящий по ней с холодным интересом коллекционера, изучающего редкий экземпляр, заставлял Марию ёжиться.   Она была для него диковинкой. И это пугало сильнее, чем если бы он проявлял жестокость.   – Прогресс впечатляет, – заметил он как-то, глядя, как юная вампирша удерживает в воздухе три тяжёлых фолианта. В его голосе звучало удовлетворение – но не тепло. Так хозяин мог бы похвалить породистую лошадь. – Твой дар растёт.   – Спасибо, – ответила Мария, осторожно опуская книги.   Аро улыбнулся – той самой опасной улыбкой, от которой по спине бежали мурашки.   – Это я должен благодарить тебя, дорогая. Ты превосходишь все мои ожидания.   Слово «дорогая» в его устах не имело ничего общего с нежностью. Это был ярлык. Клеймо собственности.   Он ушёл так же бесшумно, как появился, а Мария ещё долго стояла, пытаясь унять дрожь. Он притягивал её –этой своей древней силой, этой уверенностью, этой тёмной эстетикой. Но страх всегда шёл следом за притяжением, как тень.   Спасением от этих мыслей была библиотека.   И Маркус.   Он появлялся без стука, бесшумно опускался в кресло у камина и делал вид, что читает. Иногда они разговаривали – поначалу коротко, отрывисто, но с каждым днём разговоры становились длиннее. Маркус рассказывал об истории Вольтури, о древних временах, о вампирских законах. Она слушала, затаив дыхание.   С ним было легко. Он не оценивал, не коллекционировал, не изучал. Он просто был рядом – молчаливый, уставший, но живой.   – Ты прогрессируешь, – заметил он как-то, глядя, как Мария удерживает в воздухе сразу пять книг. – Ещё неделя – и будешь двигать мебель.   – Аро сказал, мой дар может быть полезен для защиты замка, – ответила она, осторожно опуская книги.   – Аро много что говорит. – Маркус пожал плечами. – Ты не обязана становиться оружием.   – А у меня есть выбор?   Он посмотрел на неё долгим взглядом. Тёмные глаза на бледном лице казались бездонными.   – Выбор есть всегда. Даже у нас.   Она хотела спросить, что он имеет в виду, но в этот момент в библиотеку вошла Хайди.   Мария видела её несколько раз – ту самую ослепительнокрасивую девушку, которая привела ее сюда. Хайди двигалась с грацией хищницы, улыбалась и источала аромат чего-то сладкого и тревожного одновременно.   – Мария, – пропела она, окидывая её оценивающим взглядом. – Сегодня вечером ужин. Будь готова.   Мария замерла. Она знала, что значит «ужин» в этом замке.   – Я...   – Аро велел передать, что ты должна присутствовать, –перебила Хайди, и в её голосе прозвучали стальные нотки. – Это не приглашение.   Она исчезла в тени коридора так же внезапно, как появилась, оставив после себя шлейф сладкого запаха.   Мария посмотрела на Маркуса. Тот поднялся, подошёл к ней и положил руку на плечо – холодный, тяжёлый, но успокаивающий жест.   – Помни, что я сказал, – тихо произнёс он. – Ты можешь выбирать. Даже когда кажется, что выбора нет.   Он убрал руку и вышел.   ---   Вечер наступил слишком быстро.   Хайди пришла за ней лично – помогла выбрать платье, посоветовала заколоть волосы. Мария смотрела на себя в зеркало и не узнавала: из роскошной рамы на неё смотрела красивая, бледная, совершенно неживаядевушка. Красивая кукла в красивом платье.   – Аро будет доволен, – удовлетворённо кивнула Хайди. –Пойдём.   Они спустились в подземелье.   Там уже собрались все. Аро восседал на троне, и при появлении Марии его глаза вспыхнули алым. Он смотрел на неё с тем же холодным интересом, с каким рассматривал в первый день – изучающе, оценивающе, собственнически.   – Magnifica, – протянул он, и это слово прозвучало как приговор. – Ты прекрасна, моя дорогая. Идеальное дополнение к вечеру.   Вампирша перехватила взгляд, брошенный на неё из тени. Джейн. Маленькая, хрупкая, с кукольным личиком и глазами, в которых плескалась такая глубокая неприязнь, что Марии стало не по себе.   – Не задерживайся в дверях, – пропела Джейн, проходя мимо новообращенной к трону. – Или тебе нужно особое приглашение?   В её голосе слышалась насмешка, но Аро даже не взглянул на неё – его глаза всё ещё были прикованы к Марии.   – Оставь, Джейн, – рассеянно бросил он. – Мария сегодня впервые участвует в трапезе. Будь снисходительна.   Джейн замерла на мгновение, и в её взгляде мелькнуло что-то острое. Но она лишь склонила голову и отошла в сторону, вставая по правую руку от трона – своё привычное место.   Мария почувствовала, как по спине пробежал холодок. Кажется, у неё появилась врагиня.   А потом Хайди открыла двери, и в подземелье хлынул поток туристов.   Мария смотрела на них и чувствовала, как внутри закипает что-то первобытное. Люди смеялись, фотографировали, восхищались древними стенами –живые, тёплые, пахнущие кровью так сильно, что у неё закружилась голова. Жажда поднялась в горле горячей волной.   Она посмотрела на Аро. Тот наблюдал за ней – с интересом естествоиспытателя, следящего за подопытным.   – Посмотрим, на что ты способна, – одними губами произнёс он.   А потом Хайди захлопнула дверь.   И начался ад.   Мария видела всё как в замедленной съёмке: Кай набросился на первого туриста, Феликс – на второго, Джейн с улыбкой направилась к еще совсем юнойдевушке. Кровь брызнула фонтаном – горячая, алая, пахнущая жизнью.   Мария закричала. Но крик застрял в горле, потому что жажда накрыла с головой.   Она не помнила, как это случилось.   В следующий миг она уже стояла над телом мужчины лет тридцати – его глаза были широко открыты, в них застыл ужас, а из разорванного горла хлестала кровь. Кровь была у неё на губах, на подбородке, на платье.   Кровь была везде.   И она была восхитительна.   Мария отшатнулась, чувствуя, как мир рушится.   – Нет... – прошептала она. – Нет, нет, нет...   Она убила человека. Она выпила человека. Она стала тем, кого боялась.   Вокруг продолжалась бойня – стражники добивали оставшихся. Мария подняла глаза на трон.   Аро смотрел на неё. Смотрел с интересом. С лёгкой улыбкой. Так смотрят на дорогую игрушку, которая вдруг начала делать неожиданные вещи.   – Неплохо для первого раза, – заметил он. В его голосе не было ни капли сочувствия – только удовлетворение.   Тошнота подступила к горлу.   Вампиров не может тошнить – но её тело сотрясали судороги, хотя желудок был пуст. Она упала на колени, и забилась в истерике, не в силах произнести ни слова.   – Мария. – Голос Аро прозвучал где-то над ухом. Она почувствовала его приближение – этот холод, эту ауру власти. – Дорогая, возьми себя в руки.   – НЕ ТРОГАЙ МЕНЯ! – закричала она, не глядя, вскидывая руки.   Сила ударила из неё, как взрывная волна. Аро отбросило назад – он пролетел несколько метров и ударился спиной о каменную колонну.   В подземелье воцарилась мёртвая тишина.   Все замерли. Кай застыл с окровавленным ртом. Феликс выпустил свою жертву. Даже Хайди перестала улыбаться.   Аро медленно поднялся, отряхивая мантию. На его лице не было гнева – только... восхищение?   – Интересно, – протянул он, но договорить не успел.   – КАК ТЫ СМЕЕШЬ?!   Мария даже не поняла, что произошло. Просто вдруг чьи-то глаза – огромные, кроваво-алые – впились в неё, и мир взорвался болью.   Это была не та боль, что она испытывала при обращении. Это было что-то другое – чистое, концентрированное пламя, которое жгло каждую клетку, каждую частицу её существа. Она закричала – закричала так, как не кричала никогда в жизни, а затем упала на пол, сворачиваясь в клубок. Боль не отпускала, выжигая изнутри, заставляя желать только одного – смерти, немедленной смерти, лишь бы это прекратилось.   Сквозь пелену агонии она увидела Джейн. Та стояла рядом с Аро и смотрела на Марию с холодным торжеством. Её глаза горели алым.   – Джейн, – голос Аро прозвучал спокойно, но в нём чувствовалась сталь. – Остановись.   – Она посмела поднять руку на вас, мой господин, – голос Джейн звенел от ярости.   – Я сказал: остановись.   Боль отпустила так же внезапно, как и накрыла. Мария лежала на каменном полу, в луже чужой крови, и сотрясалась от крупной дрожи.   – Простите, господин, – Джейн склонила голову. Её маленькие руки были сжаты в кулаки, но голос звучал ровно и покорно. – Я лишь хотела защитить вас.   – Я не нуждаюсь в защите, – Аро даже не взглянул на неё. Его взгляд был прикован к новообращенной. – Подойди ко мне, Мария.   Девушка подняла голову. Её трясло так сильно, что зубы стучали. Она посмотрела на Аро – на этого древнего, прекрасного, страшного вампира, который только что наблюдал её мучения с холодным интересом, – и внутри что-то оборвалось.   Она не могла. Не могла подойти к нему. Не сейчас.   Вместо этого она вскочила на ноги и побежала.   – Мария! – окликнул Аро, но она уже летела по коридору, не разбирая дороги.   ---   В подземелье повисла тишина.   Аро медленно поднялся с трона. На его лице не было гнева – только холодное, острое удивление. Она осмелилась ослушаться. Она убежала.   – Господин, – осторожно начала Джейн, – прикажете вернуть её?   Аро перевёл на неё взгляд. Всего один взгляд – и Джейн опустила глаза, понимая, что задала лишний вопрос.   Он двинулся в коридор.   Он шёл медленно, прислушиваясь к своим ощущениям. Внутри клокотало странное, незнакомое чувство. Это не была злость – злость он умел контролировать веками. Это было что-то другое. Ему не нравилось, что его собственность посмела ослушаться. Не нравилось, что она предпочла бегство его приказу.   ---   Мария влетела в библиотеку, захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной, сползая на пол. Дрожь сотрясала всё тело. Вкус крови всё ещё был во рту –сладкий, тёплый, отвратительный. В ушах всё ещё звучал крик Джейн, а тело помнило ту нечеловеческую боль.   – Я чудовище, – прошептала она в пустоту. – Я чудовище, я чудовище, я чудовище...   А потом её дар вышел из-под контроля.   Книги срывались с полок и начинали кружить по комнате в бешеном вихре. Свитки разворачивались и рвались. Фолианты падали со столов и вновь взлетали. Казалось, сама комната пришла в ярость вместе с ней.   Вампирша забилась в угол, закрывая голову руками, но книги всё летали и летали, и остановить это было невозможно.   – Мария.   Голос прозвучал тихо, но отчётливо.   Она подняла залитое слезами лицо. В дверях стоял Маркус.   – Не подходи! – закричала она. – Я не позволю ей… Не снова....   – Джейн здесь нет, – он шагнул внутрь, и книга, летевшая прямо ему в голову, замерла в воздухе в сантиметре от виска. Маркус аккуратно отвёл её в сторону и продолжил идти. – Тут только я. Ты в безопасности.   – Я убила человека! – Мария вцепилась себе в волосы, раскачиваясь вперёд-назад. – А потом Джейн... я никогда не чувствовала такой боли...   – Я знаю дар Джейн, – тихо сказал Маркус, опускаясь перед ней на корточки. – Я видел, что он делает с другими. Ты сильная, если выдержала.   – Я не хочу… – прошептала Мария. – Не хочу это помнить.   Маркус молчал несколько секунд. Потом протянул руку и осторожно убрал прядь волос с её лица, коснувшись щеки. Жест был почти нежным.   – Не хочешь – не вспоминай, – сказал он. – Смотри на меня. Думай о чём-нибудь другом.   – О чём?   – Обо мне. – В его голосе мелькнула тень сухой насмешки. – Я довольно спокойный.   Мария всхлипнула – и вдруг, неожиданно для самой себя, почти улыбнулась.   Книги одна за другой начали опускаться на пол.   ---   Аро замер в дверях библиотеки.   Он не производил ни звука – вампиры его возраста умели быть абсолютно бесшумными, когда хотели. И сейчас он хотел.   Он видел всё: Маркуса, сидящего на корточках перед Марией. Его руку, касающуюся её щеки. Её лицо, обращённое к Маркусу с таким доверием.   И это... это ему не понравилось.   Он не испытывал ревности – Аро вообще с трудом помнил, что такое ревность, это чувство стёрлось тысячелетия назад. Но было что-то другое. Раздражение. Неприятие.   Она – его. Его собственность. Его редкий экспонат. И она не должна смотреть так ни на кого, кроме него. Не должна позволять прикасаться к себе никому, кроме него.   Аро сделал шаг вперёд, позволяя свету камина упасть на него.   – Марк, – его голос прозвучал обманчиво-мягко. – Не ожидал застать тебя здесь.   Маркус поднял голову. Его лицо не выражало ничего – ни страха, ни удивления, ни вины. Только та же вечная усталость.   – Аро, – кивнул он. – Я помогал Марии успокоиться. Её дар вышел из-под контроля.   – Я вижу. – Аро взглянул на вампиршу, и та вжалась в стену, чувствуя этот холодный, оценивающий взгляд. – Ты ослушалась меня, дорогая. Ты убежала, хотя я приказал подойти.   – Я... я не могла... – ее голос дрожал.   – Ты не могла, – повторил Аро с лёгкой, опасной улыбкой. – Понимаю. Первая кровь, дар Джейн... это тяжело. Но в следующий раз ты подойдёшь. Потому что я так сказал.   Он сделал ещё шаг и оказался рядом с ней. Протянул руку, взял её за подбородок, заставляя смотреть в глаза.   – Ты – моя, Мария. Запомни это. И если я зову – ты приходишь. Неважно, что ты чувствуешь. Неважно, что ты думаешь. Ты приходишь.   Его пальцы сжались чуть сильнее – не больно, но ощутимо.   – Мы поняли друг друга?   Она кивнула, не в силах произнести ни слова.   – Умница. – Аро отпустил её и перевёл взгляд на Маркуса. – А ты, брат... я рад, что ты нашёл себе занятие. Но в следующий раз, когда захочешь утешать мою собственность, сначала спроси у меня.   Маркус встретил его взгляд спокойно.   – Я не знал, что она чья-то собственность. Она казалась мне просто напуганной девушкой.   – Она – моя, – повторил Аро с нажимом. – И я бы попросил тебя не забывать об этом.   Он развернулся и вышел, больше не взглянув на Марию.